Глава 8

Солдаты стояли ровными рядами.

Тернов прохаживался вдоль строя, осматривая каждого. Проверял доспехи, оружие, выправку. Время от времени останавливался, указывал на недостатки.

— Ремень подтяни. Щит выше держи. Это что за грязь на сапогах?

Солдаты молчали, выполняли указания. Они знали — барон не терпит небрежности.

К Тернову подошёл его начальник охраны. Глеб по кличке Наковальня — здоровенный мужик с квадратной челюстью и кулаками размером с голову ребёнка.

— Ваша милость, — тихо сказал он. — Нужно поговорить.

— Сейчас?

— Срочно.

Тернов нахмурился.

— Оставаться в строю! — рявкнул он солдатам. — Сейчас вернусь.

Отвёл Наковальню в сторону, за угол казармы.

— Что-то случилось? Я же поручил тебе очень лёгкое дело.

— Конечно, ваша милость, — Глеб кивнул. — Лёгкое. Но есть некоторые, ну… заминки.

— Какие ещё заминки? — пробурчал Алексей.

— Нужны дополнительные люди. Желательно второго круга обучения, не новобранцы.

Тернов скрестил руки на груди.

— Объясни.

— Собирать информацию и устраивать диверсии стало сложнее, ваша милость. У меня постоянно пропадают люди. Большие группы ещё нормально себя чувствуют, а малые — теряются.

— В чём дело? На вас нападают люди Шахтинского?

— Нет, — Наковальня покачал головой. — Мы если их видим, то сразу отступаем, как вы и велели. Избегаем столкновений. Но люди всё равно пропадают.

— Куда пропадают? — Тернов начал терять терпение.

— Откуда же мне знать, если они пропадают? Бандитов в тех краях вроде поменьше теперь. А вот инсектоиды активнее стали.

Алексей скрипнул зубами.

Это вообще не входило в его планы — выделять дополнительных людей. Он не понимал, почему такое плёвое дело затянулось так надолго.

У него сейчас хватало проблем и без этого.

Небольшая война с бароном Сачковым, которая слегка начала затягиваться. Приходилось держать войска на восточном рубеже.

Плюс неподалёку объявились переселенцы откуда-то с востока. Их было много — несколько десятков человек как минимум. И, что интересно, докладывали, что они привезли с собой деревья. Много разных деревьев. Начали высаживать — и те быстро прижились.

Это было странно. Домашние растения часто гибнут, особенно после перемещения, требуют постоянного ухода. А тут — прижились.

Пошли слухи, что деревья напитаны какой-то магией. Возможно, обладают полезными свойствами.

Тернов уже разрабатывал план захвата переселенцев. Деревья, люди, всё что у них есть — станет его.

Но при этом он не забывал о Шахтинском. Нужно было его придавить, пока не стало слишком поздно.

Людей, впрочем, хватало. В конце концов, вся власть Тернова построена на армии. Любой, кто хочет иметь власть и статус, должен иметь армию. А у него — одна из сильнейших в регионе.

— Хорошо, — кивнул он. — Выделю людей.

Наковальня облегчённо выдохнул.

— Но я хочу результатов, — продолжил Алексей. — Ускорься. Если видите разъезды Шахтинского — уничтожайте. Тихо, без следов.

— Мудро, ваша милость. Благодарю. Я пошёл.

— Глеб.

Наковальня остановился.

— Если ты в этот раз не справишься, — Тернов посмотрел ему в глаза, — твоя жизнь для меня не будет ничего стоить.

Глеб побледнел.

Он прекрасно понимал, что это означает…

* * *

Я сидел в мастерской и огранял очередной кварц.

Работа монотонная, но требующая внимания. Грань за гранью, поворот за поворотом. Камень постепенно обретал форму — гексагональная бипирамида. Две шестиугольные пирамиды, соединённые основаниями. Красивая штука.

Параллельно я думал о пчёлах.

Тенденция мне совсем не нравилась.

Прошло два дня. Ульи расставили, насекомых выпустили, так сказать, пастись. И в одном улье уже стало на двадцать процентов меньше пчёл.

Далеко летать они не могут. Те, кто пытается отлететь в лес или ещё куда-то, пропадают. Меньше половины возвращается. Дикие пчёлы их уничтожают, шершни тоже. Да и просто слабые у нас пчёлки, быстро устают, погибают от любого чиха.

Такими темпами они передохнут быстрее, чем начнут приносить хоть какие-то плоды, которые можно будет намазать на кусок хлеба.

Хотя… У нас и хлеб-то не каждый день бывает. Так что, может, не такая уж и большая проблема?

Нет, всё-таки проблема.

Тихон очень обрадовался, когда услышал про мёд. Сказал, что это отличный ингредиент для разных зелий. Но дикие пчёлы слишком опасны. Запросто могут до смерти зажалить — в лесу не так просто добыть мёд. Тихон рассказывал, что уже очень давно с ним не работал.

А ещё он рассказал мне историю. Совсем недавно один деревенский житель обратился к нему за помощью. У мужика сильно разбухло плечо после укуса дикой пчелы. Притом что он её два раза лопатой ударил.

А ей хоть бы хны.

Это натолкнуло меня на мысль.

Раз эти дикие пчёлы такие сильные, можно попробовать найти друида. Того, кто умеет договариваться с животными. Натравить диких пчёл на инсектоидов было бы неплохо.

Хотя есть риск, конечно. Если друид не потянет — может начаться всемирная война пчёл против жуков. И даже если пчёлы победят, людям потом придётся им прислуживать.

Хе-хе. Я в красках представил себе картину — человечество, порабощённое пчёлами.

Но где найти такого друида? Я даже слухов о таких людях не слышал. Может, их вообще не существует в этом мире.

Ладно. Пока буду работать с тем, что есть.

В дверь постучали.

— Ваша милость, — раздался голос слуги. — К вам пожаловал Леший.

Я поднял бровь.

Леший? Чего этот бывший бандит здесь забыл? Денег опять хочет?

Ну, ладно. Раз уж пришёл, надо повидаться. В прошлый раз он оказался полезен, целый клан кожевников мне приволок.

Я сдул пыль с огранённого кварца, убрал его в шкатулку и отправился вниз.

Леший стоял во дворе, довольный как кот, объевшийся сметаны.

А с ним — какой-то мужик и его семья. Жена, двое ребятишек. Все выглядели уставшими и угрюмыми.

— Ваша милость! — Леший расплылся в улыбке. — Рад вас видеть! Позвольте представить — мастер Гаврила! Лучший умелец по изготовлению луков и арбалетов во всём регионе!

Я посмотрел на мастера. Крепкий мужик лет сорока, с мозолистыми руками и усталым взглядом.

— Работал на одного атамана по кличке Верблюд, — продолжил Леший. — Но я его переманил!

— Ага, переманил, — буркнул Гаврила. — Ты мне сначала про магию наплёл невесть чего, а потом дом поджёг!

Леший пожал плечами.

— Вы же согласились со мной пойти. Верблюд вас обижал, работать заставлял под угрозами. А граф Шахтинский — честный человек! И он действительно настоящий маг. Иначе как бы я ваш дом спалил? — бывший бандит похлопал ладонью по посоху, который я ему подарил.

— Да зачем ты вообще это сделал, полудурок⁈ — вспылил Гаврила.

Леший вздохнул.

— Я же сто раз по дороге объяснял. Чтобы отвлечь людей Верблюда. Они, может, вообще думают, что вы там заживо сгорели. И искать не будут.

Я поднял руку.

— Стоп. Значит, ты, если можно так выразиться, украл этого человека и его семью у атамана банды?

— Ну да, — Леший кивнул. — Могут быть проблемы, конечно. Но это вряд ли. А вы же с любым бандитом справитесь, ваша милость!

Гаврила вздохнул и поклонился. Его жена и дети тоже.

— Чего уж теперь, — сказал мастер. — Готов служить вам, граф. Но я человек честный. Не хочу, чтобы у вас из-за меня были проблемы. Если что — мы можем уйти.

Я посмотрел на него и спросил:

— Сколько ты за жизнь сделал луков и арбалетов?

Гаврила задумался. Зашевелил губами, считая про себя, а потом выдал:

— Три тысячи двести семьдесят три.

Ни хрена себе. Это очень много. Мастер явно знает своё дело.

— Ни о чём не переживай, — сказал я. — Ты теперь под моей защитой. А я за своих стою до конца. Спроси кого угодно из моих людей. Верно, парни?

Гвардейцы, стоявшие рядом, одновременно кивнули.

— Так точно, ваша милость.

— Помогите Гавриле и его семье разместиться, — велел я. — Пока что пусть останутся в имении, свободные комнаты у нас есть. В деревне и так много новых жителей в последнее время.

Гвардейцы кивнули и увели мастера с семьёй.

— Инструменты-то не сгорели? — крикнул я вдогонку.

— Нет, — обернулся Гаврила. — И материалы есть. Самое важное я прихватил.

— Хорошо. Значит, можешь приступать к работе, как отдохнёшь, — кивнул я.

— Ваша милость, мне бы это… Помыться с дороги, — улыбнулся Леший.

— Попроси слуг, они тебе помогут, — сказал я, развернулся и пошёл обратно в мастерскую.

На лестнице столкнулся с Катариной.

Она была в зелёном платье, которое прекрасно подчёркивало её талию и сочеталось с цветом глаз. Я так и застыл на лестнице, любуясь её красотой.

— Отлично выглядишь.

Она чуть улыбнулась, но тут же посерьёзнела.

— Я хотела спросить, Леонид. Вот как так: у тебя столько магических знаний, умений, талантов — и при этом ты такой безалаберный?

— Ты к чему это? — удивился я.

— Да к тому, что я всё слышала! — она скрестила руки на груди. — Ты принял этих людей, хотя их может искать банда Верблюда. А ты слышал про Верблюда?

— Это такой горбатый зверь?

— Очень смешно. Я вот слышала. У него очень сильная банда, а сам он крайне жестокий человек. Говорят, он людей заживо в землю закапывает!

— Надо же, какой затейник.

— Это не смешно! — Катарина нахмурилась. — Да и вообще, у нас столько новых людей. Как ты их всех будешь кормить? Вот почему ты такой безалаберный?

Я улыбнулся.

— Спасибо, что беспокоишься. Я просто вечно молодой в душе.

Катарина закатила глаза и ушла.

Я смотрел ей вслед и думал.

Вечно молодой в душе… Это достаточно легко, когда ты долго живёшь. А в прошлой жизни я о-очень долго прожил.

Надо сохранять бодрость духа. Потому что если в восемьдесят ты ведёшь себя как дряхлый старик и таковым себя считаешь — то и жизни такой не надо.

У долгожителей всё немного по-другому.

Я знал таких, которым даже старость не нужна, чтобы вести себя как старики. Или таких, которым не нужно было быть злодеем, чтобы быть хреновым человеком.

Всё зависит от самого человека.

Не успел я снова сесть за камни, как появился слуга.

— Ваша милость, Леший хочет с вами поговорить.

— Он что, уже помылся? Ну, пусть поднимется.

Через минуту он вошёл в мою комнату. Всё такой же довольный, всё такая же хитрая улыбка. Только лицо чуть почище стало.

— Похоже, посох тебе пригодился, — сказал я, поворачиваясь к нему.

— Да, и не только чтобы дом спалить! — Леший усмехнулся. — Мы немного заблудились по дороге, с волками столкнулись. Я одного поджарил — остальные сами разбежались.

— Полезная вещь, да?

— Не то слово, ваша милость!

Мы ещё немного пообщались. Леший рассказал, как он договорился с Гаврилой, как они ночью покинули деревню Верблюда и как потом блуждали по глуши, пока не оказались в знакомых местах.

— Ты хорошо поработал. Но денег я тебе сейчас дать не могу, — сказал я.

И это была правда, потому что почти все свои монеты я отдал за пчёл.

Леший сначала расстроился. Потом пожал плечами.

— Да ладно. Я верю вашему слову. Если не сейчас, так потом отблагодарите.

Я вздохнул. Видимо, придётся с ним как-то рассчитаться. Оставаться должным бандиту, даже бывшему, я не собираюсь.

— Камнями принимаешь?

— Какими камнями?

Я достал из шкатулки несколько магических кристаллов. Разложил на столе.

— Вот этими. Выбирай.

Леший уставился на камни, и у него отвисла челюсть.

— Вы серьёзно? — выдавил он.

— Вполне.

Он осторожно взял один кристалл, повертел в руках. Глаза у него стали как блюдца.

В итоге Леший выбрал все камни исцеления из предложенного ассортимента — четыре штуки. Разного размера, разного качества. Само собой, я показал ему не лучшие свои образцы.

— Это даже лучше, чем золото, — выдохнул он.

— Да? — я достал ещё один камушек, крупнее. — Почему же это лучше, чем золото?

Леший замялся.

— Я не хотел бы выдавать своих секретов…

— А придётся. Хватит и того, что ты настроил против меня атамана сильной банды. За мастера спасибо, конечно, но о таких вещах меня лучше предупреждать.

— Да что вам этот Верблюд, — махнул рукой Леший. — Вы и Барса, и Людовика размотали, так что…

— Не зли меня, — с нажимом произнёс я. — Что у тебя за секреты, связанные с камнями?

Он вздохнул.

— Ладно. Я просто знаю нужных людей. Кому можно это продать по лучшему курсу, чем, скажем, это сделали бы вы сами.

— Например?

— Есть один скупщик. Работает с разными бандами. Он может купить камни исцеления по хорошей цене. Особенно такие — чистые, огранённые.

— Угу. Дальше, — кивнул я.

— Есть ещё один человек. Плотно работает с городом, денег у него полно. Но здоровье хромает. Целительские камни с радостью покупает. Ну, и ещё места есть, — закончил Леший.

Я потёр подбородок, а потом взял шкатулку и высыпал её содержимое на стол. Огранённые камни засверкали, перекатываясь по столешнице.

— А эти можешь продать?

Леший посмотрел на камни, чуть не плача, а потом вздохнул и помотал головой.

— Могу, конечно. Но не стану.

— Ну-ка объясни, — нахмурился я.

— Потому что я могу за них выручить слишком хорошие деньги.

— И что это значит?

— Поэтому и не стану, — развёл руками он.

Я встал, взял висящий на стене арбалет. Не спеша зарядил и направил на Лешего.

— Я тебе сейчас в колено выстрелю.

Леший побледнел.

— Нет, нет, подождите! Вы не так поняли! Я же не простые понты колочу! — он замахал руками. — Тут просто маза такая, что я как бы жить хочу.

— В смысле? — уточнил я, не убирая оружие.

— Так меня же завалят, если я все эти камни принесу! Или зубы напильником сточат, чтобы рассказал, где взял. Ладно там камушек-другой где-то урвал, в разных местах спихнул. Но за такое количество серьёзно спросят. Поэтому спасибо, но нет!

Я опустил арбалет, разрядил его и повесил обратно. Вернулся за стол и спросил:

— Что-то я не пойму. Как ты вообще оказался разбойником? Разве там не смысл такой — быстро разбогатеть и быстро умереть?

Леший рассмеялся.

— Ну, примерно так. Я это быстрее других понял и свалил.

— Ладно, — я убрал камни обратно в шкатулку. — Оставайся на ночь. Комнату тебе дадим, можешь отдохнуть и поесть по-человечески.

— Да не, я, пожалуй, поеду.

— Видно, точно не хочешь помирать. Кто бы мог подумать, что я тебя наживой напугаю.

— Да вы опять не так поняли! — Леший улыбнулся. — Как я могу отдыхать? У меня ещё столько интересных людей на примете, которых я могу привести и за которых вы меня отблагодарите!

Я задумался.

Этот парень хитрый, изворотливый, себе на уме. Но полезный.

— Ладно, — сказал я, сцепив пальцы в замок. — Давай начистоту. В чём твоя цель?

— Вам помочь. Ну и заработать на этом.

— Перефразирую. В чём твоя главная цель? Или желание? Или мечта?

— Мечта? Помереть под лавиной из голых девиц, — попытался отшутиться Леший.

Но посмотрел мне в глаза — и передумал.

Вздохнул.

— Хочу стать важным человеком. Иметь уважение. Несколько слуг, домик комнат на восемь-десять, садик свой. Скотины немного. Своё дело, может, какое-то небольшое.

Я присвистнул.

— Ничего себе фантазии. Слушай, а ты хоть раз в жизни работал?

— Пытался. Но можно сказать, что нет, — развёл руками Леший.

Охренеть, конечно. Разбойник — и такие интересные желания. У него вообще никаких талантов нет, кроме как людей за нос водить. А он тут хочет практически стать аристократом.

Леший улыбнулся.

— Я понимаю, это перебор. Но всегда же есть место для торга.

Я понял, зачем он это сказал. Назвал всё по максимуму, чтобы можно было хотя бы процентов двадцать получить.

— Ох уж эти местные торгаши, — усмехнулся я. — Жаль, что они не знают, с кем связались, да?

— Эм… Что вы имеете в виду?

— Нет надобности торговаться, — сказал я. — Если ты дальше будешь так же полезен — получишь всё, о чём мечтаешь.

Леший открыл рот. Закрыл. Снова открыл.

— Единственное, это слуги, — добавил я. — Момент скользкий. К ним нельзя применять никакое насилие без надобности. В случае каких-то косяков — слетит твоя голова.

Он сглотнул.

— То есть, вы хотите сказать… Я правда могу иметь свой дом? Слуг? Дело? Работать напрямую на графа, никому больше не подчиняясь?

— Почему нет. Всё может быть, — пожал плечами я.

Очень часто невероятно могущественные, сильные лидеры опираются на других. За их успехом всегда стоит команда. Люди, которые делают незаметную, но важную работу. Которую не может или не хочет делать сам лидер.

Поэтому вполне нормально помочь Лешему подняться. При условии, что тот и правда будет полезен.

Я никогда не был жадным человеком. И вознаграждал по справедливости.

Леший вскочил.

— Всё! Теперь мне точно срочно нужно отправляться!

— Куда это?

— Вы обалдеете, ваша милость, кого я вам следующего приведу!

Он выскочил за дверь и загрохотал по лестнице.

Я усмехнулся и вернулся к своим камням.

Интересный парень этот Леший. Посмотрим, что он ещё принесёт.

* * *

Вскоре после этого ко мне пришёл посыльный из деревни.

Парнишка притащил целый набор посылок. Две коробочки, бутыль с какой-то жидкостью и письмо.

Я открыл первую коробочку.

Мёртвая дикая пчела, которую забили-таки лопатой. Ну или чем там её забили. Я специально послал своих следопытов найти и принести одну особь. Хотел изучить, чем дикие пчёлы отличаются от обычных.

Во второй коробочке — два десятка мёртвых домашних пчёл. Тех, что нашли возле улья. Оказались недостаточно сильными, чтобы выжить.

Бутыль была от Тихона. Письмо — от старосты.

Я развернул его и прочитал.

«Ваша милость, докладываю. Закончили строить очередной дом. По вашему приказу уже заканчиваем укрепление входа в шахту. После этого приступим к возведению сторожевой башни для солдат».

Я довольно кивнул. Всё идёт по плану.

То, что вход в шахту почти закончен, особенно радовало. Я потратил много времени, чтобы залить в просверленные отверстия нужную смесь и проверить, как всё работает. Теперь уверен — шахта не схлопнется как минимум ближайшие пять лет. А то и десять. Магии в тех блоках хватит.

Башня тоже нужна. Сейчас охрана деревни живёт в обычном домике. Ну, сторожку на дороге поставили — но это чепуха. Нужна каменная башня на возвышенности. С бойницами, с толстыми стенами, рвом и всеми делами.

Стражи будут там жить, готовить еду, нести службу. Они — армия. Должны охранять территорию и держать оборону.

Башня будет небольшой — метров четыре-пять в высоту. Но это лишь начало. Дальше — больше. По крайней мере, надеюсь на это.

Я посмотрел на бутыль от Тихона.

В приложенной записке значился список из двадцати компонентов. От органов лесных животных и редких трав до жидкостей инсектоидов. Некоторые названия я даже не знал.

Зелье увеличения силы. Действует как на людей, так и на предметы.

Тихон знал теорию о том, где можно использовать это зелье. Но предупреждал, что играть с ним опасно. Очень мощная штука. Её сила может посоревноваться лишь с тем вредом, который она приносит.

Я пока отставил бутыль в сторону. Потом разберусь.

Засиделся я что-то в мастерской. Надо проверить, как там дела у Арсения.

Кузнец, что удивительно, не работал. Точнее, я застал его за перекусом — Арсений лежал на траве у кузницы, мечтательно щурясь на солнышко и жуя вяленую оленину.

— Добрый день, ваша милость! — помахал он, увидев меня.

— Добрый. Что там с дверью? Надо поскорее заканчивать, люди уже вот-вот начнут строить башню.

Арсений вздохнул.

— Ваша милость, сердце кровью обливается… Столько металла на эту дверь уйдёт. Но при этом я невероятно счастлив! — он расплылся в улыбке. — Наконец-то получил интересный заказ.

Понимаю его. Арсений фанат своего дела, но металл в этих краях — ценность. А я заказал толстую, мощную металлическую дверь. Такую очень сложно выбить или сломать.

При этом с внешней стороны она должна выглядеть хрупкой. Обычной деревянной дверью с железными накладками. Пусть враги думают, что её легко вышибить.

Сюрприз будет неприятным.

— Когда закончишь? — спросил я.

— Пара дней, ваша милость. Может, три.

Я кивнул и ушёл, оставив его работать.

Башня у нас получится такая, какую хрен возьмёшь штурмом.

Я уже слегка подшаманил камневарку — добавил рычаг, который выдвигает камень-печать с особой руной. При нажатии печать ставит руну на нужное место готового блока.

Для башни будут использоваться более толстые и крепкие булыжники. Плотнее обычных. И в каждом — небольшая руна в нужном месте.

Построенная из таких блоков башня станет магически укреплённой. Если её будут штурмовать — я узнаю и успею прийти на помощь.

Ладно. Теперь — пчёлы.

Я снова вернулся в комнату разложил на столе обе коробочки.

Слева — дикая пчела. Крупная, с яркими полосками, с мощным жалом. Даже мёртвая выглядела угрожающе.

Справа — кучка домашних пчёл. Мелкие, бледные. Жалкое зрелище.

Я активировал магическое зрение и начал изучать трупики.

Разница — колоссальная.

У дикой пчелы была настоящая, полноценная аура, как у магического существа. В ней я видел остаточные структуры, говорящие о сложной связи с ульем и другими особями. Плюс какие-то особо выделяющиеся энергетические нити, уходящие… куда-то. К матке, наверное.

У обычных пчёл эта связь тоже была. Но на примитивном уровне — едва заметная, слабая.

Я присмотрелся внимательнее.

Связующие структуры в ауре. Матка управляет этой связью. Делится с пчёлами магией.

А откуда матка берёт магию?

Ага, вот и оно. Пыльца на лапках дикой пчелы тоже фонит магией. Совсем немножко, но я разглядел.

Пчёлы добывают нектар и пыльцу, что логично. Но, похоже, дикие делают это не из обычных цветов — из магических. В которых есть сила. И вся эта сила идёт к матке, которая распределяет её.

Это в некотором роде похоже на королеву и её королевство. Пчёлы — подданные, работники. Матка — правительница, распределяющая ресурсы.

Мои пчёлы рядом с ними — словно беззащитные крестьяне. Хотя по факту это нормальные медоносные пчёлы. Просто не преобразованные магией.

Диких пчёл можно даже назвать отдельным видом. Или магическими химерами.

Теперь понятно, в какую сторону двигаться.

Нужно стимулировать развитие своих пчёл. Дать им магию, помочь установить связь с маткой. Усилить эту связь.

Я достал из ящика небольшой кристалл. Подготовленный заранее — с нужными зачарованиями. Он должен излучать мягкую энергию, которую пчёлы смогут впитывать.

Позвал слугу.

— Передай это пчеловодам, — сказал я, отдавая камень. — Пусть поставят в один из ульев. И наблюдают за изменениями. Если что-то произойдёт — сразу ко мне.

— Слушаюсь, ваша милость.

Я откинулся на спинку кресла и задумался.

Со временем поеду и посмотрю, произошли ли изменения. Если нет — попробую другие способы.

Мне обидно за своих пчёл. Летают тут химеры всякие, тиранят их.

Ничего. Мои пчёлы рано или поздно всех нагнут. Я в этом уверен.

Если всё сделаю правильно — деревня перейдёт на новый уровень развития.

* * *

Прошёл ещё день.

Я как раз обедал, когда слуга доложил:

— Ваша милость, Леший вернулся.

Уже? Быстро он.

Я вышел во двор.

Леший стоял у телеги. Довольный, как обычно. А на телеге лежал какой-то мужик и оглушительно храпел.

Я подошёл ближе. Принюхался.

— Слушай, Леший, — сказал я. — Ты уверен, что это тот, кто мне нужен?

— Уверен, ваша милость! Я проанализировал информацию и пришёл к такому выводу.

— Ого. Какие слова ты знаешь.

Леший улыбнулся.

— У вас учусь, ваша милость. Вам ведь нужны те, кто будет обучать других? Вот — отличный учитель. Правда, есть один момент.

— Вижу, — я кивнул на храпящего мужика. — Почему ты его на телеге привёз? И почему он спит? Судя по перегару — очень счастливо спит.

— Ну да, он трезвый бывает реже, чем спокойные дни в наших краях случаются.

Зашибись учитель. Чему хоть научить-то может?

Леший, видимо, прочитал мои мысли по лицу.

— Он хороший воин, ваша милость. Много сражался, на войнах бывал, против разбойников рейды проводил. Всем известным оружием владеет.

— И?

— И может не просто каждого отдельно драться научить. Он может настоящую армию вам сделать! Строй, тактика, взаимодействие. Опыта у него хватает.

— Но есть минус, — хмыкнул я, глядя на красный нос мужика.

— Как видите, — Леший развёл руками. — Берёте?

— Он вообще согласился мне служить?

— Да, он дал своё согласие. Он давно уже пьёт, ваша милость, ему и самому надоело. Работает охранником в таверне за еду и выпивку. Больше за выпивку, конечно… А я ему пообещал, что отведу в место, где его избавят от зависимости. Он согласился. Значит, выбора у него уже нет.

— Ты такое ему пообещал? А ты уверен, что я вообще могу? — нахмурился я.

— Не знаю. Вы же маг, всё можете, — улыбнулся Леший.

Ох уж этот Леший.

Я задумался.

С одной стороны — пьяница. С другой стороны — опытный воин и учитель. Таких найти непросто.

— Ладно, — решил я. — Берём.

— Куда его завозить? Прямо сюда, в имение?

— Нет. Вези в деревню, к Тихону. Пусть сварит какое-нибудь зелье, чтобы этот больше не смог на алкоголь смотреть.

Леший кивнул и направил телегу к воротам.

Я смотрел ему вслед и думал.

Откуда они тут вообще выпивку берут? Люди не могут нормально злаки вырастить, чтобы хлеб сделать. А алкоголь — пожалуйста.

Впрочем, ладно. С вредными привычками этого мужика разберёмся. Если он и правда отличный солдат и учитель — пить ему не положено.

Армия должна быть трезвой.