ГЛАВА 10

Как ни прискорбно признавать, а события последних дней сказались на нем не лучшим образом.

Лэртис откинулся на спинку кровати и закурил, глядя на любовницу у зеркала. Обнаженная томная брюнетка сидела на пуфе и нарочито дразнящими движениями собирала длинные волосы в причудливую прическу. Узкие плечи, бархатистая кожа, соблазнительные изгибы слегка пышного тела — о чем еще можно было мечтать?

Поймав внимательный взгляд, женщина призывно улыбнулась, как улыбнулась бы и любому другому клиенту, хотя вряд ли Окберт был сегодня на высоте.

Он потушил сигарету о край пепельницы и встал.

— Хочешь принять душ? — предложила красотка, ловко закалывая последние шпильки.

Он покачал головой и потянулся к небрежно сброшенным у кровати вещам. Продолжать марафон не было желания: он сбросил напряжение, и этого было достаточно.

— Уже уходишь? Ты можешь остаться на ночь. Расплатился же до утра, — промурлыкала она, приблизившись, и провела пальчиками по его груди. Ноготки слегка царапнули кожу, больше игриво, чем болезненно.

А может, все было не так плохо, раз женщина не против повторить.

— Я привык спать один, — ответил Окберт, отводя ее руку.

Брюнетка, имени которой он не удосужился узнать, с досадой прикусила губу. Наверное, томные оленьи глаза безотказно действовали на многих, но следователь еще в столице насмотрелся на попытки остаться с ним подольше. Из-за денег, конечно, а не из-за него самого. Впрочем, там или здесь, уговаривать его было бесполезно. Окберт не соврал, он и впрямь всегда спал один. Эта привычка выработалась еще в бурной молодости благодаря инстинкту самосохранения: в тот день одна из подружек попыталась задушить его, спящего, подушкой.

Догадавшись, что клиент не шутит и на самом деле собирается уходить, женщина прекратила кокетство и отошла на несколько шагов.

— За неиспользованное время кровенты не возвращаются, — напомнила она деловым тоном, из которого исчезли все обольстительные нотки.

— Неужели находятся наглецы, которые требуют подобное? Я более чем удовлетворен нашим общением, — польстил Окберт.

К тому же он не только расслабиться зашел. После случившегося в катакомбах путь в теневое братство был заказан, а из прочих нелегальных каналов бордель оставался самым подходящим.

— Я готов заплатить намного больше, если найдешь мне одного человека.

Следователь положил на стол крупный рубин, внимательно наблюдая за женщиной. Несколько мгновений она ничего не предпринимала, затем вскинула руку и провела над драгоценным камнем. Была ли брюнетка магом, или одна из ее побрякушек позволяла отличить фальшивку от настоящего камня, Окберт не знал, но отказываться от предложения она явно не собиралась. Пальцы сомкнулись на драгоценности, поглаживая холодные грани.

— А ты интересный. Я тоже закурю. Не против? — спросила она больше для вида и достала из саквояжа тонкую дамскую сигарету.

Одеваться женщина не спешила, и вид обнаженной курящей красотки у постели был весьма экзотичен и приятен. Следователь же не относился к тем, кто отказывает себе в удовольствии.

— Кури, — согласился он, и брюнетка сделала несколько глубоких затяжек. Окберт не торопил ее, прекрасно понимая, о чем она думает. Если продать камень, можно безбедно прожить полгода. Это было очень щедрое предложение — а значит, сделка с подвохом.

— Кого надо найти? — наконец поинтересовалась она.

Губы Окберта тронула едва заметная ухмылка: он не сомневался, что деньги окажутся притягательнее.

— Ее зовут Минта Орвин. Шестнадцать лет назад она работала служанкой в доме Каста.

— Это все, что известно?

— Если бы знал больше, нашел бы сам, — пожал плечами Окберт.

Женщина поджала губы и сделала очередную затяжку.

— Мне потребуется время, — докурив сигарету, сказала она. — Как с тобой связаться?

— Можешь отправить письмо в академию. Только не затягивай. Если справишься за неделю, я сделаю тебе еще один маленький подарок. — Он наклонился к ней, но прежде, чем она решила, что ее очарование все-таки подействовало, жестко добавил, скрепляя слова магической клятвой: — Никому ни слова о нашем разговоре!

* * *

Тайрин третий вечер подряд задерживалась в мастерской после полуночи. От напряжения зудели пальцы, на запястье краснел ожог от горелки, а от недосыпа слипались глаза. И все же доделать артефакт родства ей хотелось гораздо сильнее, чем завалиться в кровать и про спать несколько часов кряду. Казалось, немного усилий — и она разберется с материалами для жидких кристаллов! Всего-то и нужно было, что немного подумать и выписать химические формулы — все ошибки и провалы стали видны как на ладони!

Воодушевленная открытием, женщина пробовала снова и снова, но едва поверила, когда в очередной раз при замене кристаллов обе пластинки покраснели. Затем она испытала артефакт на многочисленной родне Алеко. Ошибки быть не могло — он действительно заработал! Дрожащими от волнения руками, боясь обрадоваться раньше времени, Тайрин сверила показания со своей кровью.

Следователь зашел в тот момент, когда женщина завершала испытания. Едва ли не впервые за время их знакомства он был удостоен искренней улыбки.

— Получилось! — Тайрин на мгновение забыла, что разговаривает с Лэртисом, а не с мужем, и чуть не бросилась ему на шею. Удержалась в последнюю секунду, схватила его за руку, таща к заваленному пробирками столику: — Смотри!

Она капнула из разных пробирок с кровью на артефакт, вдохновенно рассказывая, как тот работает.

— Погоди-погоди, не так быстро. Можно?

Лэртис подчистил одну половинку пластинки, уколол палец и размазал свою кровь на пробу. Несколько долгих секунд ничего не происходило, а затем светящийся алым артефакт поблек, снова стал белым. Новые две капли из экспериментального образца — от кузена Алеко и его сестры, — и пластинка потемнела.

— Действительно получилось, — задумчиво пробормотал следователь. Поднял взгляд на Тайрин — она сияла, как начищенный кровент. — Спасибо, — негромко, но искренне поблагодарил Лэртис. — Понимаю, что для тебя это было непросто.

— Если бы не сглупила вначале, могла бы закончить раньше, — поделилась Тайрин, одновременно хвастаясь и ругая себя за ошибку. — Но я поторопилась, пытаясь вывести нужную формулу, а надо было остановиться и подумать!

— А еще неплохо бы внимательнее относиться к технике безопасности, — прервал мужчина. — Ты поранилась.

Его пальцы слегка коснулись ее кисти, провели по запястью, залечивая ранку.

Тайрин поспешно выдернула руку, стараясь не выдать смущения.

— На этом ничего не заканчивается. Прежде чем ты получишь кровь короля, ваши маги сто раз перепроверят артефакт, — сказала женщина.

— Ты права, — согласился Лэртис. — Артефакт разберут до последнего винтика, прежде чем позволить его величеству поучаствовать. Если бы не требовалась кровь, я мог бы настоять на ускорении процесса, но тут, сама понимаешь…

Тайрин кивнула. Маги крайне бережно относились к частичкам себя: не сказать, чтобы верили в проклятия, но рисковать не хотели, особенно когда дело касалось крови.

— Ты должна знать кое-что еще. Если совет магов решит, что артефакт должен быть уничтожен, ты не сможешь оспорить их вердикт, — с сожалением предупредил Лэртис, отводя взгляд.

— Но ведь артефакт не опасен! — возмутилась Тайрин. Даже мысль о том, чтобы уничтожить его, приводила ее в ужас!

— Ты так думаешь? — Следователь как-то невесело усмехнулся и начал приводить стол в порядок, закрывая пробирки с кровью и рассортировывая их по штативам. — Ты читаешь ежедневную прессу?

— «Фелтонский вестник», за завтраком.

— Тогда скажи, как связаны семьи Фарингтон, Крегор и Лонгтон?

— Они все аристократы? — осторожно предположила Тайрин. Светские хроники она, откровенно говоря, пролистывала, интересуясь только последними изобретениями.

— Они связаны бракоразводными процессами в этом году, — со вздохом пояснил Лэртис. — Причина — измена супругов. А теперь представь, что будет, если твой артефакт проверки родства выйдет в широкие массы. Сколько выявят чужих детей и измен, какие грандиозные скандалы прокатятся по стране?

— Я об этом не подумала, — нахмурилась Тайрин. Даже шутливая проверка могла обернуться трагедией и разрушить крепкую семью, а уж в среде аристократов, плетущих интриги друг у друга за спиной, артефакт тем более стал бы грозным оружием.

— И знаешь, кого они обвинят в итоге? — добил следователь.

Женщина обреченно вздохнула и подключилась к уборке.

— Я начинаю понимать, почему муж не спешил рассказывать о своих изобретениях, — проворчала она, собирая остатки неудачных образцов жидких кристаллов в колбу.

Продолжить разговор они не успели — дверь в мастерскую приоткрылась, и в проем просунулась голова Ани.

— Мастер, вы спать не собираетесь? — Тут она увидела Лэртиса. — Ой! Я помешала?

— Мы как раз закончили, — успокоила ее Тайрин и покосилась на часы. С ума сойти! Полпервого ночи! — А ты почему не спишь?

Ани неопределенно пожала плечами, и женщина догадалась — ее снова мучили кошмары. Успокоительное зелье закончилось на прошлой неделе. Гретхем наотрез отказалась выписывать новую порцию, объяснив, что его вредно принимать в таких количествах. Теперь Ани спала урывками, иногда просыпаясь среди ночи с криком, но целительница говорила, что девочка должна сама справиться со своими страхами. Увы, кошмары пока побеждали.

— Идем, — Тайрин оставила колбу на столе, приобняла подопечную за плечи и взглядом показала Окберту следовать за ними. — Расскажи-ка, ты сдала нормативы по боевой магии? В начале недели на тебя жаловались, что не все получается.

Ани невнятно пробурчала, из чего можно было сделать вывод — нормативы висели на ней мертвым грузом. Занималась она много и усердно и почти догнала первокурсников по теоретической части, а вот с боевой подготовкой возникли трудности. Во-первых, Ани не хватало выносливости — из-за истощения девочка выматывалась быстрее остальных, а месяц спокойной жизни не мог восполнить годы непосильного труда и голода. Во-вторых, она болезненно воспринимала поражения. Словно боялась, что из-за неудачи от нее могут отказаться.

— С чем у тебя проблемы? — поинтересовался Лэртис, догнав их и подстроившись под неспешный шаг.

— С дуэлями. Магистр говорит, я дерусь нечестно. Но разве не глупо следовать правилам, когда тебя могут ранить или даже убить?! В приюте нас учили драться и защищаться всеми подручными средствами. Я не буду расшаркиваться перед убийцей, если он пытается пырнуть меня ножом!

Лэртис не выдержал и рассмеялся, и Тайрин шикнула на него, чтобы не поддерживал чужое упрямство.

— И это единственная причина? — прозорливо уточнила она.

— Нет. — Ани отвела взгляд. — Ребята смеются надо мной, потому что я слабая и моя магия нестабильна. Все время проигрываю, если следую правилам!

— Эй, ты не слабая! Ты сильнее большинства магов, которых я знаю! — попробовала подбодрить ее Тайрин, но, кажется, Ани не поверила. Да и как поверить, когда факты говорят о другом?

— А по мне, самая честная дуэль — та, после которой остаешься жив, — с серьезным видом заявил Лэртис и с прищуром посмотрел на Ани. — Хочешь, научу тебя, как выиграть?

— Научите? — Она даже остановилась, с сомнением посмотрев на ушедшего вперед мужчину.

Лэртис обернулся:

— Поделюсь секретной техникой. Но больше никому о ней ни слова. Обещаешь?

Ани кивнула, а Тайрин закатила глаза. Неужели она в шестнадцать лет была такой же наивной? Следователь только что купил ее подопечную с потрохами.

— А когда покажете? Сегодня?

— Завтра. Твоя наставница спит на ходу.

Мужчина сказал это негромко, но Тайрин все равно услышала и бросила на него сердитый взгляд.

— Тогда завтра, — кивнула Ани и дернула женщину за рукав: — А вы, мастер, пойдете с нами в зал? Мне легче, если вы рядом.

— Куда я денусь? — Тайрин не могла отказать, когда девочка смотрела на нее таким кротким, умоляющим взглядом. И никакого магического внушения не нужно!

* * *

О том, что обещание было опрометчивым, Тайрин догадалась, когда Лэртис разбудил их ни свет ни заря. Слишком бодрый, энергичный и довольный. Откуда у него взялась ключ-руна от тренировочного зала, она спрашивать не стала, тем более что плохо соображала спросонья. Зевая, женщина расположилась на небольшом балкончике, чтобы не мешать, и оттуда смотрела на импровизированную арену.

Лэртис и Ани стояли друг напротив друга, одетые в тонкие рубашки свободного кроя и штаны. Никаких шейных платков, неудобных костюмов и даже жилетов. У Тайрин от волнения екнуло сердце. Ани против Лэртиса казалась малышкой!

— Атакуй!

Мужчина приглашающе махнул рукой, и подопечная нерешительно ударила волной магии. Такой слабой, что даже Тайрин отразила бы! Следователю достаточно было шагнуть в сторону, чтобы увернуться от нелепой атаки.

— Бей в полную силу! — прикрикнул он.

Ани, стиснув зубы, ударила снова. На этот раз она отправила не луч, а полукруг, но результат вышел столь же плачевным. Медленно и предсказуемо. К тому же из-за неправильно сросшихся костей Ани неловко двигала пальцами, а это еще сильнее замедляло ее колдовство. Что же это за секретная техника, о которой говорил Окберт? Пока что он только гонял Ани по залу, заставляя почти беспрерывно атаковать.

— А что вы тут делаете? — громко спросили у Тайрин за спиной.

Женщина обернулась. Кертис, со встрепанной мокрой головой — не иначе как после душа, стоял позади и с интересом наблюдал за происходящим на арене. Наверное, услышал посторонние звуки, вот и зашел в зал.

— Ух ты, сам тьен Лэртис! Я тоже хочу присоединиться, — с завистью протянул он.

— Тебе домашней работы мало? — поинтересовалась Тайрин, удивляясь внезапному энтузиазму. Последний разговор Лэртиса и Кертиса, когда следователь поймал его за попыткой встретить Темную студентку, закончился для мальчишки недельной уборкой дворовой территории. Проказничать Кертис не перестал, но теперь старался не попадаться.

— Нет, конечно, — поспешно ответил мальчишка. — Но такой шанс сразиться с самим королевским следователем! Он ведь один из лучших магов столицы! Мастер, можно я к ним спущусь?

Тайрин вздохнула. Плакали индивидуальные занятия для Ани. С другой стороны, может, спарринг с одногодкой будет полезен?

— Иди.

Кертис просиял и бросился к лестнице. Ани спокойно восприняла появление еще одного потенциального противника на арене, даже обрадовалась. С Кертисом они ладили, и девочка могла посмотреть со стороны, как должна выглядеть магическая дуэль.

— Отдохни немного и понаблюдай за нами, — кивнул ей герцог. — Кертис, можешь начинать.

— Но на вас нет защиты!

— Не волнуйся, ты меня не достанешь, — снисходительно улыбнулся следователь, и Тайрин подумала, что зря он дразнит мальчишку.

— Меня тренировали с семи лет! — обиделся Кертис и атаковал с места, без подготовки.

От одной огненной волны Лэртис увернулся, вторую разбил о магический щит.

— А это было неплохо! — похвалил он. — Чем еще порадуешь?

Больше удачных атак не получилось. И если сперва мужчина только отбивался, то после резко перешел в контрнаступление и буквально прибил Кертиса к земле несильными, но обидными магическими ударами.

— Никогда не недооценивай противника, — посоветовал следователь и протянул ему руку, помогая подняться. — Но ты был недурен для первого раза! — Он хлопнул понурившегося парня по плечу. — А сейчас отрабатывайте заклинания в паре!

— Но вы обещали научить меня секретной технике, — напомнила Ани.

— И научил. Моя секретная техника, — Лэртис выдержал паузу, — ежедневные тренировки! Пока не сдашь предмет, будешь заниматься здесь каждое утро. А теперь — в атаку!

* * *

Лэртис уехал в тот же день и пропал на неделю. Даже весточки не прислал, как проходит согласование. Тайрин начала волноваться, не случилось ли чего в дороге. Она старательно убеждала себя, что беспокоится об артефакте — уникальном и неповторимом в своем роде, но на деле тревожилась за следователя.

Неужели так сложно написать пару строк? Черкануть, что добрался, что все в порядке? Тайрин даже просматривала утреннюю и вечернюю прессу, чтобы убедиться, что в столице не случилось никаких происшествий.

Лекции, практики, мастерская, где она пыталась доделать артефакт-накопитель для подопечной, — дни походили один на другой как две капли воды. Единственной отдушиной оставались тренировки Ани и Кертиса. Яркие магические баталии, которые устраивали ребята, ненадолго отвлекали от мрачных мыслей. Вот и в это утро Тайрин привычно расположилась на балкончике, наблюдая за магической дуэлью. Подростки только что повторили цепочку базовых упражнений, и сейчас Ани атаковала третьекурсника, загоняя его в угол.

— Похоже, занятия не забросили, — раздался за спиной мужской голос, и женщина подпрыгнула, едва не перевалившись через перила.

Лэртис стоял рядом, будто никуда не уезжал. Судя по довольной улыбке, поездка завершилась успешно. И все же, когда Тайрин задала вопрос, ее голос дрожал от волнения:

— Совет согласился?

— Это была жаркая битва, — хмыкнул Лэртис, затем продемонстрировал ей металлическую капсулу на цепочке. — Но я неоднократно говорил, что умею быть убедительным. И да — тебе не придется уничтожать артефакт, но он перейдет в секретные разработки совета. Насчет оплаты не переживай, я выбил большую компенсацию.

— И чего тебе стоило их согласие? — уточнила Тайрин.

Он криво усмехнулся.

— Ничего из того, что я не мог бы им дать. Деньги, власть… Эти старые пеньки считают, что раз я им должен, то они смогут меня контролировать! — Он спрятал капсулу с кровью короля обратно под рубашку. — Теперь надо придумать, как заставить мальчишек пройти проверку.

— Вон тебе первый кандидат внизу. — Женщина кивнула на Кертиса, ушедшего в глухую оборону. — Если немного не рассчитаешь силу удара…

— Не замечал за тобой жестокости по отношению к студентам!

— Да он через день с разбитым носом ходит, — отмахнулась Тайрин. — Ани ему спуску не дает.

— У нее неплохо получается.

— Она тренируется даже в комнате, — призналась женщина, которой пришлось немало потрудиться, чтобы скрыть последствия тренировок. Это Аствар еще дырку в стене не заметил, вовремя заделали!

— У Ани большой потенциал, — Лэртис облокотился на перила. — Даже жаль, что она не мальчишка. Я бы посоветовал ей пойти в боевики.

— С даром прорицания? — скептически уточнила Тайрин. Человека, который мог замереть в самый неподходящий момент, пораженный видением, вряд ли можно было назвать надежным товарищем в сражении.

Ани поднырнула под руку Кертиса и, крутанувшись на пятках, резко ударила его в корпус и безо всякой магии уложила на лопатки.

— Но таланта у нее не отнять, — добавила Тайрин с улыбкой.

Лэртис нахмурился:

— Этот прием…

— Ты показывал его Кертису, Ани запомнила. Даже руку менять не пришлось, ей так удобнее. Что-то не так?

— Почудилось. — Лэртис тряхнул головой. — Пойду разомнусь. Ну и применю твой совет, чтобы не тратить время впустую. — Он подмигнул и быстрым шагом направился на площадку.

* * *

С Кертисом не выгорело. Артефакт сиял белизной, не отреагировав на сравнение крови студента с королевской. Первый провал расстроил Лэртиса сильнее, чем он пытался показать, и пару дней мужчина ходил как в воду опущенный. Что не помешало ему продолжать проверку. Тайрин всерьез опасалась за студентов — Окберт умудрялся подстраивать несчастные случаи так, чтобы ребята не пострадали сильно, но успешно разбивали носы, царапались, а то и сбивали костяшки в драке. Тайрин до сих пор гадала, возникла ли та драка из-за ссоры студентов, или же следователь сам ее спровоцировал.

— Почему бы просто не попросить их об услуге?

— И как я должен объяснить, зачем мне это, не раскрывая артефакта? Или предложишь мне вспомнить о слухах и представиться их потенциальным отцом? — огрызался Лэртис и придумывал новые способы для проверки. Число возможных кандидатов стремительно сокращалось, а вместе с тем портилось и настроение следователя. Он проверил даже изначально отброшенные варианты, но без толку.

Вечером, когда Тайрин собирала основу под артефакт Ани, в дверь мастерской осторожно постучали. На пороге стоял непривычно тихий Лэртис и молча смотрел на нее.

— Проходи. — Женщина отошла в сторону, пропуская его в кабинет. — Что-то случилось?

— Не могу понять, где я ошибся.

Мужчина опустился на стул. В его взгляде, брошенном на хозяйку мастерской, читалась тревога. А может, и самое настоящее отчаяние — учитывая, как хорошо следователь умел скрывать свои эмоции.

Помолчав, он добавил:

— Сегодня я проверил последнего кандидата.

— Нашел бастарда?

— Нет. В том-то и дело, что ни в одном из парней нет королевской крови! — Лэртис запустил пятерню в волосы, а опомнившись, положил руки на стол и схватил первую попавшуюся шестеренку, вертя в пальцах.

— Может, артефакт работает неправильно? — осторожно предположила Тайрин.

— Совет сравнил кровь его величества и кровь наследника. Твой артефакт все определяет верно. — Мужчина устало потер лицо ладонью. — Может, я вообще зря пришел в академию?

— Ты сам утверждал, что магии у мальчишки должно быть немерено! Где еще он может учиться?

— Не знаю! Уехал в другой город, попал под паромобиль, решил податься в монахи! — Лэртис вскочил с кресла и заметался по мастерской. — Я понятия не имею, где его искать!

— Во-первых, успокойся! — Тайрин поймала его за руку и силой усадила обратно за стол. Протянула стакан с успокоительными каплями — они всегда были под рукой в аптечке. Окберт понюхал снадобье и опустошил стакан одним махом, не поморщившись.

— Во-вторых, у тебя есть таинственная Минта Орвин. О ней ничего не слышно?

— Я работаю над ее поисками.

— Вот! Значит, не все потеряно. А в-третьих…

Тайрин выдохнула, раздумывая, что же в-третьих, но поймала взгляд Лэртиса. Он смотрел на нее с едва заметной улыбкой. Чем-то ей удалось его развеселить. Может, тем, что отчитала как маленького?

— У тебя есть еще идеи? — спросил он.

— В-третьих, ты упустил кое-что из виду. Теперь мы ищем вместе, так что тащи сюда свои записи, будем разбираться, — решительно сказала Тайрин и отвернулась, чтобы он не увидел, как ее губы тоже дрогнули в улыбке.

* * *

Подготовка к Снежной ночи шла полным ходом, и студенты явно что-то затевали. Не зря Тайрин четыре года присматривала за своими оболтусами — сейчас сразу заметила, как они собираются в маленькие группки и о чем-то шушукаются. Когда пакости творил один студент, это было почти незаметно. Группа — плохо, но терпимо. Однако если участвовал весь курс, то можно было смело прятаться в подвал и надеяться, что академия устоит.

Взрыв грянул через несколько дней, причем в буквальном смысле — на втором этаже прорвало канализацию. Затопило аудитории и часть общежития, студенты в промокшей обуви выбежали на улицу, на мороз, и половина из них расчихалась уже к вечеру. Что уж говорить о запахе селитры, едком, пробирающим до слез!

Ректор собрал преподавательский состав в надежде общими усилиями привести систему в порядок. На взгляд Тайрин, проще было заменить взорванный кусок стояков и подводок, чем пытаться отремонтировать. Но Аствар свято верил, что они справятся с починкой.

— Взорвать систему канализации, вы только подумайте! И все из-за отказа отпустить их домой пораньше! — возмущался он, не прекращая колдовать.

Куски трубы срастались, но в одном месте в неправильном порядке. Стоило Тайрин об этом заикнуться, как ей мягко посоветовали не лезть. Аствар был не в том на строении, чтобы кого-то выслушивать.

— Найду того, кто это сделал, — вышвырну без права восстановления, — рычал он.

— Они всего лишь дети, — сказала целительница, которая тоже пришла оказать посильную помощь. Правда, ее помощь заключалась в спорах с остальными, но так хотя бы было веселее.

— Эти «дети» разрушили целый этаж, — негодовал Аствар. — У меня весь бюджет на год вперед расписан, и ремонт коридора туда не входит! Или предлагаете лишить старшекурсников весенней практики? А может, вместо гостиницы отправим их ночевать в палатках в лесу?

— А что? Лес, ночь, романтика! Вот мы с Анхелем любили провести ночь на природе… — Гретхем мечтательно улыбнулась.

— Только романтики не хватает! — заскрежетал зубами ректор. — Нет уж, виновники будут наказаны, а их родителям придется раскошелиться на ремонт.

— Для начала придется найти виновных, — напомнила Тайрин.

Мужчина перевел на нее злой взгляд:

— Предлагаешь задействовать детектива? Или Лэртиса попросим?

— Не думаю, что это дело государственной важности, — фыркнула Тайрин и, завершая неначавшийся спор, подкрутила кусок трубы.

Некоторое время преподаватели работали в тишине, изредка нарушаемой едкими комментариями Гретхем. Тайрин со своим участком управилась быстрее остальных, пусть и делала все руками, без помощи магии. Пару раз студенты, заинтересованные процессом, заглядывали в коридор, но под суровый взгляд ректора лезть не решались.

Кертис и Ани тоже были среди остальных, и мальчишка смотрел на работающих магистров с такой проказливой улыбкой, что Тайрин заподозрила его в непосредственной организации взрыва. Но, как уже отметила раньше, доказательств не было.

Закончили с системой ближе к вечеру. Участок в несколько ярдов длиной был полностью переделан, пол подсушен, и Аствар с довольным видом оглядел помещение.

— Ну вот, готово, — торжественно произнес он. — И не придется никуда студентов распускать. Я еще и продлю им учебу на пару дней за такое поведение!

Он разморозил воду, пуская ее по обновленным трубам. Но не прошло и минуты, как раздался шум и свист — неправильно собранная конструкция не выдержала напора, и на вычищенный до блеска пол хлынула обжигающе ледяная вода.

Ремонтников обдало с ног до головы.

— Перекрывайте воду, буду звать мастеров, — махнул рукой Аствар, принимая мучительное решение — закончить семестр на три дня раньше.

* * *

Студенты ликовали. Тайрин злилась, что итоговая работа для старших курсов перенеслась на следующий год. Она не сомневалась, что за три недели каникул у большинства старшекурсников вылетят из головы все полученные знания и придется потратить пару занятий на повторение пройденного. Низкие баллы за экзамены не красят ни студентов, ни мастера. К тому же она не ожидала, что вернется домой на несколько дней раньше намеченного срока. Особняк был не в том состоянии, чтобы принимать гостей. Она даже не решила, где лучше разместить Ани!

Когда женщина собрала немногочисленные пожитки для переезда и уже собиралась уходить, в окно постучал механический посланник от Аствар а. Ректор просил зайти к нему перед уходом. Оставив Ани с вещами, Тайрин поднялась к нему в кабинет.

Мужчина сидел за столом, погребенный под горой бумаг. Отдельной стопкой лежали заявления от старшекурсников на зимнюю практику, рядом — прошения от преподавателей на отпуск, а сверху смета по ремонту.

— Ты хотел меня видеть. Что-то случилось?

Аствар окинул ее тяжелым взглядом.

— Лэртис хочет переехать к тебе до Снежной ночи, — нехотя уведомил он: кажется, ожидал скандала, но его не последовало.

— Пусть переезжает. Мы с ним уже разговаривали на эту тему, — пожала плечами Тайрин. Она планировала привлечь его к помощи в лаборатории, и переезд был кстати.

— Тебя это нисколько не беспокоит?

— Нет, а должно?

Ректор смотрел на нее с недоумением, и Тайрин почувствовала неясное раздражение. Когда-то Аствар без предупреждения сделал Лэртиса ее соседом, а теперь, когда она сама согласна с ним соседствовать, он выражает недовольство!

— Герцог Верийский помогает мне с артефактами, — сказала она терпеливо.

Краткое пояснение мужчину не успокоило. Тайрин видела, что он хочет узнать что-то еще, но от дальнейших расспросов спас магистр алхимии, заглянувший с каким-то вопросом. Женщина пожелала коллегам хороших выходных и поспешила вернуться к себе. Только задушевных бесед ей не хватало!

По пути в комнату, у самой лестницы, она встретила Гретхем. Та торопилась в лазарет, но задержалась ненадолго, чтобы переброситься парой слов.

— Пригляди за Ани. Я видела, как они вчера о чем-то шушукались с Кертисом в столовой. Паренек талантливый, я не спорю, но характер… Даже не знаю, в кого пошел. Помню его родителей — оба тихие, вежливые, не в пример сыну!

— Готова поспорить, ребята перемывали косточки Лэртису, — улыбнулась в ответ Тайрин. — С тех пор как он начал гонять их по утрам, у них всегда находится тема для разговора. Милое дело, пожаловаться на сурового тренера!

— И все же…

— Ани — рассудительная девочка. Уверена, она не доставит проблем, — твердо сказала Тайрин.

— Ну-ну! — хмыкнула Гретхем. — А я не сомневаюсь, что наша тихоня в курсе взрыва канализации и знает зачинщиков. А может, даже сама им помогала. Она как раз в том возрасте, когда хочется приключений. Как бы не нашла их себе на голову, а заодно и тебе.

— Я пригляжу, — пообещала Тайрин.

* * *

После спешных сборов и поездки по шумной предпраздничной улице дом казался особенно тихим. Пустым и холодным, как в первый раз, когда она зашла под его крышу. Раньше Тайрин не замечала, насколько бездушным он становился в ее отсутствие! Местами облупившиеся стены, потертый паркет, высохшие цветы в вазе на столе. Словно никто не жил в нем много лет.

Ани старалась не замечать запустения вокруг — а может, для выросшей в приюте сироты дом, даже такой, выглядел воплощением мечты.

А вот Лэртис деликатностью не отличился:

— Надеюсь, постельное белье в этом доме чистое и есть горячая вода. А то я начинаю подумывать, не вернуться ли в академию. — Он провел пальцами по каминной полке, показывая оставшийся на перчатках слой пыли.

— Вот и возвращайся! — вспылила Тайрин, хотя замечание было справедливым. Последнюю пару недель было не до уборки: она забегала ненадолго в мастерскую и почти не проводила время в доме. Не думала, что приведет сюда гостей. — Наверху чище, — добавила она тише.

Содержать дом в одиночку было непросто. Женщина работала сутки напролет, чтобы ни в чем не нуждаться, и ненавидела убираться после тяжелого дня. И все-таки упорно бралась за тряпку: не дышать же пылью, так и до астмы недалеко.

— Идемте, я покажу комнаты, — кивнула она Ани и Лэртису и первой пошла к лестнице.

Следователю Тайрин отвела гостевую комнату в конце коридора. Небольшая комнатушка с окном, выходящим на улицу, пустовала много лет, и Тайрин приспособила ее под кладовку. Не ожидала, что за это время там скопится столько ненужных вещей! Запасные детали к механизмам, парочка старых стульев, ящик с инструментами…

— Знаешь, я лучше сегодня переночую на диване в гостиной, а завтра все здесь разберу, — пробормотал Лэртис, оглядывая весь этот хлам.

У Тайрин не нашлось возражений.

Проводить дальнейший осмотр дома следователь не стал — сбежал под благовидным предлогом срочных дел в городе, а женщина повела Ани в уже знакомую спальню.

Со дня нападения комната преобразилась. Тайрин безжалостно убрала все сломанные вещи, стараясь не думать и не вспоминать, какие важные моменты жизни с ними связаны. В комнате было свежо — в свой последний визит Тайрин оставила маленькое окошко открытым, чтобы избавиться от табачной вони, принесенной преступником. Помещение выстудилось, но зато сигаретное амбре ушло. Единственным минусом чистой и аккуратной комнаты оставалось то, что здесь стояла всего одна кровать, на узкой же софе выспаться было нереально. Правда, кровать выглядела достаточно широкой, чтобы поделить ее на двоих. Тайрин надеялась, что девочка не станет противиться соседству.

— Может быть, спустимся на кухню и выпьем чаю? — неловко предложила женщина, поставив саквояж на кресло.

Ани с улыбкой кивнула.

Ароматный чай Тайрин заварила сама, а вот печеньем разжилась в столовой академии: хрустящим, сочным, с малиновой начинкой. Его испекли на обед, еще до катаклизма с канализацией. Сердобольные повара вручили Тайрин целую коробку, лишь бы не пропало!

Разноцветные веселые формы звездочек и снеговиков стали темой для разговора: оказалось, что Ани никогда не отмечала в приюте Снежную ночь. В этот день им просто зачитывали торжественную речь и отправляли спать, и только дети постарше изредка убегали посмотреть на городскую красавицу-ель и красочный фейерверк. Настоящая несправедливость! Тайрин решила во что бы то ни стало устроить для Ани действительно незабываемый праздник. Оставался вопрос, как превратить дом в достойное место для встречи Снежной ночи?

* * *

От идеи нарядить дом Ани пришла в восторг — она носилась по комнатам и с разрешения Тайрин расставляла мелкие безделушки. Ее усилиями на окнах появился снежный магический узор, переливающийся всеми цветами радуги, а в широкой вазе в углу — мохнатые еловые лапы. А еще омела над камином и над дверью. Увидев последнюю, Лэртис, ненадолго заглянувший в дом, расхохотался и предложил Тайрин пройтись с ним под ручку на улицу. Женщина как раз собиралась в город, поэтому невозмутимо поправила часы на шее и сказала, что если он жаждет поцеловаться с ней, то вполне может сделать это в любом ее обличье.

Больше предложений не поступало, и Тайрин стало даже немного обидно — не такая уж она дурнушка в обличье пожилой тьенны!

Впрочем, узнать вкусы следователя она смогла тем же вечером, когда застала его страстно целующимся у дверей с какой-то брюнеткой.

— Гостиница за углом, — напомнила хозяйка дома, проходя мимо.

Любовники отскочили друг от друга, как застигнутые врасплох школьники, а Тайрин громко захлопнула за собой дверь. Не удержалась и прислушалась.

— Это твоя мама? — чуть испуганно спросила легкомысленная красотка.

— Нет, жена, — ответил Лэртис.

Раздалась звонкая оплеуха, потом до ушей донесся звук шагов. Тайрин отпрянула от двери и сделала вид, будто возится с застежкой пальто. Как раз вовремя — следователь зашел в дом, потирая алую щеку и шепча обезболивающее заклинание.

— А у нее крепкая рука, — не выдержав, улыбнулась женщина.

— Рад, что ты находишь эту ситуацию забавной, — ухмыльнулся Лэртис, ничуть не обидевшись. — Интересно, как скоро она вспомнит, что я вообще не женат?

— Скорее всего, полквартала пройдет, — прикинула Тайрин и для надежности заперла дверь. Только сцен ревности ей не хватало!

Лэртис в особняке практически не появлялся, целыми днями пропадая то в городе, то в участке. Единственный раз им удалось нормально поговорить только пару дней назад — они пересеклись с утра на кухне, и мужчина поделился последними новостями. Ему удалось напасть на след Минты, и он ждал вестей от информатора.

— В следующий раз иди в бордель или в гостиницу, не води женщин в мой дом, — уже без тени улыбки попросила Тайрин.

— Она пришла по делу, но увлеклась. — Окберт развернул записку и прочитал адрес. В Фелтоне он побывал в разных местах, но эту улицу не помнил. — Теперь я знаю, где Минта. Сможешь проводить меня до Кривого моста?

— Запросто. Только завтра. — Тайрин прислушалась к башенным часам. — В тот район не стоит заходить после комендантского часа.

Она умолчала, что и днем там лучше не появляться.

* * *

На окраину города стекались все бедняки и те, кто скрывался от городской стражи. Патруль нес службу только до старого, покосившегося от времени моста, а по ту сторону обмельчавшего канала, больше похожего на лужу, уже начиналось царство нищих, воров и убийц. Даже теневое братство старалось не ходить к Кривому мосту без причины. Тайрин, которая пару раз выполняла заказы для местных жителей, чувствовала на себе косые взгляды.

— Я все больше люблю ваш гостеприимный город, — сказал Лэртис, широко улыбнувшись и ненароком распахнув полы пальто, показывая пистолет на поясе.

Щербатый громила, до этого небрежно поигрывающий ножичком, тут же передумал с ними знакомиться. Зато атмосфера вокруг стала еще враждебнее.

— Ты уверен, что мы найдем здесь Минту, а не обычные неприятности? — поинтересовалась Тайрин, когда они подошли к старой, полуразвалившейся хибаре — назвать ее домом язык не поворачивался.

— Уверен. Хотя последнее тоже возможно. — Лэртис постучал и, не дождавшись ответа, зашел внутрь.

В нос ударил тошнотворный запах гнили и испражнений. Под ногами валялись ветошь, обрывки газет, испачканная бурыми пятнами одежда. В доме было два этажа, и Лэртис с сомнением посмотрел на старую лестницу. Можно ли по ней подняться, не развалится ли она прямо под ногами? Хотя что гадать, выбора не было.

Следователь преодолел первый пролет, оглянулся на Тайрин и едва не провалился в дырку в полу. Хорошо, что вовремя отдернул ногу.

— Лестница скрипит, но держится, — оптимистично заявил он, и женщина с опаской поднялась следом.

Минта жила в дальней комнате в конце узкого вонючего коридора. Комнатка оказалась заперта, но стоило нажать посильнее, и замок поддался. Лэртис вошел внутрь. Сидящая у окна худая пожилая женщина что-то вязала при слабом свете, но тут же испуганно охнула и вжалась в побитое молью и временем кресло.

— Минта Орвин? — спокойно спросил следователь.

— Кто вы? Что вам нужно? — дрожа от страха, пробормотала она. — Я все сделала, как говорили!

— Успокойтесь. Нас прислала Ирма Каста. — Лэртис развел руки в стороны, показывая, что пришел с добрыми намерениями. — Пара вопросов, и мы уйдем.

— Так вы от Ирмы? — испуг в глазах женщины поутих, а вот недоверие осталось. Она принялась болванчиком раскачиваться из стороны в сторону. — Как моя девочка? Ирма давно ко мне не заходит…

— Скоро вы обязательно встретитесь.

Тайрин от этих слов стало не по себе, но Лэртис говорил без злой иронии. Просто констатировал факт. Даже невооруженным глазом было видно, что Минта тяжело больна, и жить ей осталось от силы несколько месяцев. Острый запах лекарств только подтверждал догадку.

Следователь подошел ближе и присел напротив женщины в старое кресло. Взял ее слабую морщинистую ладонь. Кажется, его не смутили даже многочисленные язвочки на коже, а еще Тайрин показалось, что он наложил обезболивающее заклинание.

— Расскажите, что случилось с ее ребенком, — попросил он проникновенным голосом. — Вы знаете, как его найти?

— Он в приюте. — Женщина смотрела куда-то за Лэртиса, погрузившись в видения прошлого. — Бедняжки! Ирма так переживала! Им не разрешали видеться. Даже мне сказали не приближаться к приюту. Но моя девочка все рано туда пробиралась, чтобы посмотреть хотя бы издали!

— Кто не разрешал вам видеться с ребенком? — напрягся Лэртис.

— Тшш! Нельзя произносить ее имя в этих стенах! — Минта испуганно огляделась, уронив вязанье на колени.

— Тогда скажите, как Ирма назвала мальчика, — настойчиво попросил мужчина.

Собеседница посмотрела на него с недоумением:

— Мальчик? О чем вы? Моя Ирма родила дочь!