Глава 10. Исполнение договора

Я решила, что хватит. Надо что-то делать. Я вовсе не хочу быть предметом манипуляций, особенно притом, как отчаянно дергается Медный, пытаясь меня защитить. Слишком многого эта защита может ему стоить. Меня не надо защищать, я могу сама.

Поэтому вечером я пошла к Черному.

Сейчас как раз отличный момент.

Нет, сначала я пошла к Гваро.

– Лорд Гваро, – сказала я, – этой ночью я собираюсь исполнить договор.

Он удивленно поднял бровь.

– Что собираетесь сделать?

– Если король Джонас так настаивает на исполнении договора, я исполню, – сказала я. – По нашему договору я должна провести с ним ночь. Чем мы будем ночью заниматься – не обсуждалось, поэтому я имею право сесть рядом и почитать ему книжку. Если уж мы подходим формально, и поединок без предварительного объявления не может считаться поединком, то и я имею право подойти формально и сделать ровно то, о чем договаривались.

Пока я говорила это, Гваро ухмылялся все шире.

– И что вы хотите от меня? – поинтересовался он.

– Зафиксировать, что договор я исполнила.

– А если король Джонас все же потребует не просто книжку почитать? – спросил он.

– В его состоянии, – сказала я, – врачи советуют ему лежать и поменьше двигаться. Он слишком слаб. В его возрасте активные действия могут плохо сказаться на сердце.

Гваро засмеялся, в его глазах ясно сверкнул интерес.

– Думаете, от ваших прелестей его хватит удар, и это решит все проблемы?

Я промолчала. Просто стояла и ждала.

– Хорошо, королева Эирин, – сказал Гваро. – Если вы пойдете к нему, я зафиксирую, что договор вы исполнили. Не боитесь?

– Нет, – сказала я.

Поняла, что это почти правда.

Нет, меня трясет слегка, но сейчас я абсолютно уверена в том, что делаю. Больше не сомневаюсь. В конце концов, Серебряный еще в первое утро говорил Танкару именно это – отдать Черному меня, пусть успокоится, а дальше действовать по обстоятельствам.

По крайней мере, ничья жизнь от этого теперь не будет зависеть. Никаких лишних условий.

У Танкара свои причины пытаться меня не отдать, я эти причины отлично видела, когда он полетел биться об воду. И он скорее сам согласиться платить кровью…

Но так не стоит…

Поэтому я надела строгое синее платье, любимое сапфировое колье, гладко уложила волосы, взяла томик поэм Клеитоса и пошла.

Черный лежал в подушках и тяжело дышал.

Такая лихорадка обычного человека сожгла бы давно, но Черный был сильный. И все же – старый. Молодые драконы легко залечивают раны, сломанные кости срастаются, и даже почти выцарапанные глаза могут восстановиться. Но с возрастом эти процессы идут все медленнее. И сейчас, несмотря на всю физическую мощь, на регенерацию Черному не хватает сил.

Когда я вошла, он встрепенулся, вытянулся. Замер.

Я попросила слуг помолчать, сказала, что все скажу сама.

Вдруг поняла, что Черному самому страшно. Он понимает, что к нему вошли, но не видит, не знает кто это и чего ожидать. Нет, наверно «страшно» – не совсем то, но ему точно не по себе от собственной беспомощности. Это хорошо заметно в каждом его движении.

Большую часть бинтов сняли, оставили только повязку на глаза. Все лицо исполосовано, изодрано, живого места нет. Он словно постарел разом – ссутулились плечи, руки неуверенно подрагивали.

На мгновение мне даже стало жаль его. Но лишь на мгновение.

И стало легче. Жалость хорошо убивает страх.

Он сидел, вытянув голову ко мне. Принюхиваясь. И ждал.

Я выдержала паузу. Признаюсь честно, это доставило мне удовольствие.

– Король Джонас, – сказала наконец, – я пришла исполнить договор.

– Синяя? – он, кажется, удивился. – Ты хочешь исполнить договор? Сейчас?

– Да, – сказала я твердо. – По договору я должна провести с вами ночь. Я посижу рядом и почитаю вам поэмы Клеитоса.

– Что? – он не поверил сначала. Потом заржал. Громко, от души.

Я просто стояла там, глядя на него.

– Хитрая Синяя! – немного отсмеявшись, сказал Черный. – Думаешь, ты выбрала удачный момент? Думаешь, я слишком слаб, чтобы исполнить договор по-настоящему? Я ведь не за чтением поэм тебя звал.

Он даже попытался сесть прямо, вот только я видела, как тяжело ему это дается. Он смеялся, но я видела, как выступает пот, как говорить ему все сложнее, потому что отдышка. Регенерация всегда в разы ускоряет процессы, требует больше сил. Кровь бежит быстрее и сердце быстрее бьется. Но Черный не мальчик, и несколько дней такого темпа его сердце и без того с трудом выдерживает.

И шальная мысль вдруг – Гваро прав. Чуть усилий и его правда хватит удар. Он сдохнет. Возможно, именно этого Гваро и ждет… учитывая обстоятельства. Серебряный прав, Гваро устал ждать корону.

И еще так очевидно сейчас – Черный слаб. Он ничего мне не сделает. Даже если захочет – не в состоянии. Вся эта болтовня сейчас – лишь дело принципа, он не никогда не признает свою слабость.

А я воспользуюсь.

– Разве момент неудачный? – сказала я мягко, подходя ближе, и страх ушел совсем. – Я обратилась к лорду Гваро, он засвидетельствует, что я пришла исполнить договор, раз уж вы так требуете. Его секретарь ждет за дверью. Или вы хотите отказаться сами?

Черный оскалился.

На изуродованном лице оскал смотрелся особенно жутко.

– Не откажусь, – рявкнул он. – Раздевайся, Синяя.

Мне вдруг самой смешно.

А и разденусь.

Он не видит все равно.

Давай сыграем! Как далеко каждый из нас готов зайти.

Балконная дверь открыта. Если уж что, я прыгну в окно. В небе он меня не поймает.

Расстегнула тонкое сапфировое колье, уронила на пол с тихим стуком.

Черный прислушивался. Всем телом подался вперед, вытянувшись. Ждал.

Я скинула туфли. Расшнуровала платье… у платья легкая шнуровка, я специально выбрала такое. Позволила ему с шелестом упасть на пол.

Видела, как дыхание Черного становится чаще, тяжелее. Как на висках и на шее все больше выступают капли пота.

Поняла, что и мое сердце начинает быстрее стучать, но это не страх, и уж точно не желание. Это азарт. Вот и что ты, Черный, будешь делать? Я тебе не по зубам! Зубы сломаешь!

И сорочку сбросила тоже, оставшись в одних чулках. Поняла, что несколько раздеваний и оборотов при всех – притупили мою стыдливость. Оборотни вообще не склонны стесняться своего тела.

– И как вам? – спросила с вызовом.

– Разделась? – тихо, низко зарычал он. – Подойди.

Вот тут, признаться, замерло сердце, и пришлось сделать усилие над собой, чтобы шагнуть вперед. И все же, Черный силен. Если он попытается схватить…

Но как иначе заставить его бегать? Пусть он почувствует. И тогда инстинкты потянут его за мной с постели.

Пусть побегает за мной.

Вперед.

– Так? – сказала я, поняла, что отчаянно дрожит голос. И Черный эту дрожь слышит, ухмыляется.

Он тянет руки ко мне. Слегка трясущиеся, потемневшие от возраста, чуть покрытые мелкими чешуйками на тыльной стороне ладоней…

Тихо. Стоять.

Я смогу…

Пальцы касаются моего бедра. Гладят. Противно – нет сил.

– Си-иняя… – говорит он. – Ты храбрая девочка. Что ты задумала?

Он понимает.

Но он тоже не готов отступать. Тянет вторую руку, но я дергаюсь назад. Хватит!

Хочу отпрыгнуть, но не успеваю. Он, все же, слишком хороший опытный воин, реакция отточена годами. Он хватает меня, за ногу, за плечо – как успевает. И хватка у него железная, мне не вырваться так просто. Я вскрикиваю и дергаюсь снова. И еще. Он рычит. И сам вскакивает на ноги за мной, пытаясь удержать.

Я рвусь, и его когти оставляют на моей коже кровавые следы…

И тут от паники, в какой-то момент, дернувшись сильнее, я просто оборачиваюсь. Мои крылья раскрываются, сметая мебель. Спальня просторная, а я пока не слишком крупная драконица… И этим рывком я выскальзываю из его рук, бью крыльями. Рычу, оскалившись. «Не подходи!»

Черный выпускает меня. Но привычка, инстинкты, все, что есть в нем – не может позволить меня упустить. Он бросается за мной и почти оборачивается тоже. Но ему не хватает места. Трещат стены, крылья упираются в потолок, выворачиваясь. И он ревет сам – в этом боль и ярость.

Он не видит меня, но чувствует. Пытается ухватить – на запах, на звук. Дергается…

И вдруг страшно хрипит, словно задыхаясь. По телу проходит судорога. И снова.

Оборот сам по себе отнимает силы, а вот это все…

Сердце. Сердце все же не выдерживает этого окончательно.

Огромная туша черного дракона заваливается на бок, вынося окна, круша все вокруг.

И падая – снова оборачивается человеком.

И бьется в судорогах. Изо рта, из ушей, идет кровь.

Черный еще дергается. И затихает скрючившись на полу.

Я еще долго смотрю на это, стараясь осознать и отдышаться. Потом оборачиваюсь тоже. Чуть не падаю, потеряв равновесие, но стою.

И в дверях, прибежавшие на грохот, стоят слуги. И Гваро. Он тоже здесь. Зафиксировать договор…

Гваро подходит сам.

Опускается рядом с дедом, трогает жилку на шее, долго сидит, прислушиваясь.

Потом смотрит на меня.

– Он мертв, – говорит тихо.

И как-то вся жизнь проносится перед глазами.

– Вы же не обвиняете в этом меня? – тихо спрашиваю, сердце вдруг замирает.

Гваро долго молчит, словно ему нужно время все обдумать. Сомневается?

Наконец, качает головой.

– Нет, вы не виноваты, королева Эирин. Думаю, просто сердце не выдержало. Вы сами ранены? У вас кровь.

Я вздрагиваю. Наверно, только сейчас осознаю, что стою голой перед ними. С удивлением понимаю, что на это мне плевать.

По расцарапанному плечу, по бедру – течет кровь, плечо чуть дергает. Но на это как-то плевать тоже.

– Это просто царапины, – говорю я. Поворачиваюсь к слугам. – Принесите мне воды.

Все словно во сне, не по-настоящему. Так не должно быть. Еще недавно, я и представить не могла…

И все же, облегчение накрывает. Все. Черного больше нет.

– Что произошло? – говорит Гваро. – Он набросился на вас?

Мне кажется, говорит даже не для того, чтобы узнать, он и так знает что произошло, понимает. Говорит, чтобы все услышали. Формальный повод.

И нет… у меня нет иллюзий, что Гваро на моей стороне. Он на своей, и у него свои цели. Но сейчас, думаю, ему выгоднее поддержать меня.

– Да, – говорю я, глядя прямо на него. – Он схватил меня, я попыталась вырваться, дернулась и от испуга обернулась, и он обернулся за мной тоже… И, видимо, оборот вот так… Не выдержал…

– В его возрасте это все сложнее, – говорит Гваро. Так, словно Черный был стариком, который едва передвигал ноги.

Но это не мое дело сейчас.

И нужно что-то еще сказать…

– Я сочувствую вашему горю, лорд Гваро.

Он тихо фыркает. Чуть кривится. Кивает.

Вряд ли у них с дедом была любовь.

Мне приносят воды, я смываю кровь. Надеваю сорочку, потом платье. Прямо здесь, словно одна, словно никого больше нет.

Словно во сне.

– Могу я что-то сделать для вас сейчас? – спрашиваю еще.

Это мой замок, может быть, нужны какие-то мои распоряжения? У меня гудит в голове, мне сложно осознать.

Гваро качает головой.

– Благодарю, королева Эирин. Я уже послал к лорду Майрону, мы сейчас обсудим некоторые текущие моменты относительно случившегося, перевоза тела и церемоний. С вами, все вместе, мы встретимся, думаю, завтра к полудню. Сейчас вам тоже нужно отдохнуть.

Он распоряжался так, словно…

Мне нужно отдохнуть?

Я не знаю. Здесь он, пожалуй, действительно имеет право распоряжаться. Это его дед и он… я не знаю. Не сейчас… А я, действительно, очень устала, и у меня нет сил. И все равно, чувство, что меня пытаются задвинуть подальше. Гваро будет обсуждать дела с Майроном. Готова ли я перехватить это? Нужно ли мне?

После случившегося у меня трясутся руки и кружится голова, в ушах звенит. Мне сложно сосредоточиться. От меня действительно будет мало пользы.

Хорошо. Завтра в полдень.

– Хорошо, лорд Гваро. Завтра в полдень мы встретимся и обсудим.

Он кивает. Ухмыляется чуть заметно.

Король Гваро. Новый Черный. А тот, что лежит на полу сейчас – просто старый Джонас.

У меня больше нет сил.

И я ухожу. К себе. Мне нужно побыть одной и поспать. Хватит на сегодня.

Только по дороге, уже недалеко от своих покоев, я натыкаюсь на Медного. Его покои чуть в другой стороне, на мужской части, а здесь… Он искал меня? Искал. Вот только увидел, и едва не бросился ко мне. Но ходить ему тяжело, поэтому броска не вышло. Он качнулся, шагнул…

– Эирин…

В его глазах ужас и радость. Непонимание. Он не знает.

И все же подходит ближе. Смотрит на меня. Ждет.

– Черный мертв, – почти растеряно говорю я. И больше не могу говорить. Просто вот вдруг силы совсем закончились. Вот именно сейчас. Я сказала это – и все. Понимаю, что губы дрожат, и подбородок, я не могу говорить, рыдания подкатывают и застревают в горле.

У меня платье надето кое-как, на плече проступает кровь.

– Мертв? – Медный не может поверить, пытается осознать. – Как?

– Сердце остановилось, – говорю я с трудом. – Не выдержало. Он попытался схватить меня, я испугалась и обернулась, он обернулся тоже и… все… он…

Я зажмуриваюсь. Всхлипываю. Только сейчас, наверно, накрывает понимание, что все позади.

Танкар протягивает руку, касается моего плеча.

И я всхлипываю снова, громче, подаюсь вперед, к нему. Он меня обнимает. Я утыкаюсь ему в плечо носом. И рыдаю уже по-настоящему.

– Ш-ш, все хорошо, – шепотом говорит он, гладит меня по волосам. – Все хорошо, ну что ты. Все хорошо.

Рыдаю. Долго. Чувствую, как стоять ему тяжело, чуть тяну его, он поддается, и мы садимся на пол у стены, сидим так же, почти обнявшись, прислонившись к стене плечом. Это вдруг так хорошо. Спокойно становится. Словно вся боль, весь страх уходит со слезами. Не остановить. Все, что накопилось за последние дни, последние месяцы – вдруг выплескивается. Война и смерть отца, все мои сомнения, переживания… Нет, позади далеко не все, но сейчас…

Чувствую, как Танкар улыбается мне в макушку. Неуверенно улыбается. Все это… Что происходит сейчас? Я просто рыдаю у него на плече. Просто рыдаю. Он осторожно гладит меня, словно ребенка. Так вышло, что Танкар – единственный человек, которому я могу вот так доверять.

– Все хорошо, Эирин. Все хорошо, – говорит он шепотом. – А я тебя искал… Волновался. Мне сказали, что ты хочешь пойти к Черному, исполнить договор.

– Да, – я невольно улыбаюсь сквозь слезы. – Так и есть. Хотела покончить со всем этим.

– И покончила, – он тихо фыркает, чуть трется носом о мои волосы, и от этого по телу разливается тепло.

– А зачем ты искал? – спрашиваю я. – Чтобы бы ты сделал?

– Добил бы его…

– Я и сама справилась.

Улыбаюсь. Это смешно, но это нервный смех.

– Справилась, – соглашается он. – Еще как! Как ты? У тебя кровь на плече.

– Это ерунда, – говорю я, – царапина. – Поднимаю на него глаза. – Танкар, что теперь будет?

– Не знаю, – пожимает плечами. Вздыхает. – Надо наверно Гваро найти. Сейчас посидим еще немного, и я пойду…

– Он где-то с Майроном, – говорю я. – Он сказал мне, что хочет поговорить с Майроном. А со мной уже потом, все вместе завтра в полдень.

Танкар вздыхает, поджимает губы.

– Лучше мне пойти к ним сейчас, пока не договорились. А то кто знает.

Я вздрагиваю, чувствую, как все забытые на минуту проблемы возвращаются снова. Наваливаются. Но радом с Танкаром чуточку проще.

– И о чем они могут договориться?

– Не знаю, – Танкар пожимает плечами, его серые глаза темнеют. – Черный все хотел войны и крови, с Гваро можно договориться мирно, но своего он не упустит. И еще, я полагаю… – Танкар замирает немного, глядя на меня, словно обдумывая. – Ему больше выгоден Майрон как король. Гваро в любом случает предпочтет иметь дело с мужчиной, чем с женщиной. То, что он сейчас говорит с ним… Майрон преемник твоего отца, пусть и не сын. Вряд ли он спокойно отступится.

У меня холодеет внутри. Я даже сажусь прямо, отпускаю его.

– Значит, мне нужно идти тоже. Вернуться.

Быстро поднимаюсь на ноги, протягиваю руку Танкару, помогая встать, он не отказываться.

– Тебе нужно отдохнуть, – говорит, но без особой уверенности.

– Тебе тоже, – говорю я. – Ты очень помог мне, я успокоилась. А теперь пора заняться делами.

Танкар как-то вдруг улыбается.

– Хорошо.

– Только смотри, не свались в судорогах тоже, – говорю я. – Одного мертвого короля мне сегодня хватит.

Он смеется.

– Я буду очень стараться, – говорит честно.