ГЛАВА 14

На мое счастье, загадочный Дом Удовольствий оказался всего лишь домом. Я готова была увидеть за холмом если не дворец, то, по меньшей мере, поместье на полсотни комнат, соответствующее высокому статусу доверенного императорского советника. Но, видно, легенды не врали. Двухэтажное строение с неровной кладкой, едва различимой за густым плющом, узкими окнами и покатой черепичной крышей, над которой возвышался шпиль круглой башни, был возведен еще на заре Империи.

От каждого камня буквально веяло древностью — и вместе с тем чем-то таинственным. Могущественным, как древняя магия, способная сравнять с землей горы и повернуть вспять реки, и неведомым, словно ритуалы древних. В Ночном саду волей-неволей вспоминались известные с детства легенды о Дворцовом острове. И здесь они уже не казались глупыми сказками.

Нет, все было по — настоящему.

Магия. Чудеса. Семь стихий, покорных единой воле.

Но восхищение быстро уступило место разочарованию. Ночной сад, который должен был быть удивительным и таинственным местом, под черной рукой герцога Голдена превратился в ужасный дом разврата. Извратился, исказился, испортился…

Гостей во дворе и парадных комнатах, четко просматривавшихся сквозь высокие стрельчатые окна, было едва ли не больше, чем во всем Ночном саду. И на каждого приходилось по два-три прислужника, готовых выполнить любую прихоть господина. Полуобнаженные пажи почтительно следовали за разодетыми дамами с веерами, горничные разносили напитки. Единой униформы не было — количество и прозрачность одежды, судя по всему, подбирались исходя из… обязанностей. Единственным, что отличало слуг от сиятельных лордов, были маски — блестящий шлем для мужчин и длинная вуаль для женщин.

Я запоздало догадалась, кем была девушка, целовавшаяся на скамейке, но было поздно.

— Ты! — первая же попытка прошмыгнуть в дом была грубо пресечена твердой рукой в кожаной перчатке. Привратницей оказалась женщина… не такая как «леди» Сильванна, но все равно непривычно крепкая и высокая. Платье, короткое спереди и длинное сзади, обнажало стройные ноги в сетчатых чулках и кавалерийских сапогах почти до колена. Правой рукой она сжимала мое плечо, левой поглаживала рукоятку короткого хлыста. — В доме все обслужены. Бери поднос и марш в сад, лорд Сладкий как раз искал девиц твоего типажа.

По свистку женщины на пороге вырос слуга и протянул мне целый поднос… странных предметов разных цветов и размеров. Ничего подобного я раньше не видела, однако вытянутая форма недвусмысленно намекала на непристойное применение. Я сглотнула.

— Западное крыло, — подсказала привратница, грубо толкнув меня в спину. — Милорд у фонтана, мимо не пройдешь.

О нет, я как раз предпочла бы пройти мимо.

Подгоняемая сверлящим затылок тяжелым взглядом, я заторопилась прочь, надеясь за первым же поворотом выбросить ненавистный поднос и поискать другой способ пробраться в Дом Удовольствий. Но не успела уйти далеко, как планы изменились.

Первым, что бросилось в глаза, было целое крыло дома, погруженное во мрак. В нескольких метрах от темных окон веселились развязные гости, играла музыка, сверкали, создавая таинственную атмосферу, светильники из толстого разноцветного стекла. Но здесь было тихо. Едва слышно журчали фонтаны, шелестели на ветру ажурные листья. Из сточной решетки веяло прохладой — похоже, для орошения использовали воду подземного источника, протекавшего под холмами Ночного сада.

И вдруг — точно откликаясь на не до конца оформившуюся мысль, что я, должно быть, оказалась перед личными покоями лорда Голдена — в дальнем окне первого этажа вспыхнул огонек. Пятно света на задернутых шторах то тускнело, то становилось ярче, а потом и вовсе пропало, чтобы секунду спустя появиться вновь уже в другой комнате.

Свеча.

И если это не слуги и не лорд Голден собственной персоной, то уж наверняка Лоррейн, ищущая тайники герцога. А значит, я была уже близко.

Убедившись, что никто не смотрит в мою сторону, я с наслаждением вышвырнула поднос и юркнула в ближайшие кусты. Густая тень надежно спрятала меня от посторонних глаз. Держась стены, я перебежками поспешила за ускользающим огоньком.

Помня о том, что лорд Голден тоже был воздушником, магию применять не решилась. Пришлось действовать по старинке. Дойдя до следующего окна по пути движения огонька, я просунула тонкую шпильку в щель между створками и, подцепив задвижку, осторожно потянула вверх.

Щелк.

Окно приоткрылось. Забраться в дом я все равно не могла — проем закрывала частая решетка, сохранившаяся, верно, ещё со времен постройки дома. Зато можно было беспрепятственно просунуть руку и отодвинуть край тяжелой бархатной шторы.

Внутри было темно. Но не прошло и нескольких секунд, как послышался скрип двери, и чьи-то тихие шаги. По красному бархату пробежал теплый отсвет. Я приникла к решетке, вглядываясь в полумрак комнаты.

— Лорри!

Без сомнения, это была она! В черном платье и кошачьей маске, скрывавшей лицо, графиня больше напоминала акробатку из бродячего цирка, чем знатную девицу, зато на фоне местной публики она выделялась куда меньше, чем я в своем скромном одеянии. Но главное, Лорри была в порядке. На лице, напряженном и сосредоточенном, не было страха, платье казалось целым, прическа — нетронутой.

Хвала богам!

— Лорри! — на этот раз она услышала. Вздрогнула, озираясь — и, заметив, бросилась ко мне с торжествующей улыбкой.

— Эв! — графиня прильнула к зарешеченному окошку, на мгновение переплетя наши пальцы. — Ты не поверишь, что я нашла… что я узнала…

— Лорри, скорее уходи отсюда! — не дав ей закончить, прошипела я. — Лорд Голден здесь! Он может прийти в любую минуту! Лорри, пожалуйста…

— Ох, Эв! — она отмахнулась от меня, охваченная азартом исследователя. — Да Коул будет обязан нас пожизненно премировать и посмертно наградить! Потому что я та-а-акое… та-а-акое…

Она вдруг развернулась, спиной закрывая от меня полутемную комнату.

— …нашла.

Вспыхнул свет.

Тело среагировало быстрее разума. Отскочив в сторону, я прижалась к стене, прячась в ночном сумраке. Лорри так и осталась у полуоткрытого окна — тонкий силуэт четко обрисовывался на бордовых шторах.

«Беги, беги, беги!» — мысленно закричала я.

Но, кажется, было поздно.

— И что же вы нашли? — сквозь бешеный стук сердца услышала я вкрадчивый голос лорда Голдена. — Юная леди…

Он задумался, будто хотел обратиться к незнакомке по имени, но не узнавал ее. Я замерла и взмолилась всем светлым богам, чтобы этого оказалось достаточно.

Пусть лорд отпустит ее, приняв за заблудившуюся гостью, так и не догадавшись, что перед ним оказалась настоящая графиня Хенсли!

— Ο, добрый вечер, милорд, — послышался бойкий ответ Лорри. Тень склонилась в вежливом реверансе. — Я искала… уборную и очень обрадовалась, когда нашла. Тут стул такой удобный. С отверстиями. Не пойму, правда, зачем наручники на подлокотниках, но на вкус и цвет…

— Вы очень остроумны, моя леди, — голос стал ближе. Я увидела за окном статный силуэт лорда Голдена — едва различимый, но с каждой секундой становившийся все больше и четче. Γерцог в маске Тьмы замер напротив Лоррейн, словно древнее чудовище, готовое наброситься на беззащитную жертву. — Впрочем, вынужден разочаровать, поиски завели вас не туда.

— Правда? — Лорри сделала маленький шажок к окну, почти коснувшись спиной шторы. — Ой, прошу прощения, милорд. У меня и в мыслях не было вторгаться в ваши, — она огляделась, словно подбирая подходящее слово, — личные покои. Просто у вас удивительный дом, и все в нем такое интересное…

Штора колыхнулась, на мгновение позволив мне увидеть Лорри. Графиня держалась стойко даже перед лицом Тьмы. Не сводя взгляда с герцога, она храбро улыбалась бескровными губами, ничем не выдавая волнения и страха. Только ногти впивались в ладони до побелевших костяшек…

Высокая тень с усмешкой покачала головой.

И вдруг…

Мне показалось, что я ошиблась. Моргнула, ослепленная огнями свечей, отраженных от зеркал и металла, которых в комнате, больше похожей на застенки палача, чем на личные покои, было с избытком. Иначе как объяснить сиреневую вспышку на бордовой шторе — невозможную, немыслимую?

Откуда? Ведь лорд Голден — а в комнате с Лорри должен был быть именно он! — воздушник. Воздушник!

Отчаяние и беспомощность захлестнули меня с головой. Ох, если бы только я могла вытащить Лоррейн прямо через оконную решетку! Спасти от когтей герцога, его вкрадчивого голоса, обманчиво-мягких движений и странной магии, внезапно изменившей цвет…

— Кто же вы, моя таинственная незнакомка?

Лоррейн замерла. Прикусив губу от напряжения, я почти физически чувствовала, как Лорри боролась с собой, и едва сдерживала слезы.

— Я…

Графиня медленно потянулась к лицу, словно пытаясь стереть наваждение. Но вместо этого тонкие пальцы коснулись затылка, распуская атласную ленту. Кошачья маска осталась в руке, открывая герцогу настоящее лицо Лорри.

— Лоррейн Хенсли.

— Лоррейн Хенсли, — повторил лорд Голден.

И я поняла — догадался. Осознал, что в предыдущие встречи разговаривал с поддельной графиней, и сладкие речи, предназначавшиеся новой жертве, попали не в те уши. Вот только имело ли это значение, если нужная леди все равно оказалась в его власти? Полной, безраздельной…

Боги, что же теперь делать?!

— Ах, — укоризненно покачал головой герцог, — что же скажет строгая леди Тэмзин, когда узнает, куда занесло ее любимую племянницу? Мой долг, миледи, препроводить вас в безопасное место, где вашей репутации ничто не будет угрожать. Я пошлю слугу за вашей опекуншей, а мы с вами дождемся ее в моих покоях… которые, — он усмехнулся, — расположены на втором этаже восточного крыла, если вам, конечно, это и вправду интересно.

— Не стоит, — Лоррейн подалась к окну. Черная маска опустилась на подоконник, накрытая бледной ладонью — я бы могла коснуться ее, если бы не боялась выдать себя. — Пожалуй, мне пора.

— Увы, дорогая, — герцог шагнул вперед. Его тень заслонила собой тоненький силуэт графини. — Я не могу допустить, чтобы невинная юная леди разгуливала по Ночному саду без должного сопровождения.

Тонкие пальцы дрогнули, стискивая маску. Я огляделась в поисках кого-нибудь, кого можно было бы позвать на помощь. «Леди Сильванну»? Хотелось верить, что гвардеец с пристрастиями к женскому платью не откажет в помощи леди, но он был далеко, а Лорри здесь, близко, и оставить ее одну с лордом Голденом хотя бы на секунду казалось немыслимым.

Маска шевельнулась еще раз, проникая все дальше за штору.

— Пустое беспокойство, милорд.

— Ну что вы, моя леди, позаботиться о вас — мой долг.

Графиня задрожала сильнее. Что она переживала — одна, в лапах хищника, безо всякой надежды на спасение — страшно было даже представить. Маска снова качнулась, а затем ещё и еще, выдавая волнение. Что-то блеснуло в узкой прорези глазницы…

Я застыла.

Камень силы?

Да, это был именно он, камень Лорри в золотой оправе, спрятанный под темным бархатом. Накрыло запоздалое осознание — Лоррейн хотела передать его мне. Снятая маска, дрожь — все это было обманом, попыткой незаметно протолкнуть кристалл через решетку, где я смогла бы дотянуться до него.

А что потом? Поднять тревогу? Заявить о похищении графини? Отдать камень лорду Хенсли в надежде, что его влияние поможет вернуть сестру живой и невредимой?

И почему я верила, что лорд Γолден, любимец двора, на словах не выходивший из образа учтивого джентльмена, собирался навредить Лоррейн?

Чутье?

Смутная необъяснимая тревога?

Не важно, не важно. Прямо сейчас все это было неважно.

Прижавшись к стене, я медленно потянулась навстречу тонким пальцам.

Но не успела я коснуться маски, как широкая ладонь в черной перчатке накрыла руку графини.

— Вы дрожите? Вам холодно?

Пальцы Лорри попали в плен лорда Голдена. Второй рукой он подхватил маску — и я, наплевав на осторожность, едва успела перехватить змейку золотой цепочки, стягивая колье с подоконника. Лорри дернулась. На мгновение за окном мелькнули пшеничные локоны и край рукава черного камзола а потом герцог Голден плотно задернул шторы.

Задернул — чтобы распахнуть их секунду спустя, когда я, ободренная удачей, выпрямилась, готовясь бежать.

* * *

— Замри.

Ярко-синий взгляд впился в мое лицо, буквально пригвоздив к месту. Камень силы, прикрытый темным шелком рубашки, отчетливо — да, теперь у меня не осталось никаких сомнений — сверкнул сиреневой искрой магии разума. Я почувствовала, как тело каменеет, лишая способности дышать, и успела мысленно проститься с жизнью и свободной волей.

Но бросила взгляд на Лорри — и заставила себя скинуть оцепенение. Вдохнула, глубоко и рвано, и только крепче стиснула пальцы.

— Девочка, — мягко проговорил герцог, приобнимая за плечи притихшую и неестественно неподвижную графиню, — не совершай ошибки. Случилось небольшое недоразумение. Леди крайне сожалеет об импульсивной несдержанности и хотела бы вернуть свою вещь. Не так ли, милая?

Лорри кивнула — медленно, через силу. На бледных губах застыла деревянная улыбка. И только глаза с огромными расширившимися зрачками были полны отчаяния.

«Не верь ему, не верь! — умолял ее взгляд. — Сопротивляйся, беги, спасайся!»

Острые грани камня силы, зажатого в кулаке, впились в ладонь. Боль отрезвила. Ужас никуда не исчез, но я осознала главное.

Не герцог удерживал меня от побега, а мой собственный страх.

Магия разума не имела надо мной власти.

Я могла сопротивляться.

И судя по холодной улыбке, растянувшей губы лорда Голдена, он об этом не знал. Он видел перед собой служанку, укравшую чужую вещь, и не потрудился заглянуть глубже.

— Ты понимаешь, что случится, когда стража найдет у тебя чужой камень силы? Несколько лет в темнице — самое мягкое, что приходит на ум. А императорский судья может оказаться куда менее снисходительным. И окажется, — герцог многозначительно приподнял брови, — если не будешь вести себя разумно.

Словно в ответ, вдалеке послышались чеканные шаги — не иначе, обещанная стража. Заметив мой испуг, лорд усмехнулся.

Рука в темной перчатке потянулась ко мне через решетку. Раскрылась ладонью вверх, словно предлагая довериться — ему, чудовищу, против воли удерживавшему юную графиню Хенсли.

Ни за что.

Медленно и осторожно, точно зверек перед изготовившимся к прыжку хищником, я сделала крошечное движение назад. Пятка коснулась чего-то холодного и твердого — должно быть, металлической крышки водозабора. Я потянулась к ней силой, дернула — и почувствовала, как она сдвинулась.

В душе робкой бабочкой затрепетала надежда. Пусть я и не обладала водной магией, но чувствовала, что где-то внизу должна была течь река, питавшая деревья и фонтаны Ночного сада. А любая река рано или поздно должна была впадать в море. Исследовать водозаборную сеть Дворцового острова мне, конечно же, не доводилось, но в детстве мы с Мэрион не раз именно так уходили от преследования. Быть может, и сейчас…

— Я начинаю терять терпение, девочка, — новая сиреневая вспышка, пристальный взгляд, заставивший меня вздрогнуть. — Последняя возможность сделать все правильно. Верни камень силы, и я, так уж и быть, попрошу, чтобы тебе смягчили наказание.

Шаги за спиной становились все ближе, я уже слышала голоса. Достаточно одного короткого приказа — и у меня не останется ни шанса на побег.

Тяжело сглотнув, я спрятала руку за спиной. В изумрудных глазах Лорри мелькнуло злорадное торжество.

Герцог осуждающе покачал головой.

— Не лучшее решение.

А в следующее мгновение случилось невероятное. Камень силы лорда Голдена полыхнул зеленым и тут же без перерыва — желтым с оттенком стали. Кованые скобы оконной решетки взорвались, обдав меня каменной крошкой. Земля задрожала, оживая — корни кустарника вырвались на свободу, норовя оплести ноги. Но схватили лишь воздух — ибо я, не дожидаясь новой магической атаки, рывком силы отбросила в сторону крышку и прыгнула спиной вперед прямо в открытый черный зев водозабора, исчезнув в огненной вспышке.