Глава 12.4

Снова поднялся шум, кто-то кричал, что бой окончен, иные напротив, призывали судью разобраться в случившемся.

Марек и Килиан замерли на противоположных концах арены. Тройд прижимал к лицу мешок с холодными камнями, поданный ему одним из легионеров, кровь из раны на лице залила ему грудь и живот, и он пытался остановить кровотечение.

Анджей Берингер вышел на середину и поднял руки, призывая к молчанию.

Крики стихли, но кто-то выкрикнул из ближних рядов:

– Князь дал слово не использовать обращение во время поединка! Он нарушил слово, это поражение!

– Я знаю уговор! – ответил судья, – Марек Из Изумрудных Скал, признаёте ли вы поражение?

– Нет, – пророкотал князь.

– Это неважно! Он проиграл! – вскричали несколько человек.

– Заткнитесь, на хер, и дайте сказать Берингеру! – со своего места закричал Счепан Каспер.

Началась перепалка между зрителями. Барон грозился сам отвесить пару оплеух если его противники в споре не угомоняться. Слов судьи никто не слышал.

Марек взглянул на Килиана, и увидел торжество на его лице. Командир стражи решил, что победа уже его.

Внезапно движение на переднем ряду привлекло его внимание. Он заметил, что Дива что-то говорит герцогу, и тот снимает с себя медальон.

Валерия надела на себя медальон и открыв его, встала.

– Князь невиноват! – голос, усиленный магией, пронёсся по площади, заглушая крики, – Его вынудили обратиться!

Повисло молчание, в котором удивления было столько, что его можно было почувствовать кожей.

– Откуда вам, Леди, это известно? – Анджей оглядел Диву, пытаясь понять, что скрывается за её словами.

Валерия растерянно повернулась к герцогине, та кивнула, подбадривая её. Медная Дева выпрямилась и решительным голосом произнесла:

– Я ощутила магию, что лишила его воли и вынудила перестать драться. Кто-то управлял им через… ну… – она смутилась, но уже через мгновение продолжила, – Знак на его ноге.

– Через рабскую метку?

По рядам прокатился ропот.

– У него не было выбора, – сказала Валерия, – Он должен был снять с себя это колдовство, и обращение помогло. Но разве это честно, считать его проигравшим, если ему не оставили выбора?

Анджей взглянул на Марека, начиная что-то понимать.

– Ты поэтому крикнул «кто»? – спросил он, наклонившись к князю, – Здесь, что, у кого-то есть ключ?

Марек кивнул.

– Ваши слова меняют дело, – признал Анджей к неудовольствию некоторых зрителей, – К тому же князь не делал попыток продолжить бой после превращения. Я тоже не верю, что он мог по собственной воле сдать бой.

Народ разразился криками, все спорили о том, может ли князь продолжать бой.

Слово взял герцог, к которому по проходу меж рядов амфитеатра, подошли несколько фомориан. Марек наблюдал, как они переговаривались с Рафалом.

– Эти досточтимые господа предложили нам свою помощь, – сказал герцог, оглядывая толпу горожан, – Они окружат арену непроницаемой для магии оболочкой, чтобы магия ключа не могла помешать честному поединку. Мы обыщем Килиана Тройда, чтобы снять с него подозрения, а после бойцы закончат поединок. Мы не позволим предателям опозорить нашу честь подлыми приёмами!

Спорить с герцогом не решился никто.

У фомориан ушло несколько минут на создание барьера, а Килиана обыскали. Лекарям приказали вылечить рассечение на щеке командира стражи с помощью магии, чтобы поединок был справедлив, ведь обращение излечивало все раны на теле гозериан.

Оказавшись в защитном кольце, Марек вернулся в свой истинный облик. Килиан вошёл на арену и, становясь напротив князя процедил:

– Хорошо, наверное, когда тебя прикрывает юбка Дивы, – он усмехнулся, презрительным взглядом смерив Марека, – Предпочитаешь решать проблемы с помощью покровителей. Какой же ты воин?

Марек оглянулся, но рядом не было никого, кто мог их слышать.

– А ты любишь подлые приёмы, Тройд, – ответил он.

– Любые приёмы хороши, если помогают одержать победу, – скривился Килиан в ухмылке.

– Раз ты так считаешь, – Марек покачал головой, становясь в стойку.

– Бой! – услышали они голос судьи.

Изучивший противника в первый раз, Килиан сразу перешёл в наступление. Марек оборонялся, отвечая на атаки, но Тройд уходил от кулаков, не подставляясь теперь так легко под удары.

– Тебе не одолеть меня, гозерианин, – пропыхтел Килиан, – Я таких как ты десятками на хую вертел.

– Каких это, таких? – Марек попытался ударить Килиана в плечо, но тот увернулся.

– Честных, – ответил Тройд, усмехнувшись, – Вы слишком предсказуемы.

Марек с наклона ударил Килиана в живот, тот отступил на мгновение, но тут же ответил слева, двинув Мареку в ухо, когда тот выпрямился, пропустив удар.

Князь чуть не потерял равновесие, в глазах потемнело. Килиан засмеялся сквозь дыхание, с шумом вырывавшееся из лёгких. Марек сжал челюсти, глядя на противника.

– Так-то, малец, – прохрипел Килиан, усмехаясь, – Не ожидал? Я тебя выучил!

Тройд бросился в атаку, несколькими ударами отбросив Марека к краю арены. Тот закрыл голову руками, погасив самые крепкие из них предплечьем. Килиан понимал, что мощный удар может подарить ему победу. Обманным ударом в живот, он вынудил князя открыться, и прямым ударом выбросил руку вперёд, метя в лицо.

Но Марек не стал уклоняться от удара. Он склонил голову так, что удар кулака пришёлся точно меж его рогов.

Раздался треск ломающихся костей, и правая рука Килиана повисла, став бесполезной. Тройд не вскрикнул, он сделал шаг назад, потом вперёд, пытаясь понять что произошло.

– Я тоже кое-что выучил, – сказал Марек, глядя в широко раскрытые от удивления глаза Килиана, – Любой приём хорош, если он ведёт к победе, верно?

С этими словами князь врезал Тройду меж глаз так, что тот подлетел в воздух, описав дугу, и шлёпнулся на арену, словно мешок с картошкой.

После этого удара Килиан не поднялся.