Глава 15

Шамиль

– Как я по тебе соскучилась, мой сладкий! – воркует Хади, взяв ребенка, стоит нам закрыть дверь за Ратмиром с Мадиной вместе с их домработницей. – А ты скучал по маме?

– Агу! – лепечет малыш, улыбаясь беззубым ртом и хватая в горсть ее волосы.

– Конечно скучал, – улыбаюсь я, падая рядом с ними на диван. – Это прозвучит странно, но я голоден.

– Ты не поел? – хмурится она.

– Было как-то не до еды, – говорю как есть. После того как мы вернулись в зал, всё, о чем я мог думать, это Хади и то, что она находится на женской половине рядом с этой старой ведьмой.

– Мне тоже, – улыбается она. – Давай пожарю гренки? Или ты хочешь что-нибудь существенное?

– Гренки в самый раз, – соглашаюсь я. – И ту колбасу, что ты заказала.

– Держи ребенка, я быстро переоденусь – и на кухню, – вручает она мне сына и убегает.

– Повезло нам с твоей мамой, да, сынок?

Не проходит и полчаса, как нас зовут есть, так что, стянув пиджак и закатав рукава черной рубашки, я иду на кухню, держа на руках довольно лепечущего ребенка.

– Садись и давай его сюда, – забирает жена Имрана. Оглядываю стол, удивляясь, как она успела за такое короткое время еще и салат из свежих овощей сделать.

– Мама звонит, – сев и дав одну гренку Имрану, которую он тут же потянул в рот, говорит Хади, смотря на свой телефон, лежавший на столе. – Я отправила ей наше фото со свадьбы, – улыбается она и принимает вызов.

– Не отвлекаю, дорогая? – раздается мамин голос, и я тут же чувствую тоску по ней. Надо во что бы то ни стало перевезти ее в Москву.

– Мам, ну что за глупости? Разве ты можешь отвлекать? – журит она мою старушку.

– Что делаете?

– Ужинаем гренками, – хихикает жена, показывая ей наш стол. Я машу ей рукой и здороваюсь, укоряя, что невестке она звонит куда чаще, чем родному сыну.

– Хватит говорить глупости, – отмахивается она от меня с улыбкой. – Ой, а что, на свадьбе невкусно кормили?

– Вкусно, но мы не наелись, – поворачивая телефон обратно к себе, говорит Хади. – Захотелось чего-нибудь простого.

– Главное, чтобы вам нравилось, мы тоже только из-за стола с Микой…

Они о чем-то болтают, а я просто любуюсь женой и наслаждаюсь тем, как они с моей мамой дружны. Радуюсь, что бог наградил меня такой доброй и понимающей матерью, а не старой ведьмой, какой была бывшая свекровь Хади.

– Спокойной ночи, мама, не забывайте про свои лекарства, – прощаясь, просит Красоточка.

– Ой! Ты что, съел полгренки? – удивляется она, смотря на довольного Имранчика.

– Они мягкие, не переживай, я следил за тем, чтобы он не поперхнулся, – успокаиваю я ее.

– Вот ведь маленький троглодит, – целует она его в макушку и приступает к еде.

– Я тут подумал, – начинаю я, закончив есть. – Как бы уговорить маму на переезд?

– Я думала об этом, – удивляет меня жена. – Я считаю, нам нужен дом. В квартире она точно не сможет жить.

Хади

Не знаю, зачем я это говорю, ведь еще не решила, что смогу быть полноценной женой Шамиля. Мы ведь только-только начали притираться друг к другу.

– Думаю, тут ты права. Жаль, нет времени посмотреть варианты до нашего отъезда.

– Нам для начала надо привезти маму в Москву, а там, я надеюсь, уговорить ее будет не так уж и сложно. Покажем ей подходящие дома, заинтересуем ремонтом. Мику с собой привезем.

– Я смотрю, эта девушка стала вам очень близка, – замечает он.

– Да, мы очень к ней прониклись. Она такая милая. В столь юном возрасте на бедняжку свалилось слишком много испытаний, – качаю я головой. – Я, кстати, хотела поговорить о ней с тобой.

– Я слушаю, – забирает он у меня ребенка, прося спокойно поесть.

– Мы могли бы устроить ее на учебу? – закусив губу, спрашиваю я. – Утром я бы и сама справилась с домом, а после учебы она возвращалась бы к работе.

– Делай что хочешь, Красоточка, деньги не проблема, ты же знаешь.

И тут я понимаю, что нашла действительно золотого человека.

* * *

– Ну что такое? – пытаюсь я успокоить плачущего ребенка, чувствуя, что на меня уже косятся недовольные пассажиры. – В прошлый раз всё же прошло хорошо! – чуть ли не плачу я.

Утенок никак не желал успокаиваться! Я испробовала уже все способы по его успокоению, но всё было без толку.

– Давай-ка его мне, – забирает сына сидящий рядом муж. Мы наконец сдали проект и возвращались вместе домой.

– Может, у него зубки режутся? – хмурюсь я, вспоминая, что мой племянник и племянница вели себя точно так же в его возрасте.

– А не рано? – хмурится не знающий таких нюансов Шамиль.

– Нет, но я думала, что у нас есть еще пара недель. Он же не подавал никаких признаков. Ну успокойся, мой хороший, – пытаюсь я воздействовать на него нежным тембром голоса. Обычно сынок всегда успокаивался, но на этот раз только засунул сжатый кулачок в рот, обсасывая его и продолжая плакать.

– Бедный малышонок, – качает головой муж, крепче прижимая его к себе. – Ничего нельзя сделать?

– Нужна мазь, но сейчас ее не достать. Лететь еще два часа, – вздыхаю я, уже сама чуть ли не плача.

– Успокойся, как-нибудь дотерпим, – берет он меня за руки и сжимает. – А ты не капризничай, иначе твоя мама заплачет вместе с тобой.

Не знаю как, но каким-то чудом разговоры Шамиля успокаивают Утеночка, и он засыпает, хоть и спит неспокойно.

– Вот мама обрадуется! – говорю я, когда мы спускаемся по трапу.

– Главное, чтобы не обиделась на то, что мы ее не предупредили, – смеется муж.

– Думаю, она быстро оттает, даже если обидится, – улыбаюсь я. Мы сказали маме, что приезжаем завтра, в то время как сами приехали на день раньше. Захотелось обрадовать ее и сделать сюрприз.

– Быстро в аптеку и домой. Хорошо, что у нас нет багажа, – идя чуть впереди с нашими сумками, говорит Шамиль.

Мы ловим такси и, сделав остановку в аптеке и в цветочном, едем домой. Хочется порадовать маму цветами, увидеть ее улыбку, хоть я и знаю, что нам она обрадуется куда больше, чем цветам.

– Вот и молодец! – улыбаюсь я сыну, который после нанесения геля на десны выглядит куда более счастливым. Хорошо, что милая девушка в цветочном позволила мне помыть руки и я смогла нанести Утенку гель, не дожидаясь, пока мы окажемся дома.

– Ма-а-ам, – зову я, входя в дом. Двери мы запираем только на ночь, так что сейчас беспрепятственно входим.

– Ой, Хади! – восклицает начищающая стенку в гостиной Мика. Видимо, готовились к нашему приезду. – Вы же должны были приехать завтра!

– Решили сделать сюрприз, – улыбаюсь я. – А где мама?

– Ушла на рынок за сушеным мясом, – явно тушуясь перед моим мужем, отвечает девушка. – Хотела приготовить хинкал завтра.

– Давно ушла? – огорчившись, спрашиваю я.

– Где-то час назад…

– Хади! – одновременно с ней раздается восклицание моей только что вошедшей в дом свекрови.

Я улыбаюсь и обнимаю ее, радуясь тем эмоциям, что смогла вызвать.

– А на сына, которого не видела пять месяцев, ноль внимания, – говорит, притворно обидевшись, Шамиль.

– Хватит бурчать! Лучше иди обними мать, – улыбается она, забирая Имрана.

Муж подходит и обнимает мать, вручая ей цветы, на что она причитает, что не нужно было.

– Кому, как не тебе? – хмурится муж и целует ее в худую щеку.

– Мика, ставь мясо! Будем готовить. Ну почему вы не предупредили?! Мы же ничего не приготовили…

– Мам, мы же не с голодного края ехали! Хватит волноваться, – пытается сдержать ее энтузиазм Шамиль. – Лучше понянчись с внуком, у него зубки режутся, и он плакал весь полет, – отвлекает он ее внимание.

– Ты ж мой бедный! – берет она его с дивана, куда я его положила. – У бабушки есть действенный способ от этой боли…

– Пошли переоденемся? – с улыбкой спрашивает Шамиль, и я, кивнув, следую за ним наверх в нашу комнату.

– А я, оказывается, соскучилась, – беря из шкафа свое домашнее платье в мелкий цветочек, говорю я. В комнате стояла идеальная чистота и пахло свежестью. Видимо, Мика с утра убралась.

– Я, кстати, тоже, – неожиданно обнимают меня сзади теплые руки.

– Я не об этом! – хихикаю я, в глубине души довольная его контактом. Кто бы мог подумать, что мужская близость может быть такой желанной?

Пусть мы и не дошли до той самой близости в постели, нам было хорошо даже от тех поцелуев и ласк, что мы дарили друг другу. Если бы не страх раскрыть свой главный секрет, я бы давно уступила Шамилю и позволила уговорить себя на куда большее…

– А я об этом… С ума сходил от невозможности прикоснуться к тебе! – рычит он, а потом разворачивает меня к себе и целует.

Целует так, словно не делал этого вечность! Я таю, словно мороженое на солнце, и обвиваюсь руками вокруг его шеи, наслаждаясь тем, как смело он действует, лаская мой рот своими губами.

Жаль, что всё хорошее имеет свойство кончаться.

– Твоя мама поднимется за нами, если мы не спустимся, – хихикаю я, утыкаясь в его плечо, когда мы прерываемся, чтобы восстановить дыхание.

– Ты права, надо спускаться. Хотя это последнее, чего мне сейчас хочется…

* * *

– Мам, мы тут подумали, почему бы нам с тобой не переехать в Москву? – решив не откладывать в долгий ящик, начинаю я разговор. – Возьмем с собой Мику, устроим ее в университет, как думали. Я такой дом присмотрела! – вываливаю всё на нее разом, дико нервничая и боясь получить отказ.

– Дом? – удивляется она.

– Да! На самом деле вариантов несколько, и, если нам не понравится, когда мы увидим всё вживую, можем выбрать другой. Можем жить на два города. Будем проводить тут лето, а остальное время – в Москве. Шамиль к сожалению, не может оставить свою работу там, и…

– А ты не можешь оставить его. Я понимаю, – перебив меня, серьезно отвечает она. – По правде говоря, я думала об этом с момента твоего отъезда с внуком, – тяжко вздыхает она.

– И? Ты согласна? – перестав дышать, спрашиваю я.

– Куда ж я денусь, – качает она головой, и вроде как согласилась, но радости в ее голосе не было.

– Но ты не хочешь, да? – откладываю я вилку, не в силах есть.

– Мне просто надо привыкнуть. Трудно покидать родной город и дом, в котором прожил всю свою жизнь.

Молчавший до сих пор муж вдруг встает и подходит к ее стулу, присаживаясь около мамы на корточки.

– Пора закрыть двери в прошлое, – берет он ее ладони в свои. – Я хочу, чтобы мы начали новую жизнь. С чистого листа. Я ведь послушался тебя и женился, – неожиданно усмехается он.

– Значит, ты женился только ради меня? – отвечает мама на его улыбку, и у меня тут же отлегает от сердца. Я даже не понимала, в каком напряжении находилась!

– Ну, а ради кого же еще? Это ведь ты хотела эту строгую женщину в качестве невестки! – подшучивает муж, веселя маму.

– Поговори мне еще! Вот заберу у тебя жену, посмотрим, сколько ты продержишься, – вдруг становится она строгой и грозит ему пальцем.

К счастью, напряжение покидает нас полностью, и мы решаем потихоньку начать сборы того, что нам нужно будет перевезти. Шамиль дает нам неделю, заявив, что чем больше мы тянем, тем сложнее нам будет собраться и уехать. В чем-то он был прав.

* * *

– Мама решила забрать Утенка на ночь, – не зная, куда деть себя от стеснения, говорю я мужу, входя в нашу спальню.

Шамиль поднялся в комнату раньше меня, так как хотел принять душ и проверить почту. Я же осталась еще поболтать и помочь Мике на кухне.

Девушка была очень взволнована тем, что переедет вместе с нами и будет иметь возможность учиться.

– Должно быть, соскучилась, – улыбается Шамиль, уже лежавший в постели.

– Пойду приму душ, – сглатывая ком в горле, говорю я и, взяв свою самую скромную пижаму, скрываюсь в ванной.

Чертово волнение сводило с ума. Я ведь впервые окажусь в постели с мужем без преграды в виде сына! Что мне делать? Пожелать спокойной ночи и отвернуться? Будет сложновато, учитывая, что муж точно захочет поцеловать меня на ночь.

Я прекрасно видела, что ему с каждым днем становилось всё сложнее сдержать себя и не перейти те границы, что я установила. На самом деле я бы и сама хотела перейти их, но чертов страх, сидящий внутри меня, и стеснение собственного тела…

Хватит! Будь что будет! Всё должно идти своим чередом.

Шамиль

– Всё хорошо? – спрашиваю Хади, обнимая ее сзади и прижимая к себе, стоит ей только скользнуть под одеяло.

Вижу, что ей неловко, но делаю вид, что не замечаю ее нервозности.

– Ага, – вздыхает она, а я целую ее в ароматно пахнущую макушку.

– Давай поговорим? – ласково прошу я ее.

– О чем? – с заминкой спрашивает она, делая вид, что не понимает.

– Ты знаешь, о чем. Неужели ты до сих пор мне не доверяешь? – с трудом сдерживаю желание развернуть ее к себе. Не делаю этого, надеясь лишь на то, что так ей будет легче раскрыться.

– Если бы не доверяла, не лежала бы к тебе так близко, – к счастью, разворачивается она сама. – Я… Я не знаю, с чего начать.

– С того, что считаешь самым важным, – кладу я руку на ее щеку.

– Мы с моим мужем… Моим прошлым мужем, не были так близки, – заметив мое недовольство ее формулировкой, тут же исправляется она.

– Представляю себе, учитывая, какая противная женщина родила его на свет. Сомневаюсь, что он был приятнее нее, – ворчу я.

– Я не… Я имела в виду, не в этом смысле, – почему-то краснеет она и закусывает губу.

– А в каком? – не понимаю я ее.

– В том самом! – пищит она, и, если бы не ее смущенный вид, я бы ни за что не догнал, что она имеет в виду близость между мужем и женой.

– Ты ведь не про постель? – не могу скрыть своего удивления.

Хади лишь кивает, закусывая губу, пока в моей голове крутятся мысли одна бредовее другой.

– Как это вообще возможно? – наконец не выдерживаю я. – Сколько вы были женаты? Пять лет, я помню, – сам же отвечаю на свой вопрос.

– Да, – кивает она. – У него были некоторые проблемы.

– Какие проблемы?.. Ему что, нравились мужчины? – в полнейшем шоке спрашиваю я.

– Что? Нет! – тут же качает она головой. Потом вздыхает и начинает говорить: – Сразу после нашей свадьбы мы отправились за город и по пути попали в аварию. Я практически не пострадала, но Азим… Он… Удар каким-то образом пришелся на то место и… В общем, он остался без… Лишился своего… – запиналась она и, не в силах закончить, замолчала.

Чего он там лишился, я и так понял. Черт! У меня аж всё сжалось от одной мысли о подобном!

Слова Мурада, ее шрам…

– И винил он в этом, конечно же, тебя? – вдруг пришло мне в голову.

– Его словно подменили после произошедшей катастрофы, – кивает она. – От того мужчины, что я знала до свадьбы, не осталось и следа. Как бы я ни пыталась убедить его, что мне всё равно, он… – Она лишь качает головой, не в силах продолжить.

– Мужчины относятся к такому иначе, нежели женщины, – пытаюсь я приободрить ее.

– Да, – соглашается она. – Он стал агрессивным и ненавидящим всё, что со мной связано. Что бы я ни делала, всё было не так. И самое главное – он считал, что, не женись он на мне, с ним бы этого не случилось, ведь я даже царапины не получила, в то время как он…

– Это чушь! Это могло случиться в другой раз. Ему просто нужен был тот, на кого можно было бы спихнуть вину! – рычу я, в красках представляя, как именно выражалась его ненависть к ней.

– Наверное, ты прав, жаль, в то время я этого не понимала. Вместо этого я и сама поверила в то, что виновата в его состоянии. Когда поняла и решила уйти… – вновь замолкает она, не договорив.

– Что? – подталкиваю я ее.

– Он не отпустил. У него имелись рычаги давления на меня. Мой старший брат только что занялся политикой, а отец Азима сыграл в этом немаловажную роль. К тому же мама просто не пережила бы того, что мой «счастливый» брак рухнул, – всхлипывает она.

– И что случилось дальше? – с трудом сдерживая рвущиеся из меня эмоции, хриплю я. – Мурад сказал, что он что-то с ним… – забыв про свое обещание молчать, рычу я.