18. Искуситель

— Он дорог тебе? — спросил Рэдариэл и пытливо прищурился.

Изящным пальцем поправил серебристый локон.

Теперь принц опять выглядел как принц, а не как обугленное огородное пугало. Такой красивый, чистенький, словно и не горел вместе с ними на псарне.

— Церус? — шмыгнула носом Медея.

Слезы продолжали литься из её глаз.

— Особняк, — эльф кивнул на огонь за рекой.

— Дом? Там вещи моей семьи. Моя прошлая жизнь…

— С которой придётся покончить раз и навсегда. Да? — участливо взял её за руку.

Какой контраст. Медее стало стыдно за свои обрезанные ногти. Вот у принца идеальный маникюр. А потом он опять щёлкнул пальцами. Медея поёжилась. Ей не хотелось больше никаких фокусов, никаких перемещений.

— А дом пусть остаётся, — и огонь, бушевавший за рекой, резко погас.

— Волшебство, — ошарашено прошептала Медея и от удивления перестала плакать.

— Теперь да, — довольно улыбнулся принц. И эта улыбка была куда приятней прежней.

— Там всё осталось как было? — указала на спасённый особняк.

— Как стало при Горнерах. Теперь это и их дом тоже. Возможно, их души станут бродить там по ночам, — прошептал таинственно эльф. — Страшно? — и весело усмехнулся. Нарочно пугал её, подлец. — Но тебе какое до этого дело? Ты ведь не станешь там жить? Понимаешь, что дороги обратно нет? — наклонился и заглянул ей в глаза. — Отныне ты другой вид. Враждебный для всех этих людей, — указал на толпу, шумевшую на другом берегу. — И пусть двуликие никогда раньше не ступали на ту землю, люди не позволят вам и вашим детям делить с ними один берег.

— Я… кажется, понимаю, на что ты намекаешь. Но ведь у оборотней есть разрешение. Или оно не действует?

— Действует, — заверил эльф. — На всем Людожите. Но оно не гарантирует тебе счастья среди этих людишек. — Эльф сморщил нос, напоминая Медее о своём врождённом высокомерии. — Вас не примут обратно. Ваше место там, в сторожевой крепости оборотней. И чем раньше ты поймёшь это, тем будет лучше для тебя. Для вас всех, — уточнил, многозначительно вздёрнув брови.

— Подразумеваешь девушек из обители?

— Проклятых. Ещё помнишь, как вас называют люди?

Эльф старательно убеждал Медею не просто так. Рэдариэл не мог допустить, чтобы она вернулась на Людожит для постоянной жизни. Это могло иметь плачевные последствия.

Информация о перерождении человечек и всё то, что рассказала Медея, не должно выплыть наружу так сразу. Только постепенно и только среди двуликих. Иначе нового витка вражды между этими видами не избежать. На что способны оборотни в поисках пары? Легко догадаться. Начнут ошиваться по всему Людожиту и волновать человеческие поселения. Зачем эти проблемы эльфам? Тем более место оборотней, их предназначение — охрана границы с Темной грядой. Там больное место Широких земель. Открытая рана.

А люди? Как поступят они, узнав, что проклятые перерождаются? Многие из людей уже освоились с мыслью о мире с двуликими, даже стали тайно переходить на другой берег, но это исключения, первые веяния перемен. Но остальные, узнав о возрождении враждебного вида, что предпримут? Опасность будет грозить в первую очередь несчастным девушкам. Их просто уничтожат. Всегда найдутся фанатики, готовые замарать руки в крови ради высокой идеи.

— То есть мне нужно бросить тут всё и уехать с Церусом? — задумчиво уточнила Медея.

— Зачем же всё бросать? Деньги лишними не бывают. Ты ведь богата?

— Как сказать, — качнула головой девушка. — И да, и нет.

— Ты наследница.

— Наследница состояния Фалин. Да. Была, пока была человеком. Но теперь… Проклятые — это что-то вроде мертвецов на Людожите, все их права обнуляются.

— Теперь ты ожила. Красный мор в прошлом. Если кто-то возразит, то пусть найдёт доказательства. Где они, метки Каройдомуса? — эльф внимательно осмотрел её лицо. — Твоя кожа чиста и нежна.

Рэдариэл подхватил её руку и поцеловал тыльную сторону ладони. Лукаво улыбнулся.

От такого внимания высокопоставленной особы Медея вспыхнула, словно свечной фитилёк от горящей спички. Смутилась, потеряв нить разговора.

— Только нужно официально восстановить твоё право на наследство семьи. Хотя подожди, — принц слишком резко отпустил её руку. Буквально отбросил, вспомнив что-то важное. Загадочно прикусил свой красивый ноготок. Кажется, задумал какую-то каверзу. — Ты же теперь ещё и вдова?! Значит, и деньги второй жёнушки тоже твои.

— Как это? Тери? — растерялась Медея. — Она тут при чем? Её деньги, оставшиеся ей от первого мужа? Не понимаю. Объясни. Очень уж витиевато получается. Первая жена якобы умерла, воскресла, потом умерла вторая жена вместе с мужем…

— А первая наследует её денежки, — засмеялся эльф. — Если подумать, отбросить законы, условности, то так будет справедливо. Териона ведь наверняка ускорила кончину своего несчастного муженька. Возможно, отравила, а возможно… уколола той булавкой и похоронила живьём.

Медея в ужасе посмотрела Рэдариэла.

— Неужели вы думаете… Хотя вполне возможно.

— Завтра я сам схожу к мэру и судебным стряпчим… Всё это нужно задокументировать. Пусть оформляют бумаги, и поскорей.

Принц нервно забарабанил пальцами по подоконнику. Ему уже не терпелось приступить к делу. Видимо, он раздумывал, а не стоит ли посетить официальных лиц прямо сейчас?

— Это так… так нелепо, так абсурдно! Это смешно, — Медея не удержалась и расхохоталась.

Смех был нерадостный, слишком громкий и резкий. Он был совсем не похож на обычный переливистый смех Медеи. Казалось, она повредилась умом от всего, что произошло с ней за последние часы. От всех этих жутких событий и признаний.

— Истерика? — бровь принца удивлённо поползла вверх. — Не ожидал от вас, дорогая, обычно вы сдержаннее.

— У меня есть отменное успокоительное, — прокричал из-за ширмы тролль.

— Отлично, — потёр руки эльф и заглянул в шкафчики, наполненные пузырьками. — Где?

— В моем кабинете на первом этаже. На столике у камина, — пояснил лекарь.

— Тогда мы вас покидаем, — эльф подошёл к ширме и нагло заглянул в операционную зону. — Как вы? Справитесь без нас?

— Без вашей болтовни? — фыркнул тролль. — Ещё быстрее. Можете не возвращаться сюда до завтра. Оборотень всё равно проспит до обеда. Кажется, я немного переборщил со снотворным. А может, и нет… Но он всё равно будет спать всю ночь.

— Идём, Меди, тебя ждёт успокоительное.

Рэдариэл элегантно положил ладонь девушки себе на руку. Она продолжала неестественно хихикать.

— А как же Церус? — Медея нерешительно посмотрела на ширму. — Я не хочу покидать его.

— Я оставил Церуса в надёжных руках.

— Уверенны? — у неё появились нехорошие подозрения относительно мастерства лекаря.

— Он точно будет жить. А если останутся шрамы… Церуса они только украсят.

***

Медея потянулась и сладко зевнула. Открыла глаза. Где это она? Удивлённо села. Красивый кабинет. Стол, заваленный бумагами, шкаф, наполненный книгами и свитками. Много комнатных растений. Потянулась к красному цветку, что расправил узкие лепестки совсем рядом с диваном. Хотела понюхать. Стоп! Рэдариэл говорил, что он ядовитый.

«Орнея бархатный сон», — вспомнила Медея название нежного убийцы.

«Всего один глубокий вдох — и ты уснёшь на пару дней. А если съешь его корень, то сон станет вечным», — объяснил эльф перед тем, как она отключилась.

Медея заснула? Неужели всё-таки понюхала коварный цветок? Или… Взгляд девушки остановился на чайном столике у дивана, заботливо застеленном тонкой кружевной салфеточкой. На ней стояли хрустальный графин, наполовину заполненный рубиновой жидкостью, и пара широких бокалов.

«Успокоительное», — вспомнила Медея.

Да! Точно! Она ведь всё никак не могла успокоиться этой ночью. То смеялась, то рыдала и всё время рвалась наверх. Хотела быть рядом с любимым. Пусть нельзя смотреть, но хотя бы слушать его дыхание через ширму.

И что с ней сделали? Опоили! Эльфийская настойка, бездна её забери! И как так можно? Взять и подсунуть вместо лекарства крепкий алкоголь? А ещё врачеватель называется. А принц? Тоже хорош. Так уговаривал, так убеждал. Ох уж эти коварные эльфы…

Рэдариэл заверял, что для успокоения её нервной системы нужно выпить хотя бы пару бокалов этой чудо-жидкости. Хотя бы… И теперь она вспоминает прошедшую ночь с трудом. Хорошо хоть не мучается похмельем — настойка-то эльфийская, высший сорт.

Видимо, Рэдариэл тоже был встревожен, потому что пили они вместе. Сначала проглатывали алкоголь как лекарство, а после… громко чокались и даже говорили тосты. Закусывали конфетами.

Меди удивлённо посмотрела на вазочку, стоявшую на полу — она была заполнена разноцветными фантиками. Все обёртки не поместились в ней и теперь валялись по комнате цветным сором.

Принц твердил, что сладкое помогает душевному равновесию, и переместил сюда конфеты из какой-то местной кондитерской. Целую гору. Клялся, что утром сходит туда и за все заплатит. Потом, для закрепления лечебного эффекта, переместил в кабинет врачевателя большую корзину, заполненную пирожными, и торт. Пустая тарелка с шоколадными крошками и мазками белого крема стаяла на рабочем столе тролля, а испачканные вилки и бумажные формочки от кексов, кто-то аккуратно сложил в большую кадку с фикусом. В утренних лучах солнца это выглядело это как укор их прожорливости.

Ещё ночью было мороженое и шипучий ванильный лимонад. Это переместили уже из столицы. Очень вкусное было мороженое — клубничное и лимонное. Девушка облизнула губы и почувствовала привкус лакомства. И как она не лопнула от такого количества сладостей?

Старательно отвлекая её от горьких мыслей, Рэдариэл всё время что-то рассказывал. Оказалось, у них столько общих тем для разговоров. Принц прекрасно разбирался в садоводстве, готовке, растениях. Особенно — в растениях. Он знал о них столько всего интересного. Хотя это и понятно — он же эльф.

Оказывается, у всех растений в кабинете лекаря были свои уникальные свойства. Тролль, видно, разводил их неспроста — готовил из них компоненты для своих настоек. Вот и этот цветок — Орнея — был основным ингредиентом снотворного, которым лекарь усыпил Церуса. Убойная штука.

К полуночи ужас от пережитого под воздействием алкоголя, еды и болтовни эльфа постепенно отступил. Медея перестала плакать, и её мысли словно по волшебству перенеслись во времена юности. Как часто она развлекалась на балах, вот так же поедая угощения и беззаботно болтая на разные темы.

Эльф не умолкал. Заметив, что девушка опьянела, принялся флиртовать. Столько комплиментов отпустил он Медее! Так её глаза не расхваливал ещё ни один мужчина. А руки? Рэдариэл убедил её, что её руки самые красивые на свете. И она поверила. Должно быть, чары какие-то…

Потом принц говорил о её тонкой талии и даже похвалил высокую грудь.

«Волнующая…» — томно вздыхал принц и закатывал глаза.

И, чтоб окончательно отвлечь от операционной наверху, подарил ей платье. Несколько. Вон они, ворохом лежат в кресле.

Медея, в ужасе прижала руки к щекам. Подумать только, они устроили тут примерочную женского магазина. Безобразие. Как неприлично! А ночью было так весело…

Эльф щелкал пальцами, и Медея преображалась. На ней оказывалось новое платье. И туфли, и чулки, и даже… Да-да, Меди чувствовала на теле другие панталоны.

«Не это», — капризно куксилась она, глядя в неизвестно откуда взявшиеся зеркала.

Притворялась, что не понравилось, хотя все платья были восхитительны.

Принц снова щелкал, платье менялось на новое, а то, что не одобрили, укладывалось в кресло.

«Вдруг вы передумаете», — смеялся эльф.

Она тоже смеялась. Чувствовала себя так беззаботно…

Когда выбор был сделан, девушка предпочла самое яркое, красное, расшитое речным жемчугом, Медея удивила принца. Потребовала немедленно отвести её к Церусу. Любимый должен видеть её преображение!

Рэдариэл снова схитрил. В комнате вдруг заиграла музыка. Новые туфли нужно немного обносить. Церус ведь никуда не убежит. Спит.

— О небеса, — хлопнув себя по лбу, Медея откинулась на спинку дивана.

Они ещё и танцевали. Прекрасные… нет, ужасные воспоминания постепенно возвращались в трезвевшую голову Медеи. Как можно было? Танцевать с эльфом, когда наверху тролль-врачеватель боролся за спасение оборотня? И пусть Церусу ничего не угрожало, все равно это нехорошо…

Кружась в вальсе… А кстати, откуда звучала музыка? Кажется, из той огромной раковины, что стоит на шкафу. Ну да, эльфийская ворожба…

Кружась в вальсе, принц жаловался. Бедный Рэдариэл так тяжело пережил удар по своей красоте. Оказалось, что на восстановление прежней внешности он потратил энергию бытия. Теперь отведённая ему природой жизнь стала на несколько лет короче. Он умрёт не через сколько-то там сотен лет, а на десяток годиков раньше. Ох, бедняжка! Меди старательно сочувствовала, но получалось плохо, и она постоянно срывалась на хихиканье. По сравнению с ранениями Церуса, потери принца казались ей сущим пустяком. А ведь любимый даже не думал скулить.

Когда жалобы надоели, Медея решительно убрала с талии его руки и топнув ногой велела: наверх!

Рэдариэл сделал последнюю попытку удержать её:

— Только после того, как компенсируешь мне моральный вред.

— Я?

— Конечно. Ведь примчался я на твой призыв.

Меди насупила нос. Да, он спасал её (хоть и не спас). И наверное, она должна компенсировать… Что там он требовал?

— Всего один поцелуй.

— Ах ты, нахал! Как так можно?! — Медея даже слегка протрезвела от возмущения.

— В щёку, — как же обворожительно улыбаются эти эльфы. — И сразу пойдём проведать нашего героя.

К Церусу? Только нужно чмокнуть в щеку этого наглеца? Почему нет? Она же когда-то мечтала поцеловать эльфа. Только откуда Рэдариэл узнал об этом? А, Меди сама выболтала. Рассказала, что, сидя в чайной комнате вдали от нянек и мамаш с подружками частенько фантазировала на тему «я и эльф». Ведь она прочитала столько романов, описывавших такие отношения. Все девушки в её окружении сходили с ума от остроухих красавчиков.

Всего один поцелуй…

— А-а-а, — простонала Меди, когда перед глазами всплыли воспоминания о гладкой щеке принца.

Ради встречи с любимым она чмокнула щеку Рэдариэла. Даже не поцеловала, а просто клюнула, словно птичка. Кожа холодная и безупречная словно мрамор. А эльф ухитрился дёрнуться. Губы мазнули и… почти тронули его рот.

Стыд! Стыд! Стыд! Почти настоящий поцелуй. И как теперь она посмотрит в глаза Церусу? Охо-хо-хо. Это же позор. Измена. Горе горькое. Нужно всё рассказать Церу. Покаяться. Немедленно. Объяснить это недоразумение. Ведь ничего такого не случилось? Просто непривычно крепкий алкоголь и этот эльфийский флирт, зашедший слишком далеко. Рэдариэл ведь не имел права просить такое. А она… могла отказаться. Но не сделала этого. Сглупила. Бывает.

Ну должен же Церус войти в положение? Такое можно понять, с кем не бывает? Будь на её месте Церус… Медея представила на месте Рэдариэла Церуса, а вместо себя остроухую… и зарычала. Какая-то эльфийка целует её оборотня? Да Медея вырвала бы ей все волосы! Им обоим. А нечего…

Стоп! «Нужно молчать! — Медея рукой крепко зажала себе рот. — Во что бы то ни стало молчать. Никому не слова. Ну разве что… Бёрк». Ведь Меди — обычная девушка, она не могла совсем смолчать. Как жить, не обсудив с подругой такое?!

Бёрк поймёт. Она-то без лишней скромности рассказала Меди о своих бальных приключениях. Потом, правда долго рыдала и вытирала сопли подолом её платья. Вспоминала своего неверного Гелиодора, переживала его мнимую измену. Как хорошо, что они снова вместе.

Меди вздохнула, вспомнив парочку и их малыша. А ведь после Гел узнал про эльфа. И теперь у оборотня стойкая предвзятость к остроухим. Как он злился, глядя на кольцо Рэдариэла…

Обдумывая этот момент, Медея вдруг заподозрила в действиях эльфа подвох. Было что-то такое в его взгляде... Желание отомстить? Оборотням? За то, что увели из-под носа понравившуюся девушку? Очень даже может быть. Она смогла воочию наблюдать мстительность эльфийского принца. Мог и её соблазнить, чтоб потешить своё оскорблённое самолюбие. Доказать, что может добраться и до оборотницы, если захочет.

Меди стало немного обидно за себя. Ну да ладно, переживёт. Не впервой её используют для подобного. Вейд так вообще спал с лучшей её подругой.

А вот Церус не такой. Она поняла это, когда увидела пробившую его грудь стрелу. Он готов был жертвовать ради неё жизнью. А она… целовала эльфа.

Предубеждённость к остроухим теперь поселилась и в её душе.

— Никогда больше… — пообещала себе Медея.

Сочетание эльф и эльфийская настойка навсегда вычеркнуто из её жизни.

— И нужно молчать, — прикусила губу. — И загладить перед Церусом вину. — Точно. Но как? — Задумалась, сведя брови. — Может, приговорить ему что-то вкусненькое? Конечно! После такой ночки он наверняка голоден, как зверь.

Медея с нежностью вспомнила бледное лицо любимого. Рэдариэл выполнил своё обещание и на минуту пустил девушку наверх. Церус спал на кушетке, лекарь возился возле столика, заляпанного кровью. Оборотень в тот миг был такой беззащитный, такой измученый и невозможно родной.

Ему нужна еда.

—Где тут кухня? — решительно вскочила с дивана Медея.

Кухня, как и положено, нашлась в задней части дома. Небольшая и суперчистая. Вся выкрашена в белый цвет. В ней не было ничего лишнего, даже занавесок на окнах. Меди она показалась слишком голой, но для лечебницы очень подходила.

За столом обнаружился сонный врачеватель. Видно, бедняга только что проснулся, потому, заваривая себе чай, постоянно зевал и клевал носом. Кончик его ночного колпака, съехавшего набекрень, окунулся в чашку с напитком. Белая кисточка перекрасилась в приятный коричневатый оттенок и шлёпнула на столешницу чайную кляксу.

— Доброе утро! — поприветствовала Медея.

Интересно, тролль слышал, как они с Рэдариэлом буйствовали ночью в его кабинете, а потом подглядывали за больным?

— Доброе, — кивнул лекарь, и подув, отхлебнул из кружки.

Мокрая кисточка легла на его плечо и оставила на ночной сорочке мокрый след.

— Как Церус? Как его состояние? — Медея задала самый важны для себя вопрос.

— Прекрасно, — зевая во весь рот, ответил лекарь. — Как я уже говорил, такие раны не опасны для жизни оборотня. Сейчас пациент ещё спит.

— Замечательно. А как вы? Должно быть, всю ночь не смыкали глаз, — посочувствовала Меди.

— Я? С чего это? — удивился Свид Родок.

— Сидели у кровати пациента, следили за его состоянием… — неуверенно предположила Медея.

— Зачем? Он силен как… как оборотень! Что с ним станется? — беззаботно хмыкнул тролль и громко хлебнул чай. — Я уснул сном младенца сразу, как только закончил операцию. Всё эта музыка.

— Какая? — насторожилась Меди.

— Та, что играла внизу. Должно быть, эльф сотворил её для вашего умиротворения? — хвост тролль вопросительно вздёрнулся.

— Да-а-а, — задумчиво кивнула Меди. Что-что, а умиротворить её бдительность у эльфа вышло превосходно. Волшебник, бездна его забери. — Да! — уже уверенно кивнула девушка. — Специально сотворил мелодию, чтобы я уснула, а сам ушёл, — махнула рукой, показывая направление… куда-то вверх.

— Видно, воспользовался порталом, — догадался тролль. — Дверь-то заперта.

Дверь заперла Медея после того, как эльф на прощание игриво чмокнул её в руку. Но об этом Меди тоже будет молчать, как могильный камень. В подтверждение этой мысли незаметно прикусила себе язык.

— Пойду проверю пациента и приберу лекарню. Ох и беспорядок там теперь. Крови-и-ищи. А у моей служанки, как назло, сегодня выходной, — тролль допил свой чай и поставил кружку на стол. — А вы можете пока позавтракать, — указал на закрытые шкафчики и плиту.

— Может, помочь с уборкой?

— Нет! В операционной я справлюсь сам. Не терплю, когда инструменты трогают посторонние.

В дверь, что вела во двор лечебницы, постучали.

— Доставка продуктов. Как вовремя. Стоило только заговорить о завтраке. Заберете? — обратился к Медее.

— Я?

Меди оглядела своё бальное платье. Как-то неудобно выходить к посетителям в этом. Слишком яркий красный цвет для утреннего часа, слишком пышный фасон и… глубокое декольте. Корсаж платья был таким низким, что груди неприлично выпирали и притягивали взгляд даже пожилого тролля.

— Да, вы. И приготовьте своему суженому завтрак. Много-много еды. Что-то легкоусвояемое, белковое и питательное, — и, беззаботно посвистывая, лекарь пошёл к лестнице.

В дверь снова постучали, более настойчиво.

— Иду, — крикнула Меди и попыталась подтянуть корсаж повыше. Бесполезно, это платье создано соблазнять. — Иди уже, — приказала себе и смело открыла дверь. — Тролль, — хихикнула, увидев доставщика.

— Так точно, мисс, — кивнул серьёзный парень. На голове его красовалась огромная кепка, с рисунком в красную клетку.

Доставщик совсем ещё мальчишка, был на голову ниже Медеи — как раз такого роста, чтобы смотреть прямо на её грудь. Что он и делал.

— А вы? — попыталась отвлечь его Медея.

— Доставка с молочной фермы, мисс, — не отрываясь взгляд от выреза платья, тролль протянул ей корзинку, заполненную свёртками пергамента и бутылями с молоком.

— А вы родичи? С доктором? — Меди с интересом разглядывала пятнистые уши трольчонка точь-в-точь, как у Свида Родока.

— Одна ветвь, мисс, — гордо кивнул парень. — В городе Встреч все тролли родичи, мисс. В большей или меньшей степени, мисс. Мы с Родоками пятиюродные будем. Вот. Ещё вопросы, мисс? — он учтиво приподнял кепку. А сам так и продолжал разглядывать то, что пряталось за низким корсажем.

— Пожалуй, достаточно, — рассмеялась Медея и сделала перед доставщиком элегантный реверанс.

Декольте опустилось вместе с хозяйкой, и парнишка смог увидеть его в полной красе. От этого его маленькие глаза округлились, а хвост нервно встрепенулся.

— Доброго дня, мисс, — заворожённо прошептал тролль, но дверь перед его носом уже закрылась.

— Итак, что мы имеем? — Меди деловито выложила продукты на стол. — Творог, сметана, молоко, сыр. М-м-м, — почесала голову. — Блины? Или творожные лепёшки с сыром? Тогда мне понадобится мука.

Медея сдёрнула с крючка кухонный фартук и предусмотрительно прикрыла им своё бальное платье. Решила сохранить его, не испачкав во время готовки. После подать Церусу эту волнующую красоту как основной ингредиент завтрака.

В дверь снова постучали.

— Иду, — поправила высокий, по самое горло, фартук.

Так-то лучше, а то у всех юных доставщиков города Встреч будет навязчивая фантазия. Оборотница в красном. Фи!

На пороге стоял тролль. Другой, ещё меньше первого.

— Доставка из булочной, мисс. — Он с интересом уставился на её грудь, и лицо парня сразу скисло.

Взгляд трольчонка наткнула на жёлтые лютики, густо украшавшие ткань. У фартучка была весенняя расцветка. Меди удивлённо хмыкнула — неужели доставщики уже успели обсудить её декольте? Какие шустрые.

— Хлеб? — одёрнула мальчишку Медея.

— Да, мисс. Хлеб, мисс, — вяло почесал ухо парень и протянул ей корзину. — Также кукурузный батон и три маковых кренделя, мисс, — пояснил, заглянув в свою записную книжку.

— Я что-то должна? — Медея вопросительно посмотрела на трольчонка, топтавшегося на пороге.

Он точно хотел что-то спросить.

— Э-э-э нет, мисс. Только…

— Что? — лукаво приподняла бровь девушка.

— Правда ли, мисс, что тут проходит лечения оборотень? Мисс? — смущённо поинтересовался парень.

Сколько ему? Меди совсем не разбиралась в троллях, но, должно быть, что-то около тринадцати.

— Да, оборотень здесь, — Медея улыбнулась, глядя в глазёнки трольчонка, загоревшиеся восторгом. — Он идёт на поправку, так что можешь не волноваться за него, — она осмелилась дружески похлопать доставщика по плечу. Он явно благоволил к двуликим. — Теперь всё?

— Ещё, мисс… Когда можно увидеть этого мистера? — скромно спрятав руки за спину, тролль пытливо посмотрел на девушку. — Никогда не видел этот вид, мисс. Страшно хочется посмотреть.

Медея не удержалась и рассмеялась. Какой он забавный, и эта его кепка. У этого мальчика квадрат на рисунке был синим. Должно быть, тут у троллей такая мода. Нужно будет купить нечто подобное для Варди. Порадовать торговца необычной обновкой.

— Думаю, он будет прогуливаться по улицам ближе к полудню. А после обеда обязательно осмотрит железный мост.

— Спасибо, мисс! — радостно воскликнул парень и спрыгнул с порога. — Удачного дня, мисс!

— Удача мне понадобится, — замешивая тесто, бормотала Медея. — Я сто лет не пекла блины.

В это время на плите закипела кастрюля с мясом — в холодном шкафу Медея отыскала тушку курицы и решила, что самым легкоусвояемым блюдом станет наваристый бульон. А блинчики пойдут на десерт.

В дверь настойчиво забарабанили.

— Кто ещё? — вытирая руки, пошла открывать Медея.

— Доставка, — сообщил тролль.

На этот раз это был не мальчишка, а мужчина в самом рассвете лет. Крупный и с приличным пузом, замаскированным жилеткой. У Варди к лету отросло такое же. Наверное, у всех троллей жирок откладывается спереди.

— Я поняла, что доставка, — хмыкнул Меди. — Что доставляете вы?

— Мясо, мисс, — её внимательно рассматривали. — Отборнейшее мясо с собственной фермы.

Нет, тролль глядел не на её грудь, он смотрел в лицо, в глаза, на её уши. Неужели узнал в ней оборотня?

— Тут отбивные, свиные рульки, бекон. Ещё два десятка яиц. Надеюсь, этого будет достаточно, — пробормотал тролль. Говорил словно сам с собой, прикидывал, сколько может слопать оборотень.

— Благодарю, — Медея торопливо выхватила протянутую корзинку и закрыла двери. — Эти тролли начинают мне надоедать.

Хлеб пах божественно. Она не удержалась и, пока жарила блинчики, отгрызла бок у румяного каравая.

— Доставка, — снова постучали в дверь. На этот раз доставщику принадлежал весёлый женский голос.

— Даже не могу предположить, что ещё можно заказать с утра пораньше…

— Зелень, мисс, — радостно улыбалась пышная трольчиха. — Всего час назад собрана с огорода, мисс.

— Благодарю.

Корзина, полная овощей и корнеплодов, была тяжелее прочих. Медея не удержала её и плюхнула на пол. Как тролька дотащила её досюда?!

— Скорейшего выздоровления вашему парню, мисс. Всегда будем рады видеть двуликих у нас в лавке, мисс, — улыбнулась трольчиха и, деловито помахав Медее рукой, сошла с порога.

— А новости тут быстро разлетаются, как я посмотрю, — волоча к раковине корзину, кряхтела Меди. — Что за языки у этих троллей? Больше нечего обсудить, кроме парочки несчастной оборотней?

— Ну почему же, ещё говорят о вчерашнем пожаре и эльфийском принце, что ходит туда-сюда с берега на берег, — радушно пояснил старенький тролль, стоявший в дверях.

Меди не закрыла двери после ухода трольки, и новый доставщик услышал её сетование.

— Вот как? — выпрямилась Медея и смущённо отёрла о фартук руки. — Вы не подумайте… просто столько внимания к нашим персонам…

— Понимаю, — улыбнулся тролль и пригладил роскошные седые усы. — Оборотни тут редкость. Уникальный случай, — приподнял в знак почтения свою огромную кепку. Квадраты на ней били зелёными. — Доставил вам, мисс, и вашему парню свежайшее пиво.

— Пиво? — лицо Медеи удивлённо вытянулось. Вот уж чего не ожидала с утра пораньше.

— Самый лучший напиток в такую жару, — расплылся в улыбке седой тролль. Он, видно, уже продегустировавший свой товар. — Слегка пьянит и так освежает! — тролль по-свойски прошёл в кухню и поставил на стол большой глиняный кувшин. — Моё почтение, мисс, — приподнял кепку старичок и удалился.

Медея поспешила закрыть за ним двери. Вдруг ещё кто-то явится и станет расхаживать тут, мешаясь под ногами.

— Кажется, я начинаю привыкать к доставке, — Меди посмотрела на запотевший кувшин с пышной пенной шапкой. — Интересно, можно организовать нечто подобное в пограничной крепости?

В дверь, к которой она прижималась спиной, снова постучали.

— Рыба. Свежайшая рыба! — горлопанил низкий голос.

— Придётся ещё и рыбу жарить, — удручённо вздохнула Медея. — Ненавижу жарить рыбу. Как отменить доставку?