Глава 16. Все демоны лгут

— Доченька, я всегда считала тебя умной женщиной!

Я поперхнулась чаем и случайно пустила носом пузырь. Медленно перевела взгляд на Рока в надежде, что он этого не видел. Демон смотрел на меня вдохновенным взглядом, подперев подбородок кулаком и напрочь игнорировал миску сырников под самым носом. Последнее, кстати, дико оскорбляло маму, но она решила, что сначала следует устроить взбучку мне, а уже потом взяться за растлителя. Фамильяр невозмутимо подал полотенце, даже не подумав сделать вид, что не заметил конфуз.

— Это ты бессовестно врёшь, — попытка спрятаться от грозного маминого взгляда за утиральником не увенчалась успехом: тряпку сдёрнули с головы и лишь добавили строгости в голос.

— Возможно, — не стала увиливать мама. — Но я не ожидала, что ты додумаешься не просто вызвать демона, а ещё и, — она всхлипнула, — соблазнить бедняжку!

Пришлось снова воспользоваться полотенцем.

— Для начала, — я на всякий случай отставила кружку подальше, — откуда ты знаешь?

— Сердце матери чует, — патетически начала она.

— Рок сболтнул? — сократила я объяснения.

— Он, — созналась женщина.

Демон развёл руками и не предпринял ни малейшей попытки спрятать блаженную улыбку:

— Без цели прихвастнуть, рыжуля! Я лишь уверил кири Брид, что беру на себя полную ответственность за произошедшее.

— Лучше бы ты взял на себя ответственность за молчание, — пробурчала я.

— Я? Молчать? — искренне изумился фамильяр. — Ты за кого меня принимаешь?!

Мама опустила на стол тяжёлый кулак. Сырники подпрыгнули в тарелке и обратили на себя пристальное внимание.

— А ты чего не кушаешь, сынок? Ты кушай, кушай. Тебе сил надо набираться. Мужика в доме давно не водилось, дел набралось, а ты вон какой тощий!

Рок послушно сцапал один кругляшок и поднёс его ко рту, но надкусить забыл: залюбовался, как ни смешно это признавать, мной. Ну вот, теперь и самой придётся голодной остаться. Не жевать же, когда на тебя смотрят так тепло и странно! В груди предательски потеплело. Никто и никогда не глядел на меня так. А я-то, дура, ещё думала, что мужчины не способны удивлять. Стоп! Что?

— «Сынок»?

— А что? — искренне удивилась мама. — Пришёл, честно всё обсказал. Почти добровольно, между прочим, — её взгляд метнулся к скалке и тут же вернулся обратно. — Заверил в честности, заявил о намерениях.

— Намерениях? — хорошо, что чашка с чаем далеко. Вот сейчас бы отвар полился не только из носа, но и из ушей.

Под быстрым недовольным взглядом Рока мама икнула и поспешила закрыть рот. Сболтнула лишнее?

— Всего лишь признался в содеянном и убедил, что не собираюсь этим хвастать. Сам в шоке, какой я серьёзный! — поспешил уточнить демон, демонстрируя широкую острозубую улыбку.

Скептически оценив так и не уменьшившуюся порцию завтрака в моей тарелке, мама вздохнула и перекинула ещё пару сырников Року. Тот, впрочем, тоже по горло насытился романтикой, так что куски творога в это самое горло лезть не желали.

— Доченька, мы серьёзно побеседовали с твоим фамильяром.

— Это, кстати, правда, — вставил демон.

— И пришли к выводу, что ты вправе сама принимать решения.

— А вот это уже нет, — признал Рок.

— То есть как это нет? — голос приобрёл угрожающий оттенок. В негодовании мама аж ухватилась за край тарелки, намереваясь лишить «сыночка» вкусненького.

Рок быстренько вспомнил, что ещё не завтракал, а сил… гм… сил этой ночью потратил немало, так что ухватился за второй край посудины и шустро исправился:

— Матушка тебя обожает. Она прекрасна, добра и великодушна, — мама зарделась и отпустила блюдо, а воодушевлённый демон продолжил: — Но она понимает, что ты взрослая женщина и вправе строить жизнь так, как хочешь.

— Правда? — удивилась мама.

— Правда-правда, — подтвердил демон. — Именно это вы и решили, Брид.

Как-то само собой получилось, что я сползла на пол. Если бы не Вениамин, глядящий на меня в подстолье укоризненными голодными глазами, я бы там и осталась жить. А так пришлось подниматься и кидать ему вниз поесть. В противном случае я рисковала испортить сбережённые вчера во время прогулки туфли: кот у нас мстительный.

— К тому же, — мама мечтательно прижала скалку к груди, — я уже давно хочу внуков…

— Выводок маленьких рогатых внуков, — демон вконец обнаглел и закинул ноги на стол, но после намекающего кхе-кхеканья вооружённой скалкой женщины быстренько передумал.

— Поэтому, если пообещаете вести себя хорошо, — скалка перелетела из правой в левую пятерню и обратно, — я очень постараюсь не убить вас обоих. И Рок уже поклялся, что больше руки распускать не станет! — выразительно повысила голос она.

— Не станет? — скрыть разочарование не получилось совершенно.

Рок активно запихивал в рот сырники, чтобы не заржать в голос.

— Профти, рыфуля! Она меня жафтавила!

Мама нежно погладила скалку (в последнее время она вообще её не убирала далеко):

— Истинная правда. Потому что даже самым сумасшедшим влюблённым ведьмам не мешало бы иногда думать, что они творят!

— Ферно-ферно, — закивал подхалим, подпихивая подопустевшую тарелку и с намёком тыкая в неё пальцем.

— А самым хитрым демонам — помнить, что рядом есть женщина с хорошо поставленным ударом.

Демон на мгновение задумался, как будто вспоминал что-то, машинально потёр затылок, усмехнулся и опустил подбородок:

— Этого я точно никогда не забуду!

Мама поджала губы и покачала головой: она совершенно точно была уверена, что мудрое напутствие и близко не достигло юных разгорячённых умов.

Ускользнуть после завтрака оказалось непросто: решив использовать демона на полную, хозяйка дома выдала ему список обязательных дел. В него входила не только генеральная уборка двора, но и подновление крыши, замена восьми подгнивших досок в заборе, четыре мелких проклятья для особенно говорливых соседей и устрашающее предупреждение для толстого пекаря, зачастившего в гости к одинокой, но крайне привлекательной («да-да», — с готовностью подтвердил Рок) женщине.

Причём, по какой-то странной причине, мама категорически не желала, чтобы я помогала демону, хоть при участии магии дело явно пошло бы быстрее. Вместо этого дочь она усадила разбирать травы по пучкам, перемалывать сухие листья в мелкий порошок и разносить снадобья по заказчикам. Словом, выбрала наиболее занудную и максимально удалённую от Рока работу. И наверняка ведь не случайно!

Словом, к обеду абсолютно все мысли из головы вытеснились образом полуголого демона с поблёскивающими на груди капельками пота, мерно постукивающего по крыше молоточком.

Давненько я так не спешила домой. Отнести пару отваров на другой конец улицы — дело не самое тяжёлое, но Рок долго препирался с мамой и не желал отпускать меня одну. Впрочем, после истории с Антуаном я тоже опасалась высовывать нос без сопровождения. Но не вечно же теперь бояться!

Заказы я дважды спутала и вместо настойки для больных костей принесла столетнему дедку капли для мужской силы. Впрочем, суставам лекарство всё же помогло: когда возвращалась извиниться и поменять пузырьки, видела, как он носился по двору за своей бабкой. Причём та ещё кокетливо сбрасывала скорость, если супруг вдруг начинал отставать. Вроде все довольны.

Вот же демоново отродье! Я совершенно по-идиотски улыбалась с самого утра и наверняка не производила впечатление травницы, которой стоит доверять здоровье. Впечатление злобной ведьмы я не производила тоже, правда, народ всё равно на всякий случай либо шарахался, либо расшаркивался в приветствиях. А мне что? А у меня туман в голове и хочется бежать, бежать, бежать… Потому что там, впереди, уже виднелся дом, уже можно было, прищурившись, разглядеть оседлавшего крышу мужчину, слышался постук молотка и…

И уже прекрасно просматривалась толпа пускающих слюни девиц, задравших головы перед нашим забором.

— Нет, ну если всем ведьмам выдают таких демонов, — протянула упитанная фемина, вгрызаясь в сладкий крендель и наверняка представляя на его месте обтянутый узкими штанами и прекрасно заметный отсюда зад моего фамильяра.

Куртка на Роке тоже отсутствовала, как и в моих фанта… как я и предполагала, в общем. И пусть капельки пота в сегодняшней прохладной сырости пришлось дорисовывать воображением, зато рельефная грудь и плоский живот и в реальности идеальны. Я томно вздохнула, вспоминая прошлую ночь. Но зардеться не успела: зрительницы продолжали шумно комментировать зрелище.

— Нет, ну ты глянь! — восторженно ахнула низенькая блондинка. Аж привстала на носочки, когда Рок, уронив какой-то гвоздик, перегнулся через конёк.

Мужчина среагировал на полный обожания писк, глянул вниз и, не растерявшись, поклонился. Девчонки завопили в ответ и запустили во двор снаряды: пару букетов цветов, бутерброд с колбасой и, кажется, попону для лошадей, хотя, возможно, последнее всё же являлось нижним бельём упитанной зрительницы.

— Это не демон, а мечта!

— Какой мужчина, ах!

— Ради такого — на любую сделку!

Ага, как же! На сделку они пойдут. Кабы все были такие смелые, ведьм бы уже пруд пруди развелось. Я протолкалась через плотно стоящих девиц, получив пару тычков локтем от одних и ответив тем же другим.

— Куда прёшь?

— Не видишь: всем интересно!

— Поздно пришла, становись взад! — полетело вслед.

Сходу разглядев рыжую макушку, демон послал мне воздушный поцелуй, чем вызвал новую волну ахов и охов.

Я не выдержала. Развернулась, уткнула руки в бока, приосанилась специально для тех, кто ещё не узнал хозяйку фамильяра:

— Так, дамы! Выступление остановлено до получения платы за билеты! Расходимся, расходимся!

— А тебе жалко, что ли? — надулась толстушка и прокричала, чтобы предмет спора точно расслышал: — Пущай ещё и порты скинет, тогда разойдёмся. Зря стоим, что ль?

— Это я могу! — с готовностью помахал рукой демон.

— Не может! — заявила я.

— Может! — поддержали пускающие слюни девицы.

— Нет, не может, — я сложила ладошки рупором и повысила голос: — У него от этого голова болит!

— Разве? — удивился Рок.

— По ней стучат скалкой и она потом болит! — подтвердила я.

Рок покаянно уронил голову на грудь:

— И верно. Я и забыл об этой интересной зависимости. Расходимся, дамы, даём волю творчеству, додумываем остальное сами.

— Красивый мужчина — всеобщее достояние, — фыркнула блондиночка.

— Нет в тебе бабской солидарности! — добавила толстушка.

— Мне, может, дома вообще любоваться не на что! — прокряхтела невесть как затесавшаяся среди девиц старушка. — Так хоть бы вспомнила, чаго у тех мужиков в штанах!

Всерьёз опасаясь, что недовольная толпа ломанётся следом, я проскользнула за калитку.

— Рок! Спускайся немедленно!

Демон, рисуясь, показал крылья, спланировал и эффектно приземлился.

— Да-а-а-а-а! — девицы в исступлении попытались перелезть через забор.

А ведь всего пару недель назад боялись посмотреть в нашу сторону! А ещё чуть раньше брезговали стать на то место, где прошла я. Привыкли, значит, девочки? Расслабились? А вот я вас!

Морокам я научилась в первую очередь. Толку с них, честно говоря, никакого, зато освоить легко. Тем более теперь, познакомившись с новым непонятным колдовством, я щёлкала заклятия как орехи. Вот и сейчас незаметно двинула пальцами, нарисовала в воздухе символ. Витиеватая закорючка кратко вспыхнула и подплыла к лицу Рока, налепилась на него, как маска.

— Кири, ты плохая, плохая девчонка!

Демон потрогал щёки в попытке выяснить особенности новой внешности, но ожидаемо обнаружил собственный кривой нос и высокие скулы. Морок обманывает только зрение. Наощупь демон как демон. Но толпа страждущих хлеба и зрелищ дамочек не в курсе этого.

— Лунная жрица, сбереги! — краткий визг прервался обмороком.

Толпа в два счёта проредела. Естественно! На их глазах привлекательный стройный мужчина вдруг превратился в огромного волосатого монстра с наростами на физиономии.

Я обняла Рока за шею, сцепила пальцы прямо под его невидимыми, но прекрасно ощутимыми, тёмными волосами.

Визг стал в разы громче и начал удаляться вместе с тем, кто его производил.

Глупые девчонки! Демоны страшны совсем не чудовищным обличьем. Они страшны тем чёрным пятном, что у них вместо сосуда лары. Не острые зубы сожрут вас, от них бежать не стоит. А вот от искушения, от тёмных желаний, от жажды власти, которую пробудит в вас исчадье Подземья, от них — да. Но мой, конечно же, не такой. В моём демоне куда больше человеческого, чем он сам думает. Я знаю, я чувствую.

Я поцеловала его у всех на виду. Заклеймила, объявила своим, запретила приближаться к моему мужчине. А он оказался и не против — ответил тем же.

— Ой, какая идиллия! — стоило ожидать, что жуткое зрелище отпугнёт не всех.

Проигнорировав калитку, Сели перелезла через забор. Томас послушно прыгнул следом, подстегнув себя заклинанием. Глупо гыгыкнул, прыгнул в обратную сторону. И ещё раз, и ещё.

— Хватит, Томми! В глазах рябит, — недовольно скривилась демоница.

Колдун послушно остановился и преодолел препятствие уже как нормальные люди — через дверь.

— Не помню, чтоб мы вас звали, — Рок слегка сдвинулся вперёд, заслоняя меня плечом. Думал, наверное, что не замечу.

— А мы не дождались приглашения и пришли сами, — заржал ведьмак.

— Может вы его не дождались, потому что его не поступало? — резонно предположил Рок.

Сели отмахнулась, явно не понимая намёков:

— Да нет, глупость какая-то! — вихляя задом подошла поближе, царапнула морок. — Отличная работа, ведьмочка! Я почти поверила, что монстр настоящий!

— А монстр настоящий, — невозмутимо сообщил Рок. — Это морок искусственный. Проваливай, Сели.

— Значит так, да? — на мгновение в её тёмных глазах мелькнули почти настоящие слёзы, голос дрогнул обидой так, что сложно не поверить. Но только на мгновение. А потом кровожадный оскал снова спрятал все остальные чувства: — Значит, как спасать твою ведьмочку, так мы лучшие друзья, а как поблагодарить…

— Не так уж вы и помогли, — пожал плечами фамильяр.

— Как? А моральная поддержка!

— Ну так и иди своего подопечного поддерживай!

Я сдалась:

— Рок!

— Что, кири?

— Они просто пришли в гости. Скучно ребятам. Не выгоняй их.

— Рыжуля, демоны никогда не приходят в гости просто так. Они всегда всё делают ради себя.

— Всегда?

— Да!

— Всё? — я склонила голову на бок.

— Да, всё! Проклятье, кири! Демоны думают совсем не так, как ты…

— Они остаются, — всегда и всё. Ну конечно же.

Он и не подумал, как больно прозвучали его слова. Всегда и всё. Только для себя. Заставил рухнуть романтичную дурочку с небес на землю. Демоны всегда лгут, он это говорил. Говорил никому не доверять, даже себе. И что теперь? Я обижена? Злюсь? Расстроена? Перестану ему доверять? Нет, пожалуй. Хотя наверняка зря. Но туман влюблённости, застилающий глаза, посветлел и поплыл. Он демон, Триста. И у вас уже куда меньше, чем тридцать три дня. Что будете делать потом? И захочет ли он, чтобы это потом наступило?

— Здравствуй, Сели. Привет, Томас. Не желаете что-нибудь выпить? — фальшивой улыбке демоницы я не научусь никогда, но хоть попыталась.

— Эль.

— Вино, — распорядились гости.

— Вот и отлично, — решила я, — что все пьют молоко.

Пока я ходила за напитком, мало что изменилось: Рок огрызался, Томас пытался показать всем силушку молодецкую и неустанно таращился на демоницу. Сама же Сели старательно демонстрировала Року бесконечные ноги и едва ли не висла на его плече. Я втиснулась между старыми знакомыми и грубо всучила обоим по кружке.

Том захлопал в ладоши:

— Ура! Молочко! — выдул в два глотка и вытер белые усы рукавом.

Я попыталась убрать с его лица остальные следы трапезы, но ведьмак отмахнулся и с воплем «гля, как могу!» принялся ломать подготовленные для забора доски.

— Эй! Я их, между прочим, рискуя хвостом у соседки спёр! — возмутился Рок и пошёл защищать имущество.

Нет, с парнем явно совсем плохо.

Я повернулась к демонице, возлежащей на скамейке с поистине демоническим великолепием:

— Томас, конечно, и в день нашего знакомства не отличался умом, но мне почему-то кажется, что за последнюю пару недель он слегка… поглупел.

— Слегка? — Сели запрокинула голову в беззвучном смехе. — Значит я плохо старалась!

— Ты сделала его таким?! — не сказать, что я не догадывалась. Но вот уж не думала, что демонице покажется забавным самодовольно это заявить.

— Мальчик хотел стать самым сильным. Он и до встречи со мной не отличался особым умом. Вот ты зачем вызвала демона?

Я закусила губу: моя причина тоже не слишком оригинальна.

— Хотела отомстить бывшему…

— Вот видишь! — Сели вытянула ножку, любуясь туфелькой на высоченном каблуке. — Месть — достойный повод. А сила… Это смешно. Я дала Томми то, чего он хотел. Он и правда невероятно силён. О сопутствующих затратах речи не шло.

— Ты сделала его дурачком?

— Сила есть — ума не надо, — хохотнула женщина.

Точное описание. Томас как раз носился вокруг дома, с лёгкостью разбрасывая и ломая доски, оставляя огромные следы кулаков в земле и в деревьях. Рок же, не пытаясь вступить в драку, ускользал перед самым ударом, изматывая противника. Вот демон ловко подхватил кружку, помогая себе крыльями, запрыгнул на забор, и пригубил молока. Откусил кусочек ногтя, полюбовался результатом. А Том всё это время вертелся на месте, пытаясь понять, куда делся вёрткий демон, и не догадавшись задрать голову.

— Сели! Ты сделала здорового мужика слюнявым идиотом!

— А он попытался трахнуть меня, как только заклинание силы подействовало. Тебя недавно, помнится, тоже пытались принудить к подобному. Приятно? Вот и мне нет.

И ответить нечем. Действительно ужасно. Но стоит ли чужого разума?

— Ты ведь явно сама пыталась его соблазнить. Посмотри на себя, Сели! Да твой вид буквально вопит «возьми меня прямо здесь»!

— Возьми меня прямо здесь! — шутя, прокричала демоница, но не дождалась реакции ни от одного от увлечённых дракой мужчин. — Видишь? Ни один не обернулся.

— Ты не должна была вредить Тому…

И куда вдруг делать доброжелательная весёлая демоница? Она взвилась с места, скрипнула зубами. Её лицо перекосила злоба и… горечь?

— Не должна была? Не должна была? Нет, ведьмочка, я как раз должна! И твой фамильяр должен тоже! Потому что мы хотим жить! Мы хотим хотя бы то подобие жизни, которое у нас осталось. Знаешь, что случается с демонами, не выполняющими задание? Сказать тебе? Ты хочешь это знать?

Сумасшедшая, растрёпанная, напуганная настолько сильно, что язык заплетался. Демоница! Что может быть настолько страшным, чтобы перепугать исчадье Подземья одним воспоминанием о себе? И хочу ли я это знать?

Сели опустилась на землю перед скамьёй. Она смотрела не на меня, а на мужчин, драка которых уже переросла в шутку. Они сидели друг перед другом, подогнув ноги. Томас, кряхтя, опускал усиленные магией кулаки на то место, где только что находились ладони Рока, но демон, смеясь, убирал их перед самым ударом.

Демоница закрылась от меня пологом волос. Голос её звучал глухо:

— Сколько времени у вас осталось?

Я не хотела об этом думать. Запретила себе, не позволяла. С нашего рассвета, с того дня, когда поняла, что не хочу, чтобы месяц заканчивался. Но знала прекрасно:

— Четыре дня, — как приговор. Как проклятие.

Сели засмеялась. И в этом смехе не звучало ни капли желчи.

— Знаешь, что случится с Роком, если ты не продлишь договор? Знаешь, куда он попадёт?

Я покачала головой, хотя Сели этого, конечно, видеть не могла. Она всё ещё внимательно смотрела на мужчину, с которым её связывало куда больше, чем она хотела говорить. Она первой нарушила молчание.

— Вас, людей, учат, что Подземье — самое страшное место на свете. Но Подземье неравномерно. Приятного там и правда мало. Иначе, — она коснулась плеча, как если бы оно постоянно болело, — иначе мы так не стремились бы попасть сюда. Но там можно жить… Существовать. Там есть дома, есть еда. Некоторые вовсе предпочитают не выходить в верхний мир. Или не могут. Но ещё в Подземье есть Завеса, — голос дрогнул. Она долго не могла выдавить ни слова, а потом дала себе сильную пощёчину и продолжила с прежней насмешкой: — За Завесой заключены мертвецы. Те, кому не повезло, кто не ушёл после смерти с Лунной жрицей. Те, кто завещал свою лару Первому Тёмному. И если ты думаешь, что мёртвых ждёт счастливое забвение, ты сильно ошибаешься ведьмочка.

Я проглотила ком в горле. Все с детства знают, что нужно вести себя хорошо, чтобы не угодить в Подземье. Но никто не оказался настолько везуч, чтобы вернуться оттуда и рассказать, почему туда не стоит ходить.

— Их пытают? — почему-то взгляд снова и снова находил Рока. Смеющегося, подшучивающего над колдуном. Счастливого. Пока что.

— Их жрут, ведьмочка. Из них выжирают всё живое, всё человеческое, всё светлое, что в них есть. А потом выжирают всё тёмное. Все желания, фантазии, воспоминания… И когда не остаётся ничего, одна пустая оболочка, — она повернулась ко мне. Схватила за колено, сжала, заглянула в лицо своими красивыми, тёмными, но абсолютно пустыми глазами. — Когда остаётся лишь оболочка, рождается демон, — вытолкнула из горла она. — Завеса выплёвывает опустевшее тело. А Первый Тёмный использует их… нас.40393c

О нет! Меньше всего я хотела знать ответ на этот вопрос!

— Использует… для чего?

Сели едва не покатилась со смеху:

— Чтобы приводить новые лары, конечно! Подземье хочет жрать. И, если не хочешь сам стать его пищей, приведи себе замену.

Рок смеялся. Его лицо было счастливым, чистым, честным. «Демоны всегда лгут, кири!».

— Они приводят ведьм?

— Умница. Но не беспокойся! Первый Тёмный милостив: когда ты продлишь договор, тебя действительно ждёт целая жизнь, полная магии и власти! Умирай колдуны сразу после встречи с демонами, кто бы нас вызывал?

Сцепленные в замок пальцы побелели. Я спокойна. Удивительно спокойна. Изнутри будто сковал лёд. Ещё немного и начнёт бить озноб.

— И что же ждёт демона, — я с усилием моргнула, — если он не приведёт с собой ведьму?

Показалось или на её холёном лице правда мелькнуло сострадание? Вот только ко мне ли?

— Если демону некого будет оставить за Завесой, он сам займёт пустующее место. Вот только Завеса уже выжрала из него всё, что могла. В демонах нет ничего человеческого, нечем её питать. А значит пытка не продлится до тех пор, пока лара кормит Подземье. Она продлится вечно.

Я встала, не чувствуя ног. Отставленная кружка с молоком, задетая бедром, рухнула вниз, расплёскивая содержимое. Не разбилась, лишь соскользнула по юбке, испачкав ткань.

— Думаю, вы засиделись в гостях. Томас заскучал, — хотелось верить, что звучала я не так отвратительно, как себя чувствовала.

Сели безропотно встала, свистнула подопечному и мотнула головой, мол, пойдём.

— Рок совсем недавно спасся из-за Завесы, ведьмочка, — она погладила моё плечо, прощаясь, наклонилась поближе, обдавая сладковатым запашком. — Как думаешь, он захочет туда вернуться?

Кулаки сжимались так сильно, что, наверное, я могла бы сломать пальцы. Когда Сели и Томас ушли, я не смогла выдавить вздох облегчения.

— Кири? — Рок обеспокоенно накрыл мою бледную руку своей. — Кири, ты в порядке? Что тебе сказала Сели?

Его горячие пальцы поглаживали мои, а я не могла заставить себя поднять взгляд. Наверняка его лицо всё такое же: ехидное, хитроватое, с горящими огнём фиолетовыми глазами. Фиолетовыми. Как листья дерева мёртвых. Как у мертвеца, из которого выжрали всё человеческое.

— Рок, — воздух не протискивался в грудь, как ни старайся. — Как много ты мне не договариваешь?

Он всё понял. Прекрасно понял, что Сели сказала именно то, что мне нельзя было слышать. Хотел выругаться, но не стал. Уже поздно.

Он обнял двумя руками мой кулак, как будто мог достучаться, если согреет:

— Демоны всегда лгут, Триста. Но клянусь, я не сделаю тебе больно.

Я заглянула ему в глаза. Фиолетовые, горящие пламенем Подземья.

Демоны всегда лгут.