Глава 9

Продавщица строит из себя деловую. Собрав в кучу насурьмлённые брови, что-то упорно взвешивает. Отвечает покупателям резко, - Ждите! Видите, занята! – что-то записывает обрывком карандаша в засаленную тетрадку. И люди, повздыхав, терпеливо ждут. Похоже, Наталья тут у них королева. Ну что ж… тем интереснее… Марьяна Воронцова обожает крутые квесты. Спешить мне некуда, гуляю вдоль прилавка, ничего не спрашиваю, просто изучаю… внимательно. У Натальи что-то валится из рук, она чертыхается сквозь зубы, нервничает. Наконец, принимается обслуживать, - Тихо! Чего разгалделись? – окрикивает, притомившихся в ожидании чуда, сельчан. И опять все послушно затихают. Когда до меня доходит очередь, принимаюсь деловым тоном, - Макарон пять пачек, кильки в томате десять банок, сахарного песка три кило, калоши резиновые тридцать шестого размера – три пары… - Нет тридцать шестого, - рыкает. Остальное выставляет на прилавок. - Жа-аль… - тяну, - а какого есть? Она лезет на табурет, тянется до верхней полки, - Тридцать восемь, тридцать девять, сорок три. По одной паре. - Ну тридцать восьмой тогда. Спускается с калошами, слегка запыхавшись. - Ой, я, пожалуй, ещё и тридцать девятый захвачу, - спохватываюсь, - на вырост. Недовольно зыркнув, снова лезет, уже тяжелее. Сползает, молча грохает второй парой о прилавок. - Да, наверное, и сорок третий… - чешу в затылке. Лицо продавщицы наливается злым румянцем, она открывает напомаженный красный рот, рявкает, - Тоже на вырост?! Но я - само спокойствие, - Алёшеньке надо прикупить… Ведь у него же сорок третий? – гляжу вопросительно. Она лезет в третий раз. Значит, с размером я угадала. Ну что? Притомилась подруга? Но это ещё не всё. - Гвозди остались? - Да-а… - фигеет, - мелкие. – Начинает перечислять номера. - Всех размеров по полкило. Взвешивает, сцепив зубы. Но не выёживается. Ну как же, такой оптовый покупатель. А я продолжаю, - Это что за штучка? - Велосипедный насос. - Беру! Три. Вокруг гробовая тишина. Только мухи жужжат. - А, чуть не забыла! – озаряюсь. – Крышки для банок. Три упаковки. Закатаю чего-нибудь… - или кого-нибудь… - И десять пачек чая. Байхового… мелкого. Когда всё на прилавке, запарившаяся продавщица ждёт, как я всё это возьму в зубы и потащу. - Упакуйте в коробки, пожалуйста. Её бесит и, в то же время, самой интересно. Ещё и зрителей прибавляется. То ли очередь ждут, то ли финал спектакля. - Вот, пожалуйста, - коробки собраны, публика готова, жаждет кульминацию. - Доставьте в дом… Алексея Соколова, - распоряжаюсь по-барски. Вообще, нет. Не по-барски, а как обычно. Сто раз так делала. - Что-о?! – взвивается продавщица. – А морду вареньем не намазать? - Ой, как некрасиво, - поджимаю губы. Вздёргиваю удивлённо бровки, - у вас нет такой услуги? Жа-аль… Много теряете. А может, сами принесёте? Я курьерские отдельно оплачу. - Ты вообще ещё ничего не оплатила! – взбешена. Но мне того и надо, - Так давайте! Где у вас кассовый терминал? – вытаскиваю свою бессмысленную золотую карту. - Оплата только наличными! - Ох! – делаю растерянное лицо. – Вот незадача! А у меня только карта… - и ведь даже не вру. – Жаль-жаль… Ну тогда, пардон, я пойду. - Стой! – орёт вслед. – Я чего теперь разбирать это должна? - Ну, не зна-аю… - не оглядываюсь, - пусть так полежит. Как терминал поставите, куплю. За спиной злая Натальина брань вперемешку со смехом публики, - Ловко эта пигалица тебя! - Сделала столичная штучка! Ну вот, Маня, расправь плечи, ты победила… В остальном жизнь идёт, только успевай отрывать листки календаря. Я уже спокойно встаю в шесть утра, отличаю сорняки на грядках от полезных растений. Вернее, от их остатков. Мою посуду в тазу, нагрев воду, управляюсь с тяжёлой штукой под названием «ухват», и редко роняю чугуны. Правда, топор Алексей в руки не даёт, - Поигралась и хватит. Не женское дело, дрова колоть… *** А ещё нашла в лесу три съедобных гриба! - Сегодня идём за травниками, - однажды сообщает Лёха утром. - За чем? - За летними грибами. Уже боровики пошли. - Я не хочу. Сам говорил, медведь сожрал двух коров! - Ну мы-то не коровы, не дадимся. - Мне не в чем, - не в Баленсиага же в самом деле по лесам шастать? Покопавшись в кладовке, хозяин выдаёт кучу подозрительного тряпья и резиновые сапоги, - Бабулино. Чистое всё. Вот, что угодно, но таких фото даже для мемуаров не надо. Однако, это гадёныш увековечил. Ещё и добавляет, - Миланская коллекция «Весна-лето 2026». Ни один медведь не подойдёт на пушечный выстрел. - Прет-а-порте! – хохочу вместе с ним, глядя в зеркало. Впрочем, в лесу не до модного лука. Лишь бы Лёху не потерять. По грибам - лучше всего искать мухоморы. Сразу запомнила. Но сэнсэй запретил, - Кайф от них сомнительный, а для жарёхи не годны. Показывает другие, - Вот, Мань, это боровик, или белый - король среди съедобных грибов. Шляпка коричневая, ножка толстая, с белой сеточкой. Отличить от остальных легко: разрез не темнеет. Ищи на солнышке. И я нашла целую корзину! Правда, после ревизии осталось три, но зато они самые вкусные на сковородке! Лёшка подтвердил. Как именно мои распробовал, когда у самого таких доверху было, не знаю. Но ходить в лес, мне понравилось. Даже сама проситься стала. А рабовладелец зовёт на рыбалку, - Пойдём? - Тунца ловить? - Ага! – смеётся. – И кальмаров! - С удовольствием! Почему я его не остановила? С этой злосчастной рыбалки мои часы начнут тикать в обратную сторону. Но этого я пока не знаю.