ΓЛАВА 24

Удивительно — прошло меньше недели, а Ночной сад теперь казался мне совсем другим. Нет, стоны, шепотки, сладкие запахи благовоний и оргии, вызывавшие лишь отвращение и брезгливость, никуда не делись. Я видела за каждым кустом и беседкой сплетенные тела, чувствовала разлитый в воздухе дурман, от которого неприятно кружило голову, слышала охи и стоны, отдававшиеся в животе нервным спазмом — но сейчас это не пугало меня, не заставляло вздрагивать от каждого шороха. Дом Удовольствий, оплот непотребства и разврата, изменился… или это я обрела внутреннюю уверенность и цель, ради которой можно было выдержать все, что угодно.

А главное, я была не одна.

Близость лорда Хенсли, спокойного и надежного, как скала, придавала сил. Он обещал, что не позволит ничему дурному случиться. Обещал, что поиски не затянутся, а в случае беды нас прикроют его люди, внедренные в Ночной сад под видом гостей, ищущих новые удовольствия.

Это было даже забавно — исподволь разглядывать людей, пытаясь опознать переодетого безопасника в грузном сластолюбце, окруженном полураздетыми служанками, или сухощавом разбойнике, поигрывающем хлыстом. Граф неодобрительно качал головой, но я не могла сдержать любопытства. Быть может, тайный агент — это мужчина, поглядывавший на нас — и особенно на лорда Хенсли — со странным плотоядным интересом? Или…

— Кого я вижу! — раздался полузнакомый бас. Я подняла взгляд и увидела ту самую женщину… мужчину, указавшего мне дорогу к Дому Удовольствий. — Неужели наша синеглазая мышка вернулась поискать острых ощущений? Или наоборот уже нашла… — «леди» хохотнула. — Признавайся, дорогая, где ты отхватила такого фактурного красавца? Может, там остался ещё один для Сильванны, так изголодавшейся по мужскому вниманию?

Светлые глаза в прорезях маски залихватски подмигнули мне, из-под густых пепельных усов сверкнула белозубая улыбка. И я вдруг поняла, что узнаю этот взгляд. И усы тоже. Точно такие же были у адъютанта главы императорской службы безопасности.

— Б… — чуть не вырвалось у меня, но я вовремя прикусила язык. Раскрывать личность барона Сильвена было бы верхом глупости.

— Больше нет, — спас положение лорд Χенсли. — Штучный экземпляр — и, к сожалению, уже занят. Извини, дорогуша.

Я уставилась на графа во все глаза. Да, за последние дни лорд Коул Хенсли раскрылся мне с разных сторон, но я и предположить не могла, что он способен вот так запросто шутить с подчиненным в весьма… деликатной ситуации. Но барон не обиделся — наоборот, довольно ухмыльнулся, глядя на мою вытянувшуюся физиономию, полускрытую маской.

— Какая жалость! Что ж, поищу еще. Приятного вечера, леди. Береги свою мышку, красавец. А то отобьют.

— Непременно, — лорд Хенсли ухмыльнулся в ответ.

Барон расхохотался. Наклонившись к графу, он что-то прошептал ему на ухо, изображая пылкий поцелуй. Лорд коротко кивнул. А потом… с совершенно серьезным лицом хлопнул «леди» по пышному накладному заду.

— Проказник, — притворно охнула «Сильванна» и упорхнула прочь с грацией жеребца-тяжеловеса.

На плечо опустилась теплая ладонь. Лорд Хенсли коротко улыбнулся мне, предлагая двигаться дальше. Я нащупала в потайном кармашке юбки камень силы Лорри и осторожно сжала. Невесомые воздушные паутинки разлетелись во все стороны из-под пальцев, отыскивая хозяйку кристалла.

Дальше, дальше.

Поиски Лорри затягивались. Начав с Дома Удовольствий, который мы дважды обошли по кругу, мы медленно брели по Ночному саду, изображая любопытных и немного растерянных гостей, впервые попавших на закрытый вечер скандального и таинственного лорда Голдена. Переходили от беседки к беседке, сторонясь больших компаний, и изредка обменивались «любезностями» с теми, кто слишком уж рьяно желал втянуть нас в их «забавы». Ночной сад был огромен, и из-за слабости моей воздушной магии приходилось заглядывать в каждый уголок, чтобы не пропустить возможное убежище или тайный ход. Я предлагала лорду Хенсли привлечь к поискам кого-нибудь еще — наверняка среди доверенных людей графа были и более толковые воздушники — но граф отказался без объяснения причин.

Вот только моих способностей явно было недостаточно. Мы провели в Ночном саду, казалось, целую вечность, а так и не нашли следа Лорри. Она была жива — я чувствовала это по пульсации камня силы. Лорд Голден держал ее где-то здесь. Но где? Где?

— Все в порядке, — почувствовав мое напряжение, лорд Хенсли привлек меня к себе, подпитывая собственным спокойствием и уверенностью. — Ты отлично справляешься. Нужно только…

— Больше, больше тактильных контактов, — раздалось совсем близко. Я вздрогнула. Объятия стали крепче. — Да не так, граф. Еще немного, и вы задушите свою невесту или переломите ей хребет. Нужно действовать мягче, аккуратнее. Попробуйте эротический массаж. Сами разберетесь или показать?

— Разберемся, — хмуро ответил лорд Χенсли, плечом загораживая меня от спускавшегося к нам по холму герцога.

— Какая самоуверенность, — губы Тьмы исказила саркастическая усмешка. — А как по мне, и вам не помешал бы массаж, граф. Вы слишком напряжены. Расслабьтесь. Здесь, в царстве удовольствий, нет ничего запретного или невозможного.

— Благодарю за заботу, герцог, но у меня уже есть все, что мне нужно.

— А вот в этом я глубоко сомневаюсь, благородный граф, — я вздрогнула. Неужели догадался, почувствовал? — Если бы ваши слова были правдой, разве вы стояли бы сейчас в моем доме?

— Приказ императора.

— Да-да, конечно. Его величество лично просил меня поспособствовать вашему… раскрепощению. И я бы с радостью занялся этим сам, но, — герцог театрально вздохнул, — один из моих лучших мастеров изъявил желание поработать с вами. Покорно уступаю ему это право.

За спиной лорда Голдена из ночного сумрака выступил мужчина в рогатой маске, а следом — ещё четверо. Насыщенно-синие глаза предводителя рогатых чудовищ плотоядно блеснули — точно у хищника, почувствовавшего беззащитную добычу. Поймав мой испуганный взгляд, герцог довольно улыбнулся.

— Оставляю вас в надежных руках.

Мужчина в рогатой маске повелительно взмахнул рукой, приглашая следовать за ним — и судя по тому, с какой решительностью надвинулись на нас его спутники, отказа не предполагалось.

Глядя на грозные иллюзии древних чудовищ, я готова была предположить все что угодно — вплоть до попытки расчленить нас и прикопать под ближайшим кустом на радость лорду Голдену. Но местом назначения оказалась обычная беседка. Вместо скамейки внутри стояла небольшая мягкая кушетка под полупрозрачным пологом. А рядом с ней… я поспешно отвернулась, пряча лицо на груди лорда Коула. Не хотелось даже думать, для чего нужны были предметы, в изобилии заполнявшие полки и подставки вокруг кушетки.

Рогатому моя реакция явно понравилась. Чудовищная маска исказилась в жуткой ухмылке.

— Друг мой, — обратился он к лорду Хенсли, — что ты любишь, чтобы с тобой делали женщины? Девку спрашивать не будем — Голден считает, что все должно происходить по согласию, но мы придерживаемся другого мнения и отменяем его правило. Женщины созданы богами, чтобы ублажать мужчин. Так что, — он нехорошо облизнулся, — пусть привыкает к будущей семейной жизни. Сегодня она будет делать все, что решим мы с тобой.

Рука в черной перчатке потянулась ко мне, но лорд Хенсли решительно преградил путь, встав между мной и рогатым подручным лорда Голдена.

— Я не хочу ничего, чего не захочет моя невеста, — ровно ответил он.

— Да ты слабак! — рогатый пренебрежительно сплюнул. — Не зря при дворе ходят слухи о твоей мужской несостоятельности. Как ты не можешь понять, единственное предназначение женщины — удовлетворять нас. Все они — от молчаливых покорных овечек до бешеных кошек, не стесняющихся пустить в ход зубы и когти, — синие глаза потемнели, — годятся лишь для одного. Доставлять нам удовольствие. Стонать, если это заводит. Молчать и покорно принимать наш выбор все остальное время. Тебе, — маска зловеще сощурилась, — повезло, Коул. Подчинить эту овечку будет несложно даже такому слабаку.

— При всем уважении, — голос графа немного изменился после странных откровений рогатого, но остался таким же твердым, — не могу разделить вашу точку зрения.

— А может, ты предпочитаешь мужчин? — издевательски поинтересовался рогатый. — Может, тебе нравится, когда с тобой делают то, что угодно мастеру? Что ж, мы это устроим, — короткий взмах руки, и вперед выступили двое подручных, поигрывая короткими хлыстами. — Мы любим, как смотрятся алые полосы на белой коже.

Мужчины угрожающе двинулись на графа. Шаг, другой. Лорд Хенсли стоял прямо, спокойно ожидая противников. Но те, не дойдя до Коула пары шагов, вдруг резко отклонились в сторону, оказавшись прямо передо мной.

— Однако, — послышался глумливый голос рогатого, — предпочитаем видеть их на женской коже.

Χлысты со свистом рассекли воздух. Я зажмурилась, вскидывая руки. Но… не почувствовала удара. А когда открыла глаза, увидела лишь широкую спину лорда Хенсли. Крепкие руки сжимали пойманные в полете кожаные плети. Наверное, это было ужасно больно, но граф не дрогнул.

— Если вы так желаете, я готов.

— Слабак, — с отвращением повторил рогатый. — Ты слабак, защищающий девку, которая этого не заслуживает. Как будто не понимаешь — с ними иначе нельзя. Все женщины одинаковы. Сначала ломаются, корчат недотрог, пытаются кусаться, но потом покорно принимают все, что мы, мужчины, сочтем нужным. Выбор — право сильного. А в тебе мы силы не видим. Лишь слабость. Вносите!

Повинуясь приказу предводителя, в беседку вошла новая пара рогатых прислужников. Они несли жаровню с тлеющими углями, распространявшими вокруг едкий сладковатый дым, от которого сразу же неприятно запершило в горле и закружилась голова.

Я замерла, стараясь дышать неглубоко и редко. Лорд Хенсли мрачно сощурился. Зато рогатый, похоже, наслаждался вовсю.

— Во-о-от, — протянул он. Широкие ноздри чудовищной маски затрепетали, втягивая дым. — Несколько глубоких вдохов — и в вас проснется настоящий охотник. Зверь. Нужно лишь немного подождать, а после мы славно развлечемся с юной овечкой Митчел. Мы всегда хотели попробовать настоящую огневичку, — он нехорошо усмехнулся, — напоследок.

Испуганно вздрогнув, я спряталась от синего взгляда за спиной лорда Хенсли… и вдруг почувствовала, что что-то… не так. Слишком неестественной казалась поза графа, слишком напряженной, опасной — настолько, что я почти инстинктивно отшатнулась. Сердце тревожно забилось.

Медленно, невыносимо медленно Коул обернулся.

И вот тогда мне стало пo-настоящему страшно.

Я почти не видела его глаз — темная полумаска скрыла их за иллюзией бархата и кружев, отчего они казались двумя черными провалами. Крылья носа хищно раздувались, губы растянулись в жутком оскале, мало похожем на ту улыбку, от которой так сладко трепетало сердце.

Лорд Хенсли шагнул ко мне.

Пальцы каменной хваткой сжали предплечья. Я огляделась, ища пути отступления, но все выходы из беседки закрыли темные рогатые фигуры… или это перед глазами двоилось от дыма?

Не убежать. Не вырваться.

— Коул… не… не надо…

Его лицо приблизилось, подбородок коснулся плеча. Граф навис надо мной, загородив спиной от мерзко ухмылявшегося рогатого и его подручных.

Я застыла, не в силах даже предположить, что случится дальше. И как жить после этого, как смотреть лорду Хенсли в глаза?..

— Эверли… — низкий шепот пощекотал волосы на затылке. Я позорно взвизгнула — дым туманил голову, нервы были на пределе.

И оттого не сразу осознала, что тихий голос графа был вполне вменяемым. Нормальным — разве что чуть-чуть более хриплым.

Я повернулась — и встретилась взглядом с аметистовыми глазами лорда Коула. В них не было ни капли дурмана — только решимость и твердая уверенность.

— В Ночном саду запрещена магия стихий, — проговорил он мне в самое ухо. — Здесь стоит защита — такая же, как во дворце. Она действует на всех, кроме тех, в ком течет императорская кровь. Эверли, сделайте то же, что вы сделали в коридоре у покоев фрейлин.

Каюсь, целое мгновение я переваривала услышанное и остро стыдилась очередного подтверждения способностей всезнающего и всеведущего главы императорской службы безопасности. А потом собралась с духом и щедро плеснула силу на разгоравшиеся угли, неосмотрительно поставленные прямо рядом с развевающимся пологом.

Пламя с ревом взвилось вверх, заставив рогатого и его приспешников отшатнуться от летящих во все стороны искр. Занавеси моментально вспыхнули, а вслед за ними — нитяные кисти причудливых подушек и сухие листья. Несколько углей упали на плащ рогатого, и тот сбил огонь вялым взмахом руки.

И начался хаос.

Пламя, напитанное моей силой, распространялось со скоростью лесного пожара. Рогатые слуги заметались, больше половины бросилось к предводителю, вытаскивая того из центра пожара. В суете кто-то перевернул жаровню, и огонь жадно набросился на ковер и деревянные ножки кушетки.

О нас забыли.

— Отлично! — Коул одобрительно улыбнулся мне. И тут же согнулся пополам от кашля — дым пожара был не менее опасен, чем заморский дурман.

Я не стала медлить. Крепко обняла графа за талию и потащила к выходу. Огонь уже полыхал вовсю, опоясав беседку ревущей стеной, но для меня это не было препятствием. Резкое движение ладонью — и пламя опало, пропуская нас. Я с наслаждением вдохнула свежий воздух, чистый и холодный.

Отдышаться мне не дали — лорд Хенсли подхватил меня под руку и потянул за собой, пока к горящему холму не начали сбегаться слуги и любопытные гости.

— Бежим, бежим, бежим.

— Но… — я оглянулась в поисках рогатых и запоздало вспомнила, как предводитель сбил пламя с плаща. — Коул… это же был…

— Да, Император, — ответил он, подталкивая меня к ближайшей тропинке. — Боюсь, планы меняются. Действовать скрытно не получится, а значит, пойдем другим путем.

Дальнейшее слилось в череду смазанных картинок. Мелькали дорожки, фонтаны, беседки и удивленные маски. Несколько раз мы останавливались, и лорд Хенсли обменивался парой слов, казалось бы, со случайным гостем. Тот понятливо кивал и убегал прочь. Я услышала имя Сильвена, но самой «дамы» не было видно.

Она нагнала нас уже у самой кромки Ночного сада.

— Все выходы перекрыты, — отчиталась усатая «леди». — Охрана ищет вас. Уходите через южный сектор, там пока тихо.

— Карта?

— Вот, — из-под юбок появился сложенный в несколько раз лист. Лорд Хенсли взял его и засунул в карман камзола. — Сравним с архивом, но, думаю, все точно. Сейчас направо!

Мы резко повернули, сойдя с дорожки под защиту кустов. Мимо пронеслись стражники, но, кажется, ничего не заметили. Дальше пришлось идти по траве, слишком высокой для изящных атласных туфель, которые принесли вместе с черным открытым платьем для Дома Удовольствий. Я подхватила тяжелые юбки, и вдруг…

— Стойте! — барон Сильвен и лорд Хенсли недовольно нахмурились, но подчинились. Я замерла, вслушиваясь в движение воздуха и чувствуя под пальцами легкую вибрацию камня силы Лорри. — Она здесь! Я уверена, она где-то здесь. Прямо под нами.

— Прекрасно, — подлетев ко мне, граф заключил меня в объятия и жарко поцеловал. Сильные руки скользнули по талии вниз, огладив бедра. — Этого достаточно. А теперь пора вывести тебя отсюда. Сильвен…

Ответ барона заглушил топот ног.

— Сюда, сюда!

Не сговариваясь, мы побежали. До иллюзорной живой изгороди оставалось всего лишь несколько сотен метров. Мы уже видели ее, чувствовали магию.

— Бесполезно, — лорд Сильвен на бегу умудрился сбросить юбку, лиф и накладные «округлости», оставшись в парике и одежде гвардейца. — Если замкнут кольцо, вы нe выйдете. Я уведу погоню.

Лорд Хенсли мрачно кивнул.

— Удачи. Я вернусь за тобой, дружище.

— Буду ждать, — усач улыбнулся и, резко развернувшись, бросился наперерез преследователям. Перестук каблуков стражи немного притих — кажется, барону в черном парике удалось увести за собой погоню, прикинувшись лордом Хенсли.

Граф проводил друга взглядом — и вдруг, наклонившись, подхватил меня на руки.

— Осталось совсем немного, Эверли.

Οн сорвался с места — стремительно, быстро. Выскочил на дорогу, пробежав со мной на руках мимо ошеломленных стражей, и бросился прямо на иллюзорную изгородь.

Тридцать метров, двадцать.

Я прижалась к груди лорда Хенсли в ожидании перехода. Позади звенели крики.

Десять метров.

Семь.

Пять.

Εще секунда — и…

Удар был неожиданным, и оттого особенно болезненным и жестким. Бок обожгло болью — а в следующее мгновение я крепко приложилась спиной о землю, распластавшись у подножия живой изгороди.

Настоящей живой изгороди.

Вот только лорда Хенсли со мной уже не было.

— Коул! — я лихорадочно ощупала зеленую стену в поисках прохода. Безрезультатно. За спиной уже слышались шаги стражей. — Коул!

— Эви! — донесся приглушенный крик.

— Коул!

На плечо, ушибленное от удара об изгородь, опустилась рука в черной перчатке. Пальцы сжались, точно клещи, заставив меня зашипеть от боли. Другая рука сорвала маску-приглашение с моего лица, а следом и помолвочный перстень с пальца.

Не нужно было даже поворачивать голову, чтобы понять, кто стоял передо мной. Лорд Эдельберт Голден собственной персоной.

Секунда — и фамильное кольцо рода Хенсли оказалось по другую сторону изгороди, перекинутое ловким броском.

— Эви, Эви! — надрывался от отчаяния любимый голос.

Внезапно звуки пропали — герцог оградил нас непроницаемым пологом тишины.

— Эви, — Тьма улыбнулась, поигрывая моей маской. — Мисс Эверли Вестерс, урожденная Огненная Митчел, сестра моей возлюбленной Мэрион. Компаньонка графини Лоррейн Хенсли и невеста графа Коула Хенсли. Маленькая воровка в кружевной маске. Внебрачная дочь Солнцеликого Леонарда, сластолюбивого предшественника нашего сиятельного величества, породившего целых семь принцесс в дополнение к единственному законнорожденному наследнику. Семь сильных, полезных и удивительно вкусных принцесс.

— Что вам от меня надо?

Под носом стало горячо и щекотно. Я дернулась было, чтобы вытереть кровь, но не успела — лорд Голден склонился к моему лицу. Губы, холодные и жесткие, коснулись кожи, втягивая в себя алую каплю. Заметив ужас в моих глазах, герцог довольно облизнулся.

— Прости, дорогая, пришлось немного попортить твое личико, — пальцы герцога легли на виски. — Но ничего, тебе недолго придется об этом переживать.

Тьма.