Глава 18

Анастасия

– Анастасия, а чем вы увлекаетесь? – звучит спокойный вопрос от сидящего напротив меня Артура.

У меня нет ни малейшего желания отвечать на данный вопрос. Вот совершенно точно. Я сейчас не готова к общению, особенно с мужчинами.

– Настенька у нас очень разносторонняя личность, – вставляет мама, стараясь разрядить обстановку.

Я тоже замечаю, что все замолкают, ожидая, что я начну с энтузиазмом рассказывать этому новоиспечённому жениху о том, кем я являюсь и что умею вышивать крестиком и гладью.

Я спокойно разрезаю свой стейк на кусочки и демонстративно подношу его ко рту. Мясо в этот раз у тёти Маши получилось отменное. Медленно пережёвываю и обвожу всех находящихся за столом взглядом. Только отец продолжает есть как ни в чём не бывало. Он-то должен был понимать, чем закончатся эти смотрины. Но все всегда идут на поводу у бабушки, так как основные активы нашей семьи принадлежат ей. Слава Богу, что я сообразила стать полностью независимой от семейного бизнеса и бюджета.

Сестрица готова вилку согнуть от напряжения, особенно замечая, как я мило улыбаюсь ей и подмигиваю. Мама нервно крутит ножку бокала, а бабушкино лицо сейчас станет в тон цвета соуса, которым полит её рулет по специальному рецепту.

Артур же полностью копирует моё поведение: он не ест и, просто сложив руки перед собой, наблюдает за мной. Меня это напрягает. А ещё сильнее напрягает то, что он ухмыляется, будто для него это забавная игра. Вот только слишком уж ставки высоки.

– Анастасия, Артур спросил у тебя, чем ты увлекаешься, – цедит бабушка сквозь зубы, заставляя меня улыбнуться ей.

Почему-то именно сейчас я чувствую себя как никогда сильной. Мне страшно больно оттого, что произошло утром. Мне ужасно противно от самой себя, будто побыла помойной ямой. А особенно после тех слов, которые мне говорил Медведев на протяжении всех этих дней. И даже если учесть, что моя рациональная часть кричала мне, что это всё ненадолго. Маленькая девочка где-то глубоко внутри меня так хотела, чтобы всё оказалось правдой. И наконец-то сбылось бы всё то, о чём я когда-то мечтала. Но мечты для того и нужны, чтобы разбиваться, ранить нас и делать сильнее. И от этих ран, которые затапливают меня горечью, я становлюсь сильнее. Пережевав всё и проглотив, запиваю всё водой, и сложив руки перед собой так же, как и Артур, отвечаю:

– Машинами. Я работаю с автомобилями. Особенно люблю качественные, дорогие, мощные, но не слишком скоростные. Мне главное, чтобы они подходили для наших дорог. Так как если я себе куплю «Астон Мартин», то вряд ли он выживет при наших морозах. Так что моё предпочтение «Мерседес-бенц» CLA. Это именно то, что мне нужно. Жаль, что моя малышка утонула, но я надеюсь, что скоро придёт мой новогодний подарок, и я не будут так сильно горевать по ней.

– И кто же тебе дарит такие подарки? – с ехидной улыбкой спрашивает Екатерина.

– Сама, Катенька. В отличие от тебя, я сама себе покупаю подарки, какие хочу, – отвечаю в тон ей и подмигиваю.

– Анастасия, ты ведёшь себя неприлично, – шипит мама.

– Ну почему же? – влезает Артур. – Для меня стало огромной неожиданностью, что Анастасия увлекается автомобилями так же, как и я.

– Ах да. У Артура огромная коллекция автомобилей из разных стран, – восхищённо протягивает бабушка, а мне так и хочется ей сказать – так выходи за него замуж.

– Не смущай меня, Елена, – улыбается этот хрен французский. – Всего лишь двадцать три автомобиля.

Артур добавляет это, как будто так и должно быть. Ну конечно, у каждого из нас по полсотни автомобилей в подвалах стоит. Что его двадцать три? Мелочь.

– Хотя у меня есть жемчужина моей коллекции – Ferrari 250 GTO. Прикупил её по случаю на аукционе в Дубай несколько лет назад.

И так он сейчас улыбается, что мне очень хочется предложить ему лимончик, чтобы не был он слишком доволен.

Осматриваю его ещё раз. Худой. Аристократические черты лица. Весь ухоженный. С этим дебильным платком на шее, хотя я и понимаю, что он нужен для дополнения образа, но мне хочется убрать его. Точнее, убрать самого Артура, а на его месте видеть совершенно другого мужчину. Огромного, немного хмурого, с колючим взглядом, широченными плечами, чёрными волосами и медвежьими объятиями. Жаль, что мечты в моём случае так и остаются мечтами.

– Ты ничего не скажешь, Анастасия? – спрашивает бабушка, будто я обязана сейчас пасть на колени перед таким мужчиной.

Смотрю на неё, замечая злой прищур. Эх, бабушка, ты так и не поняла, что я не Катька и не папа с мамой. Плясала я под твою дудку только однажды, когда ты потребовала за свою помощь слишком высокую плату. И я выполнила свою часть договорённостей. А вот старая бабка решила прикинуться непонятно кем и грубо нарушила своё обещание.

Накалываю ещё кусочек стейка на вилку, подношу его ко рту, а после поднимаю взгляд на бабушку, переводя его на Артура и чётко выговариваю:

– Не мой фасончик.

Мама давится водой. Отец пытается помочь ей откашляться. Катька вообще с глазами размером с блюдца. А бабушка смотрит на меня таким взглядом, что если бы можно было им убивать, то от меня бы уже даже пепла не осталось.

Продолжаю есть. Стараясь абстрагироваться, пока с разных сторон слышится тяжёлое дыхание и сопение. И тут бабушка наконец-то приходит в себя, хотя лучше бы она молчала.

– Ну, значит решено. Через десять дней как раз и организуем официальную помолвку. Нам же хватит десять дней, чтобы подготовить всё, Вениамин? – спрашивает бабушка у отца.

– Да, мама. Вполне, – спокойно отвечает отец, бросая на меня быстрый взгляд, а я продолжаю жевать мясо, стараясь не обращать внимания на их разговор.

Хотя чувствую, что просто холодею внутри от напряжения.

– Ты рада, Анастасия? – слышу голос бабушки.

Интересно, а это нормально, если я хочу, чтобы она сейчас исчезла? Прямо с этого места. Смотрю на неё, продолжаю жевать и молчу.

– Конечно, она рада, мама, – встревает взволнованно мама. – Просто она немного в шоке.

– Не волнуйся, Анастасия. Нам будет весело, – добавляет Артур.

Я же немного склоняю голову набок и пытаюсь понять, что же ему на самом деле нужно от моей семьи? Если ты, красавчик, можешь позволить себе участвовать в аукционах и покупать самые редкие автомобили в мире, зачем тебе сдалась какая-то дворянская семья со скудными, по твоим меркам, доходами?

– Вот и славно, – хлопает бабушка в ладоши, а я сижу на месте и пытаюсь собрать себя, чтобы с достоинством выйти из-за стола.

Эх, Медведев, оказывается, ты ещё не так сильно можешь делать больно.