Глава 14

45 дней спустя

В первый день размещения нового учебного потока в лётной академии «Бастион» площадка для частных леров и для общественных платформ была забита до отказа. Все виды летающих новинок империи были представлены здесь, как на модной выставке малого лётного транспорта на Асконе. Но даже представители лучших семейств империи, видавшие виды, пресыщенные шикарными моделями, были впечатлены, когда на посадочную площадку приземлился белоснежный, мерцающий красавец с россыпью мельчайших аргонских камней на фюзеляже. Это в академию, в расположение факультета ШОК, прибыла Люосория Диннара, номер один в отборе этого года.

Академическая форма великолепного, аристократического цвета «сап» с зеленой и золотой нашивками сидела на ней, как влитая. Сразу видно: подгонялась по индивидуальным размерам. Тонкая и дорогая работа. Красный берет — знак факультета — подчёркивал строгую прическу, собранную волосок к волоску. Великолепный стюард выпрыгнул за мгновение до того, как девушка ступила на площадку. Он подал ей руку, позволяя сделать первые, аккуратные шаги из лера на бастионное покрытие. Поклонился. Пока Люосория терпеливо ждала, вынул её багаж, столь же ослепительно прекрасный, со знаком лучшего бренда вселенной — «Вейрос и Ко» — и огромную, почти двухметровую упаковку. Он пронёс вещи Люосории до погрузочной ленты, снова поклонился. И только когда Люосория Диннара зашла в бастионные ворота, выпрямился и вскочил обратно в лер.

— Ты ведь утверждал, что эта первая, как её, Диннара — сирота и найронская выскочка, — возмущённо шипела сопровождающая ещё одного нового бастионца разряженная дама.

— Утверждал… — оторопело согласился он. — Но я же не могу знать всех отпрысков правящих семей империи, мама!

— Это был лер новой Хранительницы Аргона? — влез в их разговор проходивший мимо аэр с мрачным, высоченным парнем в форме ШОКа.

— Судя по всему так…

— Непростая девочка, лучше её не задевать. Ты понял?! — сказал мужчина, и мрачный молчун кивнул: он и так не собирался её задевать.

— И ты! — толкнула своего отпрыска расстроенная дама.

— Ладно! — раздражённо ответил ей сынок.

А Люосория, ловя отголоски подобных разговоров, в сотый раз убеждалась, что дядюшка Марти был прав, когда просто силой отжал на этот час у своего должника-пилота частный лер самой Хранительницы Аргона, прилетевшей на встречу с императором после трехлетнего испытания и признания планетой своих полномочий.

— Встречают по леру! Провожают по заслугам! — повторял он Люосории нехитрую истину, очищая от пыли и технического клея брошенный на космодроме за ненадобностью кем-то из высокопоставленных имперских чинуш почти новенький, шикарный чемодан от «Вейрос и Ко».

А потом взял в руки ножницы и простую иглу, чтобы ушить по хрупкой девичьей фигуре огромную академическую форму. Стиксы, прошедшие шаэргскую войну, не доверяли ши-камерам, предпочитая латать свои вещи самостоятельно.

В информационном центре Люосорию встретили, как родную. И милейшая девушка в форме младшего офицерского состава, узнав, что перед ней «та самая Диннара», предложила ей на выбор несколько прелестных комнат. Про одну она с придыханием сообщила, что там, совсем рядом, есть дверь для неприметного выхода на крышу, с которой открывался умопомрачительный вид на всю академию. Единственный минус — жить придётся на самом верхнем этаже — шестом, а в кадетских корпусах подъёмные платформы не предусмотрены уставом для постоянной тренировки мышц будущих офицеров космофлота.

— Комнаты все стандартные, — продолжала вещать девушка, — по правилам ШОКа — парные. Однако вы сможете со временем превращать их в индивидуальный капсульный отсек, после разрешения расового нейролога. Но Теймина Орез — замечательная и никогда дольше полугода новичков не мучает. На идентификационном браслете все нужные коды, планш в комнате, в индивидуальном боксе, он под кадета подстраивается автоматически — ничего вводить не нужно. Доступ к академическим учебникам и всем допматериалам уже открыт. Кастелянша выдаст всё необходимое. Для вас выписан специально комплект одежды с Торго. Он, конечно, не такой миниатюрный, как вы, но вы всегда можете отдать его в ши-камеру на доработку. Расписание занятий уже на браслете. Столовые корпуса напротив ученических. Вот здесь. Если будут ещё вопросы, обращайтесь. Индивидуальной связи с инфоцентром нет. Так что придется шагать к нам ножками. С кураторами факультетских групп будут знакомить примерно через два часа. Информация также в факультетской сети. Подключайтесь! И добро пожаловать!

Люосория искренне поблагодарила офицера и, выбрав комнату для проживания, побежала наверх. Ей даже нравилось, что в академии брезговали подъёмными платформами.

Комната девушку впечатлила: большая, просторная. Немного мрачная, но это пока… до поры до времени. Скоро Люосория внесет в это место настоящую жизнь и любовь! Пиликнул сигнал доставки багажа, и Люосория поскакала забирать свой шикарный чемоданчик с невероятно длинным, двухметровым «теглосом» — парными инфопластинами, что крепились на стене. Этот теглос дал ей дядюшка Марти, чтобы в комнате Люосории всегда висели в прямой доступности, в объёмной проекции, звёздные карты империи. Огромные, во всю стену. То, что Люосория закачает туда не только карты, он предполагал. Но поймать девчонку не смог. Люосория захихикала, когда вспомнила, как дядюшка Марти перед самым отъездом, используя теорию случайных чисел, проверял содержимое инфопластин. Ей стоило огромного труда удержать невозмутимое лицо, когда дядюшка называл ей уже давно просчитанные ею номера закачанных картинок. Когда на 138 номере он выдохнул облегчённо, не обнаружив ничего подозрительного, Люосория выдохнула тоже, потому как после 138-го и аж до 204-го шли все найденные в сети для такого формата разрешения объёмные изображения любимого Лаэрта.

Поэтому, подтащив к стене стол и поставив на него стул, Люосория первым делом, не разобрав даже чемодан, полезла крепить инфопластину под самый потолок на технический клей. В тот самый момент, когда на стене Люосориной комнаты, размером 2 на 2,8 стандартных метра в высоту, появился весь такой объёмный, сладкий Лаэрт, расслабленный после игры в пляжный бол, с этими своими кубиками на золотистом прессе, со светлой, выгоревшей до белого песка чёлкой, небрежно упавшей на его безупречно красивое лицо с невероятно синими глазами аристократического оттенка «сап», Люся почувствовала себя сильно порочной. И искушённой. И развращенной. И даже позволила себе провести рукой по голому торсу любви всей своей жизни…

— Ёптить! А кто это тут такой сладкий? — раздался за спиной Люосории, забывшей всё на свете и пускавшей слюни по Лаэрту, тяжёлый, грубоватый голос. Люся обернулась, чуть не свалившись со стула. В дверях комнаты стояла высоченная девица (впрочем, пора уже Люосории было привыкнуть, что здесь все, кроме неё, высоченные). Настолько крепкая и накачанная, что Люосория даже подумала бы, что это парень. Если бы не наличие явной, высокой груди полноценного четвертого или даже пятого размера. Девица смотрела то на Люсю, то на Лаэрта, и в её глазах, обращённых на АрДеМино, Диннара прочитала здоровый женский интерес.

— Ой! Какая ты клёвая! — сразу выдала Люосория, понимая, что соседка — свой человек!

Высоченная девица хмыкнула:

— Я Бейларес Гарда, но для своих — Ларес, или Булочка.

— Почему Булочка? — уточнила сразу весьма невоспитанная Люосория.

Но соседка не заметила бестактности и только хмыкнула:

— Булочки люблю. Особенно со сливочной заливкой.

И Люосория вообще расплылась в счастливой улыбке. Шикарная девчонка— её соседка! Вот просто — огнище!!!

Девушка, что оценила неземную красоту Лаэрта и любит сливочные булочки, априори не могла быть плохой.