Глава 30

Я стояла, потрясенная только что увиденным. В глазах стояли слезы, а сердце норовило выпрыгнуть из груди. Мне совсем не понравилось то, что я узнала об Ардоне. Конечно я понимала, что он не был монахом все это время, но он говорил с Ауреллией с такой нежностью и любовью, что я не могла не думать о них как о паре.

Маргус смотрел на меня изучающим взглядом.

– Что было дальше? – спросила его, вытерев слезинку, крадущуюся по щеке.

«Голоса Совета разделились поровну», – с горечью ответил дракон.

Вот как? Значит, Ардон все-таки кого-то убедил проголосовать за их союз с ведьмой.

– И какое решение было принято?

«Мой голос стал решающим», – дракон расправил крылья и потянулся. – «Я отказал. Она – не моя пара… ты – моя…».

Пока я пыталась уложить в голове его слова, перед глазами вновь возникла картинка. Я снова видела Ауреллию. Только теперь ее прекрасное лицо было искажено от ненависти и боли. Девушка стояла на вершине скалы. Я узнала это место. Скала располагалась с западной стороны от замка. Рыжие волосы трепал ветер, а в свете заходящего солнца они казались пламенем. Затаив дыхание я рассматривала мир, в котором оказалась впервые в дневном свете. Жаль, что Ардон не отрывал взгляда от тонкой фигурки на краю обрыва.

– Ауреллия, – пытался достучаться до нее мужчина, – не делай глупостей! Дай мне руку!

Ведьма презрительно покосилась на протянутую ладонь и сделала еще один маленький шаг назад.

– Не подходи, предатель! – по ее щеке покатилась капелька. Слезы делали ее зеленые глаза похожими на изумруды.

– Лия… – с горечью произнес Нэйтан.

Солнце с каждым мгновением опускалось все ниже.

– Что? – она с вызовом вскинула подбородок, – Тебе есть, что мне сказать? Может быть, ты предложишь мне место своей даранханы? Ах, прости, твой тупой дракон не признает меня! Я даже твоей любовницей стать не могу!

– Ты пыталась убить моего дракона, – глухо произнес Ардон.

– Я хотела тебя освободить от него, от этих законов и обязанностей!

– Я король этой страны! – теперь в его голосе прорезалась сталь, – Мои интересы вторичны!

– Я ненавижу твою страну, твою расу и твоего дракона! – выкрикнула ведьма. – Будьте вы все прокляты! – одновременно с этими словами она сделала какие-то пассы руками, бросила под ноги маленький пузырек и произнесла слова на незнакомом мне языке.

– Нет! – наполненный болью крик Ардона разорвал тишину вечернего неба.

– Поздно! – Теперь лицо красавицы не кривилось, на нем читалась уверенность в своей правоте. – Будь ты проклят, Ардон Нэйтан, как и твой дракон Маргус, твое королевство Эскаго! Смотри на этот закат! Он последний в твоей жизни! Больше солнце никогда не взойдет над этой страной, больше не быть тебе одним целым с твоим зверем, не ждать тебе покоя! Только истинная сможет подарить тебе наследника, только та, чей род прервался и прекратил свое существование! Дочь предков Амбрахана, одна среди тысяч сыновей, лишь она способна снять проклятье! Быть тебе чудовищем без права выбора, быть врагом лучшему другу и брату. Обрекаю тебя!

– Ауреллия, что ты говоришь? – он сделал шаг к обезумевшей девушке.

Та достала тонкий стилет, что-то прошептала, почти касаясь губами сверкающей стали, в следующее мгновение вонзила его себе в грудь.

– Нет! Лия! – бросился вперед.

Не успел.

Огненноволосая красавица сорвалась вниз со скалы в последних лучах заходящего солнца. Я думала, он кинется за ней, попытается спасти от падения на камни. Но Ардон только стоял и смотрел вниз. А внизу лежало распростёртое тело девушки, под которым расползалось яркое пятно, окрашивая набегающие волны в красный цвет.

Когда картинка померкла, я обнаружила себя сидящей на коленях, закрыв лицо руками и горько всхлипывая.

– Зачем? Зачем она это сделала? – все повторяла я сквозь слезы.

«У нее был приказ», – ответил дракон.

Мне показалось, или в его словах пряталась печаль?

Я посмотрела в его горящие глаза. Мудрый и такой могучий, он тоже был заложником проклятья ведьмы.

– Кто отдал ей приказ?

«Ее ковен…».

– Ардон знает?

Дракон промолчал.

Конечно, знает. Пусть не сразу, но позже он это выяснил. Оттого и не верит никому больше. Его предала любимая женщина. Сделала его жизнь невыносимой даже после своей смерти. Так или иначе, а она выполнила приказ – разрушила королевство, лишила Ардона всего, что было ему дорого.

Выпрямилась, вытерла слезы, вскинула подбородок.

– Я все исправлю! – пообещала я Маргусу, который не сводил с меня пристального взгляда, – Доверься мне!

Не знаю, понял ли дракон мой замысел, трудно сказать, о чем он думает, по его глазам, но спустя пару гулких ударов сердца, он отступил, а потом подставил мне крыло, чтобы я могла взобраться на его спину. Полет на спине дракона разительно отличается от полета в его когтях. Сейчас я удобно расположилась между его гребнями и держалась за тот, что был впереди меня. Ветер бил в лицо и путался в волосах, взмахи огромных крыльев с двух сторон и мерное покачивание вызывали в моей душе трепет. Я всматривалась в темноту ночи и представляла, что когда-нибудь встречу рассвет на спине моего дракона.

Очень бережно Маргус опустился на балкон в замке. На тот самый, который был атакован сехеалом. От разрушений, нанесенных чудовищем, уже не осталось и следа. Глафорд быстро восстановил себя.

Я спустилась со спины ящера, который заботливо подставил мне крыло, ступила на каменный пол балкона, ощутив легкую вибрацию. Может быть, замок таким образом показывал мне, что соскучился?

Поток воздуха легко толкнул в спину. Маргус поднялся в ночное небо и взял курс к горам с северной стороны. Пусть летит! Ему нужно подумать. И мне тоже…

Над головой привычно зажглись огоньки, освещая мне путь. Благодарно улыбнулась и последовала за ними, как Элли по дороге из желтого кирпича. Уверена, мой каменный друг приведет меня туда, куда нужно. В сердце шевельнулась гордость – Глафорд меня тоже принял, признал своей. Вспомнилось, как он меня защищал от нападения. Странно, но замок узнал раньше меня, что на нас нападают. Почувствовал? Жаль, что его нельзя расспросить. Каменный исполин на редкость молчалив.

Когда я оказалась в своих покоях, к великой радости обнаружила в них Мальвину. Феечка с тонким писком кинулась ко мне. Она возбужденно жестикулировала и мельтешила перед лицом так, что у меня зарябило в глазах.

– Я тоже рада тебя видеть, крошка! – улыбнулась я подруге.

Оказывается, они с Найной долго меня ждали, но ундине пришлось вернуться домой, а вот Мальвина осталась дожидаться здесь. После нападений они теперь очень боялись за меня. Волнение подруг передалось и мне. Ведь действительно, всякий раз, как я покидаю пределы замка, какая-то гадость на меня нападет. Кто-то явно не хочет, чтобы я снимала проклятье. Даже странно, что сегодня никто не покушался на мою жизнь. Но об этом я подумаю завтра. Повернулась к фее.

– Мали, мне нужна твоя помощь! – улыбнулась я ей.

Через час я стояла на пороге своей комнаты с бешено колотящимся сердцем. То, что я задумала, казалось сейчас чистым безумием, но отступать я не собиралась. Слишком высоки были ставки. Страшно ли мне было, что ничего не получится? О, еще как! Просто до дрожи, до умопомрачения! Сколько шансов? Пятьдесят на пятьдесят. Не так и плохо, если на кону стоит целое королевство.

– Как я выгляжу? – спросила у феи.

Мальвина обиженно засопела. Ведь все это время именно она прикладывала старания для того, чтобы привести меня в божеский вид. Феечка сначала приготовила мне ванную с ароматными травами, правда долго нежиться в ней не дала. Тщательно вымыла, а затем высушила мои волосы, щедро осыпав их волшебной пыльцой. Благодаря ее манипуляциям они стали выглядеть просто потрясающе. Казалось, будто солнце запуталось в локонах и придает им дополнительный блеск. Моя кожа на лице и теле тоже приобрела сияние и упругость. Когда я взглянула на себя в зеркало, просто не узнала. Глаза горели лихорадочным огнем, губы покраснели, на щеках легкий румянец. Волосы придавали лицу золотистый ореол. Мальвина убедила меня облачиться в соблазнительный пеньюар, который подчеркивал увеличившуюся благодаря беременности грудь и мягко струился по телу, дразня шелком.

– Ты выглядишь, как богиня соблазнения! – сдвинула тонкие голубые бровки фея.

Еще один взгляд в зеркало. Она права. Пора идти.

Открыла дверь и вышла в темный коридор. Глафорду не нужно было озвучивать мое желание. Он сам прекрасно знал, куда я собралась в этот час. Знал и, кажется, одобрял. Огни зажглись у меня над головой, освещая путь.

Ардон распахнул дверь почти сразу, едва только я постучала, будто ждал меня.

– Элли…

Отступил, пропуская меня внутрь. Я куда-то растеряла всю свою решительность, когда окунулась в зелень его глаз. Сделала шаг в комнату, остановилась рядом с ним. Мы стояли настолько близко, что почти касались друг друга, делая вдох. Я протянула руку и коснулась чуть шершавой щеки. Сейчас на ней не было и следов чешуи. Маргус сдержал обещание, позволив провести время только вдвоем. Чуть повернув голову, мужчина обжег мою ладонь поцелуем, превратив довольно невинную ласку в нечто невообразимое, почти интимное. Будто электрический ток пробежал от его губ к моей руке, прошелся вдоль всего тела, прокатился по позвоночнику и спустился к ступням, уходя в каменные плиты пола.

Прикрыла глаза и прикусила губу. Сердце заполонено стучало в груди. Я развязала тонкие тесемки на пеньюаре, позволяя стечь невесомому шелку на пол. Я осталась перед Нэйтаном в одной полупрозрачной ночной рубашке. В глазах мужчины загорелся хищный огонек. Там, где кожи касался потемневший взгляд, я чувствовала тепло.

– Элли, что ты делаешь? – хрипло спросил мужчина.

– Я твоя даранхана, – тихо ответила я, прикрыв глаза ресницами, – и истинная для твоего дракона, избранная снять проклятье… Я могу примирить вас с Маргусом, исправить все, что натворила Ауреллия!

В глазах Ардона мелькнуло изумление. Поняв, что сболтнула лишнего, встала на цыпочки и прикоснулась своими губами к его губам. Сначала нерешительно, но затем осмелела и усилила напор. С тихим стоном Ардон прижал меня к себе, отвечая на поцелуй.

– Милая моя! – прошептал он, запуская пальцы в мои волосы, – Любимая…

Дракончик у меня на руке вспыхнул ярким золотым светом. Хитрющая морда нарисованного ящера довольно щурилась, устроив голову на передних лапах, разложив крылья и обернувшись хвостом.

Я теряла себя от поцелуев моего мужчины, который так долго отталкивал меня и не хотел признавать, что мы принадлежим друг другу, и никакие ведьмы, проклятья и драконы не смогут нам помешать.

Не разрывая поцелуй, провела ладонями по его груди, начала расстегивать рубашку. От волнения пальцы дрожали и не слушались, но Ардон быстро пришел мне на помощь. Одним резким движением сорвал с себя только мешающую сейчас рубашку и снова привлек меня к себе. Я с трепетом провела кончиками пальцев по атласной коже, под которой перекатывались тугие мышцы, огладила широкие плечи, коснулась груди, дразнясь, опустилась на живот… Больше мужчина не хотел ждать. С тихим рыком поднял меня на руки и перенес на кровать, опираясь на локти, навис сверху и посмотрел на меня.

– Я не хочу останавливаться, – напряженно всматриваясь в мои глаза, произнес он.

– И не надо! – сама потянулась к его губам, чувствуя, как мы оба теряем контроль, стираем границы, становясь единым целым.

В какой момент моя ночная сорочка оказалась разорванной тряпочкой на полу, я не уловила, но, признаться, это уже совсем не заботило. Я отдалась на волю поцелуев, от которых теряла голову и забывала себя. Не было ничего важнее, кроме его наполненного страстью взгляда, безумно нежных прикосновений и слов любви, что шептал Ардон. Я таяла, будто ириска, оставленная на солнце, плавилась от обжигающих ласк, щедро одаривая ими в ответ. Выкрикивала его имя, теряя связь с реальностью…