Глава 21

Поддавшись волнению сестры, я взглянула в ту сторону, куда указывала её дрожащая рука, и сначала не обнаружила ничего такого, что могло бы вызвать подобную реакцию, пока не посмотрела вверх. Там, в небесной синеве, кружил возле мерцающего барьера огромный дракон, на спине которого, вцепившись в роговые отростки гребня, сидел человек. Присмотревшись, я с удивлением узнала в нём отца, отчего сердце наполнилось искренней радостью и начавший зарождаться страх, отступил, не оставив и следа.

«Лина, я тут подумала, — взволнованно зашептала сестра, — если там, на драконьей спине, наш отец, то может же такое быть, что сам дракон — это Энрион?».

Подобное в голову мне ещё не приходило.

Чешуя огромного ящера поблёскивала в лучах утреннего солнца, отливая бронзой, и от этого он казался настолько величественным, что я стояла, забыв обо всём, ловя каждый отблеск на его теле. Да, мне уже было известно о существовании вторых сущностей, что присущи нашему роду и некоторым другим, но одно дело слушать старинные легенды, которые воспринимались скорее как сказки, и другое — видеть это существо своими глазами.

— Потрясающе! — выдохнула я, любуясь плавностью движений крылатого существа, и безудержной мощью, что за ними скрывалась. — Я думала, драконов уже не существует.

— О чём вы, юная леди? — непонимающе вскинул брови дядя Сайрос, до этого тихо беседующий со стоявшими рядом с ним лордами, обсуждая случившееся с отцом и Энрионом.

Не говоря ни слова, я указала в небо, и тотчас со всех сторон послышались удивлённые восклицания. Многие были рады увидеть крылатого ящера и с придыханием шептались о его величие, но находились и те, на лицах которых отразился плохо скрываемый страх.

— Леди Эвриика, раз мы выяснили, что на острове всё спокойно, может, снимите возведённый вами барьер и позволите дракону приблизиться? Тем более на его спине сидит ни кто иной, как сам Дайран Кайри? — предложил лорд Сайрос, с почтением обратившись к Её высочеству, на что та, устремив на него полный безумия взгляд, лишь расхохоталось.

— Похоже, Её высочество, переволновалась, — усмехнулась я, глядя на её горящие безумием глаза и побелевшие губы, беспрерывно что-то нашёптывающие. — Может ей стоит немного отдохнуть?

«Мда-а, главная змея империи тронулась умом, — констатировала Тея, — а в таком состоянии запросто можно совершить какой-нибудь необдуманный поступок. Знаешь, сестрёнка, что-то не нравится мне тот амулет, что с таким остервенением она вертит в руках».

— Ваше высочество, с вами всё в порядке, — спросил дядя, нахмурив брови и переглянувшись с молодым светловолосым племянником императора, — на фоне случившихся событий ваше поведение выглядит весьма подозрительным…

Он говорил ей что-то ещё, пытаясь образумить, но я его уже не слышала, поскольку в голове беспрестанно крутились слова Теи насчёт медальона, и от нахлынувшего предчувствия стало дурно.

— Лорд Витар, — тронула за рукав старого мага, привлекая к себе его внимание, сосредоточенное на драконе, что, впрочем, было не удивительно, — не могли бы вы мне сказать, что за странный медальон держит в руках леди Эвриика?

— По всей видимости, какой-то старинный артефакт, — предположил маг, рассеянно посмотрев на принцессу, видимо, думая о чём-то своём, но тут же снова устремил взгляд в небо, где в тот момент раздался жуткий рёв.

Дракон, не дождавшись снятия барьера, устремился прямо на него, выдохнув столб пламени, с яростным шипением вырвавшийся из пасти, под натиском которого мерцающая защитная пелена стала истончаться и покрываться рваными дырами.

Буквально на миг внимание присутствующих было отвлечено, и этим тут же воспользовалась Эвриика.

«Останови её, немедленно, — воскликнула сестра, метнувшись в сторону упавшей на колени принцессы, сжимающей в руке маленький серебряный кинжал, но было уже поздно».

Полоснув себя по ладони, девушка окропила алыми каплями древний артефакт и звенящим голосом запела что-то на непонятном языке и как только первый звуки слетели с её губ, земля дрогнула, покрываясь трещинами.

Мгновение звенящей тишины, что за этим последовало, было похоже на затишье перед бурей: не слышалось ни шелеста листьев, не ощущалось ни малейшего дуновения ветерка, даже со стороны левады с лошадьми, не раздавалось ни звука. Поэтому озираясь по сторонам, я с замиранием сердца ждала, откуда же появится новая опасность.

В том, что это только начало сомнений не возникло.

Племянник императора, лорд Нэйтон, пришёл в себя первым. Вскинув руку, он указал на принцессу и коротко скомандовал «взять». Его воины тут же окружили леди Эвриику, застывшую, словно каменное изваяние с опущенной головой и раскинутыми в стороны руками, но приближаться не торопились. Оно и понятно: не каждый рискнёт взять под стражу монаршую особу, пусть даже для этого есть весьма веские причины и прямой приказ.

Пока воины нерешительно переминались с ноги на ногу, послышался нарастающий гул, от которого хотелось заткнуть уши и, спустя миг, раздался жуткий треск. Пространство рядом с принцессой заискрилось и будто раскололось надвое, откинув всех тех, кто подошёл к ней слишком близко, явив нам огромного плечистого рыжеволосого мужчину, в котором нетрудно было признать того самого паренька из сна — Лоэра.

— Так-так-так, — усмехнулся он, скрестив руки на груди и окидывая презрительным взглядом всех вокруг, из-за чего тело сковало странное оцепенение, и, наконец, остановил его на Эвриике, — что у нас тут? Неужели последний оплот драконьей расы? Те немногие, которые ещё цепляются за свои звериные сущности, пытаясь возродить величие предков. Как интересно! И среди них затесалась одна глупая принцесса, чьи амбициозные планы, похоже, не осуществились, и, поэтому, несмотря на строжайший запрет, она воспользовался артефактом призыва.

— О, мудрейший Лоэр, покровитель рода человеческого, — словно очнувшись от транса, пролепетала Эвриика, — я служила тебе все эти годы верой и правдой, набирая всё новых и новых рекрутов в твой легион. И сейчас, когда мне как никогда нужна помощь, неужели ты мне откажешь?

— Я предупреждал тебя, глупая девчонка, что только в исключительном случае могу вмешаться в дела этого мира, и, по пустякам, меня тревожить не стоит, — взревел рыжеволосый, внезапно потеряв терпение, а вместе с ним и человеческое обличие, став жутким монстром, при виде которого волосы на голове встали дыбом, а сердце от ужаса ухнуло в пятки. — Или ты думаешь, что твои мелкие пакости и есть то великое дело, ради которого я, сбросив маску, явился сюда, презрев законы вселенной? Ты, всего лишь пылинка на ковре судьбы, который так искусно мне удавалось плести все эти годы. А что теперь?

— Я пылинка? — расхохоталась Эвриика, окончательно потеряв разум. — Да только благодаря мне в этом мире у тебя появились последователи, а вместе с ними и сила. Только благодаря мне воздвигались во имя тебя храмы и зажигались жертвенные костры… И где благодарность?

— Благодарность? — взревел Лоэр. — Я наделил тебя такими способностями, которые позволили тебе возвеличиться над смертными, стать той, кем ты сейчас есть. Вспомни, кем ты была до встречи со мной? Жалкой девчонкой, мнение которой никто не учитывал. А кем ты стала? Великой принцессой! И если бы не твоя безмерная алчность, наверняка бы вскоре взошла на трон, сменив императора.

— Зато я преподнесла тебе на блюдечке всех тех, кто столько лет мешал нам, вставляя палки в колёса, — внезапно указала на лордов Эвриика, умело переводя гнев Лоэра на других. — Убей их, и в империи почти не останется тех, кто пытается вернуть в этот мир драконов, а вместе с ними окончательно канут в века и твои противники — Светлая и Тёмный. Разве ни этого ты хотел?

— Интересная идея, — оскалив клыки, кивнул тот, и, вернув себе человеческое обличие, добавил, — почему бы не попробовать, раз уж так всё сложилось. Возможно, ты даже будешь прощена, если всё пройдёт без осложнений.

Его взгляд обежал всех присутствующих и остановился на мне.

— Пожалуй, начнём с неё, — усмехнулся он и, неспешно направился в мою сторону, — знаешь, милочка, почему я ненавижу тех, в ком уживаются две сущности?

От улыбки, что нарисовалась на его лице и больше походила на оскал, захотелось зажмурить глаза, но я не могла себе этого позволить, поэтому лишь отрицательно качнула головой, приложив для этого неимоверное усилие.

— Потому что ими невозможно управлять, — склонившись, зашептал он мне прямо в ухо. — Я долго думал, как это изменить. И однажды понял, что планомерно уничтожая ваши священные деревья Ракс, в плодах которых содержались вещества, помогавшие вторым ипостасям развиваться в полноценных существ, я добьюсь желаемого — полноправной власти над этим миром, а когда получу от него всё, что хочу — уничтожу, как до этого поступал со многими другие. По сути своей я разрушитель. Лишь возможность обратить в хаос что-то прекрасное, доставляет мне истинное удовольствие, позволяющее поддерживать интерес к жизни. Ведь когда ты бессмертен, единственный враг — это скука. Поэтому я развязывал войны между драконами и оборотнями, плетя интриги и строя козни, отдаляя, эти два народа друг от друга, ведь для того, чтобы деревья, созданные Великой богиней, приносили плоды, нужно их подпитывать обоими энергиями — и тёмной, и светлой. Заметь, какая ирония — моя сестра стремилась оградить своё очередное детище — этот новый мир, от меня и для этого привлекла своих детей — Тарга и, тем самым дав мне дополнительный козырь. Наше с ней противостояние длиться уже тысячелетия и в итоге, я всегда выхожу победителем.

Мужчина с довольным видом отстранился, заглянув в мои глаза, и, не дождавшись должного эффекта, нахмурился.

— Хм, только что-то мне подсказывает, что многое из того о чём я рассказал ты итак знала, — усмехнулся он, — хотя, значения уже не имеет, поскольку ты никому не сможешь поведать правду.

Рядом раздалось невнятное мычание лорда Витара, который, так же как и я не мог пошевелиться, из-за сковывающего тела странного оцепенения, хотя, кроме Эвриики такое состояние было у всех, если судить по напряжённым лицам и вздувшимся на висках венах.

— Прощай, — рука мужчины потянулась к моему горлу, но в этот миг над нами мелькнула огромная тень, и с неба камнем упал дракон, схватив острыми когтями Лоэра за плечи и зашвырнув в искрящийся разлом, что всё это время оставался открытым.

Стоило только рыжеволосому исчезнуть из вида, как оцепенение спало, возвращая телу возможность двигаться.

— Закрывайте разрыв, — голос отца, сорвался на крик.

Соскочив с драконьей спины, он первым вскинул руки и направил свою энергию на разлом, пытаясь стянуть рваные края, и, спустя мгновение, к нему присоединились остальные.

— Вы думаете, его это остановит? Глупцы! — вновь расхохоталась Эвриика, когда разрыв исчез, не оставив и следа, и этот её очередной взрыв смеха стал для меня последней каплей: больше я её безумный хохот слушать не собиралась.

Рванув с места, я подскочила к ней и со всей силы впечатала свой кулак в её ехидную физиономии, отправив в нокаут.

— Ай да племянница! — улыбнулся дядя Сайрос. — Правильно, давно надо было её приструнить, но боюсь, Эвриика всё-таки права — этим мы его вряд ли остановим, скорее — разозлим, а злость — плохой советчик.

И словно в подтверждение его слов небо над замком раскололось напополам, и из образовавшегося разлома появился Лоэр — Разрушитель.

Бронзовый дракон рванул в небесную синеву, закрывая собой путь к замку. Но если в первый раз ему без проблем удалось справиться с рыжеволосым, то сейчас появившийся Лоэр мало походил на того обычного широкоплечего мужчину, которого несколько минут назад он закинул в разлом как котёнка. Теперь, нечеловеческая сущность Разрушителя была видна во всей красе — могучая фигура увеличилась в размере, став ростом под три метра, кожа мерцала, будто подсвечиваясь изнутри, а в глазах отражались голубоватые отблески, пугая пронизывающим холодом. Он так же спокойно держался в воздухе, как до этого на земле, даже без помощи крыльев, что приводило в замешательство, указывая на наличие такой силы, которая нам даже и не снилась.

Лоэр щёлкнул пальцами и сорвавшееся с них зеленовато — серебристое свечение обвило дракона, лишая его возможности двигаться, отчего тот камнем начал падать вниз. Моё сердце готово было разорваться от страха. Если бы не поддержка лордов, которые с помощью магии подхватили его обездвиженное чешуйчатое тело и опустили на мощёную булыжниками площадку во дворе, я даже не представляю, чем могло бы закончиться это падение.

Подобное вмешательство Лоэру пришлось не по вкусу, поэтому зарычав, так что с ближайших деревьев все птицы, сталкиваясь друг с другом, рванули куда подальше, он устремился в нашу сторону. Прикусив губу до крови, я закрыла глаза, моля Великую богиню — мать, чтобы та образумила своего несносного брата, но спустя мгновение вновь их открыла, не в силах оставаться в неведение.

Все присутствующие маги тут же сосредоточились на новой проблеме и, повинуясь приказу лорда Нэйтона, вскинули руки, создавая совместными усилиями вокруг замка мощный барьер. Вот только судя по разразившемуся с небес раскатистому хохоту, для Лоэра проблемой он не был.

«Похоже, это конец, — прошептала вновь оказавшаяся рядом со мной Тея, которая при первом появлении Разрушителя словно сквозь землю провалилась, видимо, испугавшись, — лично мне вовсе не хочется опять оставаться одной: я только-только начала привыкать, что у меня есть сестра. И пусть ты ещё та зануда, но с тобой всё же интереснее разговаривать, чем вести беседу с самой собой, блуждая в небытие. Ну, давай же, придумай что-нибудь эдакое, ведь ты вроде бы рождена у нас для великих дел, для того, чтобы изменить этот мир и вернуть драконам утраченное могущество. Пора оправдывать возложенные на тебя надежды, а то через пару минут уже и спасать будет некого: от вас мокрого пятнышка не останется, да что там от вас… он наверняка разрушит замок до основания, а там Кэти. Не забывай!».

Мысли о девочке заставили сосредоточиться. Наверняка она уже не спит. Очень хотелось верить, что лорд Таруш сдержит своё обещание и позаботился о ней, но Тея права, если замок будет разрушен — дед вряд ли сможет что-то сделать. Но чем я могла помочь в этой ситуации? Думай Адель, думай!

Закрыв глаза, я попыталась отстраниться от всего происходящего и открыть своё сознание, следуя советам лорда Таруша, поскольку именно в таком состоянии и приходят самые здравые идеи, словно их кто-то направляет нам свыше, давая подсказки, главное — услышать. Как ни странно мысли, что всё это время беспорядочно крутились в голове, начали проясняться, становясь более чёткими и логически выстроенными в подобие некой цепочки.

В этом мире изначально всё было основано на взаимодействии двух противоположных энергий, даже хранителями, Великая богиня — мать, что по легендам сотворила всё сущее, сделала своих детей — тёмного бога Тарга и светлую богиню Сайлари. И вряд ли это простое совпадение.

Лоэр сказал, что уже не раз разрушал созданные ею миры… А что если, беря за основу две энергии, она пыталась уберечь этот? Создавая драконов и оборотней, объединяющих в себе две сущности — звериную и человеческую, она, тем самым, хотела оградить их от влияния Лоэра, чтоб тот не мог творить свои дела их руками. Ведь он сам признался, что не любит носителей звериных сущностей из-за того, что ими нельзя управлять.

Если предположить, что именно во взаимодействии светлой и тёмной энергии наше спасение, то остаётся только вплести в защитный барьер, созданный магами вокруг замка, противоположную энергию и тогда…

— Лорд Витар, — обратилась я к старому магу, который вместе с остальными пытался удержать защиту, что с лёгкостью разрушалась под ударами Лоэра, но тут же заново восстанавливалась совместными усилиями, — я хочу помочь, прошу, скажите мне слова заклинания, с помощью которого вы активируете защитный барьер.

— Тебе не кажется, что сейчас не самый подходящий момент, чтобы проявлять любопытство? — устало прохрипел тот, стирая со лба крупные капли пота.

— Я хочу помочь, — воскликнула в отчаянии, — просто при повторной активации проговорите заклинание вслух, большего я от вас не требую.

Вокруг послышалось неодобрительное ворчание, но когда в защитном куполе появилась новая дыра, отец, стоявший неподалёку и, наверняка слышавший наш разговор, начал произносить вслух странный набор звуков, направляя при этом свою энергию на разрыв в защитном барьере. Его примеру последовали и остальные, в том числе лорд Витар.

Уже через пару минут, я могла дословно повторить необходимое, осталось пробудить ту силу, что оставила мне в наследство приёмная мать.

Попытка за попыткой ни к чему не приводили, и отчаяние потихоньку проникало в сознание, пока мой взгляд не скользнул по обездвиженному дракону, лежащему с закрытыми глазами на каменной брусчатке двора.

Я буквально чувствовала его боль, что терзало могучее тело, видела, как тяжело вздымаются его бока, слышала прерывистое дыхание. Он рискнул своей жизнью ради нас, не побоялся гнева самовлюблённого божка, готового раз за разом разрушать наполненные жизнью миры, руководствуясь лишь собственной прихотью.

Сейчас у меня не осталось ни малейшего сомнения, что передо мной лежал дракон Энриона, мужчины, который стал мне очень дорог, к которому меня тянуло с каждым днём всё сильнее… И я не могу его подвести, я не могу просто так опустить руки, я просто обязана продолжать бороться, бороться за всё то, во что верю, бороться за всё то, что люблю, бороться за жизнь в этом странном мире, бороться за семью, которую здесь обрела.

Вызвав в памяти ощущение, возникшее внутри, когда силы, противодействуя друг с другом, пытались вырваться на свободу, там, в маленьком святилище, что стояло на обрывистом берегу, я вскинула руки, направляя в них энергию, и почувствовала странное покалывание на кончиках пальцев.

Уверенность, в тот момент появившаяся где-то на задворках сознания, стала разрастаться, не позволив усомниться в собственных возможностях ни на минуту, поэтому я нисколько не удивилась, когда с пальцев сорвалось яркое свечение, соединив в себе две противоположные энергии, и достигнув барьера, будто проникло в его плетение, усиливая защиту.

Удар следовал за ударом, но дыры, к всеобщему удивлению и огромной радости, возникали уже реже, а значит, у нас всё же появился шанс на спасение, пусть и небольшой. Вот только без тёмной энергии лорда Таруша, похоже, обойтись не получится: моих сил явно недостаточно, чтобы полностью укрепить такой огромный барьер. Конечно, звать жреца весьма рискованно и придётся потом постараться, чтобы объяснить его присутствие в замке, но, главное, чтобы это «потом» у нас было.

Я как раз собиралась призвать мракса, чтобы через него попросить деда о помощи, когда яркое утреннее солнце закрыли две огромные фигуры, приближающиеся к Лоэру с немыслимой скоростью.