Глава 15

Остатки нервов я потеряла на станции транс-перехода, потому что за билетами мы простояли почти полчаса, а то и больше. Очередь к деревянной будке едва двигалась, и я ничего не могла с этим поделать — если только переживать и терять те самые остатки нервов.

Потому что я прекрасно понимала: наши враги не дремлют, и они, скорее всего, давно уже обнаружили, что Маркус и Брендан пропали из того дома в Квартале Нищих без следа.

Причем пропали вместе со своими головами, так что заказ до сих пор не выполнен. Это означало огромные проблемы не только для наемника со связями, но и для тех, кто пожелал убить герцога.

Раз уж Маркус ДерХарр выжил, значит он обязательно захочет разобраться со своими врагами. Им ни в коем случае нельзя было допустить подобного!..

Следовательно, раз в игре замешаны столь крупные фигуры, чьи имена в Пайсе лучше не произносить вслух, то на поиски герцога будут брошены все силы.

Конечно же, сперва подумают на вторую половину отряда, оставшуюся в «Королевском Тигре», и отправятся к ним. Затем, когда поймут, что те тут ни при чем, начнутся глобальные поиски. Уверена, они перевернут весь город, будут носами рыть землю, понимая, что тяжело раненный герцог сам далеко уйти не мог.

Следовательно, ему помогли.

Скорее всего, Маркуса сначала будут искать в Пайсе, но и о дорогах, ведущих из города, а также о станции транс-перехода враги тоже не забудут.

Перекроют и их. Оставалось лишь понять, как быстро.

Стоило мне об этом подумать, как, не выдержав, я судорожно оглянулась, разыскивая тех, кто мог явиться по нашу душу. Но все оказалось спокойно — вокруг была такая же медленная, провинциальная Пайса.

К тому же в очереди к деревянной будке билетера, в предках которого явно затесались ленивцы, перед нами оставалось всего лишь два человека.

Прикусив до боли губу, я вновь погрузилась в тревожные размышления. Складывала мысли и так, и эдак, размышляя, как скоро враги выйдут на наш след. Догадаются, что герцога и его товарища сперва привезли на постоялый двор «Веселый Петух», где им оказали медицинскую помощь, а потом и к станции транс-перехода.

Признаюсь, я понятия не имела.

Не исключено, сказала я себе, что враги к этому времени уже нашли свидетеля, который сможет им многое рассказать. Да-да, того самого рингула, кто выбрался из комнаты путем выпадения из окна.

Но так как раненый далеко уйти не мог, то, скорее всего, он спрятался где-то в собственных повозках или же попытался укрыться в ближайших домах, где ему вряд ли были рады.

Найти его будет проще простого.

А потом и расспросить.

Враги обязательно его разговорят, и он расскажет обо всем, что видел. Следовательно, у них появится описание меня, Стефана и Джоша. А потом…

Раз уж в отряд Маркуса затесался предатель, он прекрасно знает, как я выгляжу, и еще то, что мы с Кэрри и поварами остановились в «Веселом Петухе».

Они явятся на постоялый двор, а дальше уже…

Дальше все будет зависеть от Гедеона. Расскажет ли бывший сослуживец Стефана о том, что его друг с напарником появились в его заведении с раненым герцогом? А еще — что те собирались в Койю на конкурс поваров, или же он станет все отрицать?

Признаюсь, я понятия не имела, как далеко простиралась их дружба, но подозревала, что Гедеону лишние проблемы не нужны. Даже несмотря на то, что его маг затер все следы пребывания герцога, а доктор будет молчать, словно родился глухонемым, враги все равно разузнают, куда мы держим пусть.

Если, конечно…

Вдруг у рингула хватило ума спрятаться так, что его никто не найдет?

Я складывала этот паззл и так, и эдак, пока не подошла наша очередь к кассе. Но у окошка меня поджидал очередной удар. Нет, с документами все оказалось в полном порядке, и моя девочка, которой мы купили детский билет по паспорту мальчика, не вызвала ни у кого вопросов.

Вытаращив глаза, я смотрела на то, как Стефан, пусть и дрогнувшей рукой, но все-таки достал из-за пазухи, а потом выложил немыслимую сумму в семьсот дукаров за четыре взрослых и один детский переход в Койю. Правда, посчитали еще и повозку — за нее содрали столько же, сколько и за билет для Кэрри.

Но нам попросту некуда было деваться.

Правда, о том, что в повозке были еще и раненые, — нет, об этом говорить мы не стали. Вернее, я уговорила Стефана этого не делать, сказав, что все улажу сама, после чего с помощью тарсов, в очередной раз направлявших мой Дар, с легкостью отвела глаза проверяющему.

Он тоже был магом, но до уровня Хранителей ему было еще далеко.

Стараниями тарсов тот обнаружил в повозке только мешки с овощами, с десяток банок с солениями, корзины с кухонной утварью и пару сундуков с нашими персональными вещами.

И никаких раненых он там не заметил!

После этого нас пропустили на территорию станции, приказав, чтобы мы дожидались своего перехода.

— Могла бы и раньше сказать, — буркнул Стефан, уставившись на меня недовольным взглядом, — что ты умеешь отводить глаза! Купили бы один билет и проезд для повозки, и дело с концом! Только что мы потеряли целую уйму денег.

Кивнула, кусая губы, потому что Стефан был прав! Прав!..

— В следующий раз буду умнее, — пообещала ему, подумав: ну и черт с ними, с этими деньгами, заработаем новые! Главное, нам нужно поскорее убраться из Пайсы.

А там, в столице Волунии, мы уж как-нибудь затеряемся. Выиграем время, пока Маркус не придет в себя, после чего герцог обязательно покончит со своими врагами, отведя от нас любую опасность.

…И снова потянулись мучительные минуты ожидания. Не выдержав, я принялась бродить вдоль повозки. Кэрри отправилась вместе со мной, прыгая вокруг меня на одной ножке, да и Наоми к нам присоединилась.

Наконец, громогласно объявили переход в Койю, пригласив тех, у кого есть билеты, во второй ангар к транс-переходнику.

Нас оказалось семеро — тех, что с билетами в Койю. Трое шли пешком, нагруженные баулами с вещами, а за ними потащились и мы со своей повозкой. Но тут снова произошла задержка — из-за этой самой повозки нас попросили пропустить остальных вперед.

Ничего не поделаешь — пришлось пропускать, хотя ожидание становилось поистине мучительным, хуже зубной боли, и я подозревала любого и каждого, кто появлялся возле деревянного здания второго ангара, в том, что он наш враг.

Но это были либо такие же пассажиры, либо обслуживающий персонал.

Наконец, настал и наш долгожданный черед.

Работники станции специально распахнули ворота, пропуская нашу повозку, и мы, к моему величайшему облегчению, наконец-таки въехали в просторный ангар. В центре его на высоком постаменте, к которому вел пологий каменный помост, полыхало синим магическим пламенем огромное, почти в два человеческих роста, кольцо.

— Проезжайте, поживее! — прикрикнул на нас маг в темной одежде. — Следующий переход из Имбози уже через пять минут.

Кинул быстрый взгляд на наши билеты, но ни документами, ни содержимым повозки не заинтересовался, хотя мы с Хранителями были готовы к очередной проверке.

Впрочем, причина недовольства служащего мне была прекрасно понятна — лошади, напуганные магическим кольцом, заупрямились на самом въезде в ангар, отказываясь приближаться к помосту.

Стефан попытался их успокоить, тогда как Джош с привычно рассеянным видом выпал из реальности, наблюдая за всем со стороны. Кэрри уставилась на магическое кольцо во все глаза, затем вцепилась мне в подол, после чего полезла на руки. И даже Наоми шумно задышала мне в ухо.

Нервничали все, не только лошади.

Наконец, Стефану кое-как удалось стронуть повозку с места и загнать ее на помост, но лошади наотрез отказались идти в кольцо транс-перехода. Мотали головами и испуганно ржали, все норовя попятиться и уронить повозку с постамента.

Не выдержав, один из работников принялся помогать — но толку от этого было мало, зато криков и понуканий прибавилось.

Именно тогда я решила, что нам нужно поскорее со всем этим заканчивать. Мы почти у цели, оставалось лишь миновать это проклятое кольцо!..

Прижав к себе Кэрри, я уверенно взошла на помост и Наоми с собой привела. Затем мысленно попросила Хранителей направить мою магию на то, чтобы успокоить лошадей. Раз уж они отвели глаза проверяющим, быть может, справятся и с напуганными животными?

Кайвин тут же подтвердил, что они справятся, и буквально через несколько секунд лошади притихли. Я сказала Наоми уверенное «Пошли!», после чего, удостоверившись, что Стефан и Джош ведут лошадей к синему магическому кольцу, а те уже идут спокойно, шагнула в него первой.

Куда-то в светлое будущее, подальше от Пайсы!..

Не успела и глазом моргнуть, как мы с дочерью очутились в совершенно ином ангаре. За нами вышла Наоми, а через несколько секунд показались повозка и взмыленный Стефан, ругающийся на всеобщем языке так, что мне захотелось закрыть Кэрри уши.

Впрочем, дочь не обратила на него никакого внимания — Кэрри с завороженным видом крутила головой. Наоми тоже стояла с открытым ртом, да и я, признаюсь, замерла, осматриваясь.

Ангар во многом походил на тот, который остался в Пайсе, — были и помост, и постамент. Правда, стоило на нем очутиться повозке, как магическое кольцо позади нас тотчас же исчезло, наш переход был завершен.

Зато станционные потолки оказались здесь повыше, помещение в два раза просторнее, да и народу суетилось больше, чем в Пайсе. Один из них тут же приказал на всеобщем языке с ужасным акцентом, чтобы мы поживее двигались к выходу, не стоит задерживать очередь.

И мы не стали.

Я всего лишь немного посмотрела на растянутый перед распахнутыми дверьми плакат — он был из красного бархата с вышитым золотыми нитями гербом, на котором оказались изображены горные вершины и парящий над ними то ли орел, то ли дракон.

Внизу шла надпись на незнакомом…

Внезапно в голове что-то щелкнуло — Дар Хранительницы пробудился в очередной раз, и язык из незнакомого превратился в знакомый. Оказалось, нас приветствовали в Койе и желали приятно провести время в столице Волунии.

На этом любезности закончились — на нас снова прикрикнули, чтобы мы поживее двигались к выходу, потому что вот-вот откроется переход из Южной Рогензии. Но уже через пару-тройку минут мы наконец-таки перестали всех раздражать и через распахнутые ворота въехали в Койю.

…Это был совсем другой город, нисколько не похожий на Пайсу. Столица Волунии оказалась огромной, с белокаменными домами, с широкими, выложенными брусчаткой улицами и высоченными храмовыми шпилями, устремлявшимися далеко в небо.

Правда, в борьбе за небесное господство у шпилей нашлись серьезные конкуренты — потому что Койя была окружена подступающими со всех сторон горами, и я увидела блестящие на солнце заснеженные вершины.

Заморгала — они сверкали аж до рези в глазах! — после чего отвела взгляд и принялась глазеть по сторонам.

Наша повозка катила по широкой, в четыре ряда в улице — судя по всему, станция транс-перехода находилась в самом центре Койи. Мы с Кэрри и Наоми, откинув задний полог и затаив дыхание, рассматривали великолепные особняки, стоявшие по обе стороны дороги, и окружавшие их пышные сады, полные цветущих деревьев и ухоженных клумб.

Время от времени мимо нас проносились золоченые кареты. В них сидела разнаряженная знать, а за полузадернутыми шторками то и дело мелькала то маленькая ручка в кружевной перчатке, то женская головка с уложенными в аккуратную прическу волосами.

Впрочем, обитатели карет меня мало интересовали — пока мы катили по центру, я пыталась отыскать Храм Драконьих Богов, так как все еще не оставила мысль задать местному пантеону скопившиеся у меня вопросы.

Спросила об этом у Стефана — потому что храмов по дороге встречалось много, почти на каждом перекрестке, но все они были украшены либо золотой спиралью, либо изображением преклоненной женщины в белом саване.

Мне почему-то казалось, что Храмы Драконьих Богов должны выглядеть немного по-другому.

Ответил — со слов Стефана выходило, что в Волунии поклонялись Великой Матери-Защитнице, молельными домами которой и был застроен весь центр. Но среди этого великолепия обязательно должны быть и храмы Драконьих Богов, потому что Волуния граничила с Бриароном и множество бриаронцев издревле проживало на ее территории.

Где храмы находились, Стефан понятия не имел. Зато он знал кое-что более насущное — отличное место, где мы могли остановиться на несколько дней, и нас бы там никто не потревожил. Оно было по другую сторону реки Леды, куда мы сейчас и направлялись.

Вернее, уже никто и никуда не направлялся, потому что едва тащившаяся перед нами повозка остановилась, да и Стефану тоже пришлось натянуть поводья.

Встревожившись, я выглянула наружу.

Оказалось, на нашем пути был разводной мост, через который мы как раз и не успели проехать. Каменные пролеты уже поднимались, и нам оставалось лишь сидеть и смотреть, как под ними проходила здоровенная, груженная зерном баржа.

Но остановились мы не из-за нее — уверена, та бы спокойно проплыла под изящно изогнутыми арками. За ней, с белоснежными парусами и алыми развевающимися на ветру флагами горделиво двигались два трехмачтовых парусника.

Судя по всему, заминка вышла как минимум на полчаса, а то и больше, и я, вздохнув, кивнула на просьбу Кэрри купить ей булочку. Потому что лоточники, словно стервятники подкарауливавшие свое жертвы, тут же появились незнамо откуда. Засуетились вдоль дороги, принявшись наперебой расхваливать свой товар.

Им было для кого стараться — жертвами разводного моста пали не только мы. Постепенно на дороге собралась огромная очередь из транспортных средств. В ней были и телеги, и повозки, и даже гламурные позолоченные кареты.

Крепко взяв дочь за руку, я отправилась с ней к ближайшему лоточнику. Наоми тоже пошла вместе с нами — сказала, что она успела проголодаться и ей тоже захотелось сдобы. Джош, кивнув на просьбу Стефана за нами приглядеть, потопал следом.

Именно там с ним это и приключилось.

Я не сразу поняла, что именно вогнало повара в подобный ступор, потому что Джош переменился в лице, а затем застыл, словно пропустил незаметный для остальных, но крайне болезненный для себя удар.

— Что с тобой? — спросила у него встревоженно.

Он мне не ответил, поэтому я принялась крутить головой, выискивая опасность.

Но все было спокойно.

Наконец, догадалась, что дело в чумазом и вихрастом мальчишке-газетчике. Да-да, здесь были печатные газеты — желтоватые листки с кривыми чернильными оттисками, но я им обрадовалась как родным!

Этот самый мальчишка тряс перед собой свежим номером, выкрикивая заголовки то на волунском, то на Всеобщем языках, всеми силами стараясь продать свой товар.

Признаюсь, в тот момент местные новости меня мало интересовали. Куда больше волновал выбор сдобных булочек, так как я решила купить несколько штук, чтобы угостить еще и варанов. К тому же меня тревожило то, что Кэрри стала ощупывать каждую, выбирая ту самую…

Собиралась сделать ей замечание, но не успела — увидела, как Джош побледнел, а потом трясущимися руками вцепился в газету, сунув мальчишке мелочь, после чего принялся читать газету сразу же, не сходя с места.

— Что с ним такое? — растерянно спросила Наоми.

Она тоже обзавелась булочкой, но не ела, смотрела на Джоша.

— Понятия не имею, — призналась ей, потому что Джош мне не ответил.

Последняя новость, которую старательно выкрикивал мальчишка, была о военном перевороте в Истане. Кажется, именно тогда повар и впал в свой ступор.

Но почему это могло так сильно его взволновать, я не могла себе представить.

Быть может, причина была в другом? Вернее, в другой новости, а до Джоша просто все медленно доходит?

Нам оставалось лишь гадать. Либо спросить у повара еще раз, что я и сделала.

Но вместо ответа Джош с застывшим лицом побрел к повозке, да и нам ничего не оставалось, как только отправиться за ним следом. К этому времени парусники уже проплыли, пролеты моста начали опускаться, так что мы залезли внутрь, где я скормила две булки Хранителям — заслужили.

Повозка тронулась, я перебралась в самое ее начало и обратилась к мужчинам за разъяснениями. Но так ничего от них и не услышала — они сидели на козлах с застывшими лицами, — поэтому стянула газету.

Вернувшись на свое место, посильнее откинула задний полог, пропуская к нам дневной свет, после чего принялась рассматривать листок.

Быть может, все-таки не переворот? Потому что где Истана, а где мы?!

Текст был на волунском, но для Хранительницы это не оказалось проблемой. Подозреваю, я могла не только говорить, но и читать на всех языках этого мира, чем, собственно говоря, и занялась.

Сразу же отмела местные новости — вряд ли театральная премьера могла так сильно выбить Джоша из колеи, как и выступление знаменитого тенора из Южной Рогензии.

Увидела короткую заметку о конкурсе «Золотой Колпак», пробежала ее глазами. Может, из-за этого он так сильно перенервничал?

Но все было в порядке, ничего не отменено. Сегодня-завтра проходила регистрация участников, послезавтра должно было состояться первое отборочное состязание, а еще через день второе.

Повара везде успевали, и эта заметка никак не могла стать причиной бледного вида Джоша.

Наконец, прочла несколько строчек о том, что Белое Марево, захватив две трети Риганора, прекратило свое движение. Насытившись, оно впало в спячку и последние две недели не подавало признаков жизни.

Вот и я задумалась, откусив от ароматного бока булочки, хотя в спячку впадать не спешила. Быть может, Джоша так сильно зацепила новость о Риганоре, и переворот в Истане не имеет к смене его настроения никакого отношения?

Мысленно пожала плечами — да кто ж его знает?!

С другой стороны, без защиты магии и крови ДерХарров Риганор все равно был обречен, Стефан сам мне об этом говорил. Нет, Джош не стал бы так сильно из-за этого переживать!

Оставалась та самая заметка о перевороте в Истане — если, конечно, нашего повара не шокировала переменчивая женская мода на кружева. В самом низу газетного листка упоминалось, что в Койе сейчас куда более популярны кружева ручной работы мастериц с острова Доронды, чем производства фабрики господина Лайереса.

Значит, все-таки переворот!

«Вестник Волунии» сообщал, что неделю назад молодого короля Истаны Губерта III попытались убить его же собственные приближенные. Три высших советника, подкупив нескольких армейских генералов, пошли на вероломное предательство.

Но попытка переворота провалилась, хотя покушение на Губерта все-таки состоялось. Истанский король сейчас при смерти, и прогнозы газетчики давали неутешительные — скорее всего, он не выживет.

Зато заговорщики схвачены, их вина доказана, и наказание их ждало самое что ни на есть суровое.

Перечислялись имена, но я лишь пожала плечами на незнакомых мне герцогов и графов Истаны. Признаюсь, сколько бы я ни ломала голову, но так и не придумала, какое отношение мог иметь Джош к тому, что произошло в далеком королевстве.

К тому же, насколько я понимала местную расстановку сил, истанцы издревле враждовали как с Тарией, так и с Бриароном, так что…

Вздохнув, подозвала Кэрри, и мы прочли с ней все заголовки в газете, после чего я похвалила дочь, сказав, что она у меня большой молодец. Вараны подтвердили, что это именно так, после чего снова принялись ныть, как сильно они проголодались.

На лечение раненых уходят не только все их магические, но и остальные силы, поэтому им нужно хорошо питаться. Быть может, у нас найдутся еще булочки, потому что о тех двух, которые я им скормила по возвращении в повозку, остались одни лишь воспоминания?!

Что поделать, отдала им ту, которую купила для себя.

К тому же ждать до приезда в конечную точку нашего маршрута оставалось не так и долго, потому что мы уже перебрались через мост и теперь катили по окраинам Койи. Центр с его огромными каменными особняками и высоченными шпилями храмов остался на другой стороне реки, а на этой мы словно снова перенеслись в Пайсу с ее деревянными домами и пыльными улицами.

Правда, от реки слишком далеко не отъезжали, она так и тянулась где-то рядом, поблескивая в промежутках между домами. К тому же неподалеку высились крепостные стены и виднелась сторожевая башня, ощетинившаяся защитными укреплениями.

Именно здесь, на окраине города, на берегу реки Леды, был выстроен постоялый двор «Белый кот», куда мы и направлялись. Это место чем-то напомнило мне дачный поселок — на приличного размера территории стояли небольшие деревянные домики, а сама земля была обнесена высоким забором.

…Никакого праздника в Койе в эти дни не было, так что свободных домиков в «Белом коте» оказалось предостаточно. И уже очень скоро, получив от владельца ключи и оставив ему приличную сумму денег, мы отправились к самому дальнему из них, выстроенному как раз на берегу реки.

Двухэтажному, потому что Стефан решил не скупиться.

Именно этому месту предстояло стать нашим пристанищем на ближайшие несколько дней. Берлогой, в которую мы собирались залечь, чтобы зализать раны, дожидаясь, когда магия ДерХарров и целительская сила Хранителей сделают свое дело. Раненые придут в себя и окрепнут настолько, что смогут дать отпор любым врагам.

Но до этого счастливого момента еще нужно было дожить.

* * * *

Вечер подкрался незаметно.

Только что был день, и солнце золотило далекие заснеженные вершины, а еще реку, куда я, ненадолго оторвавшись от забот, отвела Кэрри искупаться. Решила, что раз уж климат позволяет и на улице разыгралось настоящее лето, то девочке обязательно нужно научиться плавать.

Признаюсь, от воспоминаний о том, как она едва не утонула, меня каждый раз передергивало, а по позвоночнику табуном пробегали мурашки.

Для этого пришлось лезть в воду вместе с Кэрри — нужно было показать ей пример. Сделала я это прямиком в платье, которое давно уже требовалось постирать.

Хорошо хоть в заветном сундуке Зарины Коваль лежало запасное — тоже серое и тоже на пару размеров больше моего, но сетовать на судьбу я не собиралась. Повезло, что такой сундук вообще нашелся, и мне не приходилось ходить в непонятных обносках!..

Затем стремительно начало вечереть, и настало время готовить ужин. И пусть у меня не было ни одной свободной минуты, чтобы перевести дух и обдумать нашу ситуацию, но я понимала, что пока все складывалось очень даже неплохо.

Мы выбрались из Пайсы — это раз.

Мы все еще живы — это два.

Наш маленький двухэтажный домик не осаждает вражеская армия — это три. К тому же я втайне надеялась на то, что и не станет осаждать, потому что нас здесь никто не найдет. Заговорщики так и не обнаружат, что мы перебрались в Волунию, поэтому станут искать нас в Пайсе и ее окрестностях!

К тому же, несмотря на свои крошечные размеры, дом нам достался удобным во всех смыслах. Наверху находились две спальни, которые Стефан с Джошем сразу же отдали нам. В одной мы разместили раненых вместе с тарсами, а во второй устроили «девичью».

Я разложила наши с дочерью скромные пожитки, после чего застелила постели — белье нам выдали в большом доме, когда Стефан рассчитывался за проживание. Наоми тем временем возилась с Кэрри, а повара занимались тем, чем и должны — готовили ужин.

На секунду я все же уселась на кровать, решив перевести дух, чувствуя, что мои силы идут к концу. Прошлая ночь выдалась нервной и бессонной, затем был сложный и суматошный день. К тому же тарсы продолжали старательно подпитываться моей магией, и к вечеру мне стало казаться, что ко мне присосались две огромные пиявки.

Но я не собиралась жаловаться — вся магия уходила на лечение Маркуса и Брендана, которых, поднявшись с кровати, я и отправилась проведать. Пришло время поменять набухшие от крови повязки. Затем я попыталась напоить раненых, но Хранители заявили, что еще слишком рано выводить их из магического сна.

Поэтому я немного посидела у кровати Маркуса, роняя слезы на его неподвижную руку, после чего, подхватив ведро, отправилась…

Да, за водой.

И Джоша с собой увела.

Вместе с ним мы наполнили большую бадью, в которой, подогрев воду остатками магии, я выкупала Кэрри. Затем пришел черед Наоми, после чего и мой. Зато повара заявили, что дома они мыться не станут — их вполне устроит и река.

Наконец, поужинали — к этому времени я уже настолько устала, что не почувствовала вкуса того, что приготовил Стефан. Поблагодарила его и Наоми, взявшую на себя хлопоты с посудой, затем проверила, закрыта ли входная дверь на засов, а ставни на окнах на крючки, и отправилась вместе с Кэрри наверх.

Стоило мне уложить дочь, как я и сама провалилась в черную дыру сновидений… из которой упрямо выползала на свет. И так несколько раз за ночь.

Да, ходила проверять, дышит Маркус или нет. 152e1bc

Знаю, постыдная слабость, но я ничего, ничего не могла с собой поделать!

Под утро нечаянно разбудила тарсов, и Хранители заявили, что приходить в комнату к герцогу нет никакой нужды. Переломный момент миновал — раненым стало заметно лучше, и их жизням больше ничего не угрожает. Регенерация работает на полную мощность, тарсы даже во сне заливают в них целительскую магию, поэтому все, что от меня требуется, — просто быть рядом.

Соседняя комната вполне подойдет.

Пообещав, что никуда не денусь, я вернулась в кровать и больше не вскакивала — так и проспала словно убитая до самого утра. Проснулась только тогда, когда Кэрри, уже одетая и с завязанными косами, в которых красовались розовые бантики — скорее всего, из саквояжа Наоми, — пришла меня будить.

Оказалось, меня дожидались внизу, потому что настало время завтракать.

Все домочадцы давно поднялись, а Стефан даже успел купить молока и яиц в большом доме, и по дому разносился чудесный запах жареных блинчиков. Клубничное варенье, я уже знала, хранилось в запасах поваров, проехав с ними в повозке через половину обитаемого мира.

Именно тогда, заплетая волосы в косу и прислушиваясь к доносившимся с первого этажа голосам — бодрым и оживленным смеху Наоми и щебетанию Кэрри, — а еще к бормотанию Хранителей в своей голове — те доложили, что Маркус с Бренданом уверенно идут на поправку, и попросили принести им побольше блинчиков…

Так вот, именно этот момент я ощутила, что бесконечно счастлива.