Глава 19

До заветной ели я всё-таки дошла. Тело, влекомое неведомой силой, послушно передвигало ноги, и я шла. Независимо от моего желания, механически двигалась в правильном направлении. Как робот, как заговоренная кукла.

— Они специально стерли мои воспоминания! — шептала себе под нос. — Но ведь на мне заговоренная одежда. Как это возможно? Я чувствую защиту, чувствую… И узоры нагревались. И всё было хорошо до того момента, когда я коснулась огня. Что же это такое?!.. Или магия на одежде защищает только от людей? А тут… нас словно поработил огонь. Девчонки вон, сразу побежали. А я… еще общалась с ним! Поверила ему, рассказала самое важное, самое потаенное… Как я могла быть такой дурой?!

Сердце сжималось от гнетущего предчувствия. Я шла, словно на каторгу. Да так оно примерно и было, учитывая, что я участвовала в незнакомом обряде, и на меня оказали воздействие.

Я так боялась попасть в неприятную ситуацию, что всё-таки попала в нее.

Как в дурном сне!

Сне…

Я снова испытала неявное беспокойство.

Меня влечет против воли в лес. И я ничего не могу с этим поделать. Ничего. Это ужасно! Видимо, древнее волшебство сильнее всех этих ведьмовских штучек.

Но все сомнения и подозрения улетучились, когда я вышла к нужной поляне. Меня поразило представшее великолепие. Полянка выглядела нереально сказочно! Затопленная прозрачно-голубым сиянием, она стала пристанищем светлячков. Настоящих! Они кружились волшебными точками и подсвечивали серо-голубую траву. Ель, стоящая посредине полянки, тоже выглядела необычно. Она подсвечивалась у самых корней золотым сиянием, еле-еле, как будто свет шел изнутри, из самой земли.

И я подумала, что сегодня невероятно прекрасный вечер. Сказочный. Такой красивый  и  романтичный, что в груди разлилось неявное томление. Будто я стою в предвкушении важной и волнительной встречи. Судьбоносной. И что вскоре случится что-то прекрасное и романтичное.

— Ага! — сказала я вслух. Попыталась развеять охватившее очарование. — Меня выдадут замуж за волка. Или медведя.

Словно в подтверждение моих слов, по лесу разнесся глухой вой.

— Они вышли на охоту.

Не успела я сделать и пары шагов, как услышала пронзительный женский крик. И я бы не сказала, что он был полон предвкушающей радости. Нет, это был крик ужаса. По-видимому, кто-то из девчонок увидел женишка в истинном виде.

— Интересно, если я не захочу активировать обряд у ели, мне что-то будет? Они же не просто так приказали обойти ель. Источник силы… Тоже, небось, повлияет на мой разум… Черт, теперь мне хочется развернуться и убежать пешком домой… — бормотала я себе под нос и твердым шагом направлялась к ели. — Вот, первую часть я выполнила — обрубила себе память огнем. Теперь вторая часть — елка. Тоже что-нибудь обрубят… Печенкой чую!.. Что-то не тянет меня ее касаться…

Но мое тело двигалось уверенно, как будто им кто-то руководил. И вот уже ветка царапнула мою щеку, а в нос ударил тяжелый хвойный аромат.

«Медведица! Председательша! Её лап дело! — вспомнила я неудачный финт Алины. — Конечно, с таким волшебством, насильно внедряемым, можно хоть сто невест пригнать... Как же мне выпутаться, а?»

Меж тем я послушно огибала ель. Когда круг был завершен, из-под земли вспыхнуло золотое сияние, такое сильное, что ослепило меня.

— Вот же порядки! — я оперлась о дерево и потерла кулаком глаза. — Они что, из нас слепых котят захотели сделать?! Чтобы невесты точно никуда не убежали?!

К счастью, мое страшное подозрение не подтвердилось. Зрение вернулось. Проморгавшись, я смогла отойти от ели и даже дойти до кустов, в которых очень удачно можно спрятаться — понятия не имею, откуда я это знала, но вот потом… потом я по-настоящему испугалась.

Одно дело — видеть звериную ауру, сущность, прорывающуюся сквозь человеческую природу. А совсем другое дело — встретиться с огромным бурым медведем. И что называется, даже не понять — оборотень ли это, и кто именно. Я не видела ауры, по которой могла бы понять, знакомый это или нет.

Я видела зверя. Самого обычного бурого медведя, если не считать азарта в глазах.

— Ми-ми-рон? — мой голос неожиданно дал петуха. — Это ты?.. Не пугай меня. Я не хочу за тебя замуж — помнишь это?.. Я… просто тихо пройду мимо и вернусь в поселок. А ты погоняйся за Алиной, ладно?.. Или у нее есть свой медведь?..

Неожиданно с противоположной стороны поляны раздался грозный рык. Вместе с медведем мы одновременно повернулись на звук.

— Оп-па! Еще один медведь! И тоже по мою душу? — мне стало как-то нехорошо. Если с Мироном я хотя бы общалась и надеялась на понимание, с Тимофеем и его странностями — почти что смирилась, то… кто это вообще такой?!

И почему он пришел?

— Рр-гха! — ответил, как я надеялась, Мирон, и неторопливо двинулся в сторону соперника.

Назревала битва. Заварушка. И мне это было на руку — я собиралась воспользоваться ситуацией и незаметно улизнуть.

Соперник  — темно-бурый медведь, тоже низко рыкнул и,  наклонив лоб, бросился в атаку.

— А-а-а-атлично! — бормотала себе под нос я, бросаясь в кусты. — Надо скорее, огородами, то есть кустами, бежать домой. Там я буду под защитой. Потрясу Афанасия насчет ведьмовских штучек, обложусь ими — хоть солью, хоть ядами, забаррикадируюсь и просижу так до осени. Афанасий будет носить мне пропитание из леса — заставлю, если что… А потом и мама меня хватится. Или тетя Света всё поймет и приедет на выручку. Ну… я надеюсь.

План трещал по швам. Но убежать из леса было жизненно важной задачей. И я бежала сквозь кусты, перепрыгивала через валежник и канавки, наплевав на лесные тропинки. Так меня сложнее догнать.

Ведь где-то по лесу рыщет в поисках меня еще один женишок — серый волк.

Медведи сцепились. Их рев эхом разлетался по лесу. Я слышала его, хотя и отбежала на приличное расстояние. Медведи бились не на жизнь, а на смерть. И это было глупо, учитывая причины.

«Жениться или умереть».

— Дураки! — беззлобно выругалась я и сбавила скорость.

Под ногами проявилась очередная ямка, которую я ловко перепрыгнула. Ну и лес тут у них! Сплошные ямы да рытвины.

Вытерла пот со лба. Перешла на быстрый шаг и только тогда заметила, что луна скрылась за облаками, а лес погрузился во тьму. Мрачным и холодным он теперь казался.

Чужим.

Мне стало жутко. Где-то в отдалении заухал филин. Что-то черное и страшное пронеслось под сенью елей.

Летучая мышь?

Я глядела на всё сгущающийся лес, становившийся еловым и непролазным, и не могла отделаться от нехорошего предчувствия.

Впопыхах я забежала совсем не туда!

— Чёрт, я, кажется, заблудилась! — сказала вслух, подбадривая себя. Где-то совсем рядом еще громче ухнул филин. Мое сердце нервно ёкнуло и заколотилось чаще. — Не узнаю совсем!.. И куда теперь идти?.. Леший! Леший, подскажи!

На мои призывы никто не откликнулся. И то ли леший обиделся на меня, то ли был занят и не слышал. А как вызвать самой хозяина леса заклинанием или магическим пассом — я не знала.

Пней поблизости не было. Ни трухлявых, ни свеженьких. Красивый, могучий лес окружал меня со всех сторон. И это было бы прекрасно, если бы не ночью.

Я бродила по лесу и не могла найти дорогу. Тропинок поблизости не было. Деревья росли невпопад и стремительно сгущались, закрывая собой черное беззвездное небо.

— Как мне отсюда выбраться?! — шептала я, двигаясь вперед.

Ноги подгибались, но я упрямо шла. Почему-то мне казалось, что случится непоправимое, если остановлюсь.

И я боялась остановиться.

Снова мимо меня пролетело что-то черное. Ну, точно мышь!

Во второй раз я даже не испугалась. Заинтересовалась — так необычно было видеть это существо, пусть и в виде черной смазанной тени.

Раньше я никогда не видела летучих!

Филин снова ухнул, и снова где-то поблизости — видимо, охотился на мышь. Потом раздался писк и шебуршание на соседней елке.

Я отвлеклась и остановилась. Было ли это моей ошибкой или просто стечением обстоятельств — я не знала. Но шагах в десяти раздался еще более явственный шорох. Кто-то пробирался сюда. И этот кто-то был размером побольше, чем мышь или филин.

Я не успела сообразить. Ноги приросли к земле, отяжелевшие после стремительного бега.

Спустя две секунды кусты раздвинулись, и из-за молодого осинника выпрыгнул волк. Огромный, с горящими желтыми глазами и открытой пастью.

— Здравствуй, Дарина! — сказал он и высунул ярко-розовый язык. — Вот я и нашел тебя!

Время разбилось на миллионы секунд и застопорилось. Теперь в этом страшном безлюдном лесу существовали только мы двое: волк и я.

Я и страшный, ужасно опасный волк, который пришел сюда за мной.

Только за мной.

Больше всего на свете мне хотелось развернуться и убежать. Но умом я понимала, что не убегу от самого быстрого лесного зверя.

Дмитрий, а это был точно он, догонит меня в миг. Догонит, схватит и утащит к себе домой. И я стану его невестой.

Усилием воли заставила себя не паниковать. Попробую договориться. Попробую нащупать человеческие ниточки в его сознании и потянуть за них. Воззвать к гуманности, к чувству правильного.

«Это существо играючи стреляло в тебя из ружья!» — услужливо напомнил разум. Но нет, я отмахнулась от этого воспоминания. Не может же он совсем потерять человеческие ориентиры?! Попробую пробиться через звериную собственническую натуру и договориться. Иного способа выйти из  щекотливого положения я не вижу.

— Дмитрий, зачем ты искал меня? Давай поговорим.

— Иди сюда, ведьма. И садись ко мне на спину! — пролаял волк.

Он как будто не слышал моего вопроса.

— Дмитрий, нехорошо насильно заставлять девушку садиться, — примирительно заявила я, твердо глядя в желтые глаза. — Я не хочу садиться к тебе на спину.

— Садись, — волк сделал шаг, и его челюсть открылась еще шире. Откуда доносились слова, я не понимала. Как и то, каким образом человек смог обернуться в волка. — Садись, ведьма. Добром прошу!

— А то что? — полюбопытствовала я.

— Укушу! — щелкнул зубами он, а потом добавил: — И потащу волоком.

— Как некрасиво! — я сложила руки на груди. — Никакая девушка не простит такого с собой обращения. Ты жениться собрался или обзавестись врагом?

— Ты пойдешь за меня, ведьма! — рыкнул волк и бросился на меня.

Это было ожидаемо и в то же время неожиданно. Снова время будто бы остановилось. Стало тягучим и плавным, словно текущий из банки мёд.

Секунды растянулись на бесчисленное количество составляющих. ...Мое зрение стало острее и четче, я видела в мельчайших подробностях, как совершается прыжок. Как перекатываются мускулы под серо-коричневой шерстью волка, как сужаются его зрачки, а челюсти щелкают и смыкаются.

Сама не понимая, что делаю, я выкидываю перед собой руки и произношу слово. Чужое и непонятное. Будто кто-то неведомый руководит мной. Подсказывает моему застопорившемуся мозгу, что надо делать, что говорить и как перекладывать свое намерение из воздуха в ладони. Так, чтобы они заискрились и вспыхнули. Так, чтобы волк одернулся в прыжке и в ужасе шлепнулся на попу.

Время сжимается и лопается.

Всё возвращается на круги своя, а я в удивлении смотрю на свои ладони, из которых совершенно невообразимым образом ссыпаются звезды. То есть, искры.

— Р-р-рха! — выдал звериное волк и закружился вокруг себя. — Вее-е-едьма! Рра-аха!

— Пшел вон! — на автомате выдаю я. Страх перед волком притупляется. Теперь передо мной стоят другие задачи: как это прекратить? Какое у меня стоп-слово?

И почему искры начинают жечься?!

— Моя! — не сдается волк и, закончив кружиться, снова совершает прыжок.

На этот раз он прыгает прицельно, раскрывая пасть. Хочет схватить. Хочет сделать мне больно. А я не хочу, чтобы какой-то мерзкий волк причинял мне боль.

Непроизвольно я выставляю перед собой руки и вываливаю звезды прямо волку в пасть. Наверное, больно. Наверное, жутко жжет.

Тот воет, визгливо и жалобно. А потом бросается в сторону и зигзагами убегает прочь. Раз, два — и вот он уже скрылся в темноте ельника.

Я встряхиваю ладони, чувствуя, что и мне эти звезды-искры добавляют неприятных ощущений.

— Уйдите уже! Испаритесь! — шепчу я.

Звезды тают. А на ладошках остаются еле заметные розовые следы. Как будто я долго несла тяжелые пакеты из магазина.

— Надо же! — удивляюсь я и дую на свои пострадавшие ладошки. — Эти отборы невест кого хочешь доведут до греха. До магии, то есть… У-у-у! Опять темно. И как мне добраться до поселка? Хоть бы знак какой-нибудь дали, куда идти…

После моих слов, будто бы выполняя пожелание, раздался пронзительный девичий крик.

— Кого-то схватили, — догадалась я и развернулась на сто восемьдесят градусов, — Значит, мне туда.

Пробиралась я через толщу леса на внутреннем энтузиазме. Он горел во мне подобно яркому пламени, оживляя и придавая сил.

Неожиданно я почувствовала себя увереннее. Защищеннее. Теперь я могу кидаться искрами, защищать себя. Непонятно, правда, как это работает. Но я умею и могу!

А значит, не так беззащитна, как другие девушки. И могу помочь Алине добежать до правильного жениха.

Было у меня предчувствие, что не просто так девушка истошно кричала. А почему я решила, что кричала Алина, а не медведица — вот на этот вопрос я даже при всем желании не смогла бы ответить.

Вот знала это и всё.

Кричала Алина. Звала на помощь.

Ей было плохо, и я мчалась через лес, чтобы ей помочь.

Смогла победить и отогнать волка — и медведя смогу.

Вот только мой энтузиазм чуть поубавился, когда я выбежала на печально известную поляну. Вернулась, так сказать, к истокам.

Медведь здесь был один. Второй, видимо, всё-таки убежал искать другую девушку. Или хотел только меня — я решила об этом не думать.

Итак, что мы имели? Злого и раздраженного медведя, который развлекался тем, что ходил вокруг волшебной ели и ждал, пока Алина — это была всё-таки она! — слезет с дерева. Деликатно не лез наверх сам, а ждал.

И порыкивал

Но девушка испуганно жалась к стволу и тихонько плакала.

— Алина! — окликнула я. — Ты меня слышишь?

— Да-да-да-рина?..

— Я самая! — медведь, круживший вокруг ели, поднял заинтересованно морду. Я прикинула, что если брошусь наперерез, а Алинка присоединится ко мне, то мы можем добежать до опушки. Медведи-то бегают медленно! — Ты там как?

— Н-н-никак! — девушка вытерла слезы. — Ма-ма-ксим не отходит от меня! Я не могу слезть! И бою-юсь!..

— Мм… Ясно! — я осторожно пододвинулась к нужной тропинке. — А ты замуж за него не хочешь случайно?

— Нет! — истерично выкрикнула Алина и чуть не свалилась с ветки. — Я домой хочу. К маме!

— Ясно! — примиряюще отозвалась я и еще сделала пару шагов. — Тогда на счет три бежим домой. Ко мне. Поняла? И не оглядывайся.

Медведь злобно оскалился.

— К тебе? — пискнула мышкой Алина.

Трусила она знатно. Да и не мудрено — человеку очень сложно не спасовать перед зверем.

— Да. Крайняя хата с краю — ничего не знаю, — усмехнулась я. — И эти все традиции медвежьи у меня в печёнках сидят. Ясно?

Медведь издал предупреждающий рык. Глядя на его страшную зубастую челюсть, я почувствовала, как загорелись искры на моих ладонях.

Отлично. Магия заработала! А значит, я смогу защититься.

— Раз… два! Три! — скомандовала я и бросилась к медведю.

Алина плавно съехала по стволу и упала в траву. Ахнула. Медведь, ослепленный моей магией и как будто получивший новый вызов, прыгнул на меня.

И он был быстр. Нереально быстр!

И… почему-то моя магия не сработала так, как с волком.

С медведем всё получилось по-другому.

Я не ожидала такой прыти и замешкалась. Мой боевой дух сдулся, как воздушный шарик.

Что-то произошло. Что-то неправильное, или я просто еще не была сильна в защитной магии, но… искры погасли. А я испугалась и, вместо того чтобы снова воссоздать их и разозлиться, стояла столбом.

«Медведи победили ведьм!» — пронеслись в моей голове слова председательши.

Что, если моя магия против медведей не работает?

Алина вскочила на ноги и крикнула: «Быстрей! Дарина, беги-и-и!». Она бросилась бежать по тропинке к поселку. А я… замерла, загипнотизированно глядя на приближающегося бурого медведя.

— Ты тоже ничего! — остановился он в шаге от меня, а потом вдруг встал на задние лапы и обернулся вокруг своей оси.

Его облик подернулся дымкой, будто кто-то провел по нему ластиком, стирая медвежью натуру. А потом на его месте появился симпатичный незнакомый парень лет двадцати трех.

— Иди сюда, ведьма. Будешь моей невестой! — сказал он и рывком схватил меня за руки. Я не успела воспротивиться, как он закинул меня на плечо и сказал: — Лежи смирно, ведьма.

«Чёрт! Он как будто завораживает меня. Я не могу воссоздать свои искры!» — подумала я и уставилась на свои ладони.

Красные полоски от искр на них еще виднелись. Но сама магия будто испугалась медведя.

Меня пробрала дрожь. Что, если я не смогу выпутаться из этой ситуации? Что, если?..

Висеть на плече было неудобно. Мысли путались от безумной тряски, да и это чувство, будто ты не свободный человек, а вещь, подавляло…

Нет-нет, не надо думать о плохом! Мы живем в двадцать первом веке, цивилизованные люди. Нельзя же вот так просто взять и жениться на девушке против ее воли. Нельзя ведь?

— Тебя зовут Максим, верно? — нужно было прощупать почву. Попробовать воззвать к его разуму, а не инстинктам.

— Да, — ответил парень. Мы углубились в лес и шли к поселку. Меня поразило то, как ловко парень перепрыгнул через канавку — как будто шел налегке. Вот так силища!

— А сколько тебе лет, Максим?

— Двадцать три, — ответил парень, не раздумывая. — Самый возраст для женитьбы.

— Ага! — согласилась я и с нескрываемым злорадством заявила: — Но мы не подходим друг другу. Я тебя старше! Тебе подошла бы другая девушка, помладше. И лучше — медведица… Например, Полина.

— Полину настиг Мирон. Там без вариантов, они слишком заняты, — ухмыльнулся мой носильщик. — А у тебя есть неделя, чтобы полюбить меня. До Ивана Купалы.

Я с трудом представила себе эту картину. Что значит, настиг? И что значит, они там заняты? Чем?.. Нет, я, конечно, рада за Мирона — парень он хороший, домовитый, невеста ему нужна, чтобы всякие глупости в голову не лезли, но… Девушка-то это переживет?

Ах да, она медведица. Тогда должна.

— Не буду я никого любить, и тебя в том числе! — взъерепенилась я. Этот Максим невозможно упертый тип. Медведь, одним словом.

И почему никто не идет меня спасать?

Волки испугались, допустим. Но неужели больше никому я не нужна?

Пару раз дернулась, понадеявшись, что меня отпустят. Но хватка оказалась медвежьей.

А потом я неожиданно получила легкий шлепок.

— Ты что это творишь, а?!

— Приструняю тебя. Дед говорит, женщинам надо сразу дать понять, кто в доме главный.

Мы вышли на опушку леса. Костер всё также горел. И даже кто-то сидел вокруг него, вот только из моего положения было плохо видно кто.

А в небе висела полная луна. Ночь продолжалась. И только мне не светило ничего хорошего.

— Я — ведьма! — выдвинула последний аргумент. — Алина тебе подойдет лучше. У меня характер дурной.

— Это я уже понял, — не смутился мой женишок. — Ты только сиди смирно, нам до дома дойти, а там уже всё…

— Что всё?

— Будем притираться. Надо ж присмотреться друг к другу, понять… Что мы, совсем звери, что ли?!

В отчаянии я затарабанила кулаками по могучей спине. Нет, нанести никакого вреда этому зверю я своими дохлыми силенками не могла. Но выразить протест, показать, что я против — была обязана.

— А ты мне нравишься, — вдруг сказал Максим, когда мы добрались до задних дворов. Теперь шли вдоль заборов, и парень так расслабился, что даже насвистывал себе под нос песенку, — с огоньком. Будет весело с такой жить. И лицом красивая…

Я не нашлась, что на это возразить. Что испорчу ему жизнь, если не отпустит? Что разнесу ко всем чертям его дом, если донесет меня?

Увы, не поверит. А я была в таком отчаянии, что поняла: могу и буду. Буду мстить и буду портить ему жизнь.

— Огонька я тебе и без нее могу обеспечить, — вдруг раздался голос впереди. Мы остановились. Максим еще крепче прижал меня к плечу. Его мышцы налились силой, как будто кто-то надул невидимым насосом.

Он превращается в медведя?

Вроде нет.

— Уйди, Тимофей. Это моя добыча, — грозно пророкотал Максим.

— Ты знаешь правила. Пока не донес до дома, она ничья. Сразимся?