Глава 17
Мои вялые попытки возразить или же отказаться — какой из меня повар, если до этого я готовила только дома, для семьи и друзей?! — с треском провалились, потому что у поваров на все нашелся один непробиваемый аргумент.
Стефану нужна была помощница, иначе в одиночку ему не справиться.
Поэтому я перестала возражать. Закрыла рот и, вздохнув, смирилась с неизбежным. Стефан с Джошем много раз выручали нас с Кэрри, начиная с момента, когда они выловили нас из реки. К тому же не только мы с дочерью, но и герцог Бриарона со своим боевым товарищем обязаны им жизнью.
Пришло и мое время прийти поварам на помощь. По крайней мере, попытаться.
Правда, о морских ежах я знала только то, что, если на них наступить, будет очень и очень больно. После чего придется доставать из ноги колючки, а затем долго хромать, потому что ранки могут воспалиться — то еще удовольствие, которое мне довелось на себе испытать, когда мы с семьей отдыхали в Греции.
— Рассказывайте! — вздохнув, заявила я поварам.
К этому времени мы уже вернулись в дом, и я уселась за стол, взявшись за карандаш и приготовившись записывать то, что мне предстояло сделать завтра. Кэрри устроилась на соседнем стуле с крайне важным видом и тоже взялась за карандаш, положив перед собой чистый листик, — приготовилась.
Но слишком много записывать мне не пришлось, потому что завтра от меня требовалось всего лишь внимательно слушать Стефана и беспрекословно выполнять его приказания. А еще пошевеливаться, не задавать лишних вопросов, принести нужные продукты из кладовых конкурса, а затем почистить тех самых ежей…
После чего делать все остальное, что скажет Стефан, потому что на грязную работу у него попросту не останется времени.
— Все ясно! — кивнула я. — Значит, завтра тебе нужен будет раб. Так бы сразу и сказал!
Получалось, основной удар Стефан возьмет на себя. Мне под его руководством всего лишь придется чистить, резать, натирать, перемешивать, пассировать, бланшировать, а еще исполнять много других знакомых и не слишком для меня действий.
Но самое главное — раздобыть продукты и почистить морских ежей.
С продуктами все было предельно ясно — Стефан и Джош как раз собирались составить список, который мне предстояло заучить назубок. С ежами оказалось намного сложнее — пусть я и прослушала краткий инструктаж о том, как их чистят, но все равно мысленно ужасалась от ожидавшей меня перспективы.
Они же… Они же колючие и мерзкие, как я вообще буду это делать?!
Повара попытались меня переубедить, заявив, что морские ежи — вкусные и полезные, настоящий деликатес; затем махнули на меня рукой и вернулись к обсуждению завтрашних блюд, а я принялась возиться с Кэрри, повторив с ней весь волунский алфавит.
Но краем уха прислушивалась к беседе поваров.
Выходило, подавать на суд жюри Стефан завтра собирался жареную лапшу с овощами и икрой морского ежа, бисквит с той же самой икрой и черным кунжутом. Ну и третье блюдо — оформленная композиция из панцирей морских ежей с их икрой…
— У меня от ваших ежей уже голова кругом! — не выдержав, сообщила им.
Но Стефан с Джошем не собирались останавливаться на достигнутом — выдали мне несколько патиссонов из наших запасов, ножницы и нож, заявив, чтобы я тренировалась. Да-да, на этих самых патиссонах, набивая себе руку и представляя, что передо мной морские ежи.
Ничего не поделаешь — пришлось тренироваться под оценивающими взглядами поваров и сочувствующим Наоми. Наконец, когда я раздела под орех с десяток патиссонов, повара надо мной сжалились.
— И запомни, Эва, — заявил напоследок Стефан, — завтра никакой магии! Малейшая попытка ею воспользоваться, и мы моментально вылетим с состязаний. За этим будут строго следить, так что готовить все придется своими руками.
Кивнула — никакой магии, что тут непонятного?!
«Магия! — встревоженно прошелестел Кайвин, когда я сообщила тарсам, что завтра мне придется их оставить на несколько часов, но я постараюсь вернуться как можно скорее. — Нам нужна вся магия Третьей Хранительницы, потому что раненые быстро идут на поправку! Они пытаются очнуться, но им нужно оставаться в магическом сне еще как минимум сутки, а лучше полтора. Только тогда их раны затянутся окончательно, и их жизням больше ничего не будет угрожать».
«Разве же я против? — отозвалась устало. — Берите, сколько вам нужно! На конкурсе мне она все равно не пригодится».
Оказалось, через расстояние Хранители пользоваться моей магией еще не могут. У них пока не хватает сил на подобное, так что если завтра я отправлюсь со Стефаном на конкурс, они не уверены, что смогут без меня удержать Маркуса и Брендана в целительском сне.
— Так постарайтесь! — заявила им уже вслух, входя в комнату на втором этаже.
К этому времени от разговоров, волнений и домашних хлопот я устала настолько, что была готова прилечь рядом с Маркусом. Но вместо этого поставила перед варанами две тарелки с супом, затем ответственно сменила повязки, порадовавшись тому, что раны герцога и Брендана уже выглядели не настолько ужасающе, как утром.
После этого снова напоила раненых.
Долго смотрела на Маркуса. Этим вечером он больше не походил на сбежавшего из Мира Мертвых, куда ему вот-вот придется вернуться. Нет же, он уже был на полпути к миру живых, и это вселяло в меня волнительное ожидание.
— Еще сутки, — шепнула я ему на ухо, убирая темные волосы с его лица. — Осталось совсем немного, и ты уже сможешь проснуться. Обещаю, все будет хорошо!
Затем немного посидела рядом, после чего все-таки нашла в себе силы подняться и отправиться в нашу комнату.
Кэрри давно уже спала, да и Наоми сонно поинтересовалась, все ли у меня в порядке. Шепотом отозвавшись, что все отлично, я скинула платье, после чего юркнула в нашу с Кэрри кровать. Обняв дочь, почти моментально скользнула в мир сновидений.
Но последняя моя мысль была о том, что все идет к лучшему.
Осталось совсем немного, и Маркус с Бренданом придут в себя, после чего нам больше ничего не будет угрожать. Уверена, они разберутся со всеми своими и нашими недругами!..
К тому же завтра я собиралась хорошенько постараться — разделать этих проклятых ежей, словно они мои личные враги, затем порезать, посолить и перемешать все, что от меня потребуется.
Ну уж нет, кулинарным конкурсом меня не запугать, особенно когда я знала, что готовить придется не мне!
Все зависело от Стефана, и я была уверена, что он ни в коем случае не подведет.
* * * *
Кулинарный конкурс «Золотой Колпак» проходил в здании Торговой Гильдии Койи, расположенной в центре города, неподалеку от дворцового холма.
Снаружи здание выглядело величественно, что уж тут говорить!..
Огромного размера строение, занимавшее чуть ли не половину квартала; с мраморными колоннами, поддерживающими украшенную скульптурными композициями крышу. Внутри портика тоже находился целый музей скульптур, к которому вели не менее величественные ступени.
Поднявшись по ним, мы миновали приветливо распахнутые двери, над которыми был растянут черно-золотой баннер с драконом Бриарона — от Стефана я уже знала, что конкурс курирует сам король Бенджамин ДерХарр.
Впрочем, прибытия дяди Маркуса в столицу Волунии никто не ожидал — честь предстать перед королевскими очами в Амвеере получали лишь лучше команды, и мы собирались попасть в их число.
Просторный мраморный вестибюль дышал прохладой, но нам было нужно дальше, по еще одной лестнице, мимо скульптур и картин. Я лишь ненадолго задержалась возле стены, добрую половину которой занимала карта этого мира.
Остановившись, принялась разглядывать извилистые границы стран, читая надписи и выискивая знакомые названия королевств. Наконец, отыскала и обширный Бриарон, и маленькую Волунию, и Тарию, граничившую с горным хребтом, протянувшимся почти через весь материк.
Нашла и Истану, стать королем которой у Джоша были очень даже неплохие шансы, если, конечно, он решит полезть в змеиное гнездо, где каждая следующая кобра ядовитее прежней; и огромное пятно Белого Марева посредине материка, уже поглотившее несколько стран и теперь наплывавшее на Риганор.
Кажется, где-то там, внутри этого пятна, находился засыпанный песками легендарный город Тал-Кайеш, о котором тосковал в своих песнях Рийвин и постоянно упоминал в геройских рассказах Кайвин.
Тут Стефан, пребывавший с утра в крайне раздражительном настроении, хмыкнул мне в ухо, заявив, что нужно идти, а полюбоваться на карту я смогу и после конкурса.
Поэтому мы пошли.
Поднялись по лестнице на третий этаж и очутились в не менее огромном приемном зале. Войдя в него, я уставилась на паркетный пол, затем перевела взгляд на мраморные колонны вдоль стен, поддерживавшие сводчатый потолок, расписанный картинами из жития волунских святых.
Присмотрелась к картинам получше — кажется, это были все-таки не святые, а торговцы, только что заключившие выгодную для себя сделку, потому что на их лицах читалась неподобающая для божеств радость.
Впрочем, так сразу было и не разобрать, потому что весь зал оказался перегороженным, а сложные конструкции из труб и дымоходов тянулись аж под потолок.
Тут даже я, дитя двадцать первого века, оценив то, что удалось сделать устроителям, прониклась к ним невольным уважением. Правда, без магии они все же не обошлось, и пусть Стефан утверждал, что пользоваться ей запрещено, но в просторном зале ее оказалось очень и очень много.
К этому времени я уже научилась ощущать колебания магических потоков, и теперь мне казалось, что пространство вокруг нас буквально гудело, звенело от заклинаний.
Впрочем, этому нашлось простое объяснение.
В состязаниях принимало участие двадцать четыре команды, съехавшиеся со всех концов обитаемого мира, поэтому огромный зал был поделен ровно на такое же число мест. По количеству участников было выстроено двадцать четыре печи с уходящими к потолку дымоходами. Напротив каждой установили по широкому столу с кухонными принадлежностями и подведенными водопроводными трубами, заканчивавшимися подобиями умывальников, — похожее я уже видела на кухне «Веселого Петуха».
Кроме того, к каждому месту, отведенному для команды, был приставлен свой маг, которому предстояло развести огонь в печи, после чего поддерживать его до конца состязания. Под потолком, куда уходили двадцать четыре дымохода, была выстроена гигантская труба, убегавшая куда-то вбок, а потом наверх, уводящая дым из помещения.
Да, все выглядело очень и очень впечатляюще!
Я еще немного постояла с открытым ртом — впрочем, в легкий ступор попеременно впадал каждый, кто входил в зал, — после чего с уважением покосилась в сторону организаторов, уже занимавших места за большим столом на импровизированной трибуне.
Наоми тоже смотрела на все с широко распахнутыми глазами, а Кэрри, впечатленная увиденным, спряталась у меня за спиной.
Да, я взяла дочь в Торговую Гильдию, потому что попросту не смогла оставить ее дома, еще в Пайсе решив, что она всегда будет со мной, куда бы я ни отправилась! К тому же Наоми тоже вызвалась пойти вместе с нами, пообещав, что она будет присматривать за Кэрри во время состязания и никуда ее от себя не отпустит.
Тут к нам подошел один из распорядителей.
На шее у него висела чернильница, а в руках он держал длинный свиток. Взглянув на наши документы, открутил крышку и, выловив откуда-то из недр одежды перо, поставил жирную галочку в своем свитке.
— Проходите! — заявил нам. — Почти все команды в сборе, так что скоро начнем. Посторонним, — он взглянул на Наоми и Кэрри, — вот туда! — и махнул рукой куда-то в сторону дальнего темного угла, где стояли длинные ряды со скамьями и стульями.
На это я поцеловала Кэрри, наказав той хорошенько себя вести и слушаться тетю Наоми, после чего проследила взглядом, как они дошли, а потом и устроились на отведенных для немногочисленных зрителей местах.
Состязание проходило за закрытыми дверьми, и на него были приглашены лишь несколько титулованных гостей из Койи — но тех усадили отдельно, — а еще пишущая братия из местных газет и близкие родственники участников.
Наконец, дождавшись, когда Кэрри и Наоми помашут мне в ответ, я повернула голову и снова стала рассматривать огромный зал, гадая, в каком их трех заставленных печами рядов будет наше со Стефаном место.
Затем перевела взгляд на длинные столы, прятавшиеся за колоннами. На светлых скатертях стояли деревянные ящики. Прикинула что к чему — если зрение меня не подводило, их было как раз двадцать четыре…
Судя по всему, внутри лежали морские ежи, основной ингредиент сегодняшнего отборочного тура, а чуть дальше виднелись длинные полки, заставленные мешками и ящиками поменьше, из которых высовывали свои яркие бока овощи и фрукты.
Именно там находились продукты, которые мне следовало доставить к нашему столу.
— Все будет хорошо! — неожиданно произнес Стефан, на что я взглянула на него с удивлением.
Надо же — первые человеческие слова с его стороны и нормальные эмоции, а вовсе не бурчание себе под нос или язвительные комментарии по поводу или без! Понятное дело, он волновался, но его тревога странным образом передавалась еще и мне.
Тут к нам снова подошел один из организаторов. Сверился со своим списком, после чего выдал нам со Стефаном по белому переднику с нашитым на него золотым колпаком и большим карманом спереди.
Заявил, что скоро уже все начнется, так что мы можем смело повязывать и направляться к трибуне. Через пять минут состоится торжественное открытие, на котором нам представят судей и огласят список участников, и мы узнаем свой порядковый номер, а следовательно, и стол, за которым нам предстоит готовить.
После этого, как только включится отсчет времени, мы сможем приступить к первому испытанию.
Чувствуя, как у меня подрагивают пальцы, я попыталась справиться с узлом, думая о том, что волнение Стефана все-таки в полной мере передалось и мне.
Пусть я не собиралась переживать, зная, что от меня потребуется всего лишь исполнять его приказы, но почему-то волновалась даже сильнее, чем позавчера, когда выходила с сольным номером под очи градоначальника Пайсы.
Тут раздался звук фанфар, а под потолком вспыхнули ярчайшие магические огни — на это я подумала, что Кэрри, наверное, будет в восторге от спецэффектов.
Стоило звукам стихнуть, а свету немного уменьшить свою интенсивность, как на трибуну вышел седовласый импозантный мужчина. Одет он был в черно-золотое, в цвета династии ДерХарров.
Поклонившись, заговорил на Всеобщем. Представился — его звали Интар Ховард, и он, милостью короля Бриарона, являлся несменным главой конкурса «Золотой Колпак», проводимого в Койе и Амвеере вот уже в седьмой раз.
Затем представил нам трех членов жюри, которым надлежало строго, но честно судить первый отборочный тур, чей старт не заставит себя ждать. Наконец, коротко рассказал нам историю «Золотого Колпака», учрежденного по решению короля Бенджамина ДерХарра — филантропа и истинного ценителя отличной кухни.
Озвучил главные призы — суммы за второе и третье место исчислялись сотнями тысяч дукаров, а команда, занявшая первое место, получала еще и двухгодичный контракт с королевской кухней Амвеера.
Я украдкой покосилась на Стефана — ну что же, он был прав, ставки в этой игре очень и очень высоки, так что нам стоило постараться!
Тут господин Ховард принялся восхвалять короля Бенджамина, так что я, признаюсь, перестала его слушать. Вместо этого принялась разглядывать жюри — троица уже поднялась со своих мест и встала рядом с распорядителем.
По правую руку от Ховарда застыл высокий и худой тип с язвительным выражением на лице — он показался мне даже чем-то похожим на Стефана. Это был тот самый Вольстан Лунд, по чьей милости страдающий от неизвестности Джош остался дома с нашими ранеными и двумя Хранителями.
Второй была пышная, улыбающаяся дама по имени Летиция Орро, оказавшаяся распорядительницей королевской кухни Волунии.
Третьим из судей был владелец сети рестораций в Волунии и Бриароне Горацио Тортон.
— Про Летицию ничего не знаю, — буркнул мне на ухо Стефан, — никогда о ней не слышал. А вот с Горацио я пересекался и довольно часто. Судить он будет честно, так что шансы у нас все-таки есть, хотя Вольстан сделает все, чтобы нас утопить.
Кивнула — хорошо, что у нас есть хоть какие-то шансы, потому что Лунд уставился в нашу сторону давящим взглядом, не предвещавшим ничего хорошего.
Тут начали объявлять команды.
Зазвучали имена и страны — названные участники делали шаг вперед. Кланялись и отступали, дожидаясь, когда можно будет отправиться к своему столу с выставленным на нем порядковым номером.
Наши со Стефаном имена прозвучали седьмыми, и я решила, что это очень даже хороший знак.
Нет, в приметы с номерами я не верила, а вот в том, что мы не шли первыми, когда можно попасть под горячую руку судей, и не стали последними, когда им все приестся в буквальном смысле этого слова, я усмотрела неплохой шанс пройти в следующий тур.
Немного успокоившись, принялась разглядывать наших конкурентов.
Две девушки, стоявшие по правую руку от нас, получили восьмой номер. Широко улыбнулись, затем с довольным видом поклонились распорядителю и судьям. Лет им было по двадцать-двадцать пять; очень красивые, темноволосые, с раскосыми глазами.
Команда из Южной Рогензии, вот откуда они были родом.
Худой, словно его не кормили целый месяц, долговязый тип, чья внешность у меня нисколько не вязалась с профессией повара, оказался в одной команде с чернокожим громилой. Посмотрев на того, я подумала, что он мог бы разделывать мясо голыми руками — рвал бы его на части, и даже ножа не нужно.
К моему удивлению, команда оказалась из столицы Тарии — хотя на улицах Пайсы я не увидела ни одного темнокожего, — и шли они под четвертым номером.
Двое улыбающихся невысокого роста мужчин с узкими глазами — явно соотечественники Джуна — были из Малигии и получили номер пятнадцать.
Хмурые худые типы, посматривавшие на остальных с выражением превосходства на высокомерных лицах, — команда под номером девятнадцать из Истаны. Судя по всему, довольно известные в узких поварских кругах, потому что судьи переглянулись, а Летиция Орро приветливо им улыбнулась, взмахнув рукой.
Распорядитель все перечислял и перечислял, пока участники наконец-таки не закончились. Завершив со списком команд, Интар Ховард перешел к правилам, которых оказалось не так-то много.
К тому же я почти все знала, хотя кое-какие пункты все-таки оказались для меня в новинку.
По два человека от каждой из команд — да, повара твердили об этом весь вчерашний вечер, и я прекрасно об этом знала. Но вот то, что на состязании строго-настрого запрещалось рукоприкладство, они ничего не говорили.
Признаюсь, услышав это из уст распорядителя, я удивилась — какое еще рукоприкладство на кулинарном конкурсе?! Ладно, никакой магии — с этим все ясно, но ведь у нас же не бои без правил!
Оказалось, нельзя мешать процессу приготовления за соседними столами — за этим будут строго следить приставленные к каждой из команд маги.
Затем распорядитель упомянул о том самом запрете на магию, после чего добавил, что ровно через два часа участникам придется отложить все в сторону и больше ни к чему на столе не прикасаться. Даже если команда не успела приготовить или же выложить на суд жюри свои блюда, это ничего не меняло.
Нарушители сразу же снимались с состязания.
Затем был торжественно объявлен основной ингредиент сегодняшнего отборочного тура. Впрочем, морские ежи не вызвали ни у кого удивления — судя по всему, не только Стефану, но и другим командам было известно об этом заранее.
Наконец, по мановению руки распорядителя в воздухе загорелись огромные магические цифры. Сто двадцать минут — ровно столько оставалось до момента, когда нам предстояло представить на суд жюри то, что мы успеем приготовить.
— И да будут Боги к вам благосклонны! — возвестил Интар Ховард, после чего вновь взмахнул рукой: — Время!
Красные цифры на парящем в воздухе магическом табло сменились на сто девятнадцать.
Именно тогда мы побежали…
Стефан, как мы и договаривались, кинулся к нашим столу и печи, а еще к застывшему рядом с ними магу, чтобы наказать тому разводить огонь. А еще он должен был подготовить все к моему возвращению с продуктами.
Я же побежала в дальний конец зала к тем самым столам с ящиками, а потом и к кладовым. Мне предстояло забрать приготовленных судьями ежей, после чего собрать нужные продукты и доставить их к нашему столу.
Причем чем скорее, тем лучше.
Но все оказалось не так-то просто, потому что за продуктами ринулось по одному представителю из двадцати четырех команд, на что мой внутренний голос тут же завопил, предупреждая, что из этой гонки лучше выйти если не победительницей, то хотя бы не отстать в забеге.
Только таким образом у меня будет шанс заполучить ящик получше.
К тому же Стефан предупреждал, что народ станет жульничать. Раз уж магия и вредительство за столами запрещены, то этого можно ожидать в битве за продукты.
Он даже подумывал отправиться сам, но я ему сказала, что справлюсь. Мне не привыкать к борьбе за выживание — каждый акробатический номер, по большому счету, как раз об этом.
Но, несмотря на мою неплохую физическую подготовку, я все-таки не стала первой в забеге к столу с морскими ежами, хотя очень постаралась. Чернокожий здоровяк из Тарии одержал надо мной верх. Уставился на меня победителем, когда шарился вдоль столов, выбирая себе ящик получше, а я отстраненно подумала: надо же, миры разные, а дар к… гм… легкой атлетике в крови у этой расы даже здесь, под лучами двух жарких солнц!
Третьим к столам добежал истанец с хмурым лицом. Вцепился в ящик, который я присмотрела, и дернул на себя.
Признаюсь, я на секунду даже опешила — вот же наглый тип!
— Тебе что, мало того, что осталось?! — рявкнула на него на истанском. — Там еще целых двадцать два ящика, бери не хочу! Мой-то тебе зачем?!
И он разжал руки.
— Не знал, что ты тоже из Истаны, — заявил мне, после чего оставил меня в покое.
Вместо этого вцепился в еще один ящик и принялся голыми руками пересыпать в него ежей из соседнего.
На это я округлила глаза — честностью здесь и не пахло!
Тут подоспели и остальные участники, и я, перестав пялиться на истанца, кинулась к полкам с продуктами, прижимая к боку неудобный ящик. У меня все еще были неплохие шансы разжиться именно тем, что нам нужно, а не тем, что останется, — потому что чернокожий здоровяк сгребал в свой ящик все без разбора, а затем стал засовывать продукты в карман своего передника и себе за пазуху…
Поэтому я тоже принялась сгребать, правда, старалась делать это с умом, понимая, что слишком много мне не утащить. Да и не нужно нам столько!..
Мешочек с мукой — отлично, беру! Яйца — да, мне нужны яйца!.. И наплевать, что тот самый тип из Истаны, положив в свой ящик с десяток, большую часть якобы ненароком опрокинул на пол!.. Но все равно еще оставалось несколько десятков. К тому же рядом стояли перепелиные, поэтому я быстро сложила в небольшую коробку пять таких и пять таких.
— Только попробуй мне помешать! — заявила я еще одному, с дергающимся глазом, который попытался было вступить со мной в бой за лимоны. — Засуну тебе ежа туда, куда ты не ожидал!..
И нет, я нисколько не скандальная, но довели меня своим жульничеством, сил моих нет!..
Тот покосился на меня, но все-таки посторонился, не стал мешать. Я быстро положила в свой ящик три лимона, затем добавила пучок спаржи, выбрав посвежее. Кинула зеленую стручковую фасоль, морковь, лук, чеснок, после чего бросилась к полкам, возле которых шла кровопролитная битва за сыр.
В буквальном смысле кровопролитная — кто-то, сопя и хрипя, вытирал белоснежным рукавом разбитый нос. Тут из толчеи выглянул давешний истанец и, потеснив остальных, спросил, что мне нужно.
Мне надо было несколько кусков твердого сыра и немного козьего, и очень скоро благодаря ему я ими разжилась. Округлив глаза, поблагодарила истанца от чистого сердца.
Собиралась было бежать к нашему столу, но затем вспомнила о зелени. О да, мне еще нужна была зелень!..
За нее шла настоящая битва, но я тоже вполне способна работать локтями. И еще я — худенькая, могу просочиться в любую дыру, даже с ящиком под мышкой.
Просочилась и вылезла наружу, по пути выкинув из своего ящика чью-то наглую руку, покусившуюся было на мой сыр. В схватке мне удалось добыть пусть и потрепанный, но пучок зеленого лука и вполне жизнерадостную петрушку с руколлой.
Тут, охнув, вспомнила о масле. Вот же клуша, как я могла о нем забыть?!
— Нужно что-то еще? — деловито поинтересовался вездесущий истанец.
— Масло, — отозвалась я обреченно, на что он… отдал мне целый кусок, заявив с ухмылкой, что прихватил себе с запасом. — Удачи! — подмигнул мне, после чего побежал к своему столу под номером девятнадцать, в параллельном ряду с нашим.
Я же, вспомнив, что нам нужны специи, думала поучаствовать в грабительском рейде за ними, но затем решила, что сперва отнесу добычу Стефану, пусть он уже начинает готовить, а потом вернусь к кладовым во второй раз.
Наконец, добежала до нашего стола, где меня давно уже поджидал изнывавший от нетерпения Стефан. По дороге увидела, как плакали две красивые девицы над последним ящиком с морскими ежами. Внутри их осталось только три, причем колючки у тех были прижатыми к тельцу, а я из прочитанной мне еще дома лекции знала, что это верный признак того, что продукт испорчен.
Но я никак не могла помочь!
К тому же меня толкнули в спину, и я чуть было не растянулась на полу, выронив добытое непосильным трудом, грабежом и тайными связами с Истаной…
Чернокожий здоровяк, вызверившийся на меня, рявкнул, чтобы я не мешалась у него под ногами. Выдохнув от обиды, я… приглушила всколыхнувшиеся было магические потоки. Решила, что не стану нарушать правила из-за какого-то там идиота!
Вместо этого добежала до Стефана, который тут же принялся разбирать принесенный мной ящик. Оказалось, что печи — и обычная, и хлебная — уже были затоплены, на них стояла кастрюля с водой и ждала своего времени чугунная сковорода.
И точно, время!..
Часы, парившие над огромным залом, показывали, что на битву за продуктами я потратила около десяти минут. Нужно было пошевеливаться, если мы хотели успеть.
Именно этим мы со Стефаном и занялись.
* * * *
Следующий час, а то и полтора я делала то, что говорил мне Стефан, стараясь при этом поменьше думать и активнее шевелиться. Сперва чистила ежей — уже не патиссоны, — получив от него варежки, нож и тупые ножницы.
Попыталась сделать это побыстрее, из-за чего первого испортила сразу же. Выругалась негромко, но Стефан меня успокоил, заявил, что ему нужно шесть аккуратно вскрытых панцирей. Из остальных надо достать только икру, так что я могу кромсать их как душе угодно, испортив еще…
Ну да, выходило, целых тринадцать штук.
Но больше ничего портить я не стала.
Старалась изо всех сил, сливая мутную жижу из водорослей и остатков жизнедеятельности ежей в таз, из которого до меня доносился горьковатый запах йода. И тут же промывала панцири под рукомойником, оставляя внутри оранжевую икру.
В какой-то момент заслезились глаза, и я чихнула, но убедила себя в том, что это вовсе не аллергия, как у Джоша, а лук, который по соседству со мной резал Стефан.
Наконец, закончив с ежами, я взялась за овощи. Чистила, шинковала, солила, перчила, перемешивала то, что кидал Стефан на сковородку. Охнула, когда он спросил о перце и кунжуте, и тут же кинулась к кладовым.
Специй осталось совсем мало, почти все разобрали, но я все-таки нашла большую часть из того, что нам было нужно. Все, кроме кунжута, поэтому сгребла несколько мешочков с похожими зернышками, понадеявшись, что Стефан отыщет то, что ему нужно.
Пока он рылся и нюхал содержимое, я принялась раскатывать тесто для лапши. Когда Стефан наконец-таки занял место возле плиты, сказав, что я могу пару минут передохнуть, накинулась на гору грязной посуды. Мыла ее, прислушиваясь к витиеватой ругани, разносившейся не только из-за нашего, но и из-за других столов.
Повара нервничали и спешили изо всех сил.
К тому же, оказалось, к середине испытания из состязаний успело уже выбыть пять команд. Две снялись в самом начале — плачущим девушкам не досталось ежей, а поварам из Зарнебии не хватило нужных ингредиентов, расхватанных конкурентами, поэтому они ушли сами, с гордо поднятыми головами.
Еще две команды поймали на попытке воспользоваться магией, чтобы немного подправить или уже ускорить процесс готовки. Пятую отстранили из-за того, что те исподтишка вредили конкурентам за соседним столом.
- Нам нужны тарелки, и поживее! — не поворачивая головы, произнес Стефан, и я, вытерев мокрые руки о передник, кинулась в сторону хозяйственных полок.
Пусть парящие часы показывали, что у нас в запасе оставалось около получаса, но Стефан уже собирался выкладывать приготовленное, и мне показалось это очень хорошим знаком.
Возле шкафов с посудой валялась приличная гора осколков — похоже, вредили конкурентам как могли, — но я все-таки разжилась тремя большими тарелками и круглым металлическим подносом, по дороге к нашему столу порадовавшись тому, что мы приступали к сервировке одними из первых.
Пока Стефан возился с лапшой, выкладывая на нее золотистую икру так, словно сверху, раскинув щупальца, на ней лежал осьминог, я не только перемыла остальную посуду, но еще и до блеска натерла наш стол, решив, что мы не оставим такой ужасный бардак, как многие.
Тут Стефан занялся бисквитом, а я, прислушиваясь к его указаниям, высыпала на металлический поднос морскую соль, принявшись создавать композицию из шести панцирей морских ежей с оставшейся внутри икрой. Закончив с бисквитом, Стефан добавил в каждый из них лимонный сок, соль, перец и незнакомые мне специи. В два из них он разбил еще перепелиные яйца, сверху посыпав мелко нарубленной зеленью.
Я смотрела за всем со стороны, подумав, что издалека это выглядит, как морской берег… Поэтому взяла и дополнила композицию декоративными элементами, вырезав их из оставшихся овощей. К нашему «морскому берегу» еще шли аппетитно пахнувшие круглые лепешки с зеленью и козьим сыром.
…Мы закончили с сервировкой, когда до конца испытания оставалось ровно три минуты, а вовсе не пятнадцать и не двадцать, как я думала перед этим. (3303c)
Продемонстрировали все магу, ответственно следившему за прохождением нашего испытания, и отступили от стола.
Нам оставалось только ждать финального сигнала, а потом прихода судей.
И мы дождались.