Глава 11

Я стояла на месте, не двигаясь, не отрывая от него взгляд. Внутри всё кипело — злость, смущение, но и какое-то странное, неизведанное тепло. Парень вдруг подался вперед, и я поняла, что он собирается снова сделать это.

— Никита, — прошептала, будто предостерегая.

— Что? Ты же сама не двигаешься, ждешь, — сказал он тихо, с той самой, ленивой ухмылкой.

Я не успела ответить — ладонь легла мне на щеку, пальцы коснулись подбородка. И прежде, чем смогла придумать что-то умное, он поцеловал.

На этот раз я не отбивалась и не замерла в панике, как было вчера. Вместо этого осторожно ответила. Его губы были теплыми, немного требовательными, но не грубыми. И уже через секунду почувствовала, как легко касается моих губ своим языком, будто приглашая в какую-то неизвестную игру.

Я растерялась, но потом, словно поддаваясь какому-то внутреннему импульсу, попробовала повторить движения. Это было странно, неловко, но он будто сразу понял и чуть замедлился, давая мне возможность подстроиться.

Ладонь переместилась на затылок, пальцы чуть поглаживали мои волосы, а другой рукой мажор притянул ближе.

Сердце колотилось так, будто собиралось вырваться наружу, но я уже не думала ни о чём, кроме умелых прикосновений.

Когда наши языки встретились, это было как вспышка. Странное, новое ощущение, которое даже и сравнить не с чем. Я немного зажмурилась, но решила пока не отталкивать. Мне хотелось понять, как он это делает — так легко, так… правильно.

Его дыхание смешивалось с моим. Языки двигались в каком-то плавно-диком ритме, и я вдруг поймала себя на мысли, что больше не хочу останавливаться.

Но тут Никита неожиданно отстранился, оставаясь буквально в сантиметре. Я раскрыла веки и встретила его взгляд — хищный, довольный, но в то же время…нежный.

— Ну, вот, видишь? — сказал он чуть хрипло, не отрывая от меня глаз. — Ты гораздо быстрее учишься, чем я думал.

Я чуть было не сказала, что мне понравилось, как он вдруг улыбнулся — нагло. Сразу подумала, что сейчас что-то пошлое сострит.

И на тебе, долго ждать не пришлось:

— Знаешь, у меня начинает получаться, — произнес обманчиво мягко, но с каким-то странным вызовом в голосе. — Ты становишься такой… послушной. Даже милой.

Я резко подняла брови, не сразу поняв, что он имеет в виду.

— Чего? — только и выдавила, пытаясь осознать сказанное.

— Ну вот, — продолжил мажор, явно наслаждаясь ситуацией, — ты уже не отбиваешься, не кричишь, даже губу не прокусила на этот раз. Видишь? Порепетируем, и из тебя выйдет приручённая малышка.

У меня перед глазами будто что-то вспыхнуло.

Послушная? Приручённая? Да он издевается!

— Проваливай, дрессировщик! — выкрикнула я, отталкивая парня в грудь, потому как уже была на эмоциях и во мне закипело негодование. — Тачка твоя в норме, можешь катиться отсюда!

Я шагнула вправо, давая себе пространство. Указала рукой в сторону ворот, всё ещё сверля нахала взглядом. Никита не сразу двинулся. Продолжал стоять с тем же наглым выражением лица, но в глазах теперь читалось что-то новое — азарт, словно мой всплеск агрессии только подогрел его интерес.

— Значит, повторять не будем?

Я метнула в него гневный взор, но он выглядел до смешного довольным.

— Попробуй ещё раз подойти, — процедила сквозь зубы, — и я кину в тебя чем-нибудь. И это будет потяжелее монтажки.

Никита неспешно развернулся, подняв руки в жесте показной покорности, но при этом ни на миг не утратил своей фирменной ухмылки. Эта его непрошибаемая уверенность доводила до бешенства. Казалось, даже наслаждался моим всплеском гнева, словно забавным зрелищем.

— Ладно, ладно, успокойся, — произнёс с насмешкой в голосе.

— Вон! — указала в сторону улицы, поджав губы, чтобы не выругаться от злости.

Мне казалось, что эти слова должны звучать, как последняя угроза. Как финальная точка, как железобетонная стена, которую он больше не пересечёт. Но стоило посмотреть на него, как уверенность начала давать трещину.

Этот нахал даже не думал воспринимать меня всерьёз.

Наоборот.

— Хорошо, хозяюшка, ухожу, — ответил наглец, сделав пару шагов назад к своей машине, но не удержался от очередной шпильки: — Но знай: это не конец.

Но всё же двинулся с места. Сел за руль, вальяжно откинувшись на спинку сиденья, не спеша захлопнул дверь.

Я сжала кулаки, чувствуя, как внутри закипает раздражение.

Ещё минута его дразнящего поведения, и я бы сама вышвырнула его отсюда. Правда, не знаю, как.

Какой же он самодовольный!

Мотор заурчал, но водитель, конечно же, не уехал сразу.

Нет, этот наглый мажор не мог просто свалить по-быстрому. Он приоткрыл окно, повернул голову и с неизменной усмешкой бросил:

— До встречи, Василина.

Прозвучало это настолько спокойно и уверенно, что у меня по спине пробежал холодок.

Никакого сомнения в его голосе. Будто это была не просто фраза, а и угроза, и обещание одновременно.

Автомобиль медленно тронулся, сдавая назад, и я, скрестив руки на груди, осталась стоять во дворе, всё ещё пылая от злости.

— Увидишь ты встречи! — буркнула я, хотя уже знала, что он не услышит.

Но вдруг мои мысли сбились.

Я смотрела ему вслед, пока красные огни его машины не скрылись в доме напротив, что частенько сдавался.

Только тогда поняла, что стою слишком напряжённо, будто готовая к атаке, хотя он уже уехал.

Внутри творилось что-то странное.

Я должна была злиться. Раздражаться. Радоваться, что он, наконец, убрался. Но стоило закрыть глаза, как вспоминалась та самодовольная ухмылка.

Его близость. Как он наклонялся, как голос опускался до низкого, почти интимного тембра. Как будто мы не ругались, а занимались чем-то совершенно другим.

— Да что за… — выдохнула я, провела руками по бедрам, будто так можно было взбодриться и стереть все эти мысли.

Я не хотела думать о нём. О том, как сильно он меня бесил. Как легко ему удавалось довести меня до грани, где раздражение переходило во что-то совершенно иное.

Но самое мерзкое…

Самое раздражающее…

Что-то внутри меня, глубоко, на уровне, где я не могла до конца контролировать свои реакции, выдавало азарт.

Как будто игра с Никитой была не просто противостоянием, а чем-то опасно захватывающим. Чем-то, во что я не должна была ввязываться, но уже сделала шаг в этот хаос.

Я резко развернулась и зашла в гараж, доставая из кармана отвертку и кидая на стол.

Надо выкинуть его из головы.

Заняться чем-то полезным.

Но даже когда взялась убирать инструменты в специальный ящик, пальцы невольно вспоминали, как к ним касалась его кожа.

Проклятье!