ГЛАВА 8

Внезапно слышу странный свист, и моё тело пронзает волна новой паники. Чупакабра, нависшая надо мной, обмякает и падает прямо на меня. Я закрываю глаза, охваченная страхом. Что это было?

Кто-то резким движением снимает с меня безжизненное тело твари и протягивает мне руку. Передо мной стоит здоровенный мужчина, в руках у него странная светящаяся штука, а лицо скрыто капюшоном. В тени капюшона я вижу лишь тёмные провалы глаз, и от этого становится невыносимо жутко.

Он резко дёргает меня за руку, помогая подняться. Я вскрикиваю от боли в ноге, о которой совсем забыла.

– Помягче нельзя? – вскрикиваю я, едва удержав равновесие. Ноги подкашиваются, и я чуть не падаю на землю, обратно. Ладони, только что крепко сжимавшие мою руку, резко отпускают меня, и я отшатываюсь назад.

Здоровяк, который только что помог мне не подняться, приподнимает бровь и с усмешкой спрашивает:

– А где спасибо?

– Было бы за что, – бормочу я себе под нос, растирая руку в том месте, где его пальцы оставили болезненный след. Ладонь скользит по коже, и я чувствую, как на месте хватки начинает проявляться синяк.

– Что за девы пошли? Неблагодарные… – с лёгкой иронией говорит он, качая головой. – Ну и оставайся тут. Желаю удачи.

С этими словами здоровяк разворачивается и уходит, его широкие плечи исчезают в тумане, который непонятно откуда взялся. Я остаюсь одна, чувствуя, как раздражение и обида сменяются лёгким смущением.

И тут мне становится по-настоящему страшно: вдруг какое-то неведомое существо снова на меня нападёт?

Я бегу вдогонку за мужчиной так быстро, как только могу. Сердце колотится в груди, дыхание сбивается. Ноги скользят по влажной траве, но я не останавливаюсь.

– Ладно, ладно, спасибо! – кричу я, и он останавливается, оборачиваясь ко мне. Я тяжело дышу, пытаясь успокоить сердцебиение.

Здоровяк раздражённо выдохнул, его голос прозвучал глухо, словно доносился из-под тяжёлого шлема.

– Сразу бы так, – пробормотал он. – Что с ногой-то? И с рукой… Да кто, вообще, в ночи по лесам, да ещё и босиком, носится? Совсем мозгов нет? Хотя, может, ты и вовсе полоумная?

Я стиснула зубы, чувствуя, как внутри закипает злость. Его слова хлестали, как удары плети, но я не собиралась молча сносить оскорбления.

– Сам ты дебил! – выкрикнула я, не сдержав язвительности. – Никто не смеет так со мной разговаривать!

Мой голос сорвался на визг, и я сама испугалась собственной реакции. Воздух вокруг, казалось, сгустился, наполнившись напряжением.

Здоровяк усмехнулся, его лицо исказила злая гримаса.

– Не знаю, кем ты меня назвала, но не ори. Хочешь, чтобы я ещё Чудовище позовёшь? Может, оно тебя услышит?

Эти слова прозвучали как приговор, и я замерла, не в силах пошевелиться. Чудовище… Это имя, произнесённое с такой небрежной насмешкой, заставило меня похолодеть. Я знала, о ком он говорит. Это существо обитало в глубине леса, и его появление означало только одно – смерть.

– Ты его видел? – шепчу я, с трудом сдерживая ком в горле. Голос предательски дрожит, а во рту становится сухо, как в раскалённой пустыне.

Мужчина отвечает, не поворачиваясь ко мне: – Никто его не видел. Если кто и видел, то живых свидетелей не осталось.

Я пытаюсь скрыть страх, но голос всё равно выдаёт меня. – А ты кто вообще? Почему я должна тебе верить? – спрашиваю, наигранно надувая губы. Но его это не трогает.

Он бросает на меня короткий взгляд, в котором мелькает что-то тёмное и загадочное. Его лицо скрыто тенью, и я не могу разглядеть его черты.

– А тебе не всё ли равно? Я иду домой, ты со мной или остаёшься тут? Некогда мне тут нянькой работать! – он рявкнул так, что я вздрогнула. Его голос, резкий и нетерпеливый, эхом разнёсся по округе. Я пошла за ним, прихрамывая, чувствуя, как боль в ноге пронзает всё тело. На ночь я тут точно не останусь!

Я бросила взгляд на светящийся шар, который парил рядом с ним. Он был похож на маленькое солнце, окружённое мягким золотистым сиянием. Интересно, что же это за штука такая? Может, от пульта какого-то управляется… хотя нет, я уверена, что здесь о таких приборах даже не слышали.

– У меня нога болит, и руку ломит, – начала я ныть, когда силы окончательно покинули меня. Боль в ноге становилась невыносимой, а в голове всё смешалось. – Я не могу больше идти! Можно хотя бы немного помедленнее?

Нет, он реально монстр какой-то! Ни капли сочувствия к бедной девушке, ни тени раскаяния. Он шёл вперёд, будто не замечая ничего вокруг, включая меня.

Ну, ничего, и не такую броню пробивали! Ни один мужчина ещё не смог устоять перед моим напором, и этот не станет исключением.

Он будет умолять меня, чтобы я хотя бы взглянула в его сторону, чтобы обратила на него внимание. Но я буду холодна, как лёд. Я буду размышлять, стоит ли тратить на него своё драгоценное время. В конце концов, у меня есть более важные дела, чем тратить его на тех, кто не заслуживает даже капли моего внимания.