35

Осматривая двор, в который въехала машина Глеба, я делала вид, что нисколько не переживаю за сложившуюся ситуацию. Рано или поздно я скажу Глебу «да» — глупо держать мужчину все время на расстоянии. И тем не менее, я боялась такого сокрушительного натиска с его стороны. Я прошла через потерю близкого человека, испытала сильную боль, и мне бы не хотелось пережить подобные муки снова, узнав, что Глеб, пресытившись своим увлечением ко мне, решил вдруг отправить меня в отставку. Я не верила ему, что с ним у нас все всерьёз и надолго. Вроде бы и причин сомневаться в мужчине не было, но этот страх перед возможной потерей мешал мне наслаждаться тихим счастьем.

— Расслабься, ты так напряжена, — заметил Глеб. — Это всего лишь моя мать. И она ничего не будет иметь против тебя. Или это из-за Антонины?

Я натянула слабую улыбку и кивнула.

— Все в совокупности, но я справлюсь. Не переживай, — заверила я его. — У твоей матери красивый дом. Ты здесь вырос?

Глеб выпрыгнул из уже остановившейся машины и протянул мне руку. Когда я вышла, он обнял меня и притянул к себе, страстно целуя в губы. Я тут же обмякла в его руках, позабыв обо всех страхах и нелепых мыслях.

— Глеб… — я слегка отстранилась и перевела взгляд на дом и красивый, ухоженный двор.

Без восхищения смотреть на двухэтажную постройку среди высоких деревьев не получалось. У дома наверное была своя уникальная история. Не удивлюсь, если семья Глеба относилась к какому-нибудь старинному роду и это было их родовое гнездо.

— Он не всегда был таким красивым. Это дом бабушки, ее давно уже нет в живых, а с того времени мы с Иваном внесли свою лепту. Сейчас ты видишь перед собой усовершенствованную версию.

— Очень красиво, — Глеб снова обнял меня и мы направилась по вымощенной дорожке к входной двери.

Интересно, что сейчас делали Мария Гавриловна и дети? Макс наверное сидел в своей комнате за конструктором, а Надя смотрела мультики или они читали с бабушкой книгу… Но даже мысли о Наде и Максе на могли меня больше отвлечь оттого, что ждало меня в скором времени.

— Ты звонил Антонине и просил ее приехать… Зачем? Как я понимаю, ты ее недолюбливаешь?

— Именно поэтому и пригласил. Я не люблю ее визиты в наш дом, но и запретить ей бывать здесь не могу. Позволяю приехать только в свое присутствие и скоро ты узнаешь почему.

— Хорошо… — спорить было бессмысленно, надеюсь, сюрприз какой приготовил для меня мужчина не лишит меня в итоге чувств.

— Твоя мама живет одна? — я вспомнила наш разговор и слова Глеба, что его отец умер около года назад.

— Наводящие вопросы? — усмехнулся Глеб.

— Да, — коротко подтвердила я, ожидая от него ответа.

— Нет, она живет не одна. Чуть-чуть терпения, — попросил он.

— У тебя есть дети? — озарила меня догадка. — И они живут с твоей матерью?

— Нет, — он грустно улыбнулся. — Но она мечтает, чтобы в этом доме раздавались детские голоса и звонкий смех. Надеюсь, Надя и Максим выполнят ее желание на все двести процентов.

— Тогда я совершенно ничего не понимаю… — сдалась я.

— И не нужно, — выдохнул Глеб. — Я хочу, чтобы ты увидела все своими глазами.

— Хорошо, — согласилась я в очередной раз.

Глеб открыл массивную дверь и впустил меня внутрь. Мы прошли по длинному коридору, стены которого были увешаны семейными фотоснимками в деревянных рамках. Я бы с удовольствием задержалась у них, чтобы рассмотреть каждый, но мужчина увлек меня за собой.

— У тебя еще будет возможность уделить им внимание. Я позднее проведу тебе небольшую экскурсию. Хочу, чтобы в следующий наш приезд ты чувствовала себя, как рыба в воде в этом месте.

Мы оказались в гостиной, а я продолжила любопытно озираться по сторонам. У одной из стен располагался высокий шкаф с книгами. Несмотря на внешнюю отделку современными материалами внутри дома сохранился дух старины. В нем чувствовалась какая-то душевность. Со мной такое было впервые, но именно сейчас я бы с радостью осмотрела каждый закуток этого места и обязательно нашла чем бы восхититься еще.

— Добрый день! — навстречу нам вышла красивая и ухоженная женщина с прямыми черными волосами.

Она подошла к Глебу, обняла его за плечи, а затем задержала на мне свой добрый и лучистый взгляд. Перевела глаза на Глеба, а тот незаметно ей кивнул, а я почувствовала себя еще больше смущенной.

— Меня зовут Ирина Геннадьевна, а вы неверное Ксения? — улыбнулась она.

— Да, — я улыбнулась в ответ. — Приятно познакомиться, — женщина приблизилась ко мне и тоже обняла, как и секундами ранее своего сына, а я вконец пришла в замешательство, не ожидая от нее такого радушного приема.

— Вы очень вовремя! Идемте на завтрак! Глеб бывает у нас довольно редко, а чтобы уж с дамой сердца…

— Мама! — Глеб перебил мать, на что она закатила глаза и театрально схватилась за голову.

— Ну все! Началось. Ксения, он лишь с виду такой суровый и категоричный, но это далеко не так…

— Мама, еще чуть-чуть и я подумаю, что сильно сглупил, когда решился привести Ксению в наш дом, — нарочито медленно и твердо проговорил Глеб.

— Все молчу. Ксюша, вы будете чай или кофе?

— Чай, — отозвалась я, едва сдерживая улыбку.

Глеб и здесь оказался прав, нам необходима была эта поездка, чтобы я увидела его с другой стороны. Сейчас я наблюдала за его пикировками с матерью и ощущала внутри что-то вроде умиротворения. Словно я всегда была в этом месте. С этими людьми.

— Чем вы занимаетесь, Ксюша? Я спрошу у вас лично, потому что от Глеба внятных ответов я не дождусь!

— Я сейчас в декрете, но так как воспитываю двоих детей одна, то удаленно пытаюсь работать и без дела сидеть как-то не получается… — я пожала плечами.

Уж не знаю, что про меня рассказывал Глеб и рассказывал ли в общем, но я решила сразу огорошить будущую свекровь тем, что перед ней сидело отнюдь не чистое, ангельское создание, а женщина с детьми, один из которых был ее внуком.

— Да, — протянула она со вздохом. — Время идёт а кажется ни-че-го не меняется. Когда я встретила отца Глеба, Ване было восемь. Он принял меня с малышом и полюбил Ванечку как родного. Но в жизни всякое бывает. Иван и Глеб, увы, не были дружны и постоянно что-то делили. Общались друг с другом лишь ради меня…

Женское лицо погрустнело и мне тоже сделалось грустно. Я подумала о Наде и Максиме. С ними такого точно не будет. 312393

Ирина Геннадий разлила по чашкам чай и расплылась в улыбке.

— Ну не будем о грустном. Пойду позову Ларису на чай.

Я подняла на Глеб изумленный взгляд. Как только женщина вышла из гостиной, я потрясенно прошептала:

— Та самая Лариса, да? Мама Нади? — Глеб коротко кивнул, не спуская с моего лица внимательного взгляда.

Мне захотелось подняться на ноги и бежать отсюда со всех ног, поддавшись секундному порыву охватившего меня ужаса, только Глеб уловил это намерение в моем взгляде и опустил свою большую ладонь на мою.

— Не стоит, — он покачала головой и посмотрел так пристально, словно собирался ввести в гипноз. — Да, сейчас может быть очень больно, но так надо. Я хочу, чтобы ты знала всю историю от начала и до конца; чтобы смогла сделать свои выводы не опираясь ни на чье мнение. Я ведь обещал тебе, что Надю никто не заберет, помнишь? — отпустил мою руку и взял двумя пальцами за подбородок, заставляя смотреть ему в глаза.

Я кивнула головой, а на мои глаза навернулись слезы. За нашими спинами раздались женские голоса, и я, повернув голову, увидела, как Ирина Геннадьевна вкатила на инвалидном кресле в гостиную Ларису.

Но как такое возможно? Она же умерла!