Глава 10

Дошли.

Постоялый двор «Королевский Тигр» располагался в довольно высоком для Пайсы трехэтажном здании с множеством окон по фасаду. Вывеска на входе, как мне показалось, была подсвечена магией. Ну уж явно не электричеством — потому что другого объяснения парящим в воздухе сгусткам света я так и не нашла.

Впрочем, я их и не искала — мне было все равно, даже если демоны из преисподней крутили динамо-машину, вырабатывая местное электричество. Все, чего я хотела, — это поговорить с герцогом Бриарона… Вернее, уговорить его отправиться на поиски моей дочери, и для этого я была готова на все — даже вступить в схватку с этими самыми демонами.

Правда, вместо демонов нам со Стефаном повстречалось препятствие в лице охранника «Королевского Тигра». Мы столкнулись с ним на входе в просторный обеденный зал, занимавший весь первый этаж постоялого двора. Охранник встал перед нами стеной, загораживая проход, но я все же разглядела, что почти все столики внутри оказались занятыми.

Играла негромкая музыка, разговоры за ужином велись вежливые и чинные. Люди сидели красиво одетые, смеялись негромко, кружками с элем по столам не бУхали и подавальщиц в белых передниках за бока и зад никто не хватал. Насмотрелась я всякого в «Веселом Петухе»… Вместо этого звенело тонкое стекло бокалов, лилась речь на разных языках и витали аппетитные запахи.

Но вход в этот рай оказался только по спецпропускам, которых у нас со Стефаном не было.

Вместо этого охранник, окинув нас взглядом с ног до головы, с хмурым видом поинтересовался, кто мы такие и какого ляда здесь забыли. Свободных мест нет, комнат тоже, так что мы можем смело идти туда, откуда пришли. А затем, не особо стесняясь в выражениях, сказал, куда именно.

Это означало, что фейс-контроль мы с треском провалили.

Но мне привычно было все равно. Зато Стефану, как оказалось, не очень.

— У меня есть дело к герцогу Бриарона, — быстро заявила я охраннику, кинув на повара предостерегающий взгляд.

Нам не стоило ввязываться в драку, а судя по лицу бывшего владельца «Бешеного Быка», до нее оставалось всего ничего. И я решила, что говорить стоит мне.

— Его светлость давно дожидается моего визита, — добавила я. Судя по лицу ухмыляющегося стража, тот бы явно не отказался от небольшой заварушки. — Передайте ему или его людям, что пришла Эва… Эва Коваль. — С трудом, но я все-таки вспомнила свое фальшивое имя. — Он обязательно захочет меня увидеть, а пока что мы постоим здесь, в дверях. Или же сядем вот там, — я все-таки заметила свободный столик неподалеку от входа.

На лице охранника промелькнуло недоверие, но выгонять он нас не спешил. Задумался, и я решила закрепить успех:

— Но если вы не сообщите милорду герцогу о моем приходе, то потом, когда он об этом узнает… А он обязательно об этом узнает, клянусь! Так вот, его светлость будет крайне, крайне недоволен лично вами. Вы хотите испытать на себе, что значит гнев одного из ДерХарров?

Охранник не захотел.

Немного помедлив, он кивком подозвал еще одного, наказав тому сторожить нас со Стефаном, чтобы мы случайно не просочились к дорогим гостям и не испортили своим внешним видом им вечер. После чего отправился через зал к лестнице, ведущей на верхние этажи.

Нам оставалось лишь ждать.

Можно, конечно, было устроиться за тем самым свободным столиком и вытянуть уставшие за целый день выступлений и беготни по городу ноги, но я не смогла. Так и стояла с прямой спиной, гордо вскинув голову. Дожидалась возвращения охранника, сказав себе, что вести он, несомненно, принесет хорошие.

Герцог здесь, в «Королевском Тигре», иначе страж бы не отправился наверх, а выгнал бы нас из гостиницы, наказав искать Маркуса ДерХарра где-нибудь в городе.

Это означало, что высокий лорд Бриарона уже закончил со своими делами и обязательно захочет со мной поговорить. Уверена, так оно и будет, раз уж я привлекла его внимание еще в горах.

А дальше… Дальше уже будет видно!

Наконец, появился охранник и поманил меня за собой. Смерил Стефана недовольным взглядом, но повар с независимым видом отправился следом. Уже очень скоро мы поднялись на второй этаж, затем прошлись по мягкой ковровой дорожке — надо же, какая роскошь! — мимо зажженных золотых канделябров в конец коридора, где наткнулись на… Брендана.

Кажется, он был близким другом герцога.

Тот вышел нам навстречу из одной из дверей и уставился на меня с легкой улыбкой на губах.

— Все-таки пришла? — склонил он голову.

Произнес это спокойно, словно констатировал тот факт, что все в этом мире продается и покупается за деньги ДерХарров, и я не стала исключением из правила.

— Пришла, — отозвалась я. Затем до боли прикусила губу, сказав себе, что мне совершенно все равно, кто и что обо мне подумал. — Да, я пришла к милорду герцогу по очень важному делу.

А потом повторила то же самое, но уже Маркусу ДерХарру, когда тот вышел из дверей своего номера. Услышав о важном деле, с легким удивлением заглянул мне в лицо, после чего поманил нас со Стефаном за собой.

Войдя внутрь, я мельком окинула взглядом изящную мебель, на которую лили свет висевшие на стенах и под потолком магические светлячки — вряд ли в этом мире уже изобрели беспроводное электричество.

Подумала, что комнат в номере герцога несколько. Эта была гостиной. А там, за полуприкрытой дверью, скорее всего, находилась спальня…

Мысль о спальне ввергла меня в состояние, близкое к оцепенению, из которого я все-таки вырвалась, потому что Маркус ДерХарр спросил у меня, что случилось.

— Мою дочь похитили, — сказала ему. Уж и не знаю, помнил ли он о девочке, поэтому я добавила: — Ее зовут Кэрри, и она совсем малышка…

Герцог кивнул, сказав, что он прекрасно знает, что у меня есть дочь, и на вид девочке было то ли шесть, то семь лет. Я с ним согласилась, подумав: надо же, он помнит даже о Кэрри! — но в этот момент силы попытались меня покинуть.

До этого я держалась, уговаривая себя, что все будет хорошо. Нужно лишь дойти до Маркуса ДерХарра, и он обязательно поможет. Выслушает меня и спасет мою девочку.

Ну что же, я дошла, и он готов слушать. Но вместо того, чтобы рассказать ему все от начала до конца, перед глазами у меня потемнело. Я покачнулась, почему-то не чувствуя под собой больше ног, и Маркус подхватил меня под локоть, сказав, что мне нужно сесть на софу.

Но уже в следующую секунду я очнулась, обругав себя за постыдную слабость. Нет же, сейчас не время валяться в обмороке, когда Кэрри в опасности!

— Твою дочь похитили?! — нахмурился герцог после того, как я слабым голосом сказала, что со мной все в полном порядке. Головокружение прошло, так что я готова все ему рассказать. — Вильям, принеси воды! — приказал он кому-то, не поворачивая головы. — Как это произошло? Ты видела, кто это сделал?

— В тот момент меня не было рядом, но я подозреваю, что это были рингулы.

Взяла трясущейся рукой стакан с водой, затем поднесла его ко рту. Попыталась сделать глоток, но не смогла — зубы застучали о стеклянный край. Но мне обязательно нужно было говорить дальше, потому что, заслышав о рингулах, Маркус ДерХарр едва заметно напрягся. Затем склонил голову, уставившись на меня пронзительным взглядом.

Впрочем, тут на помощь подоспел Стефан.

— Ее дочь осталась с моим компаньоном во флигеле на постоялом дворе «Веселый Петух». Это заведение Гедеона, что в квартале Игрем, — пояснил он. — Но кто-то вломился в дверь, ограбил нас и забрал девочку. Мой компаньон увидел четверых перед тем, как его огрели по голове, но Эва почему-то решила, что это были рингулы.

Судя по взгляду Маркуса, ему было интересно, как именно я пришла к подобному выводу. И Брендану тоже — тот замер подле герцога, внимательно прислушиваясь к нашему разговору.

— Мы столкнулись с рингулами на Площади Вознесения сегодня днем, — начала я, — и Кэрри почему-то до ужаса их испугалась. Мне кажется, что она…

Хотела сказать, что она что-то знает о рингулах, но осеклась, передумав. Решила, что мне не стоит. Потому что тогда придется рассказать Маркусу обо всем с самого начала — и о том, что Кэрри никакая мне не дочь, и еще о том, что я сама взялась непонятно откуда.

Вообще не из этого мира.

И тогда все бесконечно затянется.

К тому же неясно, станут ли они вообще искать мою дочь, решив, что если уж она не моя, то и черт с ней! Лучше разобраться со мной — а тут вообще непонятно, как именно они станут это делать.

Мне же нужно было, чтобы Маркус нам помог, а для этого он должен мне поверить.

— Милорд, неподалеку от Площади Вознесения мы с дочерью наткнулись на рингулов, — произнесла я твердо, а затем взяла и выпила чертову воду, осушив стакан до дна. — Мне показалось, что они обратили на Кэрри внимание. Вы же знаете, какие ходят о них слухи! — Маркус кивнул, заявив, что он знает. — А потом, после того, как все произошло, Джош сказал, что в дом ворвались люди в пестрых одеждах. Поэтому я решила, что это были они. Те самые, кого мы видели на площади! Наверное, они нас каким-то образом выследили…

Тут моя решимость сошла на нет, и я уставилась на Маркуса в полнейшем отчаянии.

— Я уже не знаю, что мне и думать, милорд! И еще я не знаю, к кому мне идти. Вернее, кроме вас мне больше и не к кому было пойти!

Но Маркус ДерХарр молчал. Стоял и смотрел на меня, о чем-то старательно размышляя, и я продолжила:

— Кэрри — единственное, что у меня есть в этом мире, поэтому я прошу, умоляю вас о помощи! И еще о справедливости!.. О да, я молю вас о справедливости ДерХарров, которые в этих местах такой же закон, как и королевская власть! Мне сказали, что на городскую стражу можно не рассчитывать, поэтому я пришла к вам. Но у меня есть только это… — я разжала ладонь, показав ему мятую купюру и влажные от моего тепла монеты, на которые расщедрился Вейн.

На это все мужчины в комнате, включая Стефана, поморщились, а я…

Да, у меня было еще кое-что, что могло заинтересовать герцога, но я всхлипнула, не в состоянии смириться с этой мыслью, потому что это противоречило моей натуре.

Всего сутки назад, лежа в повозке, я пообещала себе, что ни за что не стану торговать собственным телом. Но что, если Маркус потребует с меня именно такой оплаты за поиски моей дочери? Как мне поступить в этом случае?!

Но он ничего не потребовал. По крайней мере, сейчас.

— Брендан, — повернул голову, — возьмем с собой Терренса, Вильяма и Джеймса. Разберемся на месте, что к чему.

— Рингулы и девочка шести-семи лет, — задумчиво произнес светловолосый. — Это становится все интереснее и интереснее!

Герцог едва заметно пожал плечами, после чего уставился на меня с таким видом, что я закрыла ладонь с деньгами и спрятала руку за спину.

— Мы найдем твою дочь, — произнес он уверенно. — Но сперва тебе придется показывать дорогу. Я не знаю, где находится «Веселый Петух».

— Хорошо! Конечно же!.. — отозвалась я не слишком-то уверенно, потому что сюда меня привел Стефан, а я, пребывая в отчаянии, не слишком-то запомнила улицы, по которым мы шли.

Но тут Стефан подал голос, заявив, что он поведет. И уже через несколько минут мы всемером покинули не слишком гостеприимный, но, несомненно, шикарный отель — и все это под удивленными взглядами двух охранников «Королевского Тигра».

Выйдя на крыльцо, Маркус ДерХарр распахнул перед нами первый портал.

Но он не слишком-то хорошо знал Пайсу, так что, пусть мы и попали в нужный район, существенно сэкономив на этом время, дальше нас повел уже Вильям, отлично ориентирующийся в городе.

Шли мы преимущественно порталами, поэтому до «Веселого Петуха» добрались очень и очень быстро — всего лишь за несколько минут. Последнюю сотню метров проделали ногами, и я, стараясь не сорваться в слезы, быстро рассказала герцогу обо всем, что со мной произошло с момента нашего расставания на въезде в Пайсу.

О том, как я нашла себе работу в цирке Андора Вейна — да, в прошлом я циркачка, так что мне не составило труда подыскать себе труппу для выступления на празднике. Именно поэтому я оставила Кэрри на постоялом дворе вместе с Джошем, а сама провела вечер на Площади Вознесения.

Зачем я это сделала? Потому что мне нужны деньги на билеты в Койю.

— Почему не спросила у меня? — произнес герцог, вскинув бровь, и я пожала плечами.

— Потому что не смогла бы за это рассчитаться. — Вот что я ему ответила. — А так я заработала деньги честным трудом. Но я должна была взять Кэрри с собой, а не оставлять ее с Джошем, у которого аллергия на морских ежей… И еще эти вараны, которые вечно путаются под ногами! С чего я решила, что они ее защитят?!

Маркус хмыкнул, и я поняла, что со стороны это начинало походить не на рассказ о произошедшем, а на банальную женскую истерику. Вздохнула, собираясь с мыслями, но вместо меня заговорил Стефан.

Кратко и по существу рассказал еще раз обо всем, что он увидел, когда вернулся во флигель после ограбления. Заявил, что в большом доме девочки нет — они перевернули весь постоялый двор вверх дном. Осмотрели все комнаты, включая номера постояльцев, так что Кэрри из «Веселого Петуха» кто-то забрал.

Тут показалось и само заведение, внутри которого все так же царило разгульное веселье. Но в большой дом Маркус со своим отрядом не пошли и людей Гедеона расспрашивать ни о чем не стали. Джоша тоже, хотя тот, завидев герцога, моментально подскочил с софы и вытянулся по струнке, уставившись на него одним глазом.

Вид у повара был виноватым.

Джош открыл было рот, но Брендан вскинул руку, приказав ему молчать.

Потому что погруженный в думы Маркус, не обратив никакого внимания на Джоша, принялся расхаживать по флигелю. Прикоснулся к тряпичной кукле Кэрри, лежавшей на столе. Затем провел рукой по софе и наступил на хвост Кайвину. Чертова ящерица, конечно же, снова крутилась под ногами, куда без нее?!

Но на тарса герцог не обратил внимания, пошел себе дальше. Наконец, застыл в дверном проходе.

— Так и есть! — сказал он даже не мне, а Брендану. — Думаю, здесь побывали рингулы. У одного из них был защитный амулет. Я чувствую характерный привкус их стихийной магии.

Брендан взглянул на своего командира с уважением, заявив, что ничего подобного он здесь не ощущает.

— Но все один к одному! — почему-то добавил он.

На это Маркус едва заметно кивнул, после чего отправился наружу, под звездное небо этого мира, в котором вовсю сверкала луна. Его люди потянулись следом, и я тоже покинула флигель, прижимая к себе куклу Кэрри.

Луна лила свет на красивое, сосредоточенное лицо герцога Бриарона, который с задумчивым видом вглядывался в темноту. И я отстраненно подумала: как же легко влюбиться в этого мужчину, окончательно потеряв голову!..

— Я хорошо чувствую их след, — произнес Маркус. — Так что поведу.

Затем уставился на меня, потому что я, воодушевленная его словами, тоже засобиралась вместе с ними.

— Нет, Эва! — покачал герцог головой. — Ты останешься здесь и будешь ждать нашего возвращения.

— Но я не могу! — возразила ему. — Это выше моих сил — оставаться здесь и ждать вашего возвращения. Моя дочь где-то далеко, с чужими и злыми людьми, которые ее похитили, поэтому я должна пойти с вами. Быть там, когда вы ее найдете. Я попросту…

Хотела ему сказать, что я попросту изведусь от переживаний, от которых я и так уже извелась. Или же казню себя окончательно за то, что не углядела и не додумалась взять Кэрри с собой.

Но тут Маркус посмотрел мне в глаза, и мне почему-то стало легче. Уж и не знаю, что он сделал, — но я почувствовала пришедшую от него волну тепла. Это тепло проникло в мой разум, заполонив собой с головы до ног. Принесло частичку его спокойствия и твердой уверенности в том, что все будет хорошо.

Он все сделает так, как нужно. Отыщет мою дочь, а потом вернет ее мне.

— Я ее найду, — повторил Маркус, продолжая вглядываться в мое лицо. — След довольно четкий, так что идти по нему не составит никакого труда. Тот, кто ее забрал, понятия не имел, насколько специфическую магию излучает его амулет. Это говорит лишь о том, что ни он, ни его люди не представляют для нас никакой опасности. Они простые воры, Эва, поэтому твоя дочь уже скоро к тебе вернется!

Сказав это, Маркус протянул руку и коснулся моей щеки. И я, закрыв глаза, прильнула к его ладони.

Понимала, что небезразлична этому мужчине — стал бы герцог Бриарона бегать по ночному городу ради спасения дочери какой-то там служанки!..

Но он стал.

И еще, что Маркус тоже мне небезразличен — я осознала это с первой же нашей встречи.

— Спасибо вам, милорд! — сказала ему.

На это герцог кивнул, после чего развернулся и ушел, и отряд свой увел. Не прошло и нескольких секунд, как они исчезли в темноте двора.

Отправились на поиски моей дочери.

Я же, обессиленная, опустилась на ступеньку рядом с дверью и обхватила голову руками. Уставилась в темноту, решив, что буду сидеть здесь и ждать, когда вернется Маркус.

Но не один, а с Кэрри.

— Все будет хорошо! — подойдя, произнес Джош. Затем похлопал меня по плечу, на что я кивнула с благодарностью.

Впрочем, мне казалось, эти слова Джош произнес больше для себя, чем для меня.

Затем повар заявил, что ждать хороших вестей он собирается на софе в гостиной — голова у него раскалывается до такой степени, что оставаться на ногах больше нет сил. Вот и мне стоит вернуться в дом, нечего здесь сидеть!..

Но я покачала головой, и Джош ушел во флигель, наконец-таки оставив меня в покое.

Следующим подошел Стефан. Хмыкнув, накинул мне на плечи теплый плащ, на что я взглянула на бывшего владельца «Бешеного Быка» с благодарностью. Стефан еще немного постоял рядом, после чего заявил, что отправляется на кухню.

И еще, что мою дочь непременно найдут, потому что, если понадобится, герцог Бриарона положит ради этого половину Пайсы. Так что волноваться мне особо и не из-за чего.

Ему тоже пора возвращаться к делам — два банкета и путешествие в Койю никто не отменял.

— Если хочешь, пойдем со мной, — произнес Стефан. — Побудешь рядом, отвлечешься, а Джош позовет, когда понадобится!

Но я не захотела, потом что не смогла.

Сказала Стефану, что у меня нет ни моральных, ни физических сил идти с ним на кухню, поэтому я останусь здесь, на ступенях, и буду дожидаться хороших вестей, надеясь на то, что они обязательно появятся.

— Смотри сама! — пожал он плечами. Затем добавил: — Мне жаль, что так произошло. И Джошу тоже очень жаль. Он винит себя.

Я покачала головой:

— Джош сделал все, что было в его силах. Теперь главное, чтобы Маркус ДерХарр нашел Кэрри!

Разговор становился бессмысленным — ни мне, ни Стефану не было что добавить на эту тему, поэтому, постояв еще немного, повар все-таки ушел. Вот и я, посмотрев ему вслед, перевела взгляд в темноту. Туда, где находились ворота и откуда в любой момент могли появиться Маркус, Брендан и его люди.

Вместе с Кэрри.

Впрочем, нет, так быстро вернуться они еще не могли, поэтому я приготовилась ждать. Сидела, прислушиваясь к громким выкрикам и смеху, доносившимся из большого дома. Слышала, как чертыхался пьяный постоялец, отправившийся на поиски отхожего места, но, так и не найдя, справивший нужду на стену дома.

Еще мне прекрасно было слышно, как храпел Джош на своей софе и вздыхали лошади на конюшне. Не только это — откуда-то сбоку раздался шелест вараньего хвоста, метущего землю. Судя по всему, тарсы проводили Стефана до кухни, после чего Кайвин заполз в гостиную — я слышала, как он толкнул мордой дверь, шкрябая лапами по ступенькам.

Передо мной остановился тот, второй.

Рийвин — вот как его завала Кэрри.

Странным образом я научилась их различать. Даже сейчас, в полумраке, потому что приглушенный свет лился лишь из окна флигеля и от фонаря возле черного входа в большой дом, — я прекрасно понимала, что передо мной застыл именно второй ящер.

Быть может, потому что он оказался чуть меньше Кайвина? Или же причина была в том, что у него вечно было странное, словно блаженное, выражение на морде? Или же потому, что я просто-напросто сошла с ума?

Последний факт в данный момент не слишком-то меня тревожил, поэтому я решила поговорить с вараном. А почему бы и нет?

— Ну что, — сказала ему, когда тот подполз и уставился мне в глаза, — недосмотрели? Хороши же из вас охранники! Умыкнули Кэрри прямиком из-под вашего носа! — Вздохнула. — Впрочем, я тоже хороша!

Заморгала, затем засобиралась отвернуться, не собираясь плакать под давящим взглядом ящера — ну вот что он уставился?! — как внезапно услышала чужой голос в собственной голове.

«Не уберегли!» — признался этот самый голос самым что ни на есть скорбным тоном, на что я едва не подпрыгнула на ступеньке.

— Кто здесь?! — оглянулась растерянно. Но рядом никого не было — все та же тишина и темнота.

Выходит, я все-таки сошла с ума от горя и переживаний, сказала я себе, что совершенно неудивительно. Все один к одному!

Хотя нет, наверное, я свихнулась значительно раньше, еще в Мексике — отсюда и тот змей в музее, и гигантская волна, унесшая меня в другой мир. А потом было Кольцо и два солнца над моей головой…

Мне все это чудится — скорее всего, я вовсе не сижу на ступеньке в квартале Игрем в городке Пайса, а лежу под тяжелыми препаратами в сумасшедшем доме.

Тут голос в голове снова заговорил:

«Признаюсь, это была наша вина, — ничуть не смущенный моими судорожными размышлениями об иллюзорности мира и о том, какими таблетками меня накачали, произнес он. — Три дня на крыльях дались нам непросто. К тому же мы с Кайвином еще не вошли в свою силу, а без третьего Хранителя наши запасы магии ограничены».

— Погоди, так это ты со мной говоришь?! — я в полнейшем изумлении уставилась на тарса. — Ты каким-то образом пролез в мою голову, и теперь я слышу твой голос?!

«Да, это я, Рийвин! У Кайвина так и не получилось установить с тобой мысленный контакт, хотя он много раз пытался. Зато у меня вышло с первого раза! — хвастливо произнес голос. Впрочем, тут же посерьезнел: — От лица нас двоих мы приветствуем тебя, о, третья Хранительница!»

— Я ведь сошла с ума? — спросила я у тарса, вглядываясь в черные вараньи глаза, в которых отражалась местная луна. — Ну скажи, ведь все это мне только чудится?

«Нет, ты не сошла с ума! — торжественно объявил тарс. — Хотя чуток сумасшествия только красит и человека, и дракона…»

«Рийвин, не мели чепухи!» — раздался в голове второй голос, но я уже ничуть не удивилась. А почему бы и нет — раз свихнулась, то с ветерком!

— Ты ведь Кайвин? — повернулась я ко второму варану, выползшему из флигеля.

Затем попробовала задать тот же вопрос, но уже мысленно, поинтересовавшись, кто они такие и что делают в моей голове.

Судя по всему, мне удалось, потому что тотчас пришел ответ.

«Мы — Хранители! Как и ты, мы посланы Драконьими Богами оберегать Избранную, рожденную для того, чтобы принести равновесие в этот мир».

— Погодите! — я все-таки решила перейти на обычный язык, так мне было привычнее. — О чем вы говорите?! Какая еще избранная? Какие хранители?!

И они принялись в два голоса мне объяснять.

С их слов выходило, что этих… гм… варанов, которые несколько веков назад были драконами, а потом упокоились возле стен Тал-Кайеша — это что еще за место?! — некие Боги воскресили в образе разумных, наделенных магией тарсов. После чего послали следить и охранять Кэрри.

Вот и меня они тоже послали… Да-да, те самые Боги!

То есть приставили третьей Хранительницей, потому что Кэрри — Избранная, наделенная сильнейшим магическим даром, по сравнению с которым все остальное, что видел этот мир, сущие пустяки.

Правда, Дар в ней до сих пор спит и в полной мере проявится только к совершеннолетию, до которого девочке еще необходимо дожить. А нам троим — помочь ей это сделать, охраняя, заботясь и отводя опасность.

Именно в этом и заключалась наша миссия, с которой мы были присланы в этот мир.

— А вы уверены, что я все-таки не сошла с ума? — с подозрением спросила у них, потому что сама ни в чем таком не была уверена.

Неужели маленькая напуганная девочка, потерявшая свою семью, была носительницей уникального Дара, способной в будущем остановить распространение Хаоса и спасти этот мир, вернув в него божественное равновесие?!

Но именно это в два голоса заявили мне тарсы, добавив, что Хаос — здесь его зовут Белым Маревом — вышел из-под контроля еще несколько столетий назад.

«Этому предшествовали крайне печальные события. Драконьи Боги, хранители равновесия, были отвергнуты и изгнаны из этого мира, и виной тому стали людское невежество и корысть», — скорбным голосом сообщил мне Рийвин.

Но углубляться в эту тему они не стали.

Лишь заявили, что если все продолжится в подобном духе, то миру грозит полное уничтожение. Уже очень скоро — не пройдет и пары столетий, как кровь последнего из драконьих родов — они говорили о ДерХаррах — уже не сможет сдерживать Белое Марево, и оно полностью поглотит землю.

Надежда оставалась только на Кэрри.

Именно она сможет восстановить утраченное равновесие и вернуть в этот мир процветание. Если, конечно, доживет до момента, когда полностью войдет в свою силу и сумеет воспользоваться магией.

Потому что Хаос знает об Избранной, способной его уничтожить, и попытается сделать это первым.

— А если она… гм… не доживет? — шепотом спросила я, добавив, что интересуюсь исключительно из любознательности. — Тогда появится кто-то другой? Вернее, Боги пришлют новую избранную?

Оказалось, изгнанные Боги не станут спасать этот мир во второй раз. Хватило и того, что появилась Кэрри — уже великая милость с их стороны, которую человечество не слишком-то заслужило. Поэтому мы должны всеми силами охранять девочку.

— Но почему именно мы?! — растерялась я.

В ответ услышала хвалебную одну самим себе — один из тарсов в прежней жизни оказался бесстрашным воином, второй — художником и музыкантом, способным своими творениями влиять на людские умы.

Что же касается меня — тут тарсы понятия не имели. Не знали, почему Боги сделали такой выбор, но чувствовали, что именно я — Третья Хранительница.

А ответ, по их мнению, мне однажды откроется.

Не выдержав, я ворвалась в их пафосную речь, перебив слова Кайвина о величии возложенной на нас миссии.

— Но как я могу быть третьей Хранительницей, — заявила им, — если я вообще из другого мира?!

Вот и все, я это сказала.

Призналась впервые, очутившись под светом двух солнц и Кольца, но сделала это не людям, а говорящим варанам.

Решила, что им можно, а другим — нет.

Правда, мой каминг-аут не произвел на тарсов никакого впечатления. Кайвин лишь хмыкнул, а Рийвин заявил:

«И что из этого?»

С их слов выходило, что подобные переносы для Драконьих Богов в порядке вещей. Что в этом сложного для хранителей равновесия во вселенной?

Единственное, всей бесконечной мощи своих Богов тарсы до конца не осознавали и полной картины мироустройства не знали. Зато прекрасно понимали, что мы должны как можно скорее исправить ситуацию.

Нас трое, но мы все-таки не уберегли девочку. Я была занята своими делами и оказалась глуха и слепа к попыткам Хранителей установить со мной контакт. А еще целых два раза наступила Кайвину на хвост…

— Прости, не заметила! — покаялась я. — Но и ты хорош, вечно болтался у меня под ногами!

Думала, он огрызнется в ответ, но вместо этого варан скорбным голосом признал их ошибки. Оказалось, пока он ответственно лечил толстяка-человека, потому что Кэрри его об этом попросила, Рийвин задремал, растратив последние силы за три дня перелета без воды и еды.

Когда во флигель ворвались вооруженные люди, Кайвин тоже исчерпал не только силы, но и ограниченные запасы магии, а Рийвин продрых все время и даже не заметил…

«Не заметил!» — вздохнул тот.

Оказалось, Кайвин не смог его добудиться, а в одиночку у него ничего толкового сделать не получилось. Единственное, что ему удалось, — вцепиться зубами в сапог одному из похитителей.

Но рингулов это не остановило.

Затем тарсы терпеливо ждали возвращения третьей Хранительницы. С моим приходом их резерв восстанавливается значительно быстрее, да и моя магия уже очень скоро пробудится…

В этом месте я от них отмахнулась. Какая еще магия, о чем они вообще говорят?!

Нам нужно как можно скорее найти Кэрри!

«Мой резерв уже восстановился настолько, что я готов идти по ее следу», — неожиданно заявил Кайвин.

— То есть ты можешь ее найти?! — выдохнула я.

«Я чувствую, как бьется сердце Избранной, и смогу привести нас к этому месту. Мы бы давно туда отправились, если бы третья Хранительница не оказалась такой недотепой!»

— Сами вы недотепы! — огрызнулась я. — А еще и вараны!

«Мы станем драконами, как только обретем полную силу», — возразил мне Рийвин.

— И когда же это произойдет?!

Оказалось, не раньше совершеннолетия Кэрри. Если, конечно, мы дотянем до этого счастливого момента, потому что враги сильны, а Хаос не дремлет.

— Тогда ведите! — сказала я своему сумасшествию, на что оно согласилось, и мы пошли.

Причем пошли одни — я решила, что не стоит ни о чем рассказывать Стефану или Джошу. Потому что внятно все равно им ничего не объяснить — попробуй еще растолкуй, что я слышу в голове голоса тарсов, утверждающих, что они неведомые Хранители моей дочери!..

Скорее всего, повара мне не поверят, а Стефан так и вовсе попытается задержать. А я должна, должна была отыскать свою дочь!..

Именно поэтому, ведомая тарсами, я поднялась со ступеней флигеля и нырнула в темноту. И уже очень скоро мы покинули задний двор «Веселого Петуха».

* * * *

…Нужный нам дом оказался на окраине Квартала Нищих.

Добирались мы до него долго и в полной тишине. Вараны попросили меня сохранять молчание и не приставать к ним с расспросами. Раз уж сознательно подпитывать их магией у меня пока еще не получается — если бы я вообще понимала, о чем они говорят! — то моей задачей было им не мешать.

И я неплохо с ней справлялась.

По словам Кайвина, след Кэрри был очень слаб — он ощущал девочку, но в городе десятки тысяч бьющихся сердец, и это сильно его сбивало. Но, несмотря подобное заявление, вараны куда-то медленно, но уверенно ползли по ночной Пайсе, а я тащилась за ними следом.

Иногда во мне просыпался голос разума, пытавшийся заявить, что добром наша прогулка не закончится. Мне лучше вернуться и ждать возвращения Маркуса, а не идти, стараясь не наступить на черные хвосты, куда-то в темноту.

Потому что чем дальше мы уходили от «Веселого Петуха», тем проще и беднее становились дома и тем все реже и реже попадались зажженные газовые фонари и патрули городской стражи.

Правда уже скоро я заткнула внутренний голос, а потом и вовсе немного расслабилась, потому что Кайвин и Рийвин ответственно предупреждали меня об опасности. Заодно и советовали, что лучше сделать — то ли юркнуть в переулок, то ли обойти подвыпившую компанию стороной или же прижаться к стене, пусть они сами пройдут от греха подальше!

Затем мы снова шли и ползли дальше.

В какой-то момент начало светать — выглянул Дебехамм, а потом над крышами домов показалось и Кольцо, раскрашенное в розовато-золотистые цвета рассвета. В другое время, в другом месте и при других обстоятельствах я бы обязательно полюбовалась, как встают два солнца и спутник этого мира, но сейчас меня куда сильнее заинтересовало то, что впереди показался нужный дом.

Тот самый, в котором, по словам Хранителей, похитители — рингулы! — держали мою дочь.

Очень скоро я поняла, что вараны не ошиблись и привели меня в правильное место. Об этом свидетельствовали с десяток потрепанных повозок, стоявших на пустыре рядом со сточной канавой, и привязанные к ним лошади. К тому же возле дома с выбитыми или затянутыми мутной пленкой бычьего пузыря окнами стояла стража — Джеймс и Вильям, люди из отряда Маркуса.

«Избранная там! — уверенно заявил мне Кайвин. — Мимо охраны нам с Рийвином не пройти, зато у тебя должно получиться».

— Я ее заберу, — пообещала им негромко, после чего подошла к воинам ДерХарра.

— Милорд герцог внутри? — спросила у них. — Вы ведь нашли мою дочь?! О, скажите мне, что это так!

— Да, мы ее нашли, — улыбнулся Вильям. — С ней все в порядке. Мы собирались вернуть девочку, как только его светлость закончит с допросами.

— Слава Драконьим Богам! — выдохнула я, и воины со мной согласились.

Сказали, что Им несомненно слава, поэтому мне стоит поставить свечку в храме и возблагодарить их предков, а еще Маркуса ДерХарра за его милость и магию.

— Обязательно! — кивнула я. — Именно так я и сделаю. А можно мне войти?!

Оказалось, для этого надо спросить разрешение у герцога. Но уже очень скоро я получила его дозволение, а потом стоило мне попасть внутрь, как сразу же появился Брендан с моей дочерью на руках.

Кэрри выглядела такой же, как всегда, только немного уставшей и понурой.

— Мамочка! — выдохнула она, когда воин поставил ее на ноги. — Мама!..

Она подбежала и вцепилась в меня, а я подхватила ее на руки, прижимая к себе, обнимая. Затем стояла, обливаясь слезами — слишком уж часто я стала плакать в этом мире! — шепча слова утешения.

Ей и себе.

— О, Кэрри, если бы ты только знала!.. Если бы ты знала, как сильно ты меня напугала!

— Если бы ты знала, мамочка, как я сама напугалась! — заявила она, а потом спрятала лицо на моей груди.

Тут из одной из покосившихся дверей появился Маркус. Остановился в проходе и смотрел на нас, и я увидела легкую улыбку на его лице.

Впрочем, его улыбка тут же исчезла, потому что я спросила:

— Это ведь были рингулы? Они ее забрали?!

— Рингулы, — согласился Маркус. Затем поинтересовался: — Как ты нас нашла?

— Материнское сердце привело, — отозвалась я уклончиво, потому что с Хранителями еще нужно было разобраться.

Понять, кто они такие и не свихнулась ли я окончательно.

Мало ли, вдруг я в одиночку бегала по городу, пока не добралась до этого места, ведомая тем самым материнским сердцем, а вовсе не воображаемыми варанами?

— Интересная поисковая магия материнского сердца, — подал голос Брендан. Он тоже улыбался. — Нет, в Академии мы такого не проходили!

Уставился на меня, а затем сказал, что, к сожалению, магического дара у меня нет, так что мое появление здесь вдвойне интересно. Но я от него отмахнулась — точно так же, как до этого от слов Кайвина, заявившего, что очень скоро во мне проснется магия.

— Но зачем рингулам понадобилась моя дочь? — шепотом спросила я у герцога. Кэрри все еще прятала лицо в моих волосах, и я не хотела ее расстраивать. — Что им от нее было нужно?!

— Говорят, что собирались продать в богатую и бездетную семью. По крайней мере, так заявил мне их барон, — отозвался Маркус. — Но я собираюсь еще раз его допросить, поэтому мне придется здесь немного задержаться. — Повернул голову: — Брендан, проследи за тем, чтобы Эва с девочкой благополучно добралась до дома.

Тот кивнул.

— Будет сделано, милорд!

— И вот еще, на обратном пути прихвати кого-нибудь из городской стражи. К этому времени я как раз закончу с этим…

— С бароном Якубой, — подсказал тот.

— Да, с Якубой, — кивнул Маркус. — Послушаю, что он скажет, а потом передам его и табор властям. Дальше тарийцы пусть уже разбираются сами.

Брендан кивнул, соглашаясь с его словами.

— Спасибо! — выдохнула я, почувствовав острый прилив благодарности. — О, спасибо вам, милорд, за все! За вашу доброту! И за вашу отзывчивость!

— Иди уже! — снова улыбнулся мне Маркус. — Возвращайся домой и ложитесь спать. Вас отведут порталами.

— А вы?!

— Скоро увидимся, — пообещал он, взглянув в сторону разбитого окна, зиявшего в конце прохода. — Уже сегодня.

На это я покивала — очень хочется увидеться, чтобы еще раз его отблагодарить! — после чего попрощалась и ушла. И Кэрри с собой увела.

На улице варанов я не обнаружила — скорее всего, они прятались неподалеку. Зато там был Брендан, который тотчас же открыл для нас с Кэрри портал, наказав Джеймсу проследить, чтобы мы добрались до флигеля в целости и сохранности.

После этого Джеймсу следовало вернуться, по дороге отыскав городскую стражу.

Выходило, что бедным Хранителям придется ползти назад через весь город, потому что порталы никто открывать для них не собирался, тогда как мы с Кэрри прогуляемся до постоялого двора с ветерком.

С другой стороны, они же сами сказали, что у них есть крылья. Вот и пусть… летят!

…С этой мыслью, прижимая к себе дочь, я шагнула в магическое кольцо пространственного перехода и не увидела, как изменилось и посуровело лицо Маркуса ДерХарра, когда тот вернулся в комнату, в которой они держали пленника.

Барон Якуба в шелковой красной рубахе, залитой собственной кровью, сидел, вжавшись в угол, давно уже растеряв свою наглость и самоуверенность.

— А вот сейчас мы с тобой поговорим, — произнес Маркус. — И нам уже никто не помешает.

— Ваша светлость!.. Милорд!.. — забормотал Якуба. — Это все бесы… Бесы меня попутали! Это они заставили меня выкрасть ту девчонку! Я заприметил ее еще на площади и подумал, что красивый ребенок, поэтому мы можем ее забрать… Но я клянусь…

Тут герцог вскинул руку, и Якубу окутало голубое облако ментального заклинания.