Глава 36

Мири закрыла за ним засов и прислонилась лбом к прохладному дереву. Подумать только... после его поддержки ей действительно стало легче. Вспомнилось, как при первой встрече она назвала его высокомерным индюком и придурком. Сейчас, ощутив его искреннее участие, Мири почувствовала, как к горлу подступает лёгкий укол стыда за те слова. Пожалуй, при удобном случае стоит перед ним извиниться.

Завернувшись в одеяло, она наконец легла спать. Однако долгожданный покой так и не пришёл — ночь превратилась в череду липких, вытягивающих силы кошмаров. Ей снилось, что её всё-таки схватили в том лесу, и точно так же, как у того несчастного первокурсника, жадно и без остатка выпили весь её дар.

На рассвете, Мири резким рывком села на кровати, выныривая из сна с глухим криком. Сердце бешено колотилось в груди, липла к телу взмокшая от пота сорочка, а перед глазами всё ещё стояла леденящая тьма.

Она тяжело перевела дыхание, пытаясь отогнать остатки ночного кошмара, и свесила ноги с кровати. Тело ломило от липкого пота и перенапряжения. Лучшим способом прийти в себя и сбросить остатки лихорадочного сна был душ.

Накинув халат, и надел кулон, Мири прошла в ванную комнату. Горячая вода мелкими тугими струями ударила по плечам и смыла страх. Она стояла под водой несколько минут, закрыв глаза и слушая лишь ровный шум воды, пока сердце наконец не вернулось к нормальному ритму.

Выйдя из душа и вытирая волосы полотенцем, Мири замерла у раковины и посмотрела на своё отражение в зеркале. Оттуда на неё глядела ничем не примечательная девушка — бледная, блёклая, с потухшим взглядом.

В этот момент в ванную комнату потянулась очередь других девушек с этажа. Они весело переговаривались и сладко зевали после сна. На Мири никто из них не обратил особого внимания и, воспользовавшись этим, она тихо проскользнула мимо и вернулась в свою комнату, где быстро оделась в учебную форму.

За десять минут до начала завтрака она тихо покинула комнату и направилась вниз, в главный холл.

В холле было еще относительно пусто — лишь редкие адепты сонно брели в сторону столовой.

Дамиан уже стоял в тени высокой колонны неподалёку от лестницы. Внешне он выглядел абсолютно расслабленным, оперевшись плечом об камень, но его взгляд чутко сканировал каждый шаг проходящих мимо. Как только на верхних ступенях показалась бледная фигура Мири, он едва заметно напрягся.

Он не стал выходить навстречу или окликать её. Лишь едва заметно кивнул, встретившись с ней взглядом, и, выждав паузу в несколько шагов, неспешно двинулся следом.

Несмотря на внешнее спокойствие, Дамиан сразу уловил едва заметное напряжение в её походке. Как менталист, он чувствовал фоновый шлейф тревоги, всё ещё тянувшийся за ней после ночного кошмара. Держись она чуть в стороне или замедли шаг — он был рядом, готовый в любой момент подстраховать, но при этом ни один из проходивших мимо студентов даже не подумал связать их вместе.

Они благополучно миновали главный коридор и приближались к шумным дверям столовой.

Мири первой прошмыгнула через массивные двери столовой и быстро взяв поднос с завтраком, скользнула к дальнему столику в самом углу — подальше от шумных компаний и яркого света.

Дамиан вошёл следом лишь спустя пару минут, на ходу здороваясь с приятелями со старших курсов. Сделав вид, что выбирает блюда, он окинул зал коротким взглядом. На него действительно сразу же устремились десятки любопытных глаз: студенты восторженно шептались, обсуждая его вчерашнее выступление на турнире.

Он сел за один из центральных столов в окружении шумных однокурсников, повернувшись так, чтобы уголок глаза всё же удерживал Мири в поле зрения.

Она сидела одна, тихо попивая горячий отвар и стараясь слиться с фоном. Вдруг двери столовой вновь распахнулись, и в зал вошел ректор и несколько гостей в золотистых плащах представителей Совета Магов. Зал на мгновение притих.

Бросив быстрый взгляд на Мири, Дамиан заметил, как она тут же сжалась в ещё более плотный комок, словно пытаясь стать совершенно невидимой. Среди вошедших гордо вышагивал Найт Рихтер. Он не уехал из Академии, как предполагал Дамиан.

Его присутствие здесь, в общем зале, было неожиданным. Все знали, что магистр Рихтер был необычайно силен магически. И если председатель решит внимательнее присмотреться к адептам, никакой маскирующий амулет Мири может не спасти.

Шагнув вперёд, ректор Торвальд поднял руку, призывая зал к тишине, и громко объявил:

— Студенты! Представителей Совета искренне восхитил вчерашний турнир. Сообщаю вам, что наши гости задержатся еще на пару дней в Академии — до самого наступления каникул, чтобы лично присутствовать на ваших практических занятиях.

По столовой прошёл взволнованный шёпот: кто-то из адептов просиял от гордости, а кто-то сжался от мысли о строгих проверках. Но для Мири эта новость звучала как приговор. Как минимум два дня Рихтер будет ходить по коридорам и полигонам Академии.

Рихтер тем временем скупо улыбнулся, и его тяжёлый, проницательный взгляд медленно скользнул по рядам столов...

Дамиан понял: ещё пара мгновений, и тяжёлый взгляд Рихтер неизбежно дойдёт до дальнего угла, где замерла Мири.

Действовать нужно было немедленно.

Резким движением, Дамиан с громким грохотом роняет свою тарелку на пол. Керамика со звонким треском разлетается на мелкие осколки, а полная чашка с ярким соком опрокидывается прямо на рубашку и камзол сидевшего рядом Блейка.

— Чёрт! Извини, Блейк, я случайно! — громко воскликнул Дамиан, резко вскакивая со своего места и с наигранной суетой прихватывая салфетки.

Блейк возмущённо ругнулся, а соседние столы дружно подскочили, вытягивая шеи, чтобы посмотреть, из-за чего поднялся весь этот переполох. Шум мгновенно перетянул на себя всё внимание зала. Рихтер медленно повернул голову в сторону эпицентра суматохи, нахмурив бровь и переведя свой проницательный взгляд прямо на Дамиана.

Мири мгновенно всё поняла. Сердце ёкнуло — Дамиан сделал это специально, даря ей шанс на побег из столовой.

Пока адепты вокруг поднимались с мест и заслоняли обзор, Мири тихонько скользнула вдоль стены. Прикрываясь спинами взволнованных парней и девушек, она прошмыгнула к самым дверям и бесшумно выскользнула из столовой, оказавшись в пустом коридоре.

Тем временем Дамиан самоотверженно продолжал разыгрывать спектакль. Он громко извинялся и с виноватым видом тёр скомканной салфеткой липкое пятно на залитой рубашке Блейка. Тот лишь ошарашенно хлопал глазами, вообще не понимая, что происходит и что нашло на его обычно хладнокровного приятеля.

Студенты вокруг откровенно веселились: кто-то из адептов уже начал в голос смеяться над нелепой сценой, с удовольствием наблюдая за неловкостью главного героя вчерашнего турнира. Шум только нарастал.

Ректор Торвальд, поняв, что быстро утихомирить взбудораженный зал не удастся, недовольно поджал губы. Он негромко извинился перед высокими гостями за утренний переполох и повёл представителей Совета к выходу из столовой. Магистр Рихтер, напоследок скользнув холодным, оценивающим взглядом по головам адептов, молча развернулся и последовал за остальными.

Дамиан наконец глубоко выдохнул, мысленно отсчитывая секунды и надеясь, что Мири за это время успела уйти на безопасное расстояние и закрыться у себя в комнате.

Он мгновенно опустил руки и перестал усердно тереть салфеткой грудь Блейка, оставив на его рубашке лишь ещё более размазанное мокрое пятно.

— Ладно, Блейк, кажется, лучше не становится, — совершенно обычным, ровным тоном произнёс Дамиан, сбрасывая с себя роль виноватого растяпы. — Пойдём, сдадим рубашку в стирку, пока сок не въелся.

Блейк только рот открыл от такой резкой перемены в поведении друга.

— Ты совсем с ума сошёл? — прошипел он, пытаясь стряхнуть липкую ткань с груди. — Что это вообще только что было?!

— Потом объясню, — тихо ответил Дамиан, бросив короткий взгляд на опустевшие двери столовой, и увлекая за собой приятеля прочь из зала.