Глава 33

Выбора, конечно, не было. Так что пришлось шагнуть следом за Ричардом в полутемный коридор. Он сразу же осветился несколькими огонечками, сорвавшимися с ладоней Ричарда. И сразу же стало светло, почти как днем. Нет, однозначно, удобно иметь в семье многофункционального мага. Сразу с освещением помог, свет включил. Коридор был широким и высоким. И мы могли идти по нему вдвоем, не прижимаясь друг к другу и не наклоняясь. Первая дверь выскочила в коридоре с моей стороны минуты через две после начала «прогулки». Закрытая, конечно же. – Приложите ладонь к поверхности, – посоветовал Ричард. Увидел мое сомнение, хмыкнул. – Вы – глава рода, в своем замке, который вас признал. Вас сама магия защищает. Угу, я знаю. Но вот поверить во все это довольно трудно. Но ладонь я все же приложила, деваться некуда. Дверь отворилась. Под потолком комнаты загорелись магические шары. Я с любопытством начала осматриваться, вертя головой в разные стороны. Полки вдоль стен были забиты разнообразными предметами. На первой полке стояли витражные флаконы с настойками разных цветов – от ярко-зеленого и бирюзового до глубокого фиолетового и янтарного. Каждая бутылка имела изящную этикетку с наклейками, на которых были выписаны названия: "Эликсир жизненной силы", "Настойка успокоения" и "Сила лекарственных трав". Рядом с ними на маленьких подставках аккуратно располагались медные и серебряные чаши с порошками, в которых угадывались травы, коренья и даже минералы. На другом конце помещения, под высокой аркой, находился длинный стол, заваленный предметами, не вписывающимися в аккуратный ряд полок. Там были амфоры с маслами, а также целебные бальзамы в затейливых баночках. Выбор масел варьировался от сладкой лаванды до насыщенного эвкалипта. Неподалеку лежали тяжелые груды мха и сушеных цветков, аккуратно сложенных в бумажные пакеты. Яркие розовые лепестки душицы соседствовали с нежными белыми цветками ромашки, а редкие коренья женьшеня и жгучей имбиря приковывали взгляд своей необычностью. – Лекарственная лавка, – сходу определил Ричард, перешагивая через порог следом за мной. – Здесь настоек, таблеток, микстур хватит лет на двадцать, для всех местных деревень. – А ими отравиться нельзя? – усомнилась я. – Что? Что вы так смотрите? Сколько лет они здесь хранятся? У любого средства должен быть свой срок годности. – Все, что здесь находится, погружено в стазис. Я с умным видом покивала, но все равно ничего не поняла. Ричард видел, что я «дуб-дерево» в данном случае. Тяжело вздохнув, он с видом учителя произнес: – Стазис – это состояние полной остановки любых физиологических процессов в организмах живых существ. Иными словами, здесь остановлено время. Вы возьмете с полки микстуру в том же состоянии, в котором ее изготовили много лет, а то и веков назад. Ах, вот оно что. То есть опять магия сработает. Ладно, я учту. – В замке все равно нет лекаря, – равнодушно пожала я плечами. – А у меня – средств на оплату его работы. А значит, эти лекарства никому будет применять. – Появятся, и лекарь, и средства, – проворчал Ричард. – Сразу после нашей свадьбы. Да? Ну хорошо, как скажете. Мы вышли из этой комнаты, дождались, пока дверь снова закроется, и отправились дальше по коридору. Следом, буквально через несколько секунд, появилась новая дверь. Я, уже ученая, молча приложила к ней ладонь. Дверь открылась. На этот раз мы зашли в комнату, снизу доверху набитую одеждой и рулонами ткани. – Оно все старое? – повернулась я к Ричарду. – Я имею в виду… – Я понял, – перебил он меня. – Да, оно все давно вышло из моды. Так что одежду можете раздать служанкам или отвезти в ближайшую деревню. Крестьяне вам только спасибо скажут. Они вечно хранят в сундуках свои наряды, до последнего, можно сказать. А вот ткань, полагаю, тоже в стазисе. Так что не должна рассыпаться от времени. Я кивнула. – Сначала запущу сюда Ингрид. Пусть посмотрит. Может, ей что-то из платьев пригодится, на переделку. Нет – тогда крестьянам передам. Мы вышли из этой комнаты, дождались, пока закроется дверь, направились к следующей. А вот там нашлось то, что я так тщетно искала все это время. Сокровищница рода. На длинных столах вздымались высокие стопки монет. В углу помещения стояли массивные сундуки, обитые кожей и запечатанные магическими знаками. Я подошла ближе и, с любопытством приоткрыв один из них, ахнула – внутри лежали целые горы драгоценных камней: ярко-красные рубины, сверкающие как свежая кровь; глубокие зеленые изумруды, как налитые солнцем леса; прозрачные алмазы, будто сосредоточившие в себе всю магию света; и синие сапфиры, казавшиеся кусочками ночного неба. На другой стороне комнаты располагались аккуратно выложенные ювелирные изделия – кольца с крупными камнями, окруженные золотыми извивающимися завитками; браслеты, сплетающиеся из жемчуга и рубинов; ожерелья, разноцветные как радуга, в которых сплетались все оттенки драгоценных камней. Да, я была богата. Очень богата. И мой род – тоже. – Вот уж не знаю, к добру это или к худу, – вздохнула я, осматриваясь. Ричард негодующе фыркнул. – Вы странная женщина, найра Лидия, мне вас не понять. Любая другая на вашем месте уже визжала бы от радости. А вы? – А я в первую очередь думаю о последствиях, – отозвалась я. – А они будут, едва ваши любимые аристократы прознают об этом богатстве. Они и так уже наглеют, нападают на меня, пытаются пробиться в женихи и мужья. А когда я начну улучшать жизнь и здесь, и в деревнях, от этих, гм, одаренных людей отбоя не будет. У меня, между прочим, сестра вдовая. Ей полагается часть наследства, в том числе и сокровищницы, если я правильно помню местное законодательство. – После нашей с вами свадьбы вас точно никто не тронет, – пожал плечами Ричард. – Что бы вы ни делали. Сестру тоже можете обезопасить, выдав ее замуж еще до ваших улучшений. За кого угодно. Да хоть за моего помощника. У него родни нет. Он будет рад войти в богатый род. Ну, или кого-нибудь другого подберите, поговорите с сестрой. Сыграйте обе свадьбы. И потом только начинайте сорить деньгами. Я? Сорить? Плохо же он меня знает. Впрочем, с Ингирой в любом случае придется побеседовать на эту тему.