Глава 17

Прошло примерно две недели с того момента, как я очнулась. Тщательно выполняя все рекомендации начальника лазарета, мне удалось значительно улучшить свое состояние. Я уже могла бодрствовать целый день, делая только после обеда небольшой перерыв на непродолжительный сон. Все остальное время я тратила на тренировки. У доктора Сомерса на первом этаже лазарета был оборудован тренировочный зал для пациентов, проходящих реабилитацию. Там было много различных тренажеров для укрепления и развития различных групп мышц. Доктор для каждого больного составлял индивидуальную программу занятий с учетом особенностей патологии. Я старалась четко следовать всем рекомендациям и довольно быстро возвращалась к своей изначальной физической форме. Пятиразовый режим питания так же пошел мне на пользу. Моя фигура постепенно приобретала свойственные ей округлости.

— Ты отлично справляешься, Мел, — сказал мне доктор на одной из тренировок. — Я думаю, тебе уже можно выходить на улицу и часть тренировок перенести в условия полигона. Сейчас в крепости не так много райсов, отряды расформированы, так что, мне кажется, с этим проблем не будет. Я объясню, что конкретно тебе можно будет выполнять на улице.

— Скажите, мне можно заниматься верховой ездой? — с надеждой взглянула на начальника лазарета.

— Только если ты пообещаешь мне ездить прогулочным шагом и ни в коем случае не выполнять никаких трюков верхом на тарге, — строго предупредил он. — Обычно я не разрешаю пациентам подобные развлечения, но зная твою нежную привязанность к этим животным, я готов пойти на уступки. Это может принести тебе много положительных эмоций, и тогда процесс выздоровления сможет пойти еще быстрее.

— Спасибо! — восторженно пискнула я, бросаясь на шею профессора. — Вы не представляете, что это для меня значит! А еще я хотела уточнить, когда мне можно будет попробовать начать выполнять медитативные упражнения?

— Я думаю, их уже можно постепенно включать в твой реабилитационный комплекс. Поэтому, когда будешь проводить тренировки на улице, попробую сделать и их.

— Хорошо, — серьезно кивнула в ответ. — Я попробую и потом расскажу, какие были ощущения.

— Договорились. А теперь отдыхай.

На следующий же день утром после завтрака я отправилась к третьему загону для таргов. Подходила с бешено колотящимся сердцем. Как они там? Как воспримут, что я больше не могу с ними общаться с помощью магии?

Пройдя в калитку, увидела свой табун на площадке для выпаса. Рик тут же отделился от остальных таргов и потрусил в мою сторону.

— Рик! — воскликнула, бросаясь ему на встречу. — Мальчик мой, как ты здесь без меня? Прости, что так долго не появлялась! Я серьезно болела, но сейчас уже чувствую себя лучше.

Мой тарг, подойдя ближе, привычно уткнулся мордой мне в макушку, а я в ответ обняла его за шею. Не знаю, понимал ли он меня, но я старалась своими ласковыми поглаживаниями передать, как сильно скучала, и какой я чувствую себя виноватой за столь длительное отсутствие.

Постепенно к нам подтянулся весь табун. Я гладила своих ящеров и все говорила и говорила, рассказывая, что произошло, и делясь своими переживаниями. В какой-то момент поняла, что стою посреди загона в окружении таргов и рыдаю, не сдерживаясь и выплескивая весь ужас пережитого, все свои страхи и тревоги, все свое горе от потери дара. Мои питомцы молчаливо утешали меня, стараясь быть ближе и подставляя бока и шеи под мои ласки. Я была безмерно им благодарна за эту поддержку, доверие и любовь.

Наконец, прекратив заливаться слезами, проговорила:

— Собирайтесь, мои хорошие. Мы идем на полигон размяться!

Накинув на Рика уздечку и аккуратно взгромоздившись ему на спину, послала его вперед медленным, прогулочным шагом. Не стоило игнорировать наставления доктора, а то это могло ухудшить и без того не особенно стабильное состояние. Остальные ящеры спокойно следовали за нами, возглавляемые вожаком.

Добравшись до полигона, спешилась.

— Разминайтесь, гуляйте, резвитесь, мои дорогие. А мне пока нельзя с вами. Но я буду рядом делать гимнастику.

Тарги разбрелись по периметру полигона, наслаждаясь открытым пространством. Я же приступила к выполнению показанного начальником лазарета комплекса упражнений. Сделав все, что от меня требовалось, подозвала Рика и, оседлав его, неспешно поехала вдоль ограждения. Все-таки верховая езда всегда была моим излюбленным времяпрепровождением.

Вдоволь накатавшись, позвала всех своих питомцев к пруду, чтобы они имели возможность закончить нашу прогулку привычным купанием. Пока ящеры резвились в воде, легла прямо на траву, раскинув рук в стороны. Чтобы выполнить медитативные упражнения, нужно было хотя бы как-то ощущать свою магическую составляющую. А я, сколько ни старалась, никак не могла уловить ни единой искры магии в себе. Это повергало меня все глубже и глубже в пучину отчаяния. Если так пойдет и дальше, я рисковала потерять всякую надежду на восстановление дара.

Усилием воли, заставив себя принять сидячее положение, закрыла глаза и начала делать дыхательные упражнения, как показывал наставник в Академии. Мне нужно было отрешиться от всего и почувствовать энергетические волны сердца мира. Медленный вдох, и такой же неспешный выдох, снова и снова. В какой-то момент мне показалось, что я нахожусь не на полигоне, а в абсолютно закрытом, темном пространстве. Озираясь вокруг, пытаюсь найти хоть толику света, хоть какой-то намек. Вокруг сплошная, непроглядная темнота, но вдруг где-то вдалеке я замечаю совсем слабенький проблеск. Всем своим существом тянусь к нему, жажду приблизиться. И он откликается, начиная медленно приближаться. Наконец, я рядом с ним. Маленькая искорка света едва теплится у моих ног. Я опускаюсь на колени и старательно, бережно глажу это чудо. Я не могу говорить, но всеми силами хочу дать понять искорке, как она мне нужна и важна. С большим трудом, преодолевая неимоверное сопротивление, искорка тянется ко мне и становится немного ярче. Совсем чуть-чуть, но я все-таки замечаю эту разницу, поскольку неотрывно слежу за ней. Внезапно, я почувствовала приступ накатившей слабости и с сожалением покинула этот удивительный уголок моей личной Вселенной.

Открыв глаза, осознала, что все так же сижу на берегу пруда. Но, тут же, на меня накатило сильнейшее головокружение, и мне пришлось опять улечься на траву. Не смотря на слабость и неприятные ощущения, я была безмерно счастлива. Мне удалось найти искру дара в себе! Это удивительно — осознавать, что такое есть на самом деле! Никогда раньше я не погружалась так глубоко в себя во время медитации, что бы визуализировать свой дар. Просто фантастическое ощущение!

Занятая своими чувствами, мыслями и ощущениями, я лежала на берегу, закрыв глаза, и ничего не замечая вокруг. Вдруг я почувствовала, что кто-то лег со мной рядом. Вздрогнув всем телом, распахнула глаза и резко села, испугавшись. Его Высочество с комфортом разместился невдалеке от меня. Уже хотела высказать все, что думаю о его появлении, как новый приступ головокружения заставил меня застонать и вновь откинуться на траву.

— Мел, ты в порядке? — встревожено уточнил мужчина, нависая надо мной.

— Если ты еще раз так подкрадешься ко мне, — тихо ответила, борясь с приступом слабости и головокружения, — то я точно буду не в порядке. Что ты здесь делаешь?

— Я искал тебя в лазарете, — пояснил он, не меняя своего положения. — Но мне сказали, что ты тренируешься на улице. Поэтому я отправился сюда. Увидел, как ты безмятежно лежишь на берегу, и решил не мешать.

— Будь любезен, в следующий раз хоть как-то дай знать о своем приближении, — устало проговорила, открывая глаза. — Я ужасно испугалась. Доктор разрешил мне медитировать, а погружение в себя не предполагает внимательного отслеживания происходящего вокруг.

— Извини, больше не буду, — ласково улыбнулся он, глядя на меня своими черными глазами. — Так, как ты себя чувствуешь?

— Мне удалось во время медитации уловить свою искру дара, — начала делиться пережитым, — но потом слабость и головокружение помешали выполнению упражнения.

— Это прекрасные новости! — искренне обрадовался Оливер. — Если будешь плохо себя чувствовать, я отнесу тебя в лазарет на руках. Не стоит перенапрягаться.

— Что?! — изумилась, испугавшись не на шутку. — Как ты себе это представляешь? Ненаследный принц Айдарии таскает на руках ни кому неизвестную разведчицу на виду у всей крепости? Что обо мне подумают?

— А тебя так волнует мнение окружающих? — спросил принц, весело сверкая глазами. — За это можешь не волноваться. Во-первых, ты не «ни кому неизвестная разведчица», а национальная героиня, Мелисанта Монт, спасшая наш мир от захвата иномирными чудовищами. А во-вторых, я хоть сейчас могу по общей связи объявить на всю крепость и округу, что мы обручены, и я имею полное право носить тебя на руках, когда и где мне вздумается.

— Не смей! — шокировано выдохнула я. — Это будет жуткий скандал! Не то что на всю страну, а на целый мир. Где это видано, чтобы второй по очереди претендент на трон Империи обручался с простолюдинкой? Ты в своем уме?

— Ну, когда ты стояла со мной перед алтарем Пресветлой Богини, тебя это не волновало, — издевательски протянул он.

— Это была вынужденная ситуация! — процедила я, чувствуя, что прихожу в бешенство от его поведения.

— Ой, кому рассказать, не поверят, что ты из чувства самопожертвования, дала согласие на нашу помолвку, — отмахнулся принц, постепенно склоняясь все ниже.

— Да, что ты за человек?! — не выдержала я. — Разве можно так безответственно подходить к такому серьезному вопросу? Надо было просить Богиню сразу разорвать нашу помолвку, а не ждать еще шесть месяцев!

— Значит, ты сама попросила Пресветлую сократить срок, отпущенный после обряда? — зловеще проговорил мужчина, гневно сузив глаза, и придавив меня к земле своим торсом.

— Да, просила! — вспылила я, не осознавая в какой опасной близости оказалась от этого сильного, волевого мужчины. — Я не считаю себя вправе быть обрученной с мужчиной, который пошел на эту жертву только ради спасения собственной страны! Это не честно!!!

— Я ужасно зол на твое самоуправство, — абсолютно спокойно заявил этот тип, сверля меня почерневшим от ярости взглядом. — Поэтому мне придется тебя наказать. Иначе ты так и не поймешь, что подобные решения люди всегда принимают сообща, и предварительно поставив друг друга в известность.

— Да, как ты смеешь… — возмутилась я, но тут же была остановлена властным поцелуем, прекратившим все мои попытки призвать этого наглого, невыносимого мужчину к ответственности.

Я попыталась высвободиться, но Оливер крепко и, в тоже время, аккуратно зафиксировал мои руки так, чтобы я не могла поднять их с земли. Своим обжигающим языком он проникал внутрь, покоряя и исследуя мой рот полностью. Безошибочно найдя мой язык, начал, нежно лаская самым кончиком, уговаривать сдаться и ответить ему. От нахлынувших ощущений я была совершенно дезориентирована и в какой-то момент робко потянулась ему на встречу. Мужчина, ободренный моим порывом, тут же перехватил инициативу и, уже не сдерживаясь, начал неистово вовлекать меня в бурный поток нескончаемых ласк.

Внезапно оторвавшись от моих губ, он начал покрывать нежными и в тоже время властными поцелуями изгиб моей шеи, целенаправленно продвигаясь к ложбинке между грудей. Каждый поцелуй горел на моем теле словно клеймо, подтверждающее мою принадлежность этому человеку. Его руки, более не удерживающие меня, неспешно скользили по изгибам моего тела, словно стараясь изучить и запомнить все до мельчайших подробностей. Совсем потерявшись в этих умопомрачительных ощущениях, я глухо застонала и выгнулась навстречу новым ласкам, прося продолжения. Поняв мое предложение без слов, Оливер усилил напор, достигнув, наконец, вожделенного углубления между потяжелевших, неимоверно чувствительных грудей, изнывающих в ожидании прикосновения. Нетерпеливо рванув застежку комбинезона, оголил мое тело до самого низа живота. С восхищением скользя затуманенным страстью взглядом по неприкрытой плоти, глухо выдохнул:

— Ты прекрасна, Мел! Ты даже не представляешь, насколько чувственна и желанна!

Склонившись надо мной, он припал своим жадным ртом к одной груди, осторожно втягивая в рот розовый, затвердевший сосок, как бы пробуя его на вкус. Накрыв вторую грудь своей широкой ладонью, начал ласкать чувствительный бугорок, нежно поглаживая пальцами. От накатывающих волн нестерпимого желания я уже стонала в голос, совершенно не сдерживаясь, извиваясь и цепляясь за сильные плечи моего мужчины. Что? Моего мужчины? Когда это Его Высочество ненаследный принц Айдарии успел стать моим мужчиной?

От подобных мыслей я вся покрылась испариной. Это самый неподходящий кандидат в мои любовники из всех возможных. Хуже, наверное, только обрученный с принцессой Кристоф. Даже если мы завершим обряд истинного обручения соитием, и наш брак будет признан церковью, то императорская семья никогда не признает и не примет простолюдинку в качестве жены второго принца. Даже графская дочка — это нарушение всех установленных норм и правил. Что уж говорить о низшем сословии. Это будет просто скандал на весь цивилизованный мир. Несколько взрослых принцесс Эдира и Архалона ждут предложения от Его Высочества уже не первый год. А он все тянет и тянет с этим. Был бы старый Император в здравом рассудке последние два года, уже заставил бы жениться обоих сыновей. О чем только думает этот принц?

Все эти мысли стремительно пронеслись в моей голове, резко поумерив мой пыл. Его Высочество тем временем с упоением исследовал языком мой пупок, от чего меня всю выворачивало наизнанку от вожделения. Затем, оторвавшись от меня и приподнявшись на одной руке, он хотел то ли что-то сказать, то ли вернуться к моим губам, но я поняла, что это мой последний шанс унести отсюда ноги в целости и сохранности. Иначе, вместе со следующей страстной атакой ласк ненаследного принца я рискую потерять все, а главное потерять себя.

Сгруппировавшись, я резко откатилась в сторону. И куда только подевались слабость и головокружение? Его Высочество поистине способен излечивать не хуже самого доктора Сомерса! Мгновенно вскочив на ноги, рванула злосчастную застежку комбинезона вверх. Получив, таким образом, хотя бы иллюзию своей безопасности, сделала глубокий вдох и во всю мощь легких свистнула, созывая табун ящеров. Рик тут же оказался рядом со мной. Ни на что более не глядя, я одним махом взлетела ему на спину и послала в галоп. Остальные тарги устремились за нами.

— Мел, ты все равно будешь моей! — услышала я крик ненаследного принца мне вслед.

Пересилив себя, не стала оборачиваться, а просто показала Его Высочеству неприличный жест. В данной ситуации, он наиболее четко выражал мое мнение по поводу произошедшего.