Глава 19

Зоя

Я всегда любила поговорку: делу время, а потехе час. Собственно, применялась мной она в ином ключе. На истерику и слезы - пять минут, а в остальное время работать, работать, и еще раз работать.

Я приучила себя, что обязана быть сильной ради своих детей. Вот и сейчас, закатив безобразную сцену Тате и Батторию, которая, впрочем, не продлилась и десяти минут, я вновь сидела и спокойно пила чай.

Один Бог знал, чего стоило мне это успокоение. Я держала себя в руках. Когда рядом двое моих мальчишек, а дочка не пойми где, опускаться до выяснений отношений означает проиграть без боя.

Я должна выслушать этих пушистых идиотов. Должна узнать все, что мне предстоит и что я должна сделать, чтобы сохранить свою семью, в которой лорду Виттору явно нет места. У него новая жизнь и новая семья. Точнее, скоро будет своя семья. Я привыкла считать Виктора погибшим, таким он для меня и останется.

Этот мужчина, которого ласка с енотом зовут моим мужем, мне чужой.

-      Итак, вы утверждаете, что не собирались переносить ни меня, ни Виттора, однако мы все здесь.

Да еще попали в Триадон в разный временной отрезок, в разные места. Я хочу услышать для чего мы вам и что мы должны делать дальше.

Ласка вновь запрыгнула на мои колени. Желание погладить мягкую шерстку подавила на корню. Слишком серьезный момент чтобы отвлекать на ерунду в виде почесухи пузика или спинки.

-      Зоя, ты веришь в то, что души могут перерождаться? - спросил Батторий.

-      Учитывая то, что я в другом мире, и здесь существует магия, то я уже во что угодно поверю, - хмуро произнесла я.

-      Во что угодно не нужно, - Тата лапками встала на мою грудь. - Погладишь?

Я вздохнула и погладила зверька. В конце концов, руки заняты делом, а значит в порыве злости никого не придушу.

-      Так вот, о перерождении. - Батторий наклонил голову. - Почти три тысячи лет назад Триадон был единым, сильным миром, который не делили на куски. Не было войн или вражды. И управляли им всегда братья-близнецы.

-      Мне уже не нравится, - мрачно изрекла я. Что-то мне подсказывало, что именно мои дети являются камнем преткновения.

-      И как бы мы ни старались, но уберечь свой мир от разрушений не сумели. Брат пошел войной на брата. Раскололись земли, появились два сильнейших государства, во главе которых стояли братья. Вот только один имел магический дар, а второй направлял внутреннюю энергию на разработку и воспроизводство техники. Он не понимал, что и магия, и то, что делает он - все это энергия, которая циркулирует от сердца мира к своим жителям.

-      То есть, они оба были магами, но каждый пользовался своей силой по-разному?

-      Верно. - Танаша, разомлев от моего поглаживания, развалилась на коленях и чуть не упала. Пришлось придержать второй рукой. - Но когда ты забываешь о чем-то, то эти знания спустя долгое время становятся недоступными. Так и вышло, что одна страна вовсю совершенствовала магию, а вторая науку и технику. И перенять опыт друг друга они уже не могли. Не получалось. А пятьсот лет назад король Чареона и король Реалона чуть не уничтожили Триадон.

-      Это было страшно, Зоя, так же страшно, как ваша ядерная война. И тогда мы вмешались. Разделили наш мир на три части, обозначив границы и поместив сердце нашего мира ровно на середине. Нам пришлось его обнажить, чтобы оно поглощало излишки, а заодно служило маяком двум душам, в чьих силах вновь объединить наш мир.

-      То есть, Точка Мира - это сердце Триадона? И это из-за него в Триадоне появляются атте?

-      Да. Увы, почти пятьсот лет мы искали тех, кого сами же наказали: Танис и Ранис, люди, развязавшие кровопролитие, были изгнаны из нашего мира без права на возрождение здесь. Но сумели проследить лишь старшую ветвь. Отца твоего Виктора. К сожалению, он женился на неподходящей женщине, а значит, не мог дать необходимое. Однако, это сумел дать его сын.

Я медленно вдохнула и медленно выдохнула, мысленно отсчитывая до десяти. Потому что у меня появилось нестерпимое желание треснуть лилового енота промеж глаз.

-      Мои дети - это не вещь, понятно, Батторий? - Как бы я ни старалась, но не рычать не вышло. - Вам нужны были дети, если быть точнее, то два мальчика-близнеца.

-Да.

-      И что дальше? Теперь вы хотите отнять их у меня, потому что они должны возродить былое единство? - Истерика подкрадывалась незаметно. Я была готова биться за своих детей, на которых желают повесить спасение мира.

Молчание говорило красноречивее слов.

В пору было брать автомат и расстреливать этих пушистых сволочей. Потому что я не отдам своих детей. Я не для того их восемнадцать часов рожала, чтобы какой-то мир их заграбастал решать свои проблемы!

-      Они не готовы, Зоя, - вздохнул Батторий. - Нам пришлось в срочном порядке спасать вашего мужа и переносить в наш мир намного раньше запланированного срока.

Я молчу. Слушаю и молчу.

-      Три года назад на Земле, мы спасли Виктора путем переноса в Триадон. Но, к сожалению, он попал не к нам, а в Чареон, да еще прямиком к королю Геррону Четвертому.

Я лишь выгибаю бровь. Специально не издаю ни звука, потому что понимаю, что не железная и что истерика начнется по второму кругу. А это сейчас лишнее. Настолько неуместное, что я сдерживаюсь из последних сил.

-      Атте существуют ровно столько лет, сколько мы пытаемся вернуть души, - горестно поведала Тата и лизнула мою щеку.

Боже, я и не заметила, что начала плакать! Мне так страшно за своих детей, что я даже не пытаюсь этого скрыть. Меня трясет, и я уже не уверена, что желаю услышать правду.

-      Атте существуют только в Чареоне, Зоя. Атте - люди, пришедшие из иного мира, последние двести лет только с Земли. Люди, которым стирают память. Люди, которых проверяют на принадлежность к королевской крови.

-      Что за бред? - я не выдерживаю. - Какая может быть генетическая совместимость у людей, рожденных в разных мирах, в разное время, и совершенно не сходных родителях?

-      Магия Триадона возвращает утраченное. Ваши дети - прямые наследники нашего мира, Зоя. До их перехода, прямым наследником являлся Виктор.

-      И что из этого следует? - меня так сильно трясет, что я почти сваливаюсь с диванчика. Хочется покричать во все горло, но я упрямо стискиваю руками плечи и сжимаю губы.

-      Геррон Четвертый решил, что может распоряжаться судьбой Триадона. Он, как и его предки, искал наследников. Они рассчитывали, что рано или поздно, но это произойдет, а следовательно, они смогут воспитать новых наследников в духе Чареона.

-      Вы сами-то поняли, что сказали?

-      Если бы они нашли двух братьев, то одного непременно бы убили, чтобы второй создал семью, чтобы у него появились дети. И уже на этих детей бы оказывалось влияние королевского рода.

Когда отец дружен с королем, сложно не проникнуться уважением и любовью к папиному другу, не так ли?

-      Геррон нашел подходящую женщину для вашего мужа, Зоя. Совместимость практически на девяносто процентов. В их союзе бы непременно родились близнецы. Однако...

-      Я сумел вмешаться в его план. - Батторий перебил Танашу и посмотрел прямо в мои глаза. - Существование женщины, которая совместима с Виктором на сто процентов, свело бы все планы Геррона на нет. Мне пришлось изрядно потрудиться, чтобы король провел ритуал, который я ему подкинул... и таким образом в Триадон попали вы.

Каково чувствовать себя племенной кобылой? Неприятно? Противно? Обидно? Я не знаю, но в этот момент, мне показалось, что меня окунули в болото из дерьма, а вытащить забыли.

-      Вы обижаетесь на мужа, Зоя. Но все десять лет тот противился чарам короля, хотя постоянно принимал его отвары. Виктор не желал союза с Маленой, его сопротивление пало лишь в последние полтора года. Он воевал лишь в своей голове, хотя маршалом его назвали взаправду.

-      В смысле?

-      Нет военных действий между Чареоном и Реалоном. Давно уже нет. Реалон ждет своих наследников и помогает нам в священной Саттаре. Ты скоро все увидишь своими глазами. Война есть только в умах королевской власти Чареона. Потому выстраивают они границы, обучают своих мужчин воевать и сами же устраивают набеги на свои же земли, чтобы иметь обоснованную причину для нападения на Реалон.

-      Вот только мы давно защищаем границу. Ты уже видела сердце в действии.

-      Да, маги сходят с ума...

-      И позже лишаются памяти обо всем, что происходило с ними все то время, что они пытались пресечь границу с Реалоном. Лишаются настоящей и замещают вымышленными событиями.

-      Это сложно понять, - массируя виски, произнесла я. - Это настолько глупо, нелогично и...

-      Жестоко, - вздохнула ласка. - Это очень жестоко, растить новые поколения в ненависти к такому же народу Триадона и желать завоевать весь мир.

-      Я спровоцировал ваше появление, Зоя. Но и сделал все, чтобы взамен вы не отдали ничего важного.

-      Ничего важного?

-      Да. Это могли быть годы жизни, а я сделал так, чтобы вы потеряли вес.

Не могу сказать, что сильно этому огорчена.

-      У Виктора вы забрали его внешность?

-      Не мы. Триадон. Потому что всему всегда свое время. И нет, у него отняли почти все чувства. Сильные чувства, такие как страсть, безбашенная любовь, самопожертвование и сумасбродство. А наложение из магии Геррона сделало Виктора практически стариком в молодом теле. Малене пришлось очень постараться, чтобы привлечь его внимание. И...кхм, не только внимание.

-      А я одарила вас частью своей магией. Простите, Зоя, но вы не были рождены магом. Вы были не подвластны внушению магов Чареоне, и не будете в будущем. - Тата поспешила сменить вектор темы.

-      Ты сохранила мою память о детях? - Срывающимся голосом уточнила я.

-Да.

Я готова была расцеловать зверька, потому что мысль о том, что я могла бы, как и Виктор напрочь забыть о своих детях, пугала до дрожи.

-      Все пошло не по плану. - Батторий засеменил по комнате. Судя по всему, хранитель тоже волновался. - Слишком рано прибыли наследники.

-      Поэтому им прибавился возраст?

-      Да, а Лиле убавился. Мир посчитал, что такая разница в возрасте быстрее научит братьев ответственности за чужие жизни. Потому что они должны были быть вместе...

-      То есть ни я, ни Виктор в этот план по перемещению не входили.

-      Это спонтанный перенос, Зоя. Мы спасали их, как могли.

Спасали они...

Я вздохнула и притянула ласку к себе. Мне требовалось подумать и как-то укомплектовать все мысли в голове.

Что мы имеем? Триадон, который пытается возродиться. Мою семью, которую раздербанили на части три года назад. Причем делалось это, чтобы спасти мужа. Коряво получилось, но жизнь-то ему сберегли...

-      Подождите, наследниками являются мои сыновья, но вы все равно спасли Виктора, когда он воевал на Земле, почему?

-      Да мы спасли его, когда он подорвался на мине, - важно кивнул енот и остановился посреди комнаты. - Потому что только в любящей и полноценной семье можно воспитать прекрасных людей, Зоя. Потому что вы никогда не делили своих детей на любимчиков, как было с Танисом и Ранисом. Мы считаем, что их соперничество пошло от нехватки любви родителей. Да, вы жили небогато, дочку вот еще родили, но при этом в ваших сердцах дети занимали одинаковое место, вы не выделяли никого, никого не обделяли ни лаской, ни вниманием, ни любовью. И это важно. Вы любите каждого со всеми недостатками, проказами и различием в образовании. Успех или неудача не имеет для вас никакого значения.

-      Я мать.

-      И что? - усмехнулся Батторий. - Вы мало знаете семей, где одного любят, а второго ребенка вечно принижают? Или семей, где отец больше любит дочку, а мать сына?

Молчу. Знаю я такие семьи. Но я не они, и мои дети для меня - моя вселенная.

-      Мы должны вернуть вас домой, Зоя. Но всех вместе, чтобы мальчишки выросли, получили образование, а потом мы перенесем их в Триадон и...

-      Стоп! Вернете на Землю? То есть вы можете это сделать?

-      Да, но мы должны получить согласие от всех членов семьи. И вы должны поклясться, что, когда придет время, вы отпустите сыновей к нам.

-      Исключено, — прошипела я.

-      Зоя, - протянула Тата. - Так будет лучше...

-      Правда, что ли? Вы хотите вернуть нас всех на Землю, а что мы скажем спецслужбам? Что скажет Виктор, когда его три года считали умершим? А мы? Дети исчезли на глазах множества людей, квартира сгорела. Куда вы собираетесь нас отправить? Каким образом вот это все можно изменить?

-      Зоя...

-      Что Зоя? Вы хотите упечь меня и Виктора в психушку, чтобы беспрепятственно отнять детей? Так я не согласна! Слышите? Если так случилось и нам придется жить в Триадоне, то пусть все остается как есть. Мы здесь... - Я всхлипнула и быстро утерла слезы. - Мы вместе, а значит, справимся со всем,понятно?

-      Нет, Зоя! Успокойтесь, - ласка буквально запрыгала перед моим носом. - Нет же, вы не так поняли.

-      Тогда поясните! - я не говорила, я рычала.

-      Мы вернем вас на Землю до трагических событий.

-      Вот как?

-      Да. Никакой психушки, никакой смерти и разлуки, но...

-Но?

-      Мы будем с вами, Зоя.

-      Как это?

-      Как домашние питомцы, конечно.

-      Мама!

Голоса мальчишек слились. У меня сердце екнуло оттого, как прозвучал их зов: отчаянно, испуганно. Бедные мои...

-      Я здесь! - крикнула и попыталась подняться. Не вышло, ноги затекли. - А с вами, мы обязательно продолжим беседу.

***

Дни в Саттаре летели стремительно. Казалось бы, лишь вчера я оказалась здесь и увидела своих сыновей, а на деле прошло больше семи дней. Я когда это услышала, очень удивилась. Так легко протекало время в этом месте.

Лиловый енот и ласка не солгали. Я действительно поняла то, о чем они пытались сказать.

Люди в Саттаре были другими, нежели в Чареоне. Они были приветливыми, смеющимися и готовыми оказывать помощь ближнему.

Но самое главное, это я и мои дети, от которых я просто не могла оторваться.

Я уже говорила, как поразил меня сказочный пейзаж, увиденный из окна комнаты. Но теперь я смогла увидеть этот волшебный город изнутри, погулять с сыновьями по его улочкам. В первые прогулки нас сопровождали Тата или Батторий, а потом, когда мы освоились, мы стали гулять и одни. Признаюсь, меня слегка удивило, что хранители нам такое легко разрешили, но это, нужно сказать, добавило моего доверия к ним. Хм-м... Доверие вызвало доверие?.. А почему бы и нет. Хотя совсем уж легковерной я не была и допускала еще и тот вариант, что они рядом с нами все равно присутствовали. Скажем так: незримо. Магия, все такое... Но с другой стороны, какой смысл за нами следить? Мы что, могли куда-то сбежать? Куда? Да и зачем? О нашей безопасности тоже можно было не заботиться: более безопасного места, чем этот город я еще в своей жизни не видела.

Вспомнить хотя бы тот момент во время одной из прогулок, когда Санька с Ванькой принялись друг за дружкой гоняться - устроили что-то вроде салочек... Ну да, выглядели они на шестнадцать, но по сути все равно ведь оставались тринадцатилетними. И вот Саня, споткнувшись, упал. Ничего страшного, но ладошку ссадил, показались капельки крови. Не успела я к нему добежать, как возле мальчика уже оказались три человека, обычных прохожих. В своих невесомых одеждах-паутинках они были похожи на ангелов... или на сказочных эльфов... Впрочем, я наяву не видела ни тех, ни других, так что утверждать не берусь. Эти добрые люди подняли Саньку, вытерли его ладони... При этом они что-то с улыбками на лицах ему говорили - что-то радостное, приятное, светлое, от чего мой мальчик тоже стал улыбаться. А люди, помахав нам, ушли по своим делам как ни в чем не бывало. Как будто помочь ближнему было для них само собой разумеющимся. Таким же, как жить, как дышать... Не хочу сказать, что у нас на Земле нет таких людей. Конечно же, есть. Но здесь такими были, похоже, все. Добро, справедливость, взаимовыручка являлись здесь не просто словами - ими был словно пропитан сам воздух.

Кстати, о воздухе. Он был здесь не просто воздухом... Он казался сказочным, невидимым и невесомым напитком, который хотелось не вдыхать, а пить, словно родниковую воду в жаркий день. Мы наслаждались им с моими сыновьями! И любовались порхающими в нем бабочками и стрекозами - словно ожившими цветами.

Но и настоящих цветов было в городе столько, что он казался огромным букетом, который сам же и дарил нам - от радости и счастья видеть нас... Но не только из-за цветов был прекрасен этот город. Он был построен так, будто его и не строили, не проектировали, будто он вырос здесь сам, как и его цветы. Извилистые улочки напоминали тропинки - хоть и были их, конечно, пошире, но тоже, загадочно петляя и скрываясь в зелени, словно манили в неведомую волшебную чащу. Здания, которые не всегда удавалось полностью рассмотреть из-за обступающих их деревьев и цветущих кустов, были совершенно непохожими друг на друга. Я была уверена, что не смогла бы отыскать там хотя бы двух однотипных. Если их все же когда-то создали, то не архитекторы, а художники, или даже музыканты, потому что весь этот сказочный город был и в самом деле словно пронизан музыкой. Она была тут во всем - в зданиях, в улочках, в цветах и деревьях, в солнечном свете, в людях... В этом городе хотелось жить. Очень-очень хотелось! В нем была гармония. И душа как бы сама собой настраивалась на ее лад. А душевная гармония дорого стоит...

Про гармонию я еще вспомнила вот почему. В одну из первых прогулок, когда с нами была Тата, мы наблюдали на одной маленькой уютной площади представление. Выступали четыре канатоходца. Но это я сначала подумала, что они канатоходцы. На самом деле тут было нечто иное. Между крышами самых высоких зданий, между этажами, между деревьями был протянут не один канат, а сразу с десяток тонких, блестящих на солнце нитей... Наверное, они были достаточно толстыми, чтобы не порезать выступавших, да и не порваться, но снизу казались именно нитями, будто даже солнечными лучами. И по этим нитям... Нет, эта четверка смельчаков по ним не ходила. Они словно летали между ними, лишь касаясь иногда этих нитей ногами, будто лишь невзначай... Создавалось полное ощущение свободного полета этих людей. Не сдержав в порыве восторга вопроса, как они это делают, я услышала от Таты ответ:

-      Просто они слиты гармонией.

-      Гармонией? - удивленно переспросили дуэтом Санька с Ванькой.

-      Да. Гармонией как между собой, так и с этими нитями, с этим воздухом. Они как бы стали одним целым.

И вот да - у меня не могло быть и речи о гармонии в душе, пока со мной, кроме моих двух морковок, не было Лили. Мелькнула мысль, что в идеале гармония была бы лишь при абсолютно полной семье, но все же о Витторе как о своем муже мне пока не мечталось, как бы меня тут не убеждали, не уговаривали...

Между прочим, наши пушистые друзья, спустя время, и решив, видимо, что я достаточно отдохнула и набралась сил, к прежнему разговору снова вернулись. А у меня не было на это сил - ну вот правда!.. Но не закатывать же снова истерику - это не просто уже перебор, это было бы неприлично даже...

А потом я кое о чем вспомнила, и едва на самом деле не закатила истерику. Точнее, я вспомнила кое о ком. Об Эниморе! Ведь я тут уже больше недели прохлаждаюсь, цветочки нюхаю, а он, небось, с ума сходит! Или уже сошел. Вернулся без меня, панику поднял... А вдруг побоялся без меня возвращаться и... застрелился, например? Не из чего? Ну тогда шпагой проткнулся...

И я, едва сдерживаясь, чтобы не заорать, поделилась своим... гм-м... беспокойством с хранителями.

-      Не бойтесь, Зоя, - потерлась о мою руку мордочкой Тата. - Мы с ним поработали, он отправил в Чареон депешу, что ему и вам нужно здесь еще задержаться.

-      А он сам-то где?!

-      Сам он... спит, не переживайте за него, он жив и абсолютно здоров. Когда будет можно, мы его разбудим, и он преспокойно вернется домой.

-      Но что будет потом, когда он вернется?

-      Потом будет уже все равно.

-      Как это все равно?.. Что это значит?!

Хотя, если честно, мне и правда было все равно, что там и кто будет думать. Особенно Малена. Особенно после того, что я о ней тут узнала!.. У-уу! Тошно даже думать обо всем этом! Не хочу туда опять, в этот гадюшник! Что там говорили эти пушистики о возвращении на Землю?

Я выпалила:

-      Давайте продолжим про Землю! Про наше возвращение! Еще раз, подробно, что там и как... Я согласна!..

И тут вдруг Тата и Батторий странно замерли, а потом не менее странно переглянулись.

-      Они подходят... - проговорил лиловый енот.

-      Кто подходит?! Куда?! - подскочила я.

-      Не надо волноваться, Зоя, - сказала ласка, но на этот раз тереться о мою руку не стала. Видно было, что и сама пусть чуть-чуть, но волнуется. - Сядьте.

Я села, но вопрос повторила:

-      Кто и куда подходит, вы мне можете сказать?

-      Виктор, - сказал Батторий. - И Лиля. К границе с Саттарой.

-      Что?! - я снова подпрыгнула. - Где это, как туда попасть?!

-      Вы хотите туда пойти? - удивилась ласка. - Не нужно, они придут сами, мы позаботились и проложили магическую нить...

-      А если не придут?! А если заблудятся?! Вы же сами говорите, что Виктору мозги который год пудрят, вот он и не почует вашей нити! А Лиля еще маленькая... - И тут я бросилась к еноту, тот даже попятился: - Батторий, миленький, ну сходи тогда ты, встреть их, а?!..

-      Да чего их встречать, - заворчал енот. - Никто там не заблудится, чего там блудиться-то? Нить хорошая проложена, маршал ее не только с запудренными — вообще без мозгов учует...

-      Тогда скажите где это, и я пойду сама! - притопнула я.

-      Батти, ну сходи, чего ты? - посмотрела на енота Танаша.

Тот из лилового сделался вдруг пунцовым и с неприкрытой обидой посмотрел на меня:

-      Ну вот зачем?! Ну что вы за существа такие - люди? Вечно делаете проблемы из ничего! Только ведь начали про самое интересное!..

-      Иди, Батторий, иди! - легонько подтолкнула его Тата.

И он пошел. Но возле самой двери обернулся и пробурчал: - Вот что за люди?.. Эх-х!..