Глава 14

Она осторожно поднялась с кровати, стараясь не шуметь, и подошла к двери.

— Кто там? — негромко спросила она, затаив дыхание.

— Это Лили! — раздался за дверью чуть простуженный голос.

Она быстро метнулась к амулету и надела его на шею, пряча под воротник ночной сорочки.

Помедлив секунду, она отодвинула засов.

На пороге стояла Лили. Она была закутана в пушистую, но явно не справляющуюся с холодом шаль, а её нос был забавно покрасневшим.

— Привет! Не спишь еще? — Лили без приглашения заглянула в комнату и тут же зажмурилась от удовольствия. — Ох, боги, как у тебя тепло! Значит, работает?

Мири неловко замерла, одной рукой придерживая дверь, а другой инстинктивно поправляя воротник, под которым скрывался амулет. — Ты о чем? — осторожно переспросила она, стараясь не выдать своего замешательства.

— О нагревателе, конечно! — Лили кивнула на артефакт лежавший на столе. — Я видела, как ты выходила из этой комнаты утром, и поняла, что ты здесь живешь. Извини, если я тебя потревожила... Я просто хотела спросить, работает ли твой.

Лили зябко поплотнее закуталась в свою шаль и печально вздохнула.

— Мне выдали бесполезную железяку, она только жалобно гудит и пахнет горелой шерстью. Я пыталась её починить весь вечер, а потом пошла к завхозу. Так он даже слушать не стал! Сказал, что все артефакты прошли проверку и они рабочие, а потом просто прогнал меня. Сказал, что лишних приборов для обогрева нет. Представляешь? А у тебя он так тихо работает... — протянула Лили, подходя чуть ближе к столу. — Я пыталась настроить свой, но не вышло. Может, у меня руки не из того места растут? Светлые Боги, наверняка есть какой-то способ, как заставить эту железку не вонять, а греть!

Мири почувствовала, как внутри шевельнулось опасное желание просто забрать у нее сломанный прибор и исправить те же стертые руны за пять минут. Но вместо этого она лишь сокрушенно покачала головой, прикидываясь такой же жертвой обстоятельств.

— Слушай, — Мири сделала шаг в сторону, пропуская Лили чуть глубже в комнату к столу. — Я, честно говоря, сама не знаю, почему мой работает.

Она невинно пожала плечами, стараясь, чтобы её взгляд казался максимально озадаченным.

— Может, принесешь свой? Сравним их. Вдруг ты заметишь что-то? Ты ведь уже два курса изучаешь артефакторику, наверное ты сразу поймешь в чем дело?

Лили просияла так, будто ей предложили мешок золотых монет. — Ой, сейчас! Я мигом! Только не закрывайся!

Она умчалась в коридор, шлепая тапками по камню, и уже через минуту вернулась, бережно прижимая к груди точно такую же медную сферу. Только эта «банка» выглядела плачевно: она была покрыта слоем серой копоти, а из прорезей доносился натужный, прерывистый свист.

Лили водрузила свой прибор на стол рядом с идеально работающим артефактом Мири. Контраст был разительным. Сфера Мири светилась ровным, глубоким золотом, в то время как шар Лили едва заметно мерцал грязно-рыжим светом и испускал тонкую струйку едкого дыма.

— Вот, посмотри на это недоразумение! — Лили в сердцах всплеснула руками. — Твой гудит как сытый шмель, а мой — как предсмертный хрип горгульи. Что в них может быть разного? Вроде обе железки одинаковые.

Мири наклонилась над столом, делая вид, что внимательно изучает оба прибора. Она-то прекрасно видела, что в артефакте Лили руна-стабилизатор также стерлась, создавая опасное сопротивление.

— Хм... — протянула Мири, осторожно дотронувшись до холодного корпуса «банки» Лили. — Может, дело в начерченных рунах? Не все выглядят одинаково.

Она надеялась, что Лили сама в процессе кручения прибора поймет в чем дело.

Лили придвинула оба артефакта поближе к свету и замерла, прищурившись. Она водила пальцем по корпусу своего прибора, потом переводила взгляд на сферу Мири, словно пытаясь отыскать десять отличий.

— Слушай... — Лили вдруг ткнула пальцем в едва заметный желобок на меди. — Гляди! У тебя тут линии четкие, глубокие, как будто их только что обновили. А у меня на этом же месте — какая-то невнятная царапина, будто руна «испарилась» от старости.

Она посмотрела на Мири, которая изо всех сил старалась сохранить на лице выражение легкого недоумения.

— Миранда, да у тебя однозначно талант! — воскликнула Лили, всплеснув руками. — Я час над ней билась и в упор не видела, что контур разорван!

Мири неловко замялась, чувствуя, как щеки начинают розоветь. — Ну, я просто подумала, что возможно дело в рунах, и поэтому магия не проходит... — пробормотала она.

Лили уже азартно подпрыгивала на месте. — Погоди, не трогай ничего! У меня в комнате есть отличная тонкая игла, она из закаленной стали. Сейчас принесу, и попробуем подправить мою железяку по образцу твоей. Главное — не закрывайся, я в одну секунду!

Мири осталась стоять над двумя сферами. Она понимала, что раз Лили сразу не увидела в чем дело, то она своими руками вряд ли сможет аккуратно восстановить магический контур — одно неверное движение, и артефакт может просто взорваться или окончательно перегореть.

— Вот она! Самая острая, что у меня была, — Лили влетела в комнату, запыхавшись, и победно вскинула над головой тонкую стальную иглу. — Так, сейчас я попробую... как там у тебя? Соединить эту линию с той завитушкой…

Она прикусила губу и попыталась кончиком иглы попасть в микроскопический желобок стертой руны. Но едва металл коснулся меди, сфера протестующе зашипела, выбросив крошечный сноп синих искр. Пальцы Лили тут же предательски задрожали.

— Ой! — она отдернула руку, едва не выронив иглу. — Мамочки, он кусается! И, кажется, становится только горячее, но не там, где надо.

Лили предприняла вторую попытку, но её рука ходила ходуном от волнения. Она посмотрела на свои подрагивающие пальцы, потом на спокойную, уверенную сферу Мири и, наконец, протянула иглу соседке.

— Мири, слушай... у меня руки дрожат, что оно сейчас рванет. Пожалуйста, сделай это ты!

Лили просительно уставилась на Мири огромными глазами, в которых читалась смесь надежды и священного ужаса перед «взрывоопасной» железкой.

— Ой, нет-нет! — Мира поспешно отступила на шаг. — Лили, я же только начала учиться!

Лили схватила Мири за локоть, и в её глазах зажглись искорки.

— Пожалуйста, Мири! Я знаю ты сможешь. Давай, если сможем починить мою, то я попробую найти нам заказы на починку других артефактов. Не знаю как тебе, но мне нужны деньги. У одной девушки с лекарского факультета в пятьсот пятнадцатой такая же беда — она там в три одеяла кутается.

— Ладно, — наконец сдалась Мири, тяжело вздохнув. — Я попробую.

Мири склонилась над столом. Она не просто смотрела на металл — она его чувствовала. Стоило её пальцам коснуться холодного корпуса «банки» Лили, как она ощутила, где именно застоялась энергия. Это было похоже на затор в узком ручье: магия давила на поврежденный участок, заставляя металл бессильно искрить.

Она прикрыла глаза на мгновение, настраиваясь на ритм меди. Одним точным, почти невесомым движением Мири провела иглой, восстанавливая разорванную связь. Линия легла идеально ровно, точь-в-точь по контуру оригинальной гравировки.

В ту же секунду ядовитый дым исчез, натужный свист прекратился, и артефакт Лили издал глубокий, довольный «вздох». По корпусу пробежала золотистая волна, и сфера начала наливаться ровным, густым теплом.

— Обалдеть... — прошептала Лили, не веря своим глазам. — Ты просто... вжик — и готово! Мири, ты настоящий гений! Ты же её буквально оживила!

— Я просто удачно попала в паз. Повезло, правда.

Но Лили уже не слушала. Она с блаженством прижала теплый металл к своим озябшим щекам, зажмурившись от удовольствия.

— Какое «повезло»! У тебя руки как у заправского мастера, — Лили восторженно посмотрела на соседку. — Слушай, Миранда, я же вижу: ты это сделала так легко, будто всю жизнь только и делала, что руны правила. Знаешь, в нашем крыле у половины адептов такие железяки вместо обогревателей.

— Лили, пожалуйста, — взмолилась она. — Не вздумай никому говорить. Я правда не мастер.

— Могила! — Лили просияла так ярко, что, казалось, могла бы осветить коридор без всякой магии. — Ты золото, Миранда!

Она подмигнула Мири и, прижимая к себе теплый шар, тихо выскользнула в коридор. Мири закрыла дверь на засов и прислонилась к ней спиной, слушая, как затихают шаги соседки. На душе было неспокойно. Интуиция артефактора, привыкшая просчитывать вероятности поломок, настойчиво шептала: это еще не всё. Лили была слишком восторженной, слишком энергичной, а такие люди редко умеют хранить тайны в секрете.

Так и оказалось.