Глава 20

Никогда не любила походы – весь этот въедливый дым, антисанитарию, клещей… Но в этот раз всё было как-то приятно, почти по-домашнему. Даже тот факт, что Волков уселся рядом, при этом нагло подвинув мою пострадавшую от их ужасной пентаграммы персону, не раздражал.

Потом бывший спаситель – тот самый, на котором я недавно висела, – произвёл серию сложных пассов и сотворил стопки… причём из воздуха! Не в том смысле, что достал их из неоткуда, а заставил воздух уплотниться до такой степени, чтобы получились вполне реальные сосуды.

Другой, который заведовал флягой, тут же эти стопки наполнил, а первый сделал ещё один пасс, в результате которого магическая посуда разлетелась по кругу. Вот после этого мы выпили, и я-таки спросила:

– А что за монстр? И, кстати, а мы вообще где?

Старшекурсники переглянулись, но промолчали. Право просветить девушку досталось, разумеется, Волкову. Вот он-то и сказал:

– Монстр – кровожадное порождение Хаоса. Убийца, который терроризировал мирные поселения в течение нескольких месяцев. Он наделён некоторыми магическими свойствами, поэтому выследить его никому не удавалось.

– А вы смогли? – задала риторический вопрос я.

Соотечественник кивнул, я же расплылась в закономерной улыбке.

Ну да, ну да. Конечно! Задачка, которая не под силу лучшим магам Империи, легко поддаётся ушлому альфа-самцу из другого мира.

– Мы и выследили, – проигнорировав мою улыбку, продолжил Алекс, – и разработали схему ловушки, с помощью которой эту тварь можно уничтожить. Но есть подозрения, что монстр появился не просто так. Что его кто-то послал.

Мой опыт как читателя мужских книг был не так уж велик, но я всё равно просияла.

Потом не выдержала и озвучила:

– Боже, как предсказуемо.

Товарищи из Чёрной стрелы не поняли и глянули недоумённо, зато соотечественник смысл подколки, разумеется, уловил. Только не проникся! Расплылся в новой улыбке и парировал ехидно:

– Хочешь сказать, в вашем фэнтези всё иначе?

Я задумалась на миг и скривилась. Даже намеревалась согласиться, ведь, если приглядеться, принципиальной разницы действительно нет. Но потом вспомнила собственную историю и резко повеселела – уж у кого, а у меня реально по-другому! Так что нечего разбрасываться намёками! И подколки при себе оставь!

В итоге я ответила:

– Ага!

Идейный противник глянул с весёлым скепсисом, а его друзья таки не выдержали.

– Вы вообще о чём? – спросил обаяшка, который костёр недавно поджигал.

Я беззаботно пожала плечами, Волков махнул рукой – мол, не важно. Затем наклонился ко мне и шепнул с намёком:

– Брехунько!

Кто-то… надулся. Причём сильно и по-настоящему. И больно пихнул предводителя Стрелы в бок, ибо тот заслужил.

Только Алексу показалось мало, и вместо того, чтобы извиниться, он вновь наклонился к моему ушку и выдал:

– А я знаю, почему ты именно в романтическое фэнтези попала…

Я удивилась, но объяснить, что мне причины тоже известны, не успела. Идейный противник продолжил раньше:

– Если бы я был девушкой с фамилией как у тебя, мне бы тоже ну о-очень сильно замуж хотелось.

В этот миг стало невероятно жаль, что к поданному в воздушной стопке коньяку не прилагался стакан с каким-нибудь компотом. А лучше с чаем! И погорячей!

Клянусь, будь у меня чай, я бы обязательно выплеснула его в эту наглую небритую физиономию. Просто моя фамилия…

– У меня отличная фамилия, – прошипела злобно. – Уникальная!

– Очень, – весело фыркнул гад.

Наблюдавшие за нами парни многозначительно переглянулись и вновь не выдержали.

– И всё-таки, что происходит? – спросил уже не обаяшка, а другой. Впрочем, тоже весьма симпатичный брюнетик.

Алекс попытался провернуть прежний фокус – то есть отмахнуться и промолчать, – однако парни не дались. Говоривший окинул нас новым внимательным взглядом и продолжил, обращаясь к предводителю:

– В прошлом году ты её не замечал, а тут у вас вдруг общие секреты, совместные ночёвки, прилюдные поцелуи…

Под конец этого спича, улыбка, озарявшая лицо старшекурсника, стала прямо-таки запредельной, а в голосе появились слишком многозначительные нотки. Такие, что в пору засмущаться и покраснеть, но…

– Бор, мы уже обсуждали эту тему, – неожиданно парировал Алекс.

Та-ак. А поподробнее можно?

– Обсуждали, – признал провокатор. – Но, как вижу, ты сказал нам далеко не всё.

– А что именно он вам сказал? – не выдержала я.

Увы, но вот тут ждал облом. Мне досталось шесть излишне весёлых взглядов и только.

Пришлось обратиться к Волкову:

– Алекс… – протянула с нажимом.

Через секунду услышала:

– Машунь, ну а что я мог сказать? Правду, и ничего кроме правды.

Новый тычок в бок был очень сильным, однако Волков даже не пошатнулся. Вместо этого нахально водрузил руку на мою талию и сказал строго:

– Брехунько, не буянь.

Парни из Чёрной стрелы засияли пуще прежнего, а я вновь надулась. Поёрзала, потом буркнула, причём без шуток:

– Руку убрал!

– А что так? – прижав крепче, шепнул гад. Издевался, вот честное слово!

Новый взгляд на студенческую банду, и попаданке захотелось взвыть. Просто на лицах всех шестерых парней проступило ну о-очень красноречивое выражение. Оно сообщало: всё с вами ясно.

И это при том, что ясно не было ничего!

Я фыркнула ещё раз и подскочила, дабы избавиться от руки Волкова и вообще на другое бревно перебраться. А устроившись, кивнула заведующему флягой и скомандовала:

– Наливай!

Он налил.

Ну а после того, как снова выпили, бывший спаситель отошел от костра, чтобы зарыться в один из сложенных под деревьями рюкзаков и вернуться с двумя объёмными свёртками. В одном обнаружился большой кусок мяса, в другом – хлеб.

Я, наблюдая за процессом нарезания бутербродов, слегка поморщилась, а идейный противник…

– Машунь, – позвал ласково. – А может по шашлычку?

Тот факт, что Алекс предлагает мне добыть из пространства мясо, дошел сразу и вызвал закономерное удивление. Я красноречиво заломила бровь и тут же услышала:

– Можешь не бояться. Парни никому не скажут.

Упомянутые товарищи заинтересовались мгновенно! Уставились с таким любопытством, что я невольно заёрзала опять. И хотя Ататриэль, прежде чем похвастаться апгрейдом своего тела, милостиво накормил ужином, поняла – да, шашлыка тоже хочу. Вернее, очень хочу. Аж рот слюной наполнился!

Зато желания сразу же поддержать инициативу Волкова не имелось, поэтому…

– А сигаретку не достать? – едко парировала я.

Алекс застыл и даже затаил дыхание, но через секунду расслабился и отрицательно качнул головой.

Ответил с привычной ухмылочкой:

– Спасибо за заботу, Машунь, но я предпочту последовать рекомендациям Минздрава.

Короткая война взглядов, и всё, я сдалась. Вернее, не я, а мой желудок, решивший, что жить без шашлыка не может. В итоге, зажмурившись, пихнула обе руки в пространство и со стоном вытащила большое пластиковое ведро с полуфабрикатом от известной «мясной фирмы».

Водрузив ведро на землю, потянулась снова и достала уже шампуры. Лишь после этого взглянула на представителей Чёрной стрелы и невольно зарделась.

Парни офигели! Причём настолько искренне, настолько выразительно…

– Но как такое возможно? – выдохнул Бор.

– О… – протянул Алекс, – у Марии очень много талантов.

Я глянула на соотечественника с прищуром и, гордо задрав подбородок, отвернулась. А когда ведро с маринованным мясом у меня нагло свистнули, а один из старшекурсников принялся модифицировать костёр, дабы организовать не только освещение, но и угли, спросила:

– Кстати, почему мы в лесу сидим?

– А где нам сидеть? – доброжелательно отозвался Бор.

Мастер-бармен вновь наполнил воздушные стопки, и те опять полетели по кругу, поэтому ответила я не сразу, а уже после того, как опрокинула пятьдесят граммов коньяка.

– Ну как «где»? Дома, в академии.

– Машунь, мы в паре сотен километров от столицы, – сообщил уже Алекс. – А транспортный дракон прилетит только утром.

Ага. Вот теперь поняла. И невольно заозиралась, всматриваясь в окружающую темень. Где-то вдалеке ухала какая-то птица, чуть ближе кто-то стрекотал. В воздухе висела сырость, а и без того тёмное небо затягивало ни то облаками, ни то тучами.

– Транспортный дракон? – переспросила я. – Это что-то вроде нашего такси?

– Угу, – подтвердил Алекс.

– Но почему только утром? Сейчас вызвать дракона нельзя?

Предводитель Чёрной стрелы развёл руками, поясняя, что всё действительно сложно, и я отстала. А парень, на котором недавно висела, тяжко вздохнул и сказал:

– Да, дракон прилетит утром, и в академии будем только к обеду, а потом этот дурацкий бал… – И после паузы, обращаясь, прежде всего, к главарю: – Может не пойдём?

– Надо, – ответил Алекс. – Генерал Гизли очень расстроится, если не явимся.

Я не хотела, но сразу приободрилась и навострила ушки. Бал? Какой бал? По случаю чего?

Последний вопрос, не выдержав, озвучила и тут же услышала пояснения:

– У дочери генерала день рождения.

– Хм… а при чём тут вы? – не могла не поинтересоваться я.

Парни отреагировали спокойно, а губы Волкова дрогнули в очередной ехидной улыбочке. Он же, ну то есть Алекс, и сказал:

– Генерал Гизли отвечает за безопасность столицы, а мы сделали для обеспечения безопасности довольно много. Разумеется, нас временами приглашают на подобные приёмы. Это вежливость, Машунь.

Он замолчал, а я вспомнила об упомянутой дочери и испытала не самое приятное чувство. И пусть развивать тему не хотелось, уточнила:

– А сколько этой леди лет?

– Завтра исполнится восемнадцать, – подсказал соотечественник.

Голос Алекса прозвучал ровно, а Бор внезапно хмыкнул и выдал:

– Но ведёт себя на все двадцать девять.

– Очень ушлая девица, – поддержал его другой, который нанизывал мясо.

– И о-очень настойчивая, – поморщившись, добавил третий, симпатичный блондинчик с зелёными глазами. – Я в прошлый раз от неё еле удр… хм.

Парень резко осёкся и затих, а я ощутила прилив совершенно неуместной злости. Значит, ушлая. Значит, не по годам развитая. Плюс, активно интересуется симпатичными брутальными парнями. Ну, знаете! Ну…

Резкий взгляд на Волкова, и я заставила себя отвернуться. Сказала, обращаясь к мастеру-бармену:

– Наливай!

Тот опять-таки налил.

Пара минут тишины, дружное наблюдение за действиями кострового, который уже организовал угли. Ещё более дружное созерцание размещения над углями шампуров…

Потом новый полёт воздушных рюмок, и извлечение из пространства пары пузатых бутылок. Полётом рюмок заведовал один из представителей банды, а новую порцию алкоголя доставала, разумеется, я.

Вот после этого прозвучало:

– Ваше высочество, а вы действительно чудо! – Бывший спаситель.

– Мари, а не хотите навсегда присоединиться к нам? – Тот самый блондин.

Я польщённо зарделась, заулыбалась во все тридцать два зуба… И ничуть не удивилась, услышав нарочито-страдальческое:

– Не-ет, только не это!

Протест, разумеется, Волков выражал.

В этот миг в голову стукнула новая мысль: вспомнились каноны мужского фэнтези, расставание с «мулатками», не по годам развитая девица и категоричное нежелание Алекса пропускать завтрашний бал в доме генерала Гизли… И всё, внутри произошел взрыв!

Кобель. Гадкий, мерзкий, бессовестный, вонючий! Я ему девственность отдать собираюсь, а он…

От нового витка эмоций спасла очередная воздушная рюмка и байка, которую начал рассказывать Бор.

За этой байкой последовала и вторая, и третья, и даже четвёртая. Не то чтоб мне было прям очень интересно, но я слушала и подхихикивала. Очень быстро к байкам добавился аромат поспевающего шашлыка, и жизнь стала на порядок лучше.

Правда забыть о кобелизме идейного противника я всё равно не могла, и временами непроизвольно посылала ему испепеляющие взгляды.

Алекс эти взгляды ловил, а в какой-то момент даже не выдержал, поинтересовался:

– Машунь, что не так?

– Всё чудесно, – ответила невинно.

– Точно? – скептически переспросил он.

Принцесса промолчала и, подхватив протянутый ей шампур, временно из реальности выпала. Шашлык получился слишком вкусным, чтобы совмещать поедание с мыслями о распутных гадах!

А дальше… опять коньяк! Плюс, новые байки от представителей студенческой банды. И всё бы хорошо, но вот неприятность: я была несказанно красива, а состоящие в Чёрной стреле мужчины даже не пытались передо мной выделываться.

Хуже того, с какого-то момента, прежде чем заговорить, все косились на Алекса, как бы спрашивая позволения. Пусть реагировать на бывшего вождя племени Рейя не хотелось, но вот это прямо-таки взбесило.

При чём тут Алекс? Кто он такой, чтобы давать разрешение на общение со мной?!

Как итог, жахнув очередную рюмку коньяка, я не выдержала и красноречиво на Волкова зашипела. Идейный противник словно этого и ждал – подарил лёгкую улыбку и грациозно поднялся с бревна.

Потом приблизился, протянул руку и заявил:

– Пойдём прогуляемся.

– Угу. Щас, – буркнула я.

Только заразу отказ не впечатлил…

– Мар-рия, – тихо, беззлобно, но крайне выразительно, сказал он.

Я наморщила нос, а потом подумала и кивнула. Ладно, прогуляемся. Но если кое-кто снова полезет с поцелуями, я его придушу!

С этой мыслью ненаследная принцесса вложила руку в ладонь кареглазого негодяя и благополучно место дислокации покинула. Встала, чтобы тут же перебраться через бревно и позволить увлечь себя в тёмный-тёмный лес.

А вот там…

Ушли мы недалеко, всего на несколько метров. Вероятно, Алекс хотел утащить дальше, однако коньяк, помноженный на каблуки-шпильки, возможности не дал.

Я спотыкалась слишком часто и пару раз едва не упала. Более трезвому Волкову пришлось ловить, сжимая в объятиях, что лично меня вообще не радовало!

Когда остановились, соотечественник совсем уж гадкую гадость сделал – прислонил девушку к дереву. Я сперва запротестовала, замахала руками, а потом поняла, что шевелить конечностями совершенно лень, и вообще…

В том же, что касается Алекса, он этой заминкой воспользовался и спросил не без подколки:

– Ну и чего ты шипишь?

Очень захотелось послать его подальше, но мысль о собственном высоком титуле заставила собраться и ответить культурно:

– А почему бы нет?

Волков хмыкнул, однако продолжать допрос не стал. Просто стоял напротив и ждал непойми чего.

Я тоже ждала, попутно понимая – увы, но коньяка было многовато. Впрочем, будь шанс переместиться в прошлое, я бы всё равно употребила столько, сколько употребила.

– Ма-аш… – всё-таки не выдержал Волков, и я гордо вздёрнула подбородок.

Тут, вдали от костра, было на порядок темнее, но глаза уже начали привыкать к мраку, и лицо идейного противника я видела вполне отчётливо. На нём застыла знакомая раздражающая улыбочка.

– Машка, – вновь позвал он, и вот теперь я откликнулась…

– Что?

– Ничего. Хочу понять, почему ты такая злая.

Я непроизвольно наморщила нос и сказала, повинуясь не столько эмоциям, сколько парам коньяка:

– Да не почему. Просто бесит твоё вопиющее хамство.

Брови идейного противника красиво подскочили на середину лба, а в следующую секунду прозвучало:

– Когда это я тебе хамил?

– Да каждый раз. При каждой встрече.

– Ма-аш… – вновь потребовал пояснений он.

Лично у меня желания общаться с этой кареглазой ехидной по-прежнему не было, однако выпитый коньяк смотрел на вопрос иначе. Да и чувство справедливости резко взыграло.

– Ты невыносим, – сообщила в итоге. – Ведёшь себя, как последний кобелина, да ещё и гордишься этим! Нет, я понимаю, что в вашем мужском фэнтези беспорядочные половые связи – норма, но всё равно. Должны же быть хоть какие-то границы!

Брови собеседника приподнялись ещё выше, придав лицу выражение этакой оскорблённой невинности. Последнее вызвало новую волну раздражения.

– Не прикидывайся, – прошипела я. – Там, в Степи, у тебя был целый гарем, а тут, в Империи, ты сразу двумя мулатками обзавёлся. Если считаешь, что подобное поведение пристойно, то…

– Ну надо же, – перебили меня. – Действительно ревность. Кто бы мог подумать.

Я аж подпрыгнула. И лёгкое опьянение вкупе с неудобными каблуками этому манёвру не помешали.

– Не ревную! – выпалила грозно. – Просто пытаюсь понять, как я-то умудрилась попасть в этот список!

Как по мне, вот тут должны были прозвучать заверения из серии «Маша, ты не такая». То есть не рядовая и, значит, сравнивать нечего.

Но собеседник в лице Волкова повёл себя совершенно неадекватно – расплылся в очередной улыбке и сложил руки на груди, как бы сигнализируя: «давай, Машка, продолжай».

Это был перебор! Причём такой, что я вновь зашипела от негодования!

– Я… Да я… А ты!

– Ну что «я», – поддел Казанова недобитый.

В общем, пришлось сказать прямо:

– Я отдала девственность человеку, который даже не помнит про нашу ночь! Который перешел в другой мир и сразу завёл себе аж двух любовниц! Тому, кто…

Здесь я осеклась, захлебнувшись эмоциями и некоторой нехваткой аргументов. Вернее, склерозом – ведь аргументы точно были, я только вспомнить их не могла.

А Волков вдруг посерьёзнел и даже нахмурился немного.

– С чего ты решила, будто я забыл?

– Да с того! – грозно рыкнула я.

Удивительно, но новой ехидной улыбки на физиономии не проступило. Вместо этого я услышала:

– Маша, а что в твоём понимании «помнить»? Что я должен делать? Ходить и орать на каждом углу, что мы с тобой переспали и это было офигенно? Рассказывать друзьям, какая ты страстная и сладкая? Хвастаться трофеем в виде твоей девственность? Или попытаться затащить тебя в постель ещё раз?

– Мм-м… – умно ответила я.

Вопреки алкоголю, услышала всё, но зацепилась за единственное слово – «офигенно»! Блин, он правда так считает? Нет, ну честно?

Настроение как-то резко выползло из-под руин и начало расправлять крылья, а идейный противник…

– И про подружек-дроу… Что значит «сразу»? Машунь, это для тебя с момента нашего расставания до встречи прошло несколько дней, а я в этой дурацкой Империи уже год кукую. И откуда мне было знать, что снова пересечёмся? Единственное, что мне было известно: я опять угодил в чужой мир, и чёрт знает, выберусь ли отсюда хоть когда-нибудь.

Увы, но логика в признании соотечественника действительно имелась, только вопиющего поведения всё равно не отменяла.

– Две. – Я даже на пальцах показала. – Две девки. Одновременно!

Всё. Вот теперь его серьёзность опять отступила, а губы дрогнули в ухмылке, за которую хотелось прибить.

Ответ прозвучал совсем уж вопиюще:

– А почему нет, Машунь? Мы в фэнтези, и тут можно позволить себе то, что вряд ли будет уместно и осуществимо дома.

Настроение снова попыталось издохнуть, но зацепилось за прежнее «офигенно», и выжило. Однако демонстрировать данную перемену я не собиралась! Особенно после того, как собеседник заявил:

– Но вообще ты и сама хороша, Машунь. То с оборотнем по углам зажимаешься, то светлому эльфу глазки строишь, то… – тут предводителя Стрелы прямо-таки перекосило, да так, что он даже с мысли сбился. Выдал: – Зачем тебе этот дряхлый старикан?

Я, конечно, не сдержалась. Расплылась в коварнейшей из улыбок и едва не вернула Алексу его собственную фразу – мы в фэнтези, и тут можно позволить себе то, что неуместно дома.

Но быстро сообразила, что Волков, в силу присущего всем героям мужских книг скудоумия, вряд ли поймёт, и промолчала.

Вернее, сказала правду:

– С чего ты взял, что лорд Сирис дряхлый? Вдруг он любому, включая такую знаменитость как ты, фору даст?

Идейный противник не поверил и глянул насмешливо. Ну а я по-настоящему расцвела и испытала бешеное желание покрутиться на пятке.

Алекс, конечно, гад бессовестный, но тот факт, что он считает нашу ночь офигенной… Впрочем, стоп. Стоп ещё раз! Настоящего прощения бывший вождь племени Рейя ещё не заслужил. Во-первых, он мне изменял; во-вторых, непроходящий синяк на попе поставил; в-третьих, я слишком хорошо понимаю, чем наше общение может закончиться. И раз так…

Я гордо тряхнула волосами и уточнила:

– Всё? Допрос окончен?

– Допрос? – нелогично возмутился он. – Машунь, а ты ничего не путаешь?

Я если и путала, то виду не подала – просто отлепилась от дерева, обогнула собеседника и, по параболической траектории, потопала обратно – к коньяку и мясу.

Волков удерживать не пытался, но сразу догнал и зашагал рядом. В этот момент в моём мозгу родился ещё один невероятно важный вопрос.

– Кстати, о твоих подружках-дроу. Ты, когда с ними разбирался, случайно не спросил, почему они на меня напали?

– Бывших подружках, – поправил Алекс, и эти слова стали каплей бальзама. – Конечно, спросил.

– И? – подтолкнула я.

Прежде чем ответить, Волков поймал принцессу за локоток, лишая возможности споткнуться о какой-нибудь корень, и заставляя сменить параболическую траекторию на более прямую.

– Дроу всё не так поняли, – с явным неудовольствием заявил он. – Решили, что раз не уделяю им внимание, то это из-за тебя.

Я слегка зависла и глянула вопросительно. Тоже не понимаю. Он что хотел сказать?

– У нас с парнями шла подготовка к вот этой засаде на монстра, – с ещё большей неохотой принялся объяснять Алекс. – Как следствие, времени и сил на Гиту с Зитой не было. Но эти дуры решили, что раз в их постели не появляюсь, то получаю удовольствие где-то на стороне. Точнее, в твоей, Машунь, постели.

Я зависла снова. Нет, тот факт, что меня назначили разлучницей не удивил – я слишком красива, чтобы не приревновать. Причиной недоумённо нахмуриться стал другой момент.

– А как давно ты лишил девчонок секса?

– Какая разница? – попытался уйти в отказку Алекс.

Только я на суровый тон не купилась! Более того, заставила идейного противника остановиться и развернуться, чтобы в глазища его бессовестные посмотреть.

– Алекс… – позвала с нажимом.

– Машунь, – в голосе соотечественника зазвучала насмешка, – боюсь, ты тоже поймёшь неправильно. Но честное слово, невзирая на то, что ты мне симпатична, это было совпадение.

– Ага, – выдохнула я. – То есть где-то со дня нашей эпохальной встречи?

Волков промолчал, но было ясно, что догадка верна. И хотя чувств к заразе кареглазой не имелось, сердце сразу окрылилось, душа запела, и далее по списку.

Тот факт, что с момента моего появления Алекс на воздержании, реально радовал: просто, во-первых, мне с ним девственность терять, а во-вторых, хоть какая-то справедливость!

Когда же мы почти добрались до костра, в мозгу ещё один вопрос зародился…

– Ты не спал с дроу с момента моего появления, потому что готовил охоту на монстра, и ни сил, ни времени у тебя не было, – повторила суть услышанного я. – А на кино и кафешку время нашлось?

– Хм, – отозвался Алекс. – Представь себе.

И после паузы:

– Машунь, ты не поверишь, но в жизни и не такое бывает.

Я действительно не поверила и засияла пуще прежнего. Совпадение или нет, но оно реально радовало. Вот прямо очень!