Глава 9

За окном красиво падал снежок. В гостиной Зиргхцэч яростно тер потолок примотанной к палке щеткой. – Левее. Левее бери, – посоветовала Мариванна. Сопение инопланетянина сделалось громче и злее. Рука дрогнула, и черные брызги окропили почти отмытую стену. Бросив палку, инопланетянин отправился вытирать, заляпав при этом стену с другой стороны. – Слушай, Зиргхцэч, а почему ты им служишь? Ну, я про котов. Тебе же не нравится, но ты все равно не уходишь? Почему ты им подчиняешься? Зиргхцэч обернулся, пронзил ее недобрым взглядом. – Лучше подумай, почему им подчиняешься ты. У меня обязательства, а ты ничем не связана. Но они живут у тебя дома, едят твою еду, спят на своем… на твоем диване и таскают тебя по космосу, хотя ты не любишь летать. Почему? А? Мариванна задумалась. Итог раздумий ей не понравился. До такой степени, что она поняла – надо пойти проветриться. Натянув пуховик, она обулась и, взяв сумку – а чего зря по улице болтаться, можно и в магазин зайти – отправилась к воротам. Открыла калитку – и застыла. – Мира и покоя тебе, хозяйка, – существо, похожее на моржа с большими стрекозиными глазами, смотрело на нее, переминаясь с ласты на ласту. – И тебе мира, – перестав таращиться, ответила Мариванна. За время космических странствий она повидала много странных существ, но дома, на Земле, они прежде не встречались. – У меня послание для странников, пребывающих в твоем доме. – Для котов что ли? – уточнила она на всякий случай. – Истину говоришь. Мариванна напряглась. Вид гостя доверия не внушал. Вдруг у него внутри бомба? Но тут скрипнула дверь, и коты сами высыпали на порог. – Пропусти, это к нам, – заявил Беляш, и Мариванна посторонилась, запуская моржа во двор. Беляш, как всегда единолично, подошел к нему и остановился напротив. – Здравия, Странник, – морж выплюнул на снег маленький светящийся шарик. Мариванна шарахнулась, ожидая взрыва, но его не последовало. Из шарика взметнулся луч, развернувшийся в небольшой экран, на котором появилось существо, похожее на гриб. – Помогите! Ухват! – воскликнуло оно, после чего картинка зарябила и померкла. – При чем тут ухват? – не поняла Мариванна. – Это всё? – не обратив на нее внимания, спросил Беляш у посланника. – Всё, – ответил тот. – И еще координаты, – что-то звякнуло, Беляш махнул лапой, и из приоткрытой форточки донесся плеск, а затем ругательства. – Я же просил меня не отвлекать! – воскликнул Зиргхцэч. Посланец вопросительно взглянул на кота. – Мы займемся, – ответил тот. Посланец кивнул… и исчез, оставив после себя сильный запах озона. – Что это было? – пробормотала Мариванна, поднимаясь из сугроба. – Идем, – ответил кот и вместе со своей свитой исчез в доме. Мариванна поспешила за ними и тут же вспомнила слова Зеленокожего – «почему им подчиняешься ты?». Беляш тем временем распахнул дверь в гостиную и заявил облитому с ног до головы Зиргхцэчу: – Бросай эту ерунду, у нас появилось срочное дело. – Что значит «ерунду»? – возмутилась Мариванна. – Порядок – это не ерунда! – Верно. Порядок прежде всего, – согласился кот. – И сейчас мы должны его восстановить. Ухват нужно ликвидировать, иначе всем конец! – Да что это за «ухват» такой?! – воскликнула Мариванна. В дверь постучали. – Ой, а чего это вы? Случилось что? – на пороге показалась Людмила с кастрюлей, обернутой полотенцем. – Рыбка! – обрадовался кот. Но от планов своих не отошел. – А куда мы летим? – раскладывая по тарелкам рыбную запеканку, спросила Людмила. – Туда, – Беляш махнул лапой в сторону иллюминатора, где сияла как минимум дюжина звезд. – А-а, ну ладно. Если добавка понадобится – скажите, – Людмила положила запеканку и себе, после чего села и принялась с аппетитом жевать. «И ее поработили, – мрачно подумала Мариванна. – Она-то уж точно котам никто, а вон как старается». Впрочем, стряпня Людмилы была слишком вкусна, чтобы долго предаваться мрачности, и к концу трапезы Мариванну отпустило. – Итак, – произнес Беляш, когда все доели, – мы с вами отправились в очень опасное путешествие. Вашего согласия, человеческие женщины, я не спросил, – «Интересно, почему?» – подумала Мариванна. – А теперь уже поздно, поэтому не буду, – продолжил кот. – Но знайте, у нас важная миссия, и ваша смерть… – Чего? – возмутилась Мариванна. – Ваша смерть не случится, – поправился кот. – А если случится, мы вас оживим. Постараемся. – Та-а-ак! – грозно произнесла Мариванна. – А ну-ка давайте, поворачивайте назад! Я на такое не подписывалась! – Маш, ну ты чего? – воскликнула Людмила. – Беляшик же сказал, ничего не случится. – Он сказал, что воскресит, а для этого вначале нужно умереть. – Не нужно, – вклинился кот. – Вовсе нет. – В смысле, не нужно? – опешила Мариванна. – Тоже мне проблема. Тебя уже оживляли, – усмехнулся Зиргхцэч. Мариванна уставилась на него во все глаза. – В смысле, оживляли? Зиргхцэч скривился. Посмотрел на котов, потом на Людмилу. – А вот ее – нет. Только слегка подправили. – Ты мне зубы не заговаривай! Когда это меня оживляли? Инопланетянин вздохнул. – А сама-то как думаешь? Вспомни, как котов спасала. От пиратов живым не вернулся никто. – Да что ты такое болтаешь? Беляшик, скажи ему! – Мариванна уставилась на кота, но тот почему-то принялся разглядывать потолок. – Беляш! Что это значит? – Мариванна похолодела. – Ты же сказал, что спаслись пятеро. И я среди них была, и он, – она указала на Зиргхцэча, – а потом вы его… вернули, чтобы он вам служил, – добавила она уже тише. – Вы что, мне наврали? – «Ага», как говорят на вашей дурацкой планете, – с усмешкой произнес Зеленокожий. В столовой воцарилась тишина. – А если мы не остановим ухват, воскрешать будет некого, – тихий голос кота разбил ее вдребезги. – Всё кончится. Везде. Останемся только мы, да и то вряд ли. – Да что такое этот ваш «ухват»? – в который раз воскликнула Мариванна. – Скоро сама увидишь. Огромная черная тень накрыла корабль сразу после обеда. Откуда она взялась – было непонятно. Не было, и вдруг появилась. Когда Мариванна с Людмилой уселись в челнок, звездная чернота в иллюминаторе превратилась в черноту глухую и беспросветную, отчего захотелось подпереть голову рукой, закрыть глаза и тоскливо завыть о горькой своей судьбинушке, прожитых зря годах, загубленной молодости, мужиках-козлах и полной бессмысленности бытия… «Так, стоп! – опомнилась Мариванна, вытерев слезу. – Что за бред? Нормальная у меня жизнь была, да и сейчас тоже. И муж у меня был нормальный. А молодость так вообще огонь! Откуда эта тоска? Тьма за иллюминатором беззвучно заворчала, зашевелилась, выражая недовольство. Рассветилась алыми всполохами, швыряя в лицо еще больше тоски и мрака. «А ведь и впрямь Федька козел был, – подумала Мариванна, – и на баб чужих заглядывался, и цветов мало дарил, а слова «люблю» от него вовсе было не дождаться. Эх, дура я была, дура». Из глаз хлынули слезы, сердце придавил камень. Мариванна разрыдалась, чувствуя себя обманутой… «Так, стоп! – остановиться не скоро, но все-таки удалось. – На кого это он заглядывался? На Зинку из совхозной бухгалтерии? Так она сама перед всеми свои красоты вываливала. Цветов не дарил? А саженцы роз кто достал, да еще и вез через всю страну? А что до любви, так он ее делом доказывал, а не пустыми звуками. Да Федька мой лучшим был в целом свете! Жаль, рано ушел. Ох, Феденька, на кого ж ты меня остави-и-ил!» – слезы снова полились рекой, и остановить их теперь было невозможно. – Маш, ну ты чего? – хлюпая носом, Людмила тронула Мариванну за рукав. – Да вот Феденьку своего вспомнила. – А я Семена. И Сашку. И Егора. И Николая-тракториста. И Петра Ивановича, председателя нашего, – Людмила не выдержала и зарыдала в голос. – Погоди, – опомнилась Мариванна, – ты что, и с Ивынычем шашни крутила? – Кто, я?.. Да! – Ну и вертихвостка ты, Людка! – Сама ты вертихвостка! Я же не виновата, что у меня сердце горячее. Мариванна фыркнула, давая понять, что горячее у Людмилы вовсе не сердце, а кое-что другое. – Чего ты фыркаешь? – Да так, ничего, – убрать ехидство из голоса Мариванне почти удалось, но Людмила все равно услышала. – Злая ты, Маша. Злая и завистливая! Всю жизнь все меня полоскали, шептались за спиной. Думала, что хоть ты… А ты – такая же! Людмила вытерла нос и отвернулась. Хотела подняться и уйти, но как уйдешь с челнока, если он летит в открытом космосе. – Ничего я не злая, – пробурчала Мариванна. – Это все ухват. Это он на мозги нам действует. – Легко свалить всё на то, чего нет, – пробурчала Людмила. – Как нет-то? В иллюминатор посмотри! Людмила даже головы не повернула. – Ты что, забыла, о чем коты предупреждали? – продолжила Мариванна. Людмила недовольно засопела, отчего сразу стало понятно – забыла. – Так я напомню: ухват лишает радости, его поле… или что там у него есть, питается горем. Крепнет, жиреет и растет. Так что прекращай, а то мы его так откормим, что оно нас сожрет. А потом остальных. А потом вселенную! Игорь рассказал, что такое уже бывало, и только чудо в последний момент его останавливало. – Не чудо, а котики. Мне Беляшик сказал. Мариванна спорить не стала, поскольку ту же самую информацию получила от Игоря. – И мы должны им помочь. А потому давай успокоимся и сделаем все, что нужно. – Ладно, я спокойна, – всхлипнув, ответила Людмила. – Давай что ли приступать? Мариванна кивнула, посмотрела на большую красную кнопку в центре пульта и, собравшись с духом, нажала. Зажмурилась от вспышки, а когда открыла глаза, то обнаружила, что стоит на лугу. Летнее солнце ласково припекает, а невдалеке молодой красивый парень протягивает букет полевых цветов девушке в ситцевом платье. Что-то знакомое было в них обоих, но первым делом Мариванна узнала платье. Этот ситчик она выменяла у знакомой продавщицы за банку меда, сама сшила и носила с гордостью, потому что получилось отлично, и ни у кого такого не было. И эта девушка, что спрятала лицо в букет… была она сама, а рядом, довольный до невозможности. стоял Федор, молодой и красивый. Сердце радостно затрепетало, ощутив былое счастье. Мариванна вспомнила, как славно было гулять вдвоем вечерами, как сладко щемило в груди. Вспомнила, как Федор сделал ей предложение, потом вспомнила свадьбу, которую хотели сделать скромной, только для своих, но пришла вся деревня, с подарками. Вспомнила семейную жизнь, в которой, чего греха таить, случались и размолвки, но быстро сходили на нет, и из-за туч снова появлялось солнце. – Берегите друг друга, – негромко сказала Мариванна. Парочка обернулась… и начала таять вместе с лугом и летом, оставляя тепло и легкую грусть на сердце. «У меня была прекрасная жизнь, – подумала Мариванна, видя, как сквозь луг все больше просвечивает кабина челнока. – И я очень рада, что все сложилось именно так». Что видела Людмила, она не знала, но вид у сидящей в соседнем кресле приятельницы был до того счастливый и мечтательный, что Мариванна невольно улыбнулась, ощутив, что и ее захватывают те же чувства. Прикрыла глаза, и перед внутренним взором снова предстала счастливая парочка на лугу… Когда Мариванна открыла глаза, в иллюминаторе ярко сияли звезды. Тьма исчезла. – Ах, – потянувшись, улыбнулась Людмила. – Как же славно было вернуться в прошлое. Такие воспоминания… Жаль, что все прошло. Мариванна вздрогнув, всмотрелась в усыпанное звездами пространство – ей показалось, что где-то там, вдали, затаились остатки тьмы. И вспомнила то, о чем предупреждали коты с Игорем. – Не жалей. Одно прошло, другое появилось. Да, было славно, зато сейчас ты летаешь по космосу в инопланетном корабле, завела отношения с Зиргхцэчем, тебя обожают коты… – Котики – это да, – произнесла Людмила мечтательно. – А что, ты думаешь, Зиргхцэчик ко мне неравнодушен? Мариванна фыркнула. – Уверена, он тебя обожает. Но вряд ли когда признается. Людмила хихикнула – Ну да, он такой суровый. За это он мне и нравится. Особенно когда трет щеткой стены. Ух, суров! Людмила расхохоталась, совсем позабыв, что предмет обожания, хоть и остался на корабле, наверняка ее слышит. Напоминать об этом Мариванна не стала. Возвращались в отличном настроении – просканировав пространство, Игорь заявил, что ухват уничтожен. – И все-таки не пойму, почему уничтожить ухват послали нас? – спросила Людмила у котов, когда снова их увидела. – Мы же просто люди. Почему не послали Зиргхцэча, он же высший разум, наверняка справился бы лучше. Зеленокожий презрительно фыркнул. – Вы слишком примитивны, – проворчал он. – То есть, нас отправили, потому что мы самые ненужные? – обиделась Мариванна. – Нет, – ответил Беляш, сердито посмотрев на Зеленокожего. – Ваша раса очень эмоциональна. Эмоции – это обоюдоострое копье. Вы направили на ухват его нужный конец. Только и всего. А Зиргхцэч… Чем разумней раса, тем меньше у нее эмоций. Зиргхцэч не подходил. А мы слишком ценные, чтобы нами рисковать. «Вот свинтусы! – подумала Мариванна. – Опять откорячились». – Ну вот и славно! – Людмила хлопнула в ладоши. – Какой торт испечь по случаю победы? – С рыбкой! – воскликнули коты и Зеленокожий в один голос. Мариванна кивнула. Она была не против торта с рыбой, если есть его по дороге домой.