12.

Через неделю Вика и Таня с детьми уехали, Юля собирала в дорогу сына с его бабушкой. Впервые за всю жизнь она оставалась дома одна на целых двадцать дней, и это было непривычно. Можно было пригласить пожить к себе бабушку, но та была занята заготовкой варенья из разных ягод и уходом за небольшим дачным участком.

Подруги успели встретиться с молодыми архитекторами, которые заставили девушек несколько раз обежать вместе с ними всю территорию парка, выслушали все пожелания и задали столько вопросов, что голова пошла кругом. При этом все время делали какие-то зарисовки в небольших альбомах, что-то записывали в блокнотах, и в итоге заявили, что им нужен генеральный план парка с точными размерами. Отправив новых знакомых к Эльвире Львовне, подруги вздохнули с облегчением и чувством выполненного долга.

Возвращение с вокзала после проводов родителей с Владиком было грустным. Юля вспоминала счастливую мордашку сына и загадочные лица Аллы Викторовны и Сергея Евгеньевича. Что-то в этой ситуации Юлю смущало, и она не могла разобраться, что именно. Потом поняла – ей жаль папину новую жену. По скупым рассказам отца выходило, что это замечательная женщина с нелегкой судьбой и ангельским характером. Она обожает Юлиного отца, и простит ему все, что угодно. К сожалению, Бог не дал ей детей, что само по себе делает ее ущербной, а если любимый муж вернется к бывшей жене, то для нее это станет полным крахом.

Мама Юли тоже страдает от одиночества, но она чувствует свою вину перед бывшим мужем, и у нее есть дочь и внук. Мужчины не оставляют Аллу Викторовну без внимания, она красивая и успешная женщина, совсем не старая. Только почему-то за четыре года в разводе так и не нашла достойного спутника для жизни. В ее личные дела Юля не посвящена, и не задает матери лишних вопросов.

В квартире тихо, только в открытые окна доносится уличный шум. Юля включила телевизор, смотреть ничего не стала, быстро приняла душ и легла в постель с книжкой. Прочитала несколько страниц, погасила лампу и долго лежала без сна. Память возвращала ее в события прошедшего месяца, и на первом месте, конечно, были мысли об Игоре.

Их многолетние отношения, наконец, начали ускоряться, их уже смело можно было назвать романом. Игорь приглашал ее на прогулки, в кафе, в кино, их свидания заканчивались за полночь поцелуями и объятиями в укромных уголках парка. Разговоры стали откровеннее, и Юля с удивлением убеждалась, что очень мало знает своего поклонника. Он оказался очень начитанным человеком, романтиком и даже философом. Сама Юля всегда отличалась сдержанностью и немногословностью, поэтому с удовольствием слушала Игоря, иногда спорила, но в целом он, безусловно, был интересным и созвучным ей человеком.

Юля понимала, что Игорь хочет более близких отношений, но сама к ним не была готова. Что-то смущало ее, что-то было не так, а что именно, она не понимала. Ей были приятны его прикосновения, его запах, но… не было в ее ощущениях той неудержимой тяги, которую испытала она четыре года назад с другим мужчиной. Тогда кружилась голова, перехватывало дыхание, словно ветер нес ее в небо, и было жутко и весело, и не думалось о морали и последствиях.

К счастью, в начале июня Игорь уехал в спортивный лагерь, где собирался оставаться до своего отпуска в августе. Лагерь находился недалеко, в сорока километрах от города, и тренерам положены выходные дни, поэтому встречи с Игорем один раз в неделю были неминуемы. Теперь, когда Юля осталась одна в квартире, создались все условия для перехода к более тесному общению, но девушка была уверена, что Игорь никогда не поступит вопреки ее воле.

Первые три дня после отъезда сына и родителей Юля загрузила себя домашней работой – сделала генеральную уборку, вымыла окна, перестирала и перегладила все, что можно. Без конца звонила матери и отцу, пока не поняла, что уже надоела им своими звонками. И поняла, что ее монотонная жизнь матери, ухаживающей за маленьким ребенком, все-таки была заполненной событиями, и рядом всегда была ее мать, и любимые подруги. По натуре склонная к уединению, Юля привыкла к своему окружению, и теперь отчаянно скучала и чувствовала себя выброшенной из жизни.

На четвертый день девушка решила прогуляться, и по привычке пошла в парк. Там она встретила Розу Давыдовну с Лизой, и с удовольствием пообщалась с ними, сидя на новенькой скамье. Попрощавшись, и направившись домой, Юля услышала, как ее окликнул по фамилии женский голос. Оглянулась и увидела свою бывшую однокурсницу по институту Диану Скобцеву. Эта девушка не входила в число ее подруг, она скорее недолюбливала Юлю, так как была неравнодушна к Игорю, и больше всех злорадствовала по поводу перехода Юли на заочное отделение и приобретения ею статуса матери-одиночки.

– Березина, привет! Как твои дела? Сто лет тебя не видела!– Диана придирчиво осмотрела Юлю.– А где же твой сынок? Наверное, уже большой?

– Здравствуй, Скобцева! Мой сын уехал на море с дедушкой и бабушкой. А ты почему не на работе? Где служишь? – в тон ей ответила Юля.

– Работаю в городской администрации, сейчас в отпуске, через три дня уезжаю в Грецию, – небрежно поведала Диана, всегда любившая прихвастнуть, – А здесь у меня дело образовалось. Устроила я свою двоюродную тетушку в «Избу», уборщицей. Она пошла на пенсию, но еще здоровая и бодрая. Платят тут очень хорошо, а работы всего часа на три-четыре. Один недостаток – рабочее время с пяти утра, до открытия ресторана все должно быть убрано. Но тетю это не смущает, она уже два года работает и все ею довольны. А сейчас ей понадобилось уехать на две недели, нужно найти ей подмену. Жаль терять такое место. Она меня попросила помочь, а что я могу? Кстати, ты здесь рядом живешь, может, порекомендуешь кого-нибудь из местных жителей?

Что двигало Юлией, когда она сразу предложила себя на подмену уборщице?

– Ты? – изумлению Дианы не было границ. – А зачем это тебе? Ты, вроде, не бедствуешь? Уборщица с высшим образованием – это круто даже для «Избы»!

– Хочу заработать немного. Пособие на ребенка я получаю, но, ты же понимаешь, что его не хватает! Стыдно у родителей на шее сидеть. Только у меня одна просьба, никому из знакомых об этом не говори!

– Это понятно, – глаза Дианы блеснули, и стало ясно, что она не преминет поделиться потрясающей новостью с близкими подругами, – тебя ведь даже оформлять не будут, просто тетка тебе отдаст ползарплаты, и все. И никто не увидит тебя в такую рань. Хочешь, даже имя другое тебе дадим, например Шура. В общем, я пойду договорюсь, а ты меня здесь подожди.

Через полчаса Диана вышла из ресторана и подошла к скамье, где ее ждала Юля.

– Все в порядке, – покровительственно сообщила Диана.– Сегодня часов в семь подойдешь к администратору, скажешь, что от меня. Тетя моя тоже подойдет. Она тебя введет в курс дела. Возьми с собой паспорт, имя изменить не удастся. Они хоть и согласны не оформлять тебя, но все же хотят знать, с кем имеют дело.

– Спасибо тебе большое.

– Работай на здоровье! А ты с Игорем Козинцевым общаешься?

– Изредка.

– А мы ведь все думали, что вы поженитесь. Но судьба распорядилась иначе. У тебя ребенок, а мужики чужих детей не очень жалуют. Правда и он, хоть и не женился до сих пор, не лишает себя радостей жизни. У него очень красивая любовница, и ты ее даже знаешь. Но я не буду сплетничать, тем более, что тебе это уже ни к чему.

Юля направилась домой, она была обескуражена своим неожиданным трудоустройством и полученной информацией об Игоре. Она не находила себе места, не знала, как ей поступить с Игорем, и посоветоваться было не с кем. Почему она решила, что здоровый молодой мужчина все эти годы был верен своему чувству к ней, и не замечал других девушек? Он постоянно доказывал ей свою преданность, не отвернулся от нее после рождения ребенка и очень привязался к мальчику, такое изображать невозможно! И при этом параллельно жил своей, неизвестной Юле жизнью! «Какая же я наивная, как плохо знаю жизнь – мама абсолютно права, когда говорит об этом!»

К вечернему походу в ресторан Юля подготовилась. Разыскала скромное летнее платьице, закрывающее колени, которое носила еще на первом курсе (порадовалась, что оно и сейчас ей впору), надела рыжий парик, оставшийся у нее после слежки за мужем Татьяны, и смыла с лица всю косметику. Придирчиво осмотрела себя в зеркале, и осталась довольна, так как узнать ее было трудно. Бледное безликое существо мало напоминало Юлю. Этот вывод подтвердила встреча с Михалычем при входе в парк. Технический работник равнодушно скользнул по ней взглядом и не поздоровался.

Администратором ресторана «Изба» работала жена шеф-повара этого же ресторана по фамилии Закарян. Он был армянин. Это было немного странно, ведь ресторан специализировался на русской национальной кухне, но судя по отзывам, национальность шеф-повара не отразилась на качестве русских блюд. Впрочем, по желанию гостей, им подавались и армянские, и грузинские, и украинские блюда. Жена шеф-повара, Аревик Багратовна, также была армянкой, жгучей брюнеткой, и также смотрелась немного странно в русском сарафане, но это не мешало ей быть исключительно гостеприимной по отношению к гостям и держать всю обслугу в железном кулаке.

Когда тетя Дианы, подвижная и болтливая особа, представила Юлю администратору, стало понятно, что внешний вид девушки внушил доверие строгой армянке. Она окинула новую работницу одобрительным взглядом, переписала данные паспорта Юли в свой большой блокнот, и почти без акцента сообщила, что директор предоставил ей право самой решить вопрос о подмене уборщицы, поэтому девушка может через два дня приступить к работе в пять часов утра.

Затем тетя Нина повела Юлю в подсобку, показала инвентарь и моющие средства и долго давала наставления.

– Начинай всегда с большого зала, там очень дорогое ковровое покрытие, он немного прорезиненное, его чистят вот этим сверхмодным моющим пылесосом. В зале твое дело – только полы, за столы и стулья отвечают официанты, они же моют окна, меняют скатерти и шторы, так как днем у них и работы-то почти нет. А вот мансарда и кабинет директора и бухгалтера, это уж твоя забота, там надо постараться. Мансардой редко пользуются, если там гостей с вечера не было, можешь не убирать. Кухня тебя вообще не касается, повара сами там управляются. Самое неприятное – это, конечно туалеты. Моющих не жалей. И еще цветы, они их тут много развели, надо поливать каждый день, те, что в помещении. За прилежащей территорией следят охранники, они и клумбы поливают. Ну, с Богом. Не переживай, приловчишься, все будешь успевать. Ключи от кабинетов будут давать охранники, он дежурят с вечера до утра.

– А если я приду раньше пяти утра?

– Никто не запрещает, хоть с часу ночи убирай.

На следующий день приехал из лагеря Игорь, загорелый, пахнущий лесом и очень веселый. Он явился в гости к Юле с цветами и шампанским, рассказывал о своей работе, много шутил. А она смотрела на него и думала о том, что у него есть другая пассия, и он так же развлекает ее, и это было неприятно. Поэтому она отвела от себя его руки, когда он попытался обнять ее.

– Что с тобой, Юленька?

– Все в порядке. Игорь, я хочу спросить тебя… У тебя ведь были отношения с другими женщинами? Тебе уже двадцать семь лет, неужели никто не нравился, кроме меня? Это было бы нормально, тем более, что я до недавнего времени считала тебя своим другом, и никаких надежд на взаимность тебе не давала.

Игорь молчал. Он сел на диван, облокотился на колени, сцепил пальцы на руках и уставился в пол. Потом поднял на девушку смущенные глаза, тихо спросил:

– Ты уверена, что хочешь знать о моих похождениях? Между прочим, ты права, это нормально для молодого мужика. Но любил-то я только тебя, и всегда буду любить, и твой сын мне как родной. Я хочу, чтобы мы были вместе на всю жизнь, но не собираюсь на тебя давить. Ты должна сама этого захотеть. А мое прошлое тебя не касается. Я никогда не буду тебе изменять, если ты об этом.

– А я никогда не стану тебя ни с кем делить. Я должна быть уверена, что я единственная, только в этом случае буду принимать какое-то решение. Если у тебя сейчас есть отношения с другой женщиной, тебе придется их закончить, и только после этого…

– Я понял. Конечно, будет так, как ты хочешь. Спокойной ночи, мне уже пора.