Глава 17

Эрика

К счастью, Милли приехала с отцом Киллиана, мистером Томасом, а он не выказывал такого любопытства и интереса, как его жена. Пока мистер Томас помогал Милли раздеться и разуться, я быстро попрощалась и сбежала. Кил быстро и настойчиво целовал меня у двери моей машины, пока открывались ворота гаража, а потом я наконец уехала.

Сегодня клиника открыта только для пациентов, нуждающихся в срочной помощи. У ветеринаров гораздо меньше работы в праздники и непогоду, чем у обычных врачей. Так что Кларк ожидаемо вытолкал меня из клиники и запер дверь, кивком указав на машину.

Я съездила в приют, осмотрела животных, которые в этом нуждались, поздравила сотрудников и уехала. Кружила по городу примерно полчаса, думая, чем могла бы заняться. Приехала домой, приняла душ, переоделась в пижаму, и тут позвонил Киллиан.

А теперь я еду в центр города «гулять, пить горячий шоколад, играть в снежки и наслаждаться Рождественской атмосферой». Я пыталась отказаться, честно, но мистер Томас был решительно настроен.

Припарковав машину, бреду через ярмарку. Глаза разбегаются от красоты вокруг. Везде светятся огоньки, люди улыбаются, кутаясь в теплую одежду и обнимая ладонями большие стаканы с горячим шоколадом, на поверхности которого плавают крохотные разноцветные маршмеллоу. В самом центре стоит огромная елка, увешанная гирляндами и большими шарами, справа у входа в парк взрослые и дети играют в снежки, а слева установлен большой каток, по которому скользят люди на коньках. Сейчас ничто, кроме сугробов, не напоминает о метели, которая бушевала еще вчера. Внутри меня бурлит восторг, и я хочу попробовать буквально все: и шоколад, и сладкую вату, и куриный шашлык с запеченной паприкой. Пострелять в тире, поиграть в снежки и прокатиться на коньках, на которые не вставала уже два года.

Кручу головой по сторонам, пробираясь к детской площадке, возле которой договорилась встретиться с Киллианом и Милли. Не доходя до нее, останавливаюсь, глядя на то, как Кил подхватывает съезжающую с горки Милли, а она задорно хохочет, откидывая голову назад. Как только он ставит дочку на ноги, она тут же разворачивается и снова бежит, чтобы встать в очередь на горку. Когда Кил подхватывает ее еще два раза, я подхожу к ним.

– Мама! – выкрикивает Милли, а мои глаза становятся по ощущениям огромными. Я оглядываюсь по сторонам, пытаясь понять, действительно ли с ними гуляет ее мама. Но Милли смотрит прямо на меня.

– Панда, я же сказал, – строгим голосом говорит Киллиан.

– Привет, Эйка! – здоровается она все еще с энтузиазмом, но уже немного тише. – Папочка, а мы уже можем купить панду и попить шоколад? Ты сказал, когда Эйка придет, мы пойдем туда.

Она указывает пальцем на ларьки с едой, и мои плечи расслабляются. Значит, жены Кила здесь нет. Бывшей жены. Да он и не стал бы звать меня погулять с ними, если бы она была здесь, правда? Хотя я совсем не разбираюсь в мужчинах и толком не знаю, на что они способны.

Мы задерживаемся на площади до самого вечера. Пробуем все, что выглядит аппетитно, катаемся на всех горках, стреляем в тире, Кил покупает Милли плюшевую панду, потом мы катаемся на катке. После всего этого Кил несет дочку к машине. Сама Милли ходить уже не способна. Она медленно моргает, пытаясь оставаться бодрой, но у нее плохо выходит. Панда, кажется, сто раз спросила меня, не уйду ли я, а теперь крепко держится за мой палец, чтобы я вдруг не испарилась. Не знаю, чем я так ей приглянулась, но она расположена ко мне с первого дня.

Чтобы Киллиан мог усадить Милли в кресло в машине, я пытаюсь вытянуть палец, но малышка начинает хныкать. Кил смотрит на меня, а я – на него. И вот что делать? Она же сейчас уснет, забыв о том, чтобы держаться за меня, можно и потерпеть немного ее слезы. Но при следующей моей попытке освободиться, Милли кричит громче. Мне ничего не остается, кроме как взять ее на руки, сесть в машину, где с другой стороны у меня ее подхватывает Кил и усаживает в кресло, пристегивая. Панда все еще балансирует на грани сна и реальности, сжимая мой палец, когда Кил закрывает дверцу и занимает водительское место. Заводит машину.

– Кил, я не могу поехать с вами, моя машина припаркована неподалеку.

– Надо было тебя забрать. Прости, не подумал.

– Все хорошо. Сейчас она уснет, и я поеду.

– Может, ко мне? – он оборачивается и впивается в мое лицо взглядом, полным обещаний.

Мне хочется согласиться, но, кажется, Киллиана Томаса стало в моей жизни много. Очень много. Наверное, даже с перебором. Для девушки, никогда не состоявшей в отношениях, это немного… чересчур.

– Нет, – качаю головой и тут же перевожу тему: – Как котенок?

– Оказался соседским, – отвечает он, включая печку, чтобы прогреть салон. – Через два дома от нас живет девочка возраста Милли. Так вот она решила, что кот кричит, потому что хочет погулять, и вытолкала его на улицу. Началась метель. Когда кинулись, где котенок, на улице была такая погода, что родители девочки подумали, что он уже замерз и умер. Но он в это время уже был у тебя в руках, судя по всему.

– Что ж, мы спасли жизнь котенку, – улыбнулась я.

– Чуть не угробив свою, да? – припоминает он мне мои приключения во время операции по спасению. – Эрика… – Тут телефон Киллиана начинает звонить, и он хватает с консоли трубку. – Да, мам. Что? Как это случилось? Ты уже там? Понял. Скоро буду.

– Что случилось? – спрашиваю, когда Киллиан отключает звонок.

– Папа поломал ногу, мама везет его в больницу. Надо ехать туда.

– Оу, – произношу, скривившись. – Мне жаль.

– Не поверишь, спасал соседского кота, – приподняв брови, Кил смотрит на меня выразительно. – Тот влез на балку на крыльце дома родителей, и не мог слезть. Папа встал на перила и упал оттуда. Хорошо, что не позвоночник.

– Тебе надо ехать, я поняла, – поправляю шарф, медленно высвобождая палец из хватки спящей Милли.

– Слушай, мне неудобно просить тебя… Но я не знаю, сколько времени проведу у отца в больнице, и тащить туда Милли не хотелось бы…

Вот! Так все и начинается! Сначала «Мне так неудобно просить тебя…», потом будет «Слушай, приглянешь за Милли?», а дальше: «Ты почему не забрала мою дочь из школы?!» Ну не-е-ет, я на такое не подписывалась.

Я открываю рот, чтобы ответить отказом, но тут звонит мой телефон. Теперь на связи моя мама. Они сговорились, что ли?

– Да мам?

– Если ты милуешься с мужчиной в машине в центре города, но не собираешься афишировать ваши отношения, то позаботься о том, чтобы свет в салоне автомобиля был выключен, – мама игриво журит меня, а я тут же краснею и поворачиваю голову влево.

Там, конечно, стоит мама под ручку с лучшей подругой – Синтией Уоттс. Перевожу испуганный взгляд на Киллиана, а потом снова на маму. Он следит за моим и кивает, увидев маму, а потом глушит мотор и выходит из машины. Ой-ей, их нельзя оставлять наедине. Я вообще не собиралась пока афишировать наши с ним отношения, а мама, конечно, сделает из этого целое событие. Кил и моргнуть не успеет, как будет сидеть в доме моих родителей, попивая мамину ягодную настойку и просматривая мои школьные фотографии.

Когда я вылетаю из машины, Киллиану как раз представляют Синтию. Он сжимает ее руку и галантно кивает. Почему он вообще не едет в больницу? У него же там папа!

– Мам, Синтия, – запыхавшись, приветствую я. Мамина подруга, игриво улыбнувшись, тянется поцеловать меня в щеку.

– Какой он, – шепчет она мне на ухо. – Надо брать, Эрика.

– Ш-ш-ш, – шиплю на нее, бросая встревоженный взгляд на Киллиана.

– А мы тут решили прогуляться, – мама указывает рукой на ярмарку. – Но уже замерзли и разъезжаемся по домам. А вы? Только приехали или уже уезжаете?

– Уезжаем. У Киллиана отец в больнице.

– О, я надеюсь, ничего серьезного, – восклицает мама, всплеснув руками.

– Перелом ноги, – отвечает Кил, качая головой.

– Тогда вам нужно ехать к нему.

– Как раз собирался. Вот, уговариваю Эрику присмотреть за моей дочкой, пока буду в больнице.

– Конечно, мы присмотрим за очаровашкой Милли.

– Мы? – перевожу испуганный взгляд на маму.

– Ну конечно. – Она дарит мне выразительный взгляд, говорящий, что спорить бесполезно и, по меньшей мере, неприлично. – Где малышка?

– В моей машине.

– Эрика, ты приехала на своей?

– Да, – отвечаю тихо, боясь даже говорить громче, чтобы мама не проявила еще какую-нибудь инициативу.

– Тогда поехали. Киллиан, вы привезете малышку к Эрике или мы ее сразу заберем?

– Я завезу, только адреса не знаю.

Мама быстро диктует мой адрес, Кил кивает и садится в машину. Мама прощается с Синтией и, схватив меня за руку, поворачивается в сторону выхода с парковки.

– Где твоя машина?

– Мам, тебе разве нечем заняться? Я и сама присмотрю за Милли.

– Я уже пообещала Киллиану, что тоже поучаствую в этом. Давай, веди к машине.

Я закатываю глаза, но тащусь к своему автомобилю с мамой, висящей на моем локте.

Всю дорогу до дома она, не замолкая, рекламирует мне Киллиана, как будто он ее собственный сын. Такое ощущение, что мамино отчаянное желание выдать меня замуж достигло апогея, и она сходит с ума от того, что на горизонте наконец появился достойный мужчина. Честно говоря, энтузиазм в ее голосе немного пугает. Если не сказать, ввергает в панику. Такое ощущение, что стоит мне немного потерять бдительность, и я буду стоять у алтаря, держа Милли за руку. Меня бросает в холодный пот от самой мысли, что события могут развиваться столь стремительно.