Глава 23

Олег

Сон прерывает смачный шлепок по щеке. Из меня вырывается недовольный рык.

– Поль, имей совесть, дай отоспаться, – бормочу, пытаясь зарыться в подушку.

А потом до меня доходит, что рука Полинки лежит у меня на животе, а она сама прижимается щекой к спине.

Разлепляю глаза и дергаюсь, когда напротив меня оказывается мордашка Лизки.

У меня, взрослого дядьки, от неожиданности сердце ускоряется, как на автобане тачка.

Лизка довольно щурится и замахивается ещё раз.

Перехватываю её за ручку и аккуратно затягиваю на диван.

– Эй, драться нехорошо, – грожу ей.

Полинка рядом тоже приходит в движение и разлепляет глаза. Видит картину, как Лизка восседает у меня на боку, и подскакивает.

– Лиза, – Ледышка бледнеет, а я позволяю себе полюбоваться на неё, взъерошенную после сна, – ты как тут?

Заикается от волнения.

– Поль, все хорошо. Ребенок сам пришлепал, видимо. Самостоятельная.

Полинка бледнеет ещё сильнее и почти сливается с белым покрывалом, в которое успевает завернуться.

Прислоняет ладонь ко лбу.

– Я не слышала, что она плакала, – закусывает губу, и на её лице столько вины, что мне становится страшно.

– Поль, на меня посмотри, – она переводит взгляд, но глаза пустые, – все хорошо, ты чего так перепугалась?

– Олег, она сама, – показывает на дверь в комнату, – слезла и приползла. Боже! А вдруг что-нибудь бы случилось?

– Например? – выгибаю бровь, пока Лизка увлеченно щипает меня за руки. – Что могло случиться?

Полинка округляет глаза и смотрит на меня как на идиота.

– Она могла упасть.

– Но не упала же.

– Но могла, – Полина повышает голос.

– Так, выдыхай, Ледышка. Лизка целая и сейчас пытается отодрать от меня кусок мяса, видимо. Не нужно нагнетать, иначе тебе нервов не хватит такими темпами. Да, Лизок?

Подкидываю её слегка, и малышка довольно взвизгивает, цепляясь за руки.

– Температура, – Полинка щупает Лизку, но я и сам вижу, что с ребенком все в порядке. – Фух, ну хоть не горячая.

– Поль, все нормально. Ничего страшного, что она приползла к нам.

Ледышка озирается по сторонам и кусает губу.

– Давно хочу кроватку ей купить, а то эти подушки вообще не дело, – тараторит, приглаживая волосы.

– Купим. И вообще, у меня есть предложение, – смотрю на довольную Лизку.

Полина перестает нервно приводить себя в порядок и упирает в меня вопросительный взгляд.

– Как насчет того, чтобы переехать ко мне? И обустроить Лизке комнату?

Ледышка поперхивается, и её глаза удивленно округляются.

– Чего? – заламываю бровь. – Возражения?

– Э-э-э, ну, как-то все это быстро, – Полинка начинает быстрее дышать и боится смотреть мне в глаза.

– С чего бы? Мы же не первую неделю знакомы, Полин. Тем более у тебя уже был опыт ночевки со мной.

– Но там не было ребенка. Да и мы просто же ночевали, а не съезжались. Это совсем другой шаг.

Хватаю Полину за запястье и притягиваю к себе. Она послушно укладывается и затихает. Лизку теребит за ножку, а кроха и рада, довольно верещит и пытается поймать Полинку за руку.

И если бы не весь долбаный круговорот проблем, который на меня рухнул внезапно, я был бы полностью удовлетворен сложившейся ситуацией.

Но Димон и дядька… Не бросить же их на произвол судьбы.

– Мы же ночью обсудили, что начинаем сначала. Но не в плане срока знакомства. Так что мы пойдем другим путем и сразу начнем жить вместе. Тем более в жизни ребенка надо участвовать обоим. Лизок, ну-ка поддержи дядьку.

Лизка уверенно кивает, а у Полины при виде этого вытягивается лицо, и она переводит прищуренный взгляд с меня на неё.

– Вот как? Вы в сговоре, что ли? М?

Начинаю хохотать. Настолько забавно выглядит Полинкино недоумение, что невозможно сдержать смех.

– Мы просто понимаем друг друга ментально.

Ледышка надувает губы, и мне хочется в них впиться, но я напоминаю себе о Лизке, сидящей на мне верхом, и пытаюсь усыпить свои низменные желания в адрес Поли.

– Ну конечно, в вас же одна кровь, куда уж мне.

Притягиваю Полину ближе и целую в висок.

– Уверен, что выражу нашу с Лизкой общую позицию: ты нам безумно дорога, Ледышка, и мы без тебя никак не выживем.

Полина хмыкает, щипает меня за бок. Притворно ойкаю, а она тут же начинает поглаживать то место.

– Подлизы.

– Ты давай одевайся. Скажи, чем малую кормить только. Я отвлеку её. И это, – передаю Лизку Полине, а сам тянусь за джинсами, – сегодня переезжаем, пока у меня выходной. Не обсуждается.

Полина

И спорить не хочется, когда он со мной в таком тоне разговаривает. Хочется залезть на ручки и подчиниться. И пусть весь мир катится куда подальше.

Когда рядом Олег, как-то дышится легче и не так страшно, что впереди неопределенность.

Разрешаю себе не думать о будущем и жить моментом.

Подхожу к кухне и слышу, как Олег что-то говорит Лизке. На лице сама собой расползается улыбка.

– Ты должна все съесть, дорогуша, чтобы быть большой и красивой, – Олег стоит над Лизкой, которая сжимает губы и задирает нос. – Жуй давай.

Из меня вырывается смешок, и я привлекаю внимание обоих.

– Мне кажется, тут шпионы, – заговорщицки шепчет Олег, наклоняясь ближе к Лизке.

Лизка округляет глаза и переводит на меня подозрительный взгляд, а мне уже трудно сдерживаться, и я начинаю хохотать.

– Ну вы и разведчики.

Смех обрывается, когда вспоминаются события вечера и Лизкино недомогание.

Олег оказывается рядом и задирает мое лицо.

– Ты чего?

– В больницу нужно Лизку.

– Я помню, сейчас мы позавтракаем. Ты посмотри клиники частные детские и запишись на прием.

Киваю. Олег наливает кофе и что-то ставит на стол, пока я пытаюсь дозвониться до клиники.

– Алло, здравствуйте, мне нужно ребенка показать педиатру, – сжимаю трубку в руке и смотрю на спокойную Лизку.

Визуально по ней не сказать, что она болеет и что ещё вчера была с температурой под сорок, но я должна убедиться, что с ней порядок.

Насколько это возможно в её ситуации.

– Есть место на полдень, подойдет? – приветливый голос девушки заставляет меня переключиться на разговор.

– Отлично. Спасибо.

Олег потягивает кофе и следит внимательным взглядом за мной.

– На полдень записали, – облегченно выдыхаю.

Меня отпускает.

Олег бросает взгляд на настенные часы и выдыхает.

– Ну у нас не так много времени. Пара часов всего. Я к себе, тогда пока. Через час выдвигаемся.

– Зачем к себе? – хлопаю глазами.

Он что, вот так просто сейчас свалит? И бросит меня?

– Ну хотя бы принять душ и переодеться. Я же не поеду в детскую больницу в домашней одежде, – в его взгляде танцуют чертята.

Как будто он читает мои мысли и потешается, что я испугалась после слов об уходе.

Да, я для него всегда была как открытая книга. Но плохо ли это?

– Ждем через час.

– Можете пока вещички-то собрать, дамы, – Олег чмокает Лизку в макушку и выходит.

– Ну что, Лизок, готова переезжать к Олегу?