Глава 23

К наступлению ночи я ужа сама в себе начала сомневаться. Идеи разбегались испуганными включенным светом тараканами. Что я могу сделать такого, что бы сошло за искусство?!

Нет, я могу нарисовать картинку… но это не то!

Меня то и дело одергивала мысль, что этот предмет пойдет отдельным лотом на аукцион. А это лишние деньги… Хотя лишних денег не бывает, особенно в моей ситуации.

Черт, что же делать?!

Да и вообще, кто решил пригласить меня? Там же явно задействована гильдия художников. Если это какая-то идиотская шутка от Урутана?.. От главы гильдии я ждала только подстав.

— Ярослава, вы заняты? — Мия застыла в дверях кухни, которая на эту ночь трансформировалась в мою мастерскую.

— Пытаюсь, но ничего не выходит, — пробормотала я. — И я же просила на «ты».

— Это сложно, — вздохнула девушка, беззвучно подходя к столу и опускаясь на табурет, который под ней даже не скрипнул.

Вот это талант!

Мия вздохнула:

— Я постараюсь… Яра, Эвен дурак!

Я подняла на девушку глаза и уловила отголоски злости в ее мимике.

— Он не имеет права так с тобой разговаривать. Он дурак! И глупец, если не видит, что ты для всех них делаешь!

— Мия, — я тяжело вздохнула. Вот меньше всего я хотела сейчас говорить о ссоре с Эвеном. — Многие мужчины дураки. Не все, иначе это было бы катастрофой. К счастью, даже дураки не всегда дураки, иначе это бы стало настоящим концом света.

— Ты же злишься на него…

— Конечно, злюсь, — я вновь вернулась к листу и баночкам с красками, которые расставила перед собой. Около часа я делала крохотные наброски того, что могу нарисовать, но идея до сих пор не желала сформироваться. — Ты пришла просить, чтобы я его простила?

Мия хмыкнула:

— Нет, я пришла сказать, что сейчас не одобряю его действия.

Я только плечами пожала.

— И, Яра, — девушка подалась чуть вперед, пытаясь заглянуть мне в глаза, — я слышала ваш разговор с Генри. Прости, что подслушала, но я хочу знать, что происходит.

В первые секунды я даже не поняла, о каком разговоре она сейчас упомянула. Нахмурилась, оторвалась от своих раздумий и посмотрела на девушку.

— О документах, — подсказала она.

Черт! Какие все своевременные!

Я устало отложила кисточку и села за стол напротив нее.

— Да, для того, чтобы получать образование в школе, нужно разрешение родителя или опекуна, — честно сообщила я. — Пока с нас его не требуют, но документ все же нужно предоставить.

Мия закусила губу, отвела взгляд:

— Тогда сестренка недолго сможет учиться. У нас никого нет…

И эта девчонка была в банде? Где же дерзость и вызов, которых я от нее ждала? За те несколько дней, что они жили тут с сестрой, Мия показала себя кроткой, хоть и довольно решительной, когда это требовалось.

— Тут нужно говорить с Генри, — произнесла я, — над Эвеном, Лайном и Неттой я могу получить опеку, так как являюсь их теткой. С вами может быть сложнее, но… если ты согласна, я готова и вас взять.

Они все равно уже с нами тут и под протекцией лорда Митчела. Так какая разница, заморачиваться с бумагами еще на двоих или нет?

Мия удивленно округлила глаза:

— Ты сейчас не пошутила?

— Нет, не пошутила. Просто… я не знала, как ты отнесешься к этому, — честно призналась я. — Все же вы с сестрой знаете меня всего пару дней, и такое предложение может насторожить. И…

— Яра! — возмутилась Мия, обретая свою решительность. — Ты дала нам крышу над головой! Даешь мне возможность найти хорошую работу, устроила Элли в школу! Не знаю, о каких днях ты говоришь. Потому что у меня чувство, что мы знаем тебя всю жизнь!

Она улыбнулась, перевела дыхание и добавила:

— И мы с Элли будем очень благодарны и только рады, если ты согласишься стать нам не чужой.

Мия смущенно улыбнулась, будто устыдившись своих слов. И довольно ловко перевела разговор:

— Что ты тут делаешь? Все уже спят давно.

— А ты нет, — укорила я ее.

— Успеется, — отмахнулась она и подтянула к себе лист, на котором я пыталась придумать, что бы нарисовать.

Девушка молча рассматривала наброски, кусала губу и раскачивалась на поскрипывающем табурете. А у меня в голове зрел план. Такой план, от которого они все на своем вечере искусства закачаются.

Если это приглашение на званый вечер — уловка Урутана, то я знаю, как обернуть ее в свою пользу.

— Мия, — задумчиво обратилась я к девушке, — а насколько, говоришь, хорошо ты умеешь шить?

— Ну-у-у, неплохо, — отозвалась она, поднимая на меня глаза. — А что?

— Да есть у меня одна идея, — коварно улыбнулась я. — Поможешь мне?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

* * *

Десять часов. Примерно столько длится ночь. Может, чуть больше — может, чуть меньше. Но десяти часов вполне достаточно, чтобы задолбаться.

— Моя спина, — простонала я, выпрямляясь.

Мы с Мией перебрались в столовую, где красовался новый блестящий от лака стол. Зажгли все свечи и приступили к работе.

— Я могу закончить сама, — зевнув, предложила девушка, когда на горизонте уже показалось солнце.

— Мне надо еще дождаться Миль, — мотнула я головой и потерла глаза. — Да и вот тут не закончено.

Мы работали почти все это время. Два раза прервались на чай, один — на разговор. У меня от усталости выпадали глаза и ныла поясница. Но то, что сейчас лежало перед нами на столе… это было невероятно.

— Спасибо тебе большое, — произнесла я, обращаясь к Мие, которая в это время втыкала иглу в клубок белых тонких ниток.

— Сил хоть хватит? — с сомнением спросила она, взглянув на наше совместное творение.

— Должно, — отозвалась я, решив, что, если высплюсь, и не с таким справлюсь.

— Как хорошо, что сегодня школа не работает, — усмехнулась она. — Я бы не осилила прогулку к ней.

— Это больше не твоя забота, — мотнула я головой. — С этого дня у нас будет помощница по дому. Так что…

Стук в дверь раздался в тот момент, когда за окнами проехала первая карета.

— Неужели Миль и вправду решила прийти настолько рано? — ужаснулась я, поспешив к входной двери. Мия от меня не отставала.

И да, на пороге оказалась Миль. Она не только сама открыла, но и заперла калитку.

— Здравствуйте, Ярослава, — лучезарно улыбнулась женщина. — Я готова приступать.

— Это отлично, — я подавила зевок. — Но не думаю, что надо приходить так рано. Мне бы хотелось, чтобы вы высыпались, Эмили.

— Глупости какие! — отмахнулась она. — Я высыпаюсь! Какие будут указания?

— На сегодня, — я прочистила горло, глянула на Мию, которая застыла в нескольких шагах дальше меня. — Нужно сходить на рынок за продуктами, список я вам составлю и денег на них выдам. Приготовить еду. И да, цветы не поливать, это важно.

Я смотрела в потолок, вспоминая, что еще нужно успеть. И чего категорически делать не стоит, иначе Цветочек голову нашей горничной открутит.

— Ну и познакомиться с теми, кто здесь живет, — закончила я, улыбнувшись.

— Я все поняла, — с готовностью кивнула Миль.

— Тогда начнем пока с последнего. Эмили, это Мия. Моя… племянница.

Ух, как быстро список моих родственников пополняется! Девушка в смущении поджала губы, а потом приветливо кивнула горничной.

Эмили прошла в дом, Мия же вызвалась провести ей экскурсию, пока все остальные спали, а я составляла список необходимого. Помимо продуктов, вписала и то, что нужны хорошие чистящие средства.

Да, дом мы отмыли, но водой. А этого недостаточно. Выделив Миль на все покупки пятнадцать серебряных, я отправила ее на рынок. Сама же поползла спать, чувствуя, что меня уже начинает подташнивать от усталости.

Надо успеть отдохнуть, собраться, а вечером…

На этой мысли я и отключилась, коснувшись головой подушки. Что там будет вечером, додумать не успела.

— Яра, вставай, — меня толкнули в бок. — Ну, Яра! Я хочу поиграть с тобой и Лапкой!

Звонкий голосок над ухом ломал такой яркий и сладкий сон. Я уже даже не была уверена, что мне снилось. Но, что бы там ни было, мне оно нравилось. А теперь красочная картинка начала расползаться на куски и бежать из моего сознания.

— Ярочка, — пропела мне Нетта в ухо. — Пожалуйста, вставай.

— Сколько времени? — сонно пробормотала я, проснувшись, но не открыв глаза.

— Обед прошел, — буркнула девочка, а кровать скрипнула под ее весом. — А ты все спишь! У нас тут какая-то тетя ходит, а ты спишь!

— Эта тетя теперь будет всем нам помогать, — пробормотала я, протянула руку и погладила Нетту по голове. — Но да, я встаю.

— Ура! — Девочка подпрыгнула, из-за чего матрас еще раз надсадно скрипнул. — Мы будем играть!

— Недолго, — вздохнула я. — Передай только Миль, чтобы воды нагрела для ванны. Пусть Эвен или Цветочек ее натаскают.

— Хорошо! — Нетта вихрем вскочила с моей кровати и кинулась к выходу, забыв своего медведя у моей подушки.

Я перевернулась на бок, ткнула пальцем в Лапку и улыбнулась при мысли, что за эту ночь мы с Мией умудрились сделать невозможное.

Стоило оторвать себя от кровати, как день завертелся вокруг меня чередой событий. Игра с Неттой, безумно вкусный обед, приготовленный Миль, горячая ванна, в которой я отмокала больше часа. И, наконец, сборы.

— Так, а что мы будем делать с волосами? — Мия вызвалась помочь мне одеться. А заглянувшая в этот момент Миль всплеснула руками и сообщила, что позаботится о вызове экипажа.

Экипажа… Я в карете ездила всего один раз, как на аттракционе. Да и то, что-то мне подсказывало, что кареты, колесящие по Санкт-Петербургу, имеют мало общего с теми, что используются тут как основной транспорт.

Ладно, с этим разберемся чуть позже, а пока…

— У меня есть одна идея, — произнесла я.

А потом посетовала, что в доме нет большого зеркала.

* * *

Карету трясло так, что я то и дело хваталась за стенки и край сиденья. Тут явно не хватало поручней. И ведь по относительно ровной дороге ехали!

Сердце предательски стучало. От нервов дрожали руки, но я улыбалась.

Улыбалась все то время, что карета везла меня до указанного адреса. Улыбалась, когда экипаж наконец остановился, а кучер, явный выходец из такси бизнес-класса, поспешил открыть мне дверцу и подал руку. И улыбалась, когда шла по тонкой длинной аллее через густой зеленый парк.

По указанному в приглашении адресу находился двухэтажный дом из желтого камня с розовой-коричневой черепичной крышей. На фоне большого парка здание казалось миниатюрным, но это был обман зрения.

Круглое окно второго этажа, выходящее на главную аллею, оказалось попросту огромным. Колонны, поддерживающие козырек крыльца, толще, чем мне представлялось с первого взгляда — даже при большом желании я бы не смогла обхватить их руками.

Черные двустворчатые двери с розовым растительным орнаментом оказались приоткрыты. И стоило мне миновать половину парка, как на улицу через них просочилась утонченная мелодия. Кажется, песнь скрипки с клавишными. Но я могла и ошибаться.

А за ней появился и высокий мужчина в черном удлиненном фраке. Он кому-то кивнул внутри и занял выжидательный пост у входа. Заметил меня и поспешил навстречу.

— Добрый вечер, — любезная улыбка промелькнула на его лице. — Позвольте ваше приглашение?

Я молча протянула ему картонку.

Пробежавшись взглядом по написанному, слуга нахмурился. Окинул меня взглядом и недоуменно вскинул брови.

— Прошу прощения, Ярослава, но я должен помочь вам доставить и представить ваше творение. Где оно?

Он еще раз окинул меня подозрительным взглядом, будто до последнего надеялся, что я прячу картину или статую за собой.

— В этом нет необходимости, — я ответила с мягкой улыбкой. — С задачей доставки я могу справиться сама.

Это могло перерасти в спор, но слуга попался адекватный. Он только кивнул и жестом предложил пройти следом. Я же подхватила неудобную и непривычно большую юбку, чтобы поспеть за ним.

Ткань приятно шуршала при каждом шаге, а я все шире улыбалась.

За дверью оказался огромный застеленный белоснежными плитами пол. В углу виднелась широкая лестница, под потолком висело несколько круглых люстр со свечами. Огоньки бликами отбивались от надраенного до блеска пола.

— Прошу сюда, — слуга любезно указал мне в ту сторону, откуда лилась музыка.

За распахнутыми дверьми виднелся еще один зал — ничуть не уступающий размером холлу.

— Благодарю, — я кивнула, но пошла не в указанную сторону, а к огромному зеркалу, которое висело недалеко от входа.

Я никуда не спешила. Хотелось в полной мере полюбоваться той работой, что мы провели с Мией.

Тихий стук невысоких каблуков, шорох ткани, и я вот я уже стою возле зеркала.

На правом плече лежит толстая французская коса. Розовые пряди мелькают среди светлых волос игривыми пятнами. Корни уже отросли, но не катастрофично. Легкий макияж практически незаметен — косметичка Мии оказалась небольшой, но она с готовностью ею со мной поделилась.

А вот наряд…

Я улыбнулась, рассматривая перешитое Мией платье кремового цвета. Его я купила себе для каждодневной носки, но… с легкой руки бывшей разбойницы оно превратилось в наряд с объемной и довольно неудобной юбкой.

Юбкой, на которой я полночи создавала нереальной красоты картину. С одной стороны зеленел лес, блестела широкая синяя река и летел косяк птиц. С другой — возвышался светло-желтый замок с тонкими башенками и треугольными алыми флагами на шпилях. Между ними раскинулось поле, на котором друг напротив друга стояла девушка в разлетающемся платье и парень в рыцарской броне.

Нужного серо-коричневого оттенка удалось добиться при смешивании желтой и синей краски. А вот с оттенками кожи пришлось заморочиться, так как белая краска, которую я делала на пробу из мела, закончилась. Нетту будить было не с руки. Да и Мие бы я это никак не смогла объяснить.

Так что я смешивала и разводила желтую и красную краску, пока не получила нужный оттенок.

— Отлично, — одними губами прошептала я, слегка приподняв юбку и раздвинув складки. Разошлись тучи, собравшиеся в светло-голубом небе и выглянул раскаленный диск солнца.

Как же хорошо местная ткань соединяется с краской. Невероятно просто. Если бы тогда не испортила платье Ильзы, в жизни бы об этом не подумала.

Удовлетворившись своим внешним видом, я поправила юбку и, выпрямив спину, направилась в соседнее помещение.

Тут музыка была громче, свет — ярче, а все пространство занимали приглашенные. На влитых колоннах по периметру висели однотипные гобелены и такие разные картины… без какой-то общей тематики. Возле окон красовались настолько необычные комнатные растения, что Цветочек удавился бы от зависти. А в дальнем углу на небольшом возвышении находились музыканты.

Я застыла на месте, рассматривая все то неприкрытое богатство, которое демонстрировал хозяин дома.

Позолота на стенах, явно драгоценные камни в люстрах, разрисованные кадки, лепнина и мозаика на потолке.

Мимо меня прошагал слуга, несущий перед собой огромную, накрытую бархатным полотном картину. Остановился между двух колонн, стянул покрывало и, покраснев от натуги, повесил между ними работу художника.

Так во-о-от почему все картины такие разные. Теперь понятно.

— Не желаете вина? — ко мне подошел еще один мужчина во фраке и предложил взять бокал с подноса, который он ловко держал одной рукой.

— Благодарю, — я не стала отказываться, взяла напиток и прошла чуть вглубь, рассматривая окружение.

Все приглашенные люди искусства разбились на группки, смеялись, разговаривали и были настолько поглощены этим, что не смотрели по сторонам.

Мужчины словно соревновались в количестве тонких золотых нитей на камзолах, а женщины, рассекающие комнату кротким утиным шагом из-за узких юбок, пристально отслеживали, у кого прическа выше.

Мда, пожалуй, я выбивалась на их фоне.

— Ярослава? — удивленный женский голосок раздался за спиной.

Я обернулась и встретилась взглядом с высокой молодой девушкой в элегантном платье цвета молодой травы. Ее лицо показалось мне смутно знакомым. Может, видела где?..

Потребовалось еще несколько секунд, чтобы я ее вспомнила.

— Я вас рисовала, — наконец произнесла я. — Вы были с женихом, который отправлялся на подвиги.

— Верно, — она легко улыбнулась и слегка склонила голову. — Ольва.

— Очень приятно, — я тоже кивнула в знак приветствия.

Девушка вряд ли была художницей. А значит, на этот званый вечер приглашают еще и людей из высшего сословия. Конечно, нужна же мастерам клиентская база!

— Ваш жених уже закончил с подвигами? — поинтересовалась я, пока Ольва брала с подноса подошедшего слуги бокал.

Девушка скривилась от одного упоминания:

— К слову об этом, ваше предложение о цветном портрете еще в силе?

— Да, почему нет? — пожала я плечами.

А про себя решила, что заказчики среди богачей — это очень даже хорошо. Там и до сарафанного радио недалеко. Оно, как все знают, творит чудеса.

— Отлично, — Ольва улыбнулась. — Я хочу свой портрет на фоне главного городского парка.

— Только ваш? — нахмурилась я.

А девушка закатила глаза:

— Чтобы я еще хоть раз связалась с фанатиком. Ну уж нет! Этого дундука не будет ни в моей жизни, ни на моем портрете.

Я не сдержала смеха. Ольва поддержала меня через мгновение. А потом сказала, что, как надумает с портретом, пришлет ко мне слугу, чтобы договориться о времени.

— У вас очень интересное платье, — добавила девушка, окинув меня взглядом. — Расскажете, кто ваша модистка?

— Хенд-мейд, — улыбнулась я.

— Не слышала об этом доме моды, — покачала она головой. — Надо разузнать о них.

Кивнув еще раз, она оставила меня и направилась куда-то в сторону. А я только хмыкнула.

Прямо интересно, что она сможет узнать.

— Ярослава, вы приняли мое приглашение.

Стоило только Ольве отойти, как меня нашел один из самых противных мужчин, с которыми мне пришлось познакомиться в этом мире.

— И вам добрый вечер, — с самым спокойным видом повернулась я к Урутану.

За ним подтягивалось с десяток гостей. Они бросали подозрительные взгляды на меня и даже не пытались скрыть усмешек.

Та-а-ак. Что-то мне все это не нравится.

— Приняла, — добавила я спустя несколько мгновений. — К сожалению, вам нужно что-то сделать с почтальоном. Как-то он запоздал с письмом.

— Что? Правда? — наигранно удивился он. — Непорядок.

Я сделала глоток вина, ожидая продолжения этой разыгравшейся сцены.

— Господа, — противно протянул Урутан, повернувшись к тем, кто его нагнал, — позвольте представить вам свободную художницу Ярославу. Это она рисует углем на торговой площади.

— Приятно с вами познакомиться, — приторно улыбнулась женщина в лиловом платье.

— На рынке? — последовало еще одно притворное удивление от другого участника этого гадюшника. — Ка-а-ак интересно. И как успехи?

— Не жалуюсь, — вернула ответ таким же тоном.

— А где можно посмотреть то творение, что вы предоставите на аукцион? — поинтересовался еще один мужчина, хмыкнув в усы.

— Но-но, не торопитесь, — осадил его Урутан. — Вскоре все познакомимся с работами друг друга.

Меня окинули еще одним презрительным взглядом.

Интересно, а ему уже донесли, что я явилась с пустыми руками?

В памяти тут же всплыла угроза этого борова ославить меня. Интересно, именно это он и пытается сделать?

Я только пожала плечами и продолжила бесцельное блуждание по залу, рассматривая картины и статуэтки, выставленные на всеобщее обозрение. Через какое-то время начала замечать, что на меня бросают взгляды. На лицах приглашенных гостей мелькали странные усмешки. Никто не спешил подойти и завести разговор, меня явно сторонились.

— Было бы обидно, если бы не было так все равно, — пробормотала я, взяв новый бокал с подноса и остановившись рядом с одной из картин. Довольно интересной по композиции и содержанию, но с явно плохой техникой.

— Не ожидал тебя тут увидеть, — раздалось над ухом.

Я дернулась от неожиданности и встретилась взглядом с лордом Митчелом.

— Это взаимно, — только и смогла из себя выдавить.

Интересно, в качестве кого он тут? Неужели тоже рисует в свободное время? Хотя… что-то мне подсказывало, что этого времени у Волдера как раз-таки в обрез.

Однако узнать причину его нахождения тут мне было пока не суждено.

— Дамы и господа, прошу внимания! — перебил музыку голос Урутуна, оказавшегося в центре зала.

Скрипка стихла, за ней замолчали и другие инструменты.

— Я рад приветствовать вас на ежегодном собрании деятелей искусства, — растягивая слова и краснея от натуги, проговорил он. — Сегодня каждый из мастеров принес нам ограненную частичку своего мира! И вы, дорогие гости, сможете приобрести ее в свою коллекцию уже через несколько дней на ежегодном аукционе! А сейчас я предлагаю вам посмотреть на те лоты, что совсем скоро будут там выставлены. И начнем мы знакомство с моей работы…

— Впрочем, как и всегда, — усмехнулся лорд Митчел, отпив из своего бокала.

— И что, там есть на что смотреть? — лениво поинтересовалась я у графа, не желая толпиться с остальными гостями, которые гуськом направились за главой гильдии художников.

— Его работы нужно всего один раз увидеть, чтобы найти ответ на этот вопрос, — пожал плечами мужчина. — Но скажу одно — я бы себе такое в гостиной не повесил.

А ведь смог заинтересовать! Плохой пиар — тоже пиар!

Правда, на картину Урутана я смогла взглянуть только через десять минут, когда вся процессия последовала дальше. И уже другой художник презентовал свою работу.

— Это? — я скривилась, остановившись рядом с большим полотном.

— Что? — рассмеялся граф, пребывающий, похоже, в хорошем расположении духа. — Не в твоем вкусе?

— Ну как сказать… — пробормотала я, глядя на картину, где перепеталось с десяток женских обнаженных тел. Да в таких немыслимых позах, что мастера спорта по гимнастике сдохли бы от зависти.

Нет, техника выполнения была хороша, тут не прикопаться. Но вот содержание…

— А теперь представь, что это висит в гостиной, где вы сидите с приятелем и обсуждаете дела, — нарисовал образ в моей фантазии Митчел.

— Да уж, не самый лучший выбор, — согласилась я. — Но, признаюсь честно, я бы такое и в спальне не повесила.

— Верно, — я услышала смешинки. — Куда лучше, когда над кроватью висит картина в полный рост со шкурой тигра. Да?

В первое мгновение я не осознала, что он сказал. А когда осознала!..

Цветочка захотелось придушить.

— Ты бы хоть сказала, что собираешься сделать мне такой подарок, — давясь смехом, добавил граф. — А то как-то узнавать это от своего друга… ну даже не знаю.

— Я отбрехивалась от соседки, — отрезала я, чувствуя, как краснею.

В разыгравшейся уже фантазии вплыл обнаженный Волдер, смущенно прикрывающийся шкурой бедного тигра.

— Ну да, ну да, — насмешливо протянул мужчина.

— Какой тут план вечера? — неловко перевела я разговор, стараясь избавиться от воображаемой шкуры и воображаемого голого мужчины.

— Вначале общение, потом демонстрация лотов, затем программа бала… Урутан любит с размахом проводить такие вечера. А после выступают спонсоры.

— Спонсоры? — нахмурилась я.

— Художественная гильдия считается очень престижным местом для того, чтобы вкладывать деньги, — поделился он.

Я только бровь вздернула и перевела взгляд на художества их главы. Ну да, ну да!

Причем рядом же висит шикарный натюрморт, чуть дальше батальная картина. Но главенствует над всеми художниками именно он.

— Кажется, тебя ищут, — протянул Волдер, отпивая из своего бокала.

Я оторвала взгляд от картин и повернулась к народу, столпившемуся вокруг Урутана.

— Ярослава! — он тоже нашел меня. Шагнул вперед. — Не подскажете, куда повесили вашу картину? Никак не можем отыскать.

— Это, наверное, потому, что я ничего не просила вешать, — пожала плечами, наслаждаясь недоумением, промелькнувшем на лице главы гильдии художников.

Стоило ему осознать сказанное мной, как это недоумение начало трансформироваться в превосходство:

— Не хотите ли вы сказать, что явились на наш прием без обязательного атрибута любого творца?

Последнее слово он процедил сквозь зубы, противненько усмехаясь.

Интересно, он уже почувствовал вкус победы? Можно его расстроить или еще рано?

— Ну что вы, как я могла, — растягивая гласные на его манер, я шагнула вперед, подхватив юбку так, чтобы она слегка оторвалась от пола.

Складки разгладились, являя миру картину.

— Мое искусство на мне. Кто желает посмотреть поближе?

Среди собравшихся пролетел шепоток удивления. Урутан непонимающе нахмурился, рассматривая рисунок, раскинувшийся на юбке платья. Картину можно было разглядеть, только когда юбка расправлена, а потому произвести фурор все же удалось.

Кто-то из наблюдающих попытался сделать шаг вперед, но его одернули, не дав подойти ближе. Какая прелесть.

— Вы же знаете, Ярослава, что вам нужно оставить ваше творение здесь?

— Конечно, — я приторно улыбнулась. — Что-то еще?

— Нет, — выплюнул он.

— Прекрасно, — я все еще улыбалась, поворачиваясь к нему спиной. И тут же расслабила щеки, когда вся эта творческая процессия осталась за спиной.

Впереди был только пустынный зал, возвышение с притихшими музыкантами и криво усмехающийся лорд Митчел.

— Серьезно? — поинтересовался он. — Рисунок по ткани?

— Холсты тоже из ткани, — пожала я плечами. — Так почему нет?

— Потому что тебе придется идти домой голой, — предположил он.

— Я одолжу у тебя шкуру тигра, — отшутилась в ответ и тут же поймала какой-то странный заинтересованный взгляд.

— Музыку! — закричал в этот момент Урутан. И вновь запела скрипка.

— Кхм, потанцуешь со мной? — нарушил неловкую паузу лорд Митчел, протянув руку.

— Не то чтобы из меня хороший танцор, — справедливо заметила я.

— Я не предлагаю тебе вести, — укорил меня мужчина.

Я же пожала плечами, решив, что хуже этим уже все равно не сделаю, и опустила пальцы в его ладонь.

Музыка зазвучала громче, граф сделал шаг вперед, его ладонь оказалась у меня на талии.

— Ярослава, мне кажется, или у твоего платья сбоку торчат нитки? — протянул он, делая первая шаги, увлекая меня за собой.

— Не кажется, — сосредоточенно отозвалась я, надеясь не наступить ему на ногу. Все же я не в туфлях. Митчелу не поздоровится, если я оступлюсь.

— Тогда твоя модистка зря взяла с тебя деньги за это платье.

— Ты так и не сказал, что делаешь тут, — произнесла я. — Просто зашел посмотреть на лоты?

— Не совсем, — усмехнулся мужчина, глядя мне прямо в глаза. — Я спонсирую гильдию.

— М-м-м, человек искусства, — протянула я, все еще отслеживая, куда шагаю. — Оно, впрочем, видно. Не каждый себе сделает татуировку.

Я скользнула взглядом к мощной шее. Камзол скрывал края татуировки, но я точно знала, что она там есть.

— Это немного другое, — ловко ушел от завуалированного вопроса мужчина. — Но можно и так сказать.

Я задумалась на секунду, глядя на Митчела. А потом поинтересовалась, проходя под его поднятой рукой:

— А могу ли я попросить тебя об услуге?

— Смотря о какой, — деловито отозвался Волдер. — И что мне за нее будет.

— Хочешь еще одного посыльного? — иронично уточнила я. — Эвен сам не справляется?

— Я пока не знаю, что у тебя за просьба, — со смешком отозвался граф. — Но что-то мне подсказывает, что она не так проста, раз ты ходишь кругами. Хочешь, чтобы я отказался от дома, который заложила мне Ильза?

— Это тоже, — не стала лукавить. — Но с этим я и сама справлюсь, да и речь о другом. Мне нужно, чтобы кто-то влиятельный подтвердил мою личность для восстановления именного листа.

— И что, кроме меня, никто не может?

— Твоего титула будет достаточно, чтобы не тянуть с собой в палату целую толпу свидетелей, — выкрутилась я, лучезарно усмехнувшись.

— Да-а-а, просьба действительно серьезная. Даже не знаю, соглашусь ли я, — каким-то игривым тоном отозвался граф.

Я стрельнула в него уничтожающим взглядом.

— Хотя, с другой стороны, ты ведь выплачиваешь долг именно мне. А значит, я весьма ценен для такой задачи.

— Что ты хочешь за помощь? — прямо спросила я.

Готова даже портрет со шкурой тигра в жизнь воплотить. Если он его так зацепил.

Музыка затихла ровно в тот момент, как я закончила вопрос. Волдер демонстративно отошел на три шага и поклонился мне, видимо, заканчивая танец.

Через мгновение зазвучало начало следующей мелодии.

— Еще один танец, мы не договорили, — произнесла я.

— Увы, с такой юбкой ты не сможешь его танцевать, — хитро отозвался мужчина. — Она слишком пышная.

— Ну, — пожала я плечами, — это не самая большая проблема.

Нащупала те самые нитки, которые заметил лорд Митчел. Зацепилась за них и резко дернула в сторону. Треск был такой, будто я на шторе повисла и оторвала ее.

Музыканты затихли, обернулись. Танцующие озирались, не понимая, в чем проблема.

А я, глядя лорду Митчелу в глаза, рванула вниз юбку, отрывая ее от остального наряда.

Как я и говорила, Мия перешила мне платье, добавив под низ пышную сетчатую юбку. Через которую прекрасно просматривались ноги до колена. Выше шла подкладка. Ткани не хватило, чтобы все прикрыть. Но я и не настаивала. Просто надела сапоги Ильзы вместо туфель.

Довольно вызывающий образ, но раз все настаивают на том, что нужно оставить свое творение здесь…

Отлично, я оставлю им верхнюю юбку, которую можно пришить к любому платью.

Жестом подозвав слугу, я отдала ему ткань:

— Это мой лот.

А потом повернулась к Волдеру:

— Так что насчет танца?

Граф стоял на месте, отшкребая нижнюю челюсть от пола. И не сводя глаз от моих ног.

— Ты вынуждаешь меня согласиться, — просипел он, протягивая руку в приглашающем жесте.

— О, отлично, тогда послезавтра утром в палате, — коварно улыбнулась я.

— Яра, я согласился на танец.

— Ты не уточнил, — пожала я плечами, приноровившись к ритму продолжавшейся песни. — И согласился. Так что послезавтра утром у палаты.

Граф хмыкнул, но спорить не стал. И под шокированными взглядами собравшихся мы пустились в пляс.