Глава 15

Уже некоторое время мы смотрели на огромного волка, глаза которого светились в темноте жёлтым светом. Он оглядывал каждого из нас, ведя носом и не двигаясь с места. Я чувствовал, как со всех сторон на нас выходит стая, беря предполагаемую добычу в плотное кольцо. – Всего лишь волки, – усмехнулся я, делая уверенный шаг в сторону вожака и направляя на него трезубец. – Что нам могут сделать обычные дикие звери? – спросил я у молчавших друзей, которые не шевелились и с нарастающей паникой в глазах следили за мной. Волк взглянул на моё оружие, после чего тряхнул лобастой головой и, развернувшись, понёсся вглубь леса прочь, уводя за собой стаю. Прошло несколько секунд, во время которых мы вновь погружались в неестественную тишину. – Ну, и чего вы испугались? – резко повернулся к ребятам, опуская своё оружие. Они ничего не ответили, лишь переглянулись между собой и как-то синхронно выдохнули, покачав головами. – Ладно, пошли отсюда. – Куда? Мы не знаем, что это за место и как отсюда выйти, – тихо спросила Мила, удобнее перехватив мерцающие в темноте клинки. – Мы тут можем блуждать целую вечность. Да мы пару десятков шагов сделали, как сразу привлекли внимание стаи. – Тут недалеко должно быть поселение, – ровно проговорил я, хотя, если честно, особой уверенности не было несмотря на заверения Павла. Энергии для сотворения даже простейшего заклинания у меня не было, не говоря уже о призыве моих двойников, поэтому проверить слова артефакта я не мог даже при желании. – Я тут подумал, – проговорил Сергей, оглядываясь по сторонам. – Нас же искать должны будут. Не разумнее находиться где-нибудь неподалёку от окна портала? – Мы далеко и не пойдём, – пояснил я. – Только из леса выйдем. С ним что-то не то. Слишком тихо. – Попытался донести до друзей свои опасения. – А вы и обычных волков испугались, сомневаюсь, что с таким настроем мы тут долго продержимся. Один я, в случае опасности, могу и не справиться, если вы опять впадёте в не поддающийся моему пониманию ступор. – Да мы просто… – оборотень махнул рукой потупившись. – Не злись. Просто что-то случилось с нашей магией. Я даже обернуться не могу, словно что-то блокирует способность к трансформации. – Мила кивнула, подтверждая его слова. – И что, хочешь сидеть на месте и ждать, пока всё само пройдёт? – начал выходить из себя. Я прекрасно понимал их растерянность. Впервые ощутить полное магическое истощение не самое приятное, что может произойти с магом. Но их нерешительность была несвойственна им. Оборотень, когда паниковать начинает, наоборот, несётся вперёд, зажмурив глаза, а сейчас стоит, не желая даже двинуться с места. Что-то точно происходит, но я пока не могу понять, что именно. Да и энергия в кольцах и ядре за всё это время ни на крупицу не восстановилась. – Можешь бросить их тут, – ворчливо раздался в голове голос Павла. – Что ты их, как детей уговариваешь. Всё равно пользы никакой, даже на еду не сгодятся. Есть человечину не рекомендую, говорят, привыкание вызывает. А в бобра он не может обратиться, хотя бобрятина очень сытная и обладает некоторыми магическими свойствами. Потом расскажу о пользе и вреде мяса оборотней в их второй ипостаси. – Никого мы есть не будем, – прошипел я и, развернувшись, пошёл в направлении, которое мне до встречи с волками указал Павел. Сергей явно не захочет оставаться один, а Мила всегда делает то, что я говорю, поэтому практически не сомневался, что они пойдут следом за мной. – Что думаешь? – тихо спросил я у артефакта, продираясь через густые заросли, слыша, как двое паникёров всё же решились покинуть это место, создавая просто нереальное количество шума. Не удивлён, что мы так быстро привлекли внимание обитателей леса. – Да демоны его знает, – раздражённо проговорил Павел. – Я никогда не слышал, чтобы телепортация прерывалась подобным образом. Обычно людей при сбоях не находят, только кровавое месиво, украшающее стену какого-нибудь дома. Однажды одного неудачника прямо в бассейне князя Морозова расщепило на атомы, когда они там отдыхали семьёй. – Хихикнул он, хотя лично я в этом не видел ничего смешного. – Шуму тогда было. Но, чтобы она просто прервалась, о таком даже упоминания не встречал. М-да, – задумчиво проговорил он и замолчал. Идти с каждой минутой становилось всё тяжелее. Словно что-то давило на меня со всех сторон, заставляя остановиться и немного передохнуть. Свободная первозданная энергия, та, что оставалась, чтобы элементарно поддерживать светящиеся шары у нас над головой буквально испарилась. Складывалось чувство, что даже жизненные силы кто-то не спеша вытягивает из тела, отчего постепенно начинала накатывать дикая усталость и слабость. Но я, сжав кулаки, решительно шёл по маршруту, который прокладывал мне Павел, не тратя силы на пустую болтовню. – Не могу больше, – раздался за спиной тихий, слабый голос Милы, после чего я услышал звук падающего тела. Всё это время я даже не смотрел на своих друзей, концентрируясь на дороге и довольствуясь только тем, что слышал, как они устало перебирают ногами, тяжело сопя мне в спину. Развернувшись, я подошёл к сидевшей на земле девушке, которая даже не пыталась подняться, привалившись спиной к стволу дерева. – Не спать, Мила, – прикоснулся я к ней, заставляя открыть глаза. Сергей всё это время стоял рядом, глядя на меня каким-то пустым безжизненным взглядом. – Не могу. Хочу немного отдохнуть, – сонным голосом проговорила она, тряхнув головой. Свои мечи она уже давно спрятала и теперь обхватила себя руками за плечи, будто таким образом пыталась согреться. – Нет. Осталось совсем немного, – проговорил я и, не дождавшись никакого вразумительного ответа, взял её на руки, спрятав свой трезубец. – Давай, иди первым, чтобы не отстал и не потерялся. – Кивнул я находившемуся в прострации оборотню. Тот только пожал плечами и медленно поплёлся впереди меня, подгоняемый небольшими толчками неоформленной силы, которой швырялся в его спину Павел. Лес закончился неожиданно. Переступив через невидимый обычному взгляду барьер в виде полупрозрачной, стелящейся по земле дымки, мы буквально выпали на ровную дорогу, уходящую в обе стороны от нас. Прямо передо мной находился какой-то указатель, но с этого расстояния рассмотреть, что на нём было написано, не мог. Обернувшись, увидел этот злополучный лес, который даже при свете дня выглядел довольно устрашающим. Я поднял голову вверх, рассматривая ясное, голубое небо и слепящее солнце высоко над нами. Хотя в лесу всё ещё стояла непроглядная тьма. Дышать сразу стало легче, в голове прояснилось, а слабость практически прошла. Что это за лес такой? Я вновь повернулся в сторону этого тёмного пятна, от которого веяло непонятной тёмной силой, пробирающим холодом и какой-то безнадёгой. Находясь внутри него, я подобного не ощущал. Но сейчас элементарно у меня было с чем сравнивать. – Где мы? – Мила неожиданно вздрогнула и разомкнула руки, которыми обхватывала мою шею. Увидев, что она очнулась, я спустил её на землю, обращая внимание на Сергея. Он удивлённо оглядывался, потирая виски. – Как мы выбрались из леса? – повернулся он ко мне, требовательно глядя в глаза. – Что последнее вы помните? – Как на нас вышли волки. Потом словно пелена перед глазами. Такое чувство, что я элементарно уснула на месте, – нахмурила брови Мила. – Аналогично. Помню, как ты нас отчитывал за что-то, а потом шёпот в голове, уверяющий, что остаться в лесу будет безопаснее. А дальше всё как в тумане, – пробормотал оборотень. – Не знаю, что там случилось, но, похоже, ты единственный из нас, кто не попался на чары внутри леса. – Потому что ты человек, – отозвался Павел. – Я слышал, что есть места, где нечисть и другие существа, типа оборотней, теряют силы и навсегда превращаются в зверей или вовсе погибают. Но всегда думал, что это просто страшные сказки для непослушных бобрят. Но, как я понимаю, для людей это тоже небезопасно. Силы там теряют все, не только оборотни. Но, гордись. Эта парочка даже в невменяемом состоянии покорно топала за тобой. Вот она преданность настоящему лидеру, – гордо, будто вместо меня всех вывел лично он, закончил свой монолог артефакт. – Ладно, позже разберёмся, что там произошло. – Я подошёл к табличке, обозначающей ближайший населённый пункт. – Хабары. Это вообще где? Мила с Сергеем пожали плечами, показывая, что им тоже не известно это название. – Пойдём, узнаем всё-таки, куда нас занесло. В этот раз со мной спорить никто не стал. По мере того как мы ближе подходили к поселению, чувствовали себя всё более уверенно. Энергия начала постепенно восстанавливаться. Хотя, чтобы полностью пополнить резерв такими темпами, мне потребуется неделя, если не больше. Не слишком приятно, конечно. Посёлок со странным названием оказался довольно большим и густонаселённым. Дома стояли близко друг к другу, дороги выложены брусчаткой, торговые ряды поражали разнообразными продуктами и материалами. Встречные нам люди выглядели вполне дружелюбно, только внимательно разглядывали нас, после чего предлагали многочисленные товары и услуги. Как я смог понять, это был своеобразный перевалочный пункт между двумя крупными городами, располагающимися на приличном удалении друг от друга, поэтому гостям посёлка тут никого было не удивить. Из наводящих вопросов, заданных местным, я смог немного сориентироваться, осознавая, что нас отбросило почти за тысячу километров от места расположения монастыря. – Ничего странного не заметили? – прямо спросил я, собравшись на совещание в центре какой-то площади. Зрение душ заработало только в последние несколько минут, и этого времени хватило, чтобы увидеть некоторые особенности Хабаров. – Нет, – отрицательно покачали они головами. – Все люди. Оборотней и другой нечисти не видно. Специально смотрела на это. Да и спокойно всё вроде, – уверенно произнесла Мила. – Только на каждом здании нанесено много скрытых защитных рун и символов. Причём многие из них совсем свежие. – Поделился с ними своей находкой. – Да мало ли что могло произойти, помнишь, что случилось с тем поселением, где я жила? Может, и тут было недавно, что похожее. Тем более, люди тут несчастными не выглядят. Наоборот, зазывают проезжих к себе на постой. Да и нам нужно решить, что делать дальше. – Просто имейте в виду, – предупредил я. – Мы были только на окраине леса, кто знает, что творится в самом его центре и какие твари оттуда могут выбираться по ночам. – Пешком нам явно долго добираться до монастыря, – подал голос Сергей, прерывая тишину, во время которой мы думали, что следует делать дальше. – Да. Раз в две недели отсюда отходит поезд в ближайший город, кажется, Рубцовск. Если на нас не выйдут до этого времени, поедем на нём, а оттуда на дирижабле или каким другим путём в монастырь, – предложил я вполне разумный план. – На это время тут можно остановиться в местном постоялом дворе, я узнал, их тут даже три или четыре. Восстановимся нормально. Ну это после того, как узнаем, чего боятся местные жители. – Разумно, – сразу согласились с моим планом ребята и мы отправились в ближайший постоялый двор, находившийся буквально за поворотом от площади, где мы стояли. Двухэтажное здание, чем-то похожее на «Двух Орлов» в городе при Школе, возвышался среди одноэтажных строений местных жителей. Вокруг было людно. Даже с первого взгляда было видно, что шумная компания возле входа в заведение была неместная. Больше похожи на охотников. Причём обычных, а не клириков или Стражей. Проходя мимо них, по нам только мазнули взглядом, возвращаясь к прерванному разговору. – Надо остаться. Завтра поутру пойдём лес обыщем. Там явно опять какие-то неудачники разбились, будет чем поживиться… Ну или почти охотники. Я скривился, больше не вслушиваясь в их болтовню, заходя следом за друзьями. Внутри было просторно, светло, достаточно чисто. Почти все столики были свободны, но из посетителей мало кто обратил внимание на звякнувший колокольчик над дверью в тот момент, когда мы зашли. – Простите, с кем я могу поговорить насчёт комнаты на несколько дней? – обратился я к мужчине за стойкой, чистым полотенцем натирающий стеклянный бокал. Он выглядел немного устрашающе. Большой, под два метра ростом, и почти такой же ширины в плечах. Светлые глаза оценивающе осматривали нашу компанию. Каких-либо эмоций на его лице я не видел, возможно, из-за густой бороды, скрывающей большую её часть. – Со мной можете поговорить, – а нет, едва заметную улыбку я всё же смог разглядеть. – Меня Александр зовут, я хозяин. – Здравствуйте. Нам нужно две комнаты, одна одноместная и одна двухместная с отдельными спальными местами, на две недели, – решительно проговорил я. – Дорого это будет стоить. Деньги-то у вас есть? – поинтересовался он прищурившись. – Сколько? – За троих на две недели, включая питание – сорок серебряных, – подсчитав что-то в уме, наконец, огласил он сумму. – Да он совсем, что ли, в своих Хабарах умом тронулся? – завопил Павел. – Не отдам столько. Хоть убивай, медленно и мучительно, расплавляя над свечой. И вообще, сколько ещё ты будешь кормить этих дармоедов? Пусть, вон, на конюшне спят, дешевле обойдётся. Я с тобой, Мишка, побираться скоро пойду. – Тридцать четыре и не медяком меньше, – объявил новую сумму хозяин двора, приняв на свой счёт моё молчание. – Хорошо, – согласился я. – Оплачу пока часть, дальше по мере проживания, – и протянул руку, на которой под возмущённое бухтение артефакта по одной начали появляться серебряные монеты. Судя по их виду, он выбирал самые старые и местами потерявшие свой товарный вид. Но серебро оставалось серебром, поэтому было принято Александром без каких-либо проблем. – Комнаты в порядок приведут через десять минут, а вы садитесь за стол, сейчас обед вам сообразим, – добродушно проговорил он, окликая девушку, выпорхнувшую из двери за стойкой, и давая ей соответствующие указания. Я кивнул ребятам и сел напротив хозяина. – Вы из разбившегося ночью над лесом дирижабля? – первым завёл он разговор, повернувшись ко мне. – Ещё кто-то выжил, кроме вас? – Да, мы летели к западной заставе, – кивнул я, решив поддерживать пока эту версию. Не исключено, что открывшееся окно телепорта и вспышку молнии они восприняли, как упавшее судно. – Пока нас трое, остальных мы не видели, возможно, их выбросило в другие части леса. Будем ждать, может, кто ещё выберется. – Повезло, что живыми выбраться сумели. И что вас понесло по этому маршруту, – покачал он головой, беря новый стакан в руку и полотенце. – Уже с год, как закрыто это место для перелётов, но всё равно появляются отчаянные, кто рискует сократить путь. – Почему закрыли? – с любопытством поинтересовался я. – Так война, как началась с демонами, наш лес превратился в какую-то аномальную зону. По крайней мере, так сказали маги, которые сюда прибыли для расследования. Только вот расследовать никто ничего не стал, даже не объяснили ничего толком. Огородили место, запретили границу с лесом пересекать, да и убрались прочь, – раздражённо процедил он. – До нас-то война эта вряд ли докатиться, далеко мы от застав всех и границ находимся. А если дойдёт, то империи нашей уже вряд ли что помочь сможет, – покачал он головой. – Да, и ещё, вы сегодня только прибыли, поэтому предупрежу, когда колокол прозвонит, значит, комендантский час начинается. Выходить из здания, где бы вы ни находились, запрещено. Следить за вами никто не станет, но и на помощь в случае чего не придёт. Всегда всем говорим об этом, но всё равно день через день кто-нибудь на улице остаётся. – Выдохнул он, отводя взгляд. – Эм, – нахмурился я. – В связи с чем подобные меры-то? – Так люди в последнее время пропадать стали. Да и зверьё с того леса странно себя ведёт, нападёт на всех в тёмное время, словно бешеное. Мы Стражей позвали, они дома защитили, но на улицу запретили ночью выходить. – Благодарю, – кивнул я и присоединился к друзьям, увлечённо что-то обсуждающих за едой, которой полностью заставили наш далеко не маленький столик. – Миша, слушай, мы тут решили, как можно попробовать с Лебедевым связаться, если он ещё жив, конечно, – протараторила Мила, как только я сел напротив неё. – Мне тут Сергей про призрака Карпова рассказал, что тогда, когда тебя похитили, он смог с ним связаться. Мы решили, а почему бы и не попробовать это сделать ещё раз? – Можно, только ты действительно знаешь, как ты это сделал? – спросил я у оборотня, вгрызаясь в куриную ножку. Еда была точно не отравлена, большая её часть уже находилась в животе у бобра без каких-либо замечаний. – Нет, но я постараюсь сделать всё, как в прошлый раз, – уверенно кивнул он. – Тем более, у меня с собой есть Иннокентий. Он может дать мне немного энергии, чтобы я провернул этот трюк. – Попробуй, мы ничего всё равно не теряем. – Согласился я. – Ну и славно. Прямо сейчас и попробую связаться, – потёр руки в предвкушении Сергей и положил на жабу руки, которая уже сидела у него на коленях, закрывая глаза. – Слушай, Мишань, – тихим заговорщицким шёпотом произнёс Павел. – Я тут, когда серебрухи отсчитывал, наткнулся на один кристалл. Помнишь, тебе отец Фёдор артефакт связи душ подсунул. Так вот, я его сохранил в целости и сохранности. Можешь его разбивать, и настоятель тут же примчится тебе на помощь. – Это крайняя мера, – покачал я головой, только сейчас вспоминая о том кристалле. – Я сейчас не в смертельной опасности нахожусь, чтобы тревожить отца Фёдора, – едва слышно пробубнил я, стараясь не привлекать внимание девушки, смотрящей пристально на Сергея, словно пыталась разобраться, чем именно он занимается. – Так, а чего ждать-то? Когда тебя неведомая зверушка схарчит из леса? – возмутился Павел. – Лучше раньше, чем никогда, поверь моему многолетнему опыту. – Нет, – решительно ответил я, переключаясь на подошедшую к нам девушку. – Вот, ключи от ваших номеров. Третий и пятый, как вы просили, – она протянула мне два ключа. Раздавшийся удар колокола был настолько неожиданным, что я чуть не подпрыгнул. Мила с Сергеем как раз таки вскочили со своих мест, напряжённо озираясь по сторонам. – Комендантский час. – Улыбнулась девушка и, вложив ключи мне в руку, упорхнула из поля зрения. Я глянул в окно, едва сдержавшись, чтобы не присвистнуть. Ещё совсем недавно день был в самом разгаре, а сейчас сумерки стремительно опускались на посёлок. – Не знаю, получилось или нет, но я очень старался, – развёл руки Сергей. – Идём, – кивнул я в сторону лестницы, замечая, как стремительно заполняется зал разношёрстной и разновозрастной публикой. Быть среди толпы не слишком хотелось. Тем более, я не озаботился маскировкой, а среди приезжих могли быть и те, кто знает, как я выгляжу. Пока мы добрались до комнат, бегло их осмотрели и разошлись, за окном наступила полная темнота. По ощущениям, она напоминала ту, что накрывала тот самый лес. Такое же чувство тоски и безысходности накатывало, когда я смотрел в окно. Оборотень, развалившись на своей кровати, уже вовсю храпел, отрубившись сразу же, как только его голова коснулась подушки. Я же, наоборот, подошёл к окну. Мне было интересно, что же скрывается в ночи в этом месте и почему уже долгое время с этим никто ничего не делает. Те же клирики мало участвовали в сражении с демонами, но до Хабаров, как я понял, ни разу не доехали. Или их никто не предупредил? Должны были. Стражи же здесь побывали. Как много вопросов, но ответы на них в ближайшее время я явно не получу. Дымка, окружающая лес, появилась в пределах видимости внезапно. Она словно распространялась с главной улицы, заполняя собой всё пространство над дорогой. Я видел, как, столкнувшись со стенами стоящих рядом зданий, она резко отстранялась от них и больше не стремилась проникнуть внутрь. Сейчас было прекрасно видно, как защитные руны, начертанные Стражами, ярко светились в этой гнетущей темноте зеленоватым светом. Девичий крик разнёсся по улице, долетая в опустившейся тишине до моего открытого окна. Никто даже к окнам не подошёл, чтобы поинтересоваться, что происходит снаружи. Не просто так предупреждал Александр, если что случится в тёмное время суток, никто на помощь не придёт. Я тряхнул головой, прогоняя слова владельца заведения, и прислушался. Ещё один слабый вскрик и тишина. – Ну нет, не надо, даже не думай! – завопил Павел. – Не надо тебе в это лезть. Ты восстановился только на десять процентов. Тебе головной боли от птички твоей не хватает, тоже ваше знакомство со спасения началось. Не нужен нам никто больше. Видел, как она на тебя постоянно смотрит? Тебе, зачем ещё кто-то, кто будет нарушать эту идиллию. Миша, не вздумай. Позаботься обо мне… – Да что ты вообще несёшь, – простонал я, переставая слушать тот бред, который изливал из себя артефакт. Открыв окно полностью, я выпрыгнул через проём и, активировав водяные крылья, полетел в сторону звука. Что бы не говорил Павел, но бросать в беде человека, когда я реально могу помочь, было недостойно сына князя Уварова.