Глава 8. Знакомство в поле

— Хочу пройтись пешком, — пояснила я добряку кузену.

— Двадцать миль? — ахнул он.

— А хоть бы и двадцать. Глядишь, к завтрашнему обеду доберусь.

— Не пугайте меня так, мисс Харт, а то чуть сердце не остановилось. Прогуляться, конечно, прогуляйтесь, но немного. До поворота, например, идёт вполне себе ровная дорога. Вот по ней и пройдитесь. А потом уже не упрямьтесь.

Продолжу я упрямиться или нет — моё дело, но видеть сейчас мне не хотелось никого, тем более от кого-то зависеть. И это касалось всего, даже экипажей.

Погруженная в свои мысли, я неторопливо пошла по дороге. Кучер Карл подстегнул лошадей, и те медленно, как могли, двинулись следом.

На повороте я садиться в экипаж не стала. Напротив, свернула в поле, полное колючих колосьев, и брела себе, утонув в раздумьях, даже не оборачиваясь на сорвавшего голос Карла.

Впервые в жизни я попала в ситуацию, в которой чувствовала себя птицей в золотой клетке: вроде и не нуждаюсь ни в чём, а в родной лес вырваться не могу, сколько ни пытаюсь. Выход один — как можно скорее найти покупателя этим проклятым «Ивам», кем бы он ни был. Сбить с толку сладкой песнью, не оставлять ни коем случае одного и не позволять шататься по дому, пока официально по договору этот несчастный не станет хозяином особняка. Оставалось только найти такого болвана. Желательно, сегодня. Желательно, прямо сейчас. В эту же минуту, в эту же секунду.

Небеса услышали меня: позади раздался топот — чья-то лошадь неслась галопом, — и меня окрикнули громким, решительным голосом:

— Плохое место вы выбрали для прогулки, миледи! Колосья сильно колют: руки израните и платье порвёте!

Я фыркнула. Ишь, какой заботливый нашёлся. Кто такой, интересно? И еще интересно, не присматривает ли он себе домик для приобретения?

Лошадь в пару прыжков обогнала меня и остановилась как вкопанная. Прямо было не пройти — только обходить.

Я тоже остановилась. Придерживая шляпку, задрала голову и, щурясь от слепящего солнца, уставилась на мужчину, свысока взирающего на меня. Одет он был богато. Гораздо богаче, чем тот же кузен Джейс, хоть тот и был родственником титулованной особы. Кожаные сапоги, брюки из темной, плотной ткани, отличного покроя пиджак, предназначенный исключительно для верховой езды, перчатки в тон сапогам и из той же кожи и хлыст, зажатый под мышкой, — всё это наводило на мысль, что передо мной не простак. Как минимум управляющий поместьем какого-нибудь важного господина, а может, и сам господин собственной персоной. Что ж, мне, пожалуй, не помешает вести себя повежливее. Вдруг это тот самый случай…

Незнакомец поспешил спрыгнуть с лошади и, придерживая в руках поводья, представился:

— Купер Барнс к вашим услугам, миледи. Вы гостили у графини Форестер? Я впервые вижу вас в этих краях.

Врать было не в моих правилах. Вот недоговаривать…

— Я впервые в этих краях, — ответила я. — И вы невероятно догадливы: совсем недавно я пила чай с графиней Форестер и её любезным кузеном.

Однако мои слова почему-то развеселили моего внезапного собеседника.

— С нудным Джейсом Норманом? О чём с ним вообще можно говорить, кроме карт? Как? Вы не знали? — Мистер Барнс с удивлением на меня посмотрел. — Джейс мастерски играет в преферанс.

— Не приходилось садиться с ним за карточный стол, — буркнула я.

Нет, если знакомство начинается с разговора о картах, то ничего хорошего не жди. Все картёжники, как правило, в долгах; такие дом покупать точно не будут.

— Рада знакомству, мистер Барнс, — проговорила я и попробовала обойти Купера и его лошадь.

— Постойте же, — окликнул он меня. — Позвольте хотя бы узнать ваше имя и где вас найти?

Если скажу, он отвяжется?

— Шарлотта, — бросила я. — Шарлотта Харт.

— Я буду звать вас Лоттой, — нахально улыбнулся навязчивый красавец. А с тем, что мой новый знакомый был красив, я согласилась сразу.

— Лучше уж Чарли.

Мне гораздо ближе к душе было моё привычное прозвище. Однако мистер Барнс думал иначе.

— Вы мужчина в платье? — сыронизировал он.

— Вы всегда так быстро делаете выводы?

— Просто по голосу и личику не скажешь. Вот я и решил уточнить.

Мистеру Барнсу, видимо, доставлял удовольствие наш полный взаимных колкостей диалог.

— Да, — огрызнулась я, — я мужчина в платье, если вам так будет угодно.

Может, теперь он наконец оставит меня в покое и пойдет своей дорогой? То, что этот человек может быть потенциальным претендентом на «Ивы», мне уже совсем не думалось.

— Был у меня один приятель, — вместо того чтобы уйти, мистер Барнс вдался в воспоминания, — так он как-то на спор надел женское платье и в таком виде предстал на лекции в колледже. Профессор был жутко зол, влепил ему выговор с наказанием, потом и всем нам за то, что своим смехом сорвали занятие…

— К чему эта история, мистер Барнс?

— К тому, леди Лотта, что после того случая за приятелем так и закрепилось женское имечко. А за какие заслуги вас прозвали Чарли?

И мой новый знакомый очаровательно усмехнулся.

А колледж, в котором он учился, видимо, был не из ведущих, иначе откуда такое отсутствие манер?

— Послушайте, мистер Барнс, наше знакомство затянулось, не находите? Пора прощаться.

— Уже? Но я даже не узнал, откуда вы?

— До моего временного пристанища ещё топать и топать.

— Так, может, вас подвезти? Та развалюха графини Форестер с вечно сонным кучером ваша? Теперь я понимаю, почему вы предпочли путь через поле. Я бы тоже пешком пошёл…

Откровенно устав от пустой болтовни мистера Барнса, я двинулась вперёд. Мистер Барнс двинулся следом. Его лошадь покорно шла рядом.

— Постойте, Шарлотта. Вы же ещё не выслушали моё предложение!

— А я никогда не давала вам повода думать, что я хочу его выслушать.

— Я всего-то предлагаю помощь. Мой конь очень быстр и вынослив, без труда выдержит нас обоих. Куда вас домчать?

А это, видимо, был местный способ «клеить» юных барышень. В хорошенькое же место меня занесло!

— Благодарю, мистер Барнс, но я как-нибудь сама.

Я очень надеялась, что на этой фразе мы, наконец, расстанемся, однако рано я радовалась. Пусть мистер Барнс больше не навязывался в попутчики, а просто шёл себе в одном со мной направлении, прогулка по полю перестала доставлять мне удовольствие и казаться спокойной и располагающей к размышлениям.

Колосья, в дебри которых я углублялась, становились выше и превращались в плотную, колючую стену, о которую я умудрилась несколько раз поцарапать ладонь и всё за какие-то считанные секунды. Осматривать царапины не стала, чтобы не привлекать внимание мистера Барнса, однако тот каким-то шестым чувством понял, что со мной приключилось, громко хмыкнул и, резко развернув меня к себе, снял свои перчатки, заткнул их себе за пояс и взял мои руки в свои. Его ладони были горячими, а кожа — чуть шершавой. Немного ухода ей не помешало бы. Подув на крохотные ранки, мистер Барнс неодобрительно покачал головой и произнёс:

— А я ведь предупреждал…

— Со мной такое не впервые.

— Одна моя знакомая тоже любила гулять во ржи…

Вот уже и откровения пошли. Сейчас начнёт давить на жалость, придумывать, что она бросила его ради другого, а тот другой её не оценил и сам бросил… Знаю я эти сказки. Всё, что угодно, лишь бы разжалобить девушку и втереться ей в доверие. Методы, какими ветренные мужчины предпочитают заполучать женщин для пары утех, одинаковы что в моё время, что в другое, что в моём мире, что в другом. И следующей фразой мистер Барнс только подтвердил мои выводы:

— Я говорил ей не делать этого, ведь она только царапала свою нежную кожу, а она не слушала. В результате, своими нудными наставлениями я ей надоел, и она предпочла мне другого мужчину.

— А он её не оценил и бросил, — язвительно кинула я и вырвала свои руки из крепких тисков мистера Барнса.

Вот только сделала это слишком резко. Так резко, что не удержалась на ногах и рухнула прямо в рожь, а та не преминула вцепиться во всё, что только нашла: в кружево на платье, оборки и даже в ленточки и аляповатую лилию на шляпке, которая мигом съехала набекрень, а потом и вовсе соскользнула с моей головы.

— Шарлотта! — выкрикнул мистер Барнс и бросился мне на помощь, но на полпути почему-то резко остановился, словно змею увидел.

Вот вам и джентльмен!

Неуклюже поднявшись, я стряхнула прилипшие к одежде колосья, подняла шляпку, очистила её от зёрен и нахлобучила на голову, перед этим поправив волосы (благо, заколка оказалась крепкой, удержала мои густые пряди, не слетела). И только после этого повернулась к мистеру Барнсу, и негодующе на него посмотрела. Мой взгляд выносил лишь один приговор: мистеру Барнсу не было больше смысла играть в услужливого красавца.

Однако моё презрение не оказало должного эффекта: Купер продолжал пялиться на шляпку и, наконец, не выдержав, спросил:

— Откуда это у вас?

— Что именно?

Это он про шляпку, что ли? Так понравилась оранжевая лилия?

— Эта…

Мистер Барнс беспорядочно водил руками вокруг своей головы. Точно в шляпке дело!

— Получила от одной дамы. Не спрашивайте её имя — оно мне глубоко противно.

— Та дама, случайно, никогда не жила в «Серебристых ивах»?

— Именно. Вы как в воду глядите. Признайтесь, она вам нравится?

— Кто?

— Кто? — теперь настала моя очередь описывать руками круги вокруг головы, намекая на шляпку. — Хозяйка этой вещицы, кто же ещё?

Мистер Барнс как-то нервно сглотнул.

— Это сейчас уже неважно, — сдавленным голосом пробормотал он.

А если неважно, то зачем вообще спрашивать? Странные все какие-то в этом мире… Такое ощущение, что вечно что-то недоговаривают.

— Шарлотта, — начал опять мистер Барнс, но я его остановила.

— Давайте уже прощаться. Мне до «Серебристых ив» путь предстоит не близкий, а с вами я уже потеряла полчаса. Это ж сколько можно было пройти!

Мой новый знакомый улыбнулся. Чёрт, и улыбался-то он дьявольски хорошо! Прямо как модель, сошедшая с обложки журнала, в котором целый разворот был отведён рекламе одежды для верховой езды.

— Так вот вы откуда… Случайно не дом графини Форестер продаёте?

А он хорошо осведомлён!

— Именно так.

— И как? Покупатели есть?

Мне послышалось, или в его голосе действительно проскользнула насмешка?

— Который день работаете? Первый? — продолжал издеваться Купер.

— И покупатели есть, и день работаю второй, — шустро отмахнулась я.

И ведь сказала правду: я в «Серебристых ивах» со вчерашнего обеда.

Следующий вопрос мистера Барнса поставил меня в тупик.

— А помощь вам не требуется?

— Простите?

— Помощь с продажей дома. Уверен, дела идут не легко. Ведь так, а?

И мистер Барнс с лукавой усмешкой заглянул мне в глаза.

Похоже, в этих краях все знают о проделках мисс Чопорс, но почему-то предпочитают молчать и не вмешиваться.

— Дела идут великолепно! — ответила я и поспешила выбраться из зарослей колосьев. Уж лучше трястись в неудобном экипаже, чем руки-ноги в кровь царапать.

— А вы всё же подумайте насчёт моего предложения! — бросил мне вслед мистер Барнс. — Я правда мог бы быть полезен вам.

Но я не оборачивалась. Шла себе и шла, и в конце концов облегчённо выдохнула, когда нога коснулась ступеньки кареты. Ещё секунда — я развалюсь на старых подушках и жестковатом сиденьи, может, даже немного вздремну.

Но я не угадала.

Следующая секунда тоже прошла под знаком неугомонного красавчика.

Пронесшись на лошади мимо экипажа, он приветственно салютовал кучеру Карлу, а мне крикнул:

— Не забудьте! Купер Барнс из Медной рощи! Если понадобится помощь, просто дайте мне знать. Примчусь тут же!

Я в ответ только фыркнула и попросила Карла ехать быстрее. В голове зарождался план, и воплотить его в жизнь хотелось быстрее, чем наступит ночь.

«Серебристые ивы» встретили меня шумом и суетой.

Нет, мисс Чопорс выплыла мне навстречу всё так же невозмутимо и тихо, как она любила это делать, зато за колоннами я разглядела две рыжие головы, которые то появлялись, то исчезали, а потом услышала заговорщицкий шепоток и хихикание.

— Это дочери миссис Робин, мисс Харт, — ледяным тоном отчиталась передо мной экономка. — Я говорила вам, что жду помощниц. Что изволите сегодня на ужин? Есть свежая треска. И есть не менее свежая телячья отбивная. Могу сделать ещё пастуший пирог…

— Ничего не надо, — оборвала я мисс Чопорс и направилась прямиком в малую гостиную, где ещё днём принимала мистера Билски.

В комнате была наведена идеальная чистота, осколки разбитого фарфора убраны, а разлетевшиеся по углам банкноты собраны стопочкой и защеплены специальным зажимом.

— Здесь все до одной, — произнесла мисс Чопорс. — Прикажете отправить их мистеру Билски?

Совесть заедала меня, но на время я решила с ней не считаться. Вот продам дом, тогда и верну долг со своего гонорара. А сейчас мне нужно было где-то и на что-то жить: зависеть от графини Форестер, и без того связавшей меня по рукам и ногам, мне сильно не хотелось, хоть я и могла пользоваться её счётом повсеместно.

— Я уезжаю, — сказала я. — Попросите Карла не распрягать лошадей.

Экономка выпучила глаза.

— Я уезжаю в город, — нетерпеливо объяснила я. — Буду жить там в гостинице и там же искать клиентов. Как только кто отыщется, приеду с ним сюда.

— Но вы же… — растерялась мисс Чопорс.

— Хотела остаться в этом доме? — спросила я за неё. — Теперь не хочу. И думаю, так будет лучше для всех. Продолжайте следить за порядком. Я могу приехать в любой момент, так что всё и всегда должно быть в идеальном состоянии.

— Конечно, мисс Харт.

Мисс Чопорс тряхнула ключами на поясе и, странно покачивая головой, словно осуждая моё решение, удалилась. Я же сдёрнула со столика кружевную салфетку, завернула в неё деньги, сняла с себя шляпку и сунула туда всю пачку. И тут же вздрогнула, потому что прямо за моей спиной робко кашлянули. Я обернулась.

В шаге от меня стояла рыженькая девчушка с носом в веснушках. Переминаясь с ноги на ногу, она смотрела на меня большими зелёными глазами и жутко краснела.

— Мисс Харт? — наконец, решилась она.

Я кивнула.

— Меня зовут Эмма. Я дочь миссис Робин. Я тут убираюсь. Полы мою, посуду…

Я снова кивнула.

— Вы продаёте это дом, мисс Харт? Вы тоже агент, как и все прошлые?

Я кивнула в третий раз.

— Их много было, — бормотала Эмма. — И ни у одного не получилось. И у вас не получится.

— Это почему? — встрепенулась я. Вызов был принят.

— Вам правда интересно? — оживилась рыжая девчушка.

— Ещё как!

— Странно… Те прежние до конца никогда не выслушивали.

— Но я — не они. И я очень, очень сильно хочу избавить графиню Форестер от этого особняка и хочу сделать это как можно скорее.

— Тогда вам нужно уметь договариваться. Вы умеете договариваться, мисс Харт?

Какой глупый вопрос! Да моя работа только в этом и заключалась!

— Конечно, умею. Любой агент это умеет.

— Другие тоже думали, что умеют, а сбежали.

— Я не сбегу.

— А разве вы сейчас не уходите?

— Всего лишь переезжаю. В город. Чтобы найти там подходящего клиента и договориться с ним. Разве не это требуется?

Девчушка помотала головой.

— Вам не с покупателями надо договариваться, мисс Харт.

— А с кем же?

— С Мэгги.

— С Мэгги?

— Именно. Только от Мэгги зависит, получится у вас что-либо или нет. А теперь прошу меня извинить. Мне пора бежать и помогать сестре, не то мисс Чопорс будет сердиться.

— Погоди! — Я схватила Эмму за руку. — А кто такая эта Мэгги?

Девчушка аккуратно высвободилась, присела в вежливом поклоне и быстро проговорила:

— Спасибо, что выслушали, мисс Харт. Вы — первая, кто это сделал. Надеюсь, вам улыбнётся удача.

Не успела я опомниться, как служанки и след простыл.

Здорово! Теперь ещё и Мэгги! Мало мне было непонятной Анетты, заколка которой до сих пор торчала в моих волосах, а мне ещё и какую-то Мэгги навязали! Может, эта рыжая просто заговаривается? Но по её взгляду не похоже… На всякий случай надо бы расспросить мисс Чопорс. Вдруг что-то да проклюнется.

Одержимая загадками, я рванула в коридор, где недавно видела экономку. Но встретиться с ней не пришлось. Зато я была буквально оглушена лошадиным ржаньем и топотом. Неужели, наша кобыла беснуется и отказывается везти меня в город? Хорошенькие дела!

Однако всё оказалось куда хуже. И поняла я это сразу, как только следом за топотом услышала уже знакомый, слегка насмешливый, голос:

— Мисс Харт, вы уже вернулись?! Мисс Шарлотта Харт!

А мистер Барнс не лгал, когда говорил, что примчится быстро. Вот только я его не звала.

Пулей вылетев на улицу, я застыла на крыльце и недовольно посмотрела на нахала, соизволившего без разрешения и без повода заявиться и кричать моё имя. Завидев меня, он ухмыльнулся, спешился и, сняв шляпу, неспешно направился ко мне.

— Я подумал, что вам всё же нужна моя помощь, — самоуверенно начал он. — Просто вы этого ещё не понимаете, а когда поймёте, будет поздно.

— Вы ошиблись, — холодно ответила я. — И можете уезжать прямо сейчас. Тем более, и я отсюда уезжаю.

— Как уезжаете? — Мой новый знакомый задрал голову и посмотрел на небо. Прямо над нами чернела туча. — Скоро начнётся гроза. Куда бы вы ни поехали — идея плохая. Застрянете на полпути и простоите до утра.

— Мистер Барнс прав, — поддакнул нарисовавшийся непонятно откуда кучер. — И гроза будет сильная. Вон птицы как низко летают…

— Вот я и говорю. Так что скорей заходите обратно в дом, мисс Харт, пока дождь не испортил вашу чудесную причёску.

И мистер Барнс буквально затолкал меня обратно.

— Послушайте! — я чуть не задыхалась от возмущения и волнения. — Кто вы вообще такой, чтобы тут командовать?!

— Кто я такой… — протянул наглец, стягивая с рук пыльные перчатки. — Я разве забыл вам представиться? Купер Барнс, хозяин Медной рощи, если вам угодно знать подробности. Тридцать пять лет, не женат, что скорее достоинство, чем недостаток! Внебрачных связей не имею, детей тоже. Размер моего состояния вас интересует? Хм, а здесь ничего не изменилось. — Мистер Барнс оглядывал дом. — Абсолютно ничего.

— Вы хорошо знаете «Ивы»? — спросила я, оставив без внимания прежнюю тираду.

— Ха! Знаю ли я «Ивы»? Да я знаю «Ивы» как свои пять пальцев!

— В таком случае вы сможете ответить мне на один вопрос?

Купер одарил меня обольстительной улыбкой.

— Я весь в вашем распоряжении. Только угостите ужином.

— На ужин у нас треска или телячья отбивная, — вспомнила я слова мисс Чопорс.

О дьяволе подумаешь — он и появится.

— Я могу приготовить ещё пастуший пирог, — раздалось ровное, и мы с мистером Барнсом оба обернулись.

Со второго этажа к нам спускалась мисс Чопорс. Её взгляд был недовольным, а брови насуплены. Казалось, что про себя она бубнила какое-то проклятие, потому что губы едва заметно шевелились и даже кривились в злобной усмешке.

— Приветствую вас, мисс Чопорс! — задорно выкрикнул мистер Барнс, и впервые за весь день я была рада тому, что этот мужчина сейчас стоял рядом со мной.

Откровенно говоря, мисс Чопорс я жутко побаивалась, и оставаться в огромном доме наедине с подозрительной экономкой мне было страшно. А с мистером Барнсом было уже не так мрачно и жутковато. К тому же за бокалом вина его можно будет и по поводу Мэгги попытать.

Странно, но от мисс Чопорс мистер Барнс удостоился только приветственного кивка, а ведь разница в статусах была налицо. Впрочем, вдаваться в подробности я не стала, зато тут же распорядилась:

— Ужин подавайте в обычное время. И, пожалуйста, и треску, и отбивную, и пастуший пирог. У нас сегодня гость, так что стол должен быть накрыт больше обычного.

Экономка не спорила, а когда я попросила подать к столу и вино, только поинтересовалась о годе урожая. В этих тонкостях в этом мире я не разбиралась, поэтому положилась на мнение мистера Барнса — он без труда назвал нужный год.

— Что ж, пойдемте, мистер Барнс, — я пригласила гостя в гостиную.

— Для вас просто Купер, Шарлотта.

— Тогда добро пожаловать, Купер. И расскажите мне про этот дом всё, что знаете. Особенно про женщин, что с ним связаны.

— Вас интересуют женщины? А я-то думал…

— Женщины, карты, вино и прочее зло… — попыталась шутить я.

— О да, — внезапно подхватил Купер. — Женщины — ещё то зло! А вот про карты и вино я бы так не сказал.

Раньше я бы поспорила, но вспомнив о лучшей подруге, предавшей меня, решила, что здравый смысл в той фразе всё же есть.

Однако мисс Чопорс думала иначе. Удаляясь в сторону кухни, она бормотала себе под нос:

— Большего зла, чем вы, мистер Барнс, в этом доме трудно себе представить…

Но, возможно, мне это только послышалось…