Глава 15

Анастасия

Как доехала до дома, где живёт Тома, не помню толком. В себя прихожу, только когда уже жму на звонок. А вдруг её дома нет? Может, она ещё отдыхает на курорте, а я припёрлась.

И всё же жму ещё несколько раз и только хочу отойти, как дверь открывается. Вскрикнув, я отпрыгиваю в сторону. Не могу стоять. Мне нужно срочно присесть и… напиться.

– Как хорошо, что ты пришла… Настя?! – Тома заикается перед моим именем, осматривая меня с головы до ног и даже глаза протирает.

Но наткнувшись на мой взгляд, быстро запирает дверь, а я вижу понимание, которого мне так не хватает.

– Я как раз о тебе думала, что у тебя с телефоном? – спрашивает у меня взволнованно Тома, а я понимаю, что вид мой и правда не очень здоровый. – И что на тебе надето? Это что, мужские вещи?

– Долгая история, – скидывая шубку, отвечаю и чмокаю Тому в щеку.

– У меня времени – вагон. Завтра на работу к десяти, – говорит Тома строго. – Давай проходи и не вздумай от меня что-то скрывать.

– Ну ладно, – вздыхаю я. – Ты сама напросилась. Только налей мне чего-нибудь.

– Чая?

Я замираю и в упор смотрю на подругу.

– Я похожа на человека, который хочет чай?

– Ладно, понял, принял. Посмотрю, что у меня есть.

– А у тебя осталось немного… – Делаю брови домиком и щенячьим взглядом смотрю на Тому.

Я поняла, пока ехала сюда, что хочу не просто напиться, а и сала хочу. И много. Мне нужно оно, чтобы спасти сейчас мою израненную душу оттого, что я пережила. Томочка без слов поняла, о чём речь.

– Холоп холопом, а строит из себя… – хихикнула Тома.

– Так, я из себя никого не строю. Это бабка моя всё строит… А мне простой человеческой еды хочется. – Я стараюсь говорить бодро, но на душе скребут кошки.

И вот минут через десять мы уютно устраиваемся на кухне. На столе колбаска, сальце, оливки чёрные и хлеб. Тома ещё и сосиски отваривает, хотя мне совершенно точно не до них.

– Этот… Этот…

– Нехороший человек, – подсказывает Тома.

– Вот-вот он… – проглотила ком в горле и продолжаю: – Мало того, что спас меня, так это оказался Миша, Тома! – подруга округлила глаза так, что я увидела звёзды в них, хоть и день на улице.

– Тот самый Медведь?

– Тот самый, Томочка, – со слезами на глазах отвечаю я, снова испытывая разрушающую боль в груди.

– А почему ты здесь тогда? – громко воскликнула Тома.

– Потому что к нему приехала его невеста. – И на последнем слове я кривлюсь.

– Настя, это точно ты? – сощурившись, спросила подруга. – Ты мне сейчас говоришь, о том, которого любила все эти годы, а после добавляешь, что к нему приехала невеста? И ты ничего ей не сделала?

– Тома, не чуди. Что я ей сделать должна была? Да и кому это нужно?

– Я тебя не узнаю. Где моя Настя?

– Твоя Настя здесь и хочет есть твоё сало и слушать тебя. Отвлеки меня, – умоляюще уставилась я на Тому. Мне нужно переключиться. Срочно.

Тома посмотрела на меня сощурившись, покачала головой, но после в её взгляде промелькнули искорки. Задорные такие.

– Знаешь, а я тоже кое-кого встретила в Сочи. Он такой красивый.

– Богатый?

– Наверное.

– Забудь его.

– Ну и советы ты даёшь!

– Богатые все сволочи заносчивые.

– Он не такой.

– Ага, я через полгода посмотрю, когда он скажет тебе, что ты не так всё поняла, – презрительно кривлюсь я.

– Насть, помнишь, ты предлагала денег мне занять на покупку кафе.

– Ну? – резко вскинула бровь.

Во-о-от! Это то, что мне нужно! Неужели моя девочка согласна шагнуть дальше?

– Я согласна. Я хочу своё дело. Хочу чего-то большего, чем быть просто бариста. Пусть у меня будет маленькая, но своя кофейня!

– Ну, подруга, я знала! Всегда знала, что в тебе есть ещё запал. Не совсем закостенела ты за своей барной стойкой. Теперь нам нужно всё это обмозговать.

Этот переход от одного события к другому, помогает мне отвлечься от той боли, что пожирает меня изнутри.

Мозг уже помогает просчитать Томе все возможные варианты. Но спустя полбутылки и съеденные закуски я всё же предлагаю Томе передать все эти расчёты в руки хорошего специалиста, который поможет всё расставить по местам.

– Насть, а я так и не спросила, как ты добралась ко мне? – спрашивает Тома, когда за окном уже начинает темнеть.

– Угнала машину и приехала, – отвечаю я спокойно.

– Не смешно, – хохочет Тома, но быстро понимает, что я не шучу. – Ты что, серьёзно?!

– Да. Угнала машину невесты Медведева, – повторяю я. – Но ты не волнуйся. Я оставила её у салона красоты, визитку которого нашла в бардачке у этой актрисульки, и оттуда дошла пешком. Он, оказывается, недалеко от сюда.

– Настя, что с тобой? – спрашивает Тома, но я отворачиваюсь от неё и смотрю в окно, где снова начинается лёгкий снегопад.

– Я такая дура, Том. Снова поверила, что могу быть счастливой, – шепчу я, но знаю, что Тома меня слышит.

– Настенька, ну, прекрати. – Я слышу, как Тома всхлипывает, и начинаю понимать, что градус нашего общения сейчас перейдёт в ту стадию, когда мы начнём рыдать и проклинать всех особей мужского пола.

– Так, прежде чем мы с тобой продолжим, дай мне телефон, я позвоню своим. А то с Нового года так ни разу и не общалась с ними, – останавливаю я Тому и протягиваю к ней руку.

Тома быстро подаёт мне телефон, а сама начинает убирать со стола лишнюю посуду.

По памяти набираю номер отца и даже удивляюсь, что он с первого гудка берёт трубку.

– Тамара? – слышу вопрос в его голосе.

– Нет, пап. Это я, – говорю я.

– О Господи, Анастасия! – кричит он в трубку так, что мне приходится отнять телефон от уха. – Где ты? Ты жива? Немедленно приезжай! Настя!

– Папа, успокойся. Что ты так нервничаешь? – спрашиваю, стараясь уловить смысл в словах отца, но что-то не получается.

– Что я так нервничаю?! – орёт он ещё громче. – Да мы уже второй день гоняем водолазов по дну реки, где выловили твою машину! А ты у Томы была всё это время? Как ты могла? Твоя мать в больнице! У бабушки был приступ! Немедленно домой!

– Ну что, охренеть встретила Новый год, – говорю я в трубку.

– Что за слова, Анастасия?

– Да прекрати кричать, пап. Я поняла. Скоро буду. Только знаешь что? Пришли за мной водителя тогда. Потому что я, как ты уже знаешь, без машины.

– Господи, Настя. Как же ты нас напугала. Но моё желание всыпать тебе ремня сейчас растёт с невероятной скоростью, – чётко выговаривает отец, а я прямо вижу, как он расслабляет свой галстук и усаживается в кресло. – Через час водитель будет возле дома Тамары.

– Хорошо. Жду.

Отвечаю и отключаюсь, а сама смотрю на Тому, которая видит моё напряжение.

– Всё, дорогая. Наши посиделки отменяются, – вздыхаю я. – Оказывается, пока я там трахалась и встречала Новый год с Медведевым, меня уже чуть ли не похоронили.

Тома прикрывает рот ладошкой от шока и смотрит на меня в панике.

– Настя, они нашли твою машину? – спрашивает подруга.

– Ну, вероятно, да, – отвечаю я, а после осматриваю себя и спрашиваю уже сама: – Тома, мне нужны нормальные вещи, а то меня домой не пустят. Точнее, допрос тогда будет не просто с пристрастием, а с невероятным террором.