Глава 33. Симулятор ощущений

Первые три дня после моего возвращения прошли насыщенно. Тему недавнего переполоха никто не поднимал, будто похищения и напряженных поисков не было вовсе. Некоторые грустные раздумья о судьбе бунтаря, который предпочел расстаться с жизнью, но не отказался от меня, затаились на самом дне души вместе с тяжелыми воспоминаниями.

Возможно, Лоут тоже предпочел «забыть» о случившемся и не тревожить меня лишними расспросами. Оно и к лучшему. А вот Гордас горячо желал смерти Доуха. Известие о том, что мой обидчик был смертельно ранен и пропал в море, явно порадовали.

Все эти дни муж относился ко мне подчеркнуто заботливо, ненавязчиво интересовался самочувствием, предлагал развлекательные мероприятия. Услышав, что я отказала Джемме в прогулке, Лоут сам вызвался сопровождать меня по ювелирным магазинам и салонам одежды. В итоге вместо шопинга мы слетали в огромный океанариум всей семьей: Лоут, Гордас и я. А на обратном пути меня ожидал сюрприз.

Получив специальное разрешение, Шалок повел нас в особый корпус Эмпоцентра — туда, где мне еще не приходилось бывать. А вот Гордас, как и его отец, уже давно был знаком с Симулятором ощущений, и взахлеб рассказывал мне о возможности почувствовать себя в теле птицы, любого животного или мельчайшего насекомого. Любопытный прибор, дающий уникальную возможность пытливому человеку, конечно, я хочу на себе испытать его возможности.

Для начала я выбрала птицу — местного «стрижа», он показался мне достаточно мелким и маневренным, забавно будет оказаться в его легком тельце. Уверенно сажусь в подвижное кресло, мне фиксируют запястья и щиколотки, укладывают голову в особое устройство.

…О! Это был невероятный опыт! Столько же света и воздуха… Я могу лет-а-ать! Могу видеть сверху зеленую землю и лазоревое море. Дух захватило от обилия новых впечатлений и возможностей, но вот уже легкий озноб пробегает по позвоночнику, и я снова чувствую свои ноги… и руки вместо почти невесомых крыльев. Голос доктора звучит на удивление буднично:

— У вас слишком участилось сердцебиение, резкий выброс гормонов коры надпочечников, небольшой сбойимозгового кровообращения. Мы вынуждены прекратить воздействие. Первый опыт симуляции всегда должен быть кратким.

Какая же я большая и неуклюжая по сравнению с мелкой птахой, мое собственное тело теперь приводит меня в изумление. А каково быть слоном? Может, в следующий раз я закажу попасть в крупного зверя? Но Лоут неожиданно предлагает попробовать кое-что другое… И доктор дает разрешение.

… Темно. Пытаюсь открыть глаза, но сейчас же плотно смыкаю веки. Я полностью оказалась в воде, причем страх утонуть совершенно отсутствует. Напротив, тело охватывает нега и покой — мне очень комфортно. Я покачиваюсь в теплой жидкости, как будто парю в невесомости, пробую окружающую меня жидкость на вкус — солоноватая… или наоборот сладковатый привкус. Как странно, не могу определиться.

Сверху слышны какие-то глухие, ритмичные звуки, словно через толстый слой ваты удары колокола. В области центра живота чувствуется приятная пульсация, даже немного щекотно. Общее впечатление — безопасность. Что же это за место?

Пробую шевелить руками, подгибаю колени к животу, моя правая нога тут же упирается в мягкую, упругую преграду. Далеко, сквозь толщу воды я слышу женский смех и рокот быстрой речи. Мне хочется выбраться наружу из этой темной, влажной купели, я пытаюсь развернуться, и ладони мои опять натыкаются на ворсистую стену. За ней находятся люди, они прикасаются ко мне через эту теплую, чуть вибрирующую оболочку. Они хотят, чтобы я выбралась к ним!

Между моих ног запуталась какая-то скользкая веревка, она также пульсирует и движется, словно живая… Змея! Мне становится страшно, я пытаюсь оттолкнуть ее от себя и вдруг понимаю, что «змея» связана с моим телом, подсоединена к моему животу…

Пытаюсь дышать, но в рот попадает жидкость, теперь она кажется мне кислой. Выпустите! Выпустите меня из этого кокона! Они меня слышат, теперь голоса за стеной звучат взволнованно. Я тоже буду бороться за свободу, еще несколько быстрых движений руками и удалось перевернуться головой вниз, упираясь макушкой в тонкую, легко растяжимую пленку. Должно быть — это выход, преодолев препятствие, я сумею выскользнуть к свету, научусь дышать…

Еще одно усилие и меня настигает резкая боль в области висков, как будто мои черепные кости сдвигаются, чтобы помочь мне протиснуться в крохотное отверстие. Тяжело… как невыносимо тяжело пробираться вперед по тесному туннелю… меня словно стискивают упругие мягкие тиски… Лоут, ну где же ты! Ну, наконец!

— Соня, ты меня слышишь, держись за мою руку. Вот так — сожми крепче. Все хорошо? Невероятное путешествие, правда? Таинственная женская природа — самое чудесное, с чем можем мы столкнуться в этом мире. Ты согласна, любимая?

Видя склонившиеся надо мной озабоченные лица, я пробовала улыбаться. На самом деле у меня дрожали колени и очень хотелось выйти на свежий воздух. Во рту все еще ощущался тот самый кисло-сладкий вкус внутриутробных вод. Я поняла, в какой именно купели только что «побывало» мое сознание. И на сегодня с меня достаточно впечатлений.

* * *

Сегодня мы опять вернулись в усадьбу затемно. Я с небывалым аппетитом накинулась на еду, была излишне оживлена и говорлива. Старалась казаться беззаботной, а на душе копилось смутное беспокойство. Все эти дни мне не удавалось остаться наедине с Гордасом даже пару минут.

У меня не было яркого желания повторить чувственные удовольствия первой ночи, но хотелось многое обсудить, глядя друг другу в глаза. Как же следует поступить после всего, что было между нами, может, затаиться? Или сразу покаяться перед Лоутом? О, это не просто… не просто…

И еще мне нужно рассказать Гордасу о браслете Доуха и спрятанном звездолете. Наверно, с этим тоже не стоит спешить — он может разозлиться, что я приняла подарок своего похитителя. Наверно, я конченая трусиха, раз решила плыть по течению и поступать согласно обстоятельствам.

Если бы Лоут пытался настаивать на своих супружеских обязанностях, я бы ему открылась — честно все рассказала про нас с Гордасом. Но Лоут меня не трогал. Уже которую ночь мы спали в одной постели, и он только целовал меня перед сном. Мы говорили о чем угодно, о событиях минувшего дня, о планах на неделю — аквалес, пляж, лазерное шоу, имитация космического полета в Звездном парке. Вереница развлечений… Карусель ярких, острых эмоций…

Но в сумерках мы возвращаемся домой, расходимся по комнатам, снимаем одежду и становимся теми, кто мы есть. Или же наши маски так прилипают к коже, что их невозможно отодрать даже наедине с самим собой. Лоут поглаживает мою руку, лежащую поверх одеяла, и я невольно замираю от непринужденной ласки.

— Мейла, завтра я уеду. Меня не будет пару дней. Думаю, вы справитесь здесь одни.

— Тебя вызывают на работу? Патрулирование Короны?

— Нет, всего лишь дежурство у мониторов с земли. Скучное занятие, но если выпадает свободное время, я занимаюсь составлением спектрокарт.

— А что это?

— Пространство вокруг Марионы нами хорошо изучено, я сам с юности интересовался системой Врат — знаю каждую лазейку в их комплексе. Два наших звездолета возвращаются к планете. В мою задачу входит привести корабли к дому, подавая точные сигналы с пункта отслеживания. Одна маленькая ошибка и космолет врежется в ледяную глыбу или сгорит в Венце. Благодаря проверенным спектрокартам, я могу рассчитать наиболее безопасный маршрут.

— Твоя работа очень важна. От нее зависят людские жизни и целостность ракеты.

— Все так. Я люблю тебя, мейла. Отдыхай.

— Доброй ночи, Лоут. Спасибо… за все.