Глава 16

Первым моим порывом было сбежать с собственного дня рождения. Умчаться на другой конец мира. В Тайланд, на Аляску, в Канаду…да куда угодно, лишь бы не встретиться с Адлером.

Я села на диван и уронила голову на колени, поджатые к груди. Накрыла затылок руками. Сидела в позе эмбриона и пыталась понять, что мне делать дальше.

Начала про себя рассуждать так громко, будто вслух.

Допустим, Адлер еще помнит обо мне. Это логично, иначе он не дарил бы розу. Зачем он приехал? Просто проведать меня? Вспомнить чувства, которые мы испытывали друг к другу?

Какая цель у надменного арийца, если он проделал такое длинное путишествие.

В голове пульсировало:

"…Я вернусь за тобой через два года. И заберу навсегда в Берлин. Девочка- космос, помни, ты только моя. Моя…"

Но это абсурд. Бред сумасшедшего.

Я ни за что не захочу с ним никуда ехать. Он ведь не будет тащить меня насильно через границы разных государств… Наверное…

Я уже известная личность. Мелькаю каждый день по телеку, в ютюбе. Пою на разных передачах с миллионной аудиторией. Что он возомнил о себе?!

Почему этот немец-садист считает, что имеет право объявляться раз в два года и рушить мою жизнь. Счастливую и успешную.

Я сильная и свободная. Я не позволю ему сломать себя и уговорить.

Никогда добровольно не брошу дело всей своей жизни, чтоб уехать с жестоким циником, холодным арийцем за тридевять земель. В Берлин…

Насильно он не сможет увезти меня. За меня вступятся ребята. Нас не пропустят на таможне, я буду вырываться и кричать.

Сейчас не каменный век, когда можно огреть дубиной по башке и утащить за волосы в пещеру!

Спустя долгие полчаса раздумий, я себя накрутила, как солдат Джейн. Без боя не сдамся! И вообще, плевать мне на Адлера…

Надо только взять себя в руки и как-то успокоить сердечный ритм, который уже превратился в затяжную тахикардию.

— Джеки, ты чего? — воскликнула Маринка, входя ко мне без стука. От чего я так вздрогнула, что даже нога упала на пол.

— А, все нормально. Просто нервничаю перед концертом. Обычный мандраж, — быстро пояснила я.

Подруга недоверчиво подошла ближе. От нее уже конкретно разило спиртным, и она посъедала красную помаду на губах.

— Уже пол десятого. В клубе биток. Через тридцать минут начинаем. Ты ведь помнишь, твоя речь вступительная. Там приехал Подольский со своей свитой, зовут тебя, — напомнила Маринка.

Вечность скрываться в гримерке я не смогу. Поэтому, взвесив все за и против, я все таки встала и разогнула занывшую спину.

— Джеки, да что ж с тобой сегодня? Не хочешь выступать? — осторожно поинтересовалась подруга.

Да уж, впервые с самого детства, когда я только и бредила сценой, я не хочу выступать. Очень верно подмечено…

Теперь меня не отпускало чувство тревоги, что Адлер может быть в зале и будет пристально наблюдать за моим представлением.

Смогу ли я выдержать его взгляд, если мы встретимся глазами…

— Ты что, конечно хочу. Не болтай чепуху, — чуть раздраженно парировала я.

Марина еще пару минут смотрела на меня не моргая, а затем пожала плечами, словно в ответ на свои мысли.

— Джеки, если я тебе понадоблюсь, набирай. Телефон при мне.

Она похлопала по карману в юбке. Я кивнула.

Понадобится? А что она сможет сделать против огромного Атланта?! Как и я, просто сдохнуть на месте от страха…

Тут надо ребят подключать.

— Слушай, Марин. Ты сможешь позвать Тимура ко мне и побыстрее, — вспомнила я о своем защитнике. Все таки он побольше нас будет и если весь вечер держаться рядом, то может пронесет.

Глаза подруги блеснули озорным предположением.

— Конечно, Джеки, ты ведь теперь взрослая и тебе уже официально можно оставаться с парнем тет-а-тет.

Она мне подмигнула и умчалась, как голубь — почтальйон. Понесла радостную весть в массы.

Я подошла к зеркалу, поправила макияж. Потянула вниз задравшееся платье. И подумала, что мой видок сегодня, как нельзя кстати соответствует жестоким представлениям о внешности женщин. Красные глаза, на шее ошейник, короткое черное платье…

Эх, знала б я тогда, насколько мое предположение оказалось верным!

В дверь несмело постучали, и я крикнула войдите.

Тимур вошел ко мне медленно и тяжело дыша, словно он бежал. Взгляд его темных глаз был шальной и мутный. Парень надвигался на меня, как в замедленной съемке боевика. Я невольно отступила и уперлась спиной в зеркало.

Боже, он сдурел что ли?! Да что на него нашло! Он, что, в зомби превратился? Хорош защитник, нечего сказать.

— Тим, послушай…

— Джеки, ничего не надо говорить. Мне Марина уже все сказала. Я тоже о тебе давно мечтаю. Не бойся, я знаю, что это будет твой первый раз…

Мужчина продолжал меня вдавливать своей невменяемостью в холодную поверхность зеркала. В этот момент я реально пожалела, что я не Алиса и не могу провалиться в Зазеркалье. Волшебная страна решила бы все мои проблемы с ошалелыми кобелями.

— Тимур, остынь, — я уперлась ладонями в его грудь.

Почувствовала под пальцами, как его сердце рвется наружу. Парень склонился ко мне и стойкий запах перегара ударил по рецепторам. Он был уже пьян и невменяем. Что ему еще наговорила Марина…Неужели то, что я зову его для секса?!

— Тим…

Я постаралась вывернуться, но сухие жесткие губы впились в мой рот. Я почувствовала вкус ядовитой хмельной слюны и чуть не вырвала от отвращения.

Тимур всегда для меня был только другом. Даже не так. Знакомым.

Никита, брат Маринки, мог заслуженнее называть себя другом.

Но никак не он.

И если раньше, он был для меня средним неплохим парнем, достаточно симпатичным, чтоб не рефлексировать при общении за одним столом. То после этого жутко мерзкого поцелуя, я однозначно поняла, что он мне противен. Омерзителен.

Я попыталась вырваться. Но Тимур запустил руку в мои длинные волосы, чуть сжал у основания до боли и прошипел мне в губы.

— Джеки, я ждал этого моменты долгие годы, — и снова впился в мои губы. Его скользкий язык попытался бесцеремонно проникнуть в мой рот.

В мозгу сразу вспыхнула аналогия с солеными поцелуями с Адлером в море.

Это небо и земля!

Сколько желания и страсти тогда бушевало во мне от его прикосновений! Сколько жажды я испытывала, когда он ласкал меня умело и откровенно! Как бы я мечтала когда то снова ощутить его касания, тепло его стального тела…

Тимур потянулся руками к юбке и начал задирать мое платье.

Мое секундное замешательство, он воспринял, как приглашение к дальнейшим действиям. Я снова начала брыкаться, распластанная под его тяжелой тушей.

Я задыхалась от его узких сухих губ. От ужасного, отвратительного вкуса алкоголя и табака в его вязкой слюне.

Я пыталась отклонить голову и мычала проклятия.

Одуревший от похоти Тимур нащупал мои трусики. Я больно укусила его, когда он коснулся пальцами лобка.

Соленая кровь смешалась со слюной. Во рту появился стойкий металлический привкус.

Тимур словно очнулся и на миг отстранился.

Я быстро воспользовалась секундой свободы и вынырнула из под его подмышки.

Не помня себя от страха кинулась к двери. Словно сзади находился настоящий зомби, желающий сожрать меня и обернуть в свой неадекват.

— Джеки, ты куда?! — вскричал озверевший чудик, — Мы не закончили. Ты итак обламывала меня долгие годы. Сама сказала, что хочешь, чтоб я пошел в армию, а даже не приехала провожать и встречать, — зарычал он.

Я не понимала о чем он. Я вообще с ним раньше очень мало общалась.

— Тогда в машине. Мы в клуб ехали. Ты сама сказала, что служба пойдет мне на пользу, — продолжал одержимый дьяволом бывший друг.

Я закивала, думая, как через его громоздскую фигуру пробежать к двери. Потому что он резко обернулся, загоняя меня в угол за диван.

Я дернулась вправо и Тимур, раскинув руки, тоже сделал резкий выпад вправо. Я влево и он влево. Это был атракцион безумия, раскручивающий нас двоих в одной кабине.

— Тимур, послушай. Ты все не так понял. Просто появился мой бывший парень…

Я не успела договорить. Взгляд Тимура стал совсем черным. Слова про другого парня его вывели из себя. Он грубо ругнулся и исказив лицо в яростном выражении прыгнул на меня, как человек-паук.

Обхватил меня огромными ручищами и завалил на диван.

Мое положение теперь совсем стало печальным.

Придавленная его тушей, я ощутила твердую эрекцию, упирающуюся мне в бедро…

Давно в летнем лагере я тайком представляла свой первый секс. И обязательно в каждой влажной фантазии главным героем выступал Адлер Леннон. Высокий надменный ариец. Властный и одновременно нежный.

Сотни раз потом ночью, к своему стыду, я мечтала, что мы помиримся. Что его жестокость и избиение Саммета это очередное недоразумение. Что мы снова вместе и любим друг друга.

Я вспоминала его большие мозолистые от тренировок руки со вздувшейся паутиной вен на своей груди и ягодицах. Я трепетала, мечтая, чтоб он снова поднял меня на руки и прижал к своему стальному торсу. Ощущать его эрекцию было так эротично и сексуально. Осознавать, что это я имею такое влияние на его орган. Чувствовать отклики его холодного сердца, которое оживало рядом со мной.

Быть его во всем и всегда это было моим желанием, сродни мечте покорить большую сцену.

Так же меня манило маревом вдалике, и я была готова на все, чтоб добиться его.

Я представляла, что мое лишение девственности будет контролироваться только Адлером Ленноном. Главным дерижером оркестра моей души. И мелодия нашей любви будет самая громкая и страстная…

Сейчас же мой первый секс грозился быть самым мерзким и отвратительным. Уничтожающим мою плоть. Ломающим меня своей насильственностью.

Я задыхалась. Горько расплакалась.

Силы сопротивляться окончательно покинули мои хилые мышцы. Что я могла сделать против озверевшего мужика, который годами копил на меня обиду?! Подпитывал свою больную любовь унижением и огорчением.

И теперь он беспрепятственно добрался до моего тела.

Я выла закусив губу, чувствуя, как он задрал платье до самой груди. Выше лифчика.

Сейчас Тимур растерзает меня навеки. Растопчет мою невинность в грязи своей мерзкой похоти.

Проникнет в святая святых. Туда, куда я никого не собиралась пускать без любви и собственного желания.

Мужчина начал возиться со своим ремнем и молнией на ширинке.

Я снова захныкала, умоляя

— Пожалуйста, Тимур, если ты меня любишь, не делай этого. Пожалуйста, не надо. Отпусти меня, — причитала я, не узнавая своего охрипшего голоса.

Но насильник мрачно усмехнулся и громко медленно проговорил.

— Ну уж нет, Джеки, больше я не поведусь на твою сопливую хуйню. Мы итак потеряли слишком много времени…

Это были последние слова, которые произнес Тимур.

Смерч снес его с меня легко, будто он картонный домик в поле.

Я услышала сильные гулкие удары. Сопение. Всхлипы.

И бесчисленные удары, как отбойный молоток по наковальне.

Я перевела дыхание, наслаждаясь легкостью вздоха.

Собралась с духом и резко поднялась.

Разглядев за столом клубок из мощных мужских тел, я заметила до боли знакомую спину. Широкую, мощную. Даже под тонкой черной футболкой было заметно, как напрягается каждый мускул, перекатывается, активируя руки и снова замирает. Затылок с короткоостриженными светлыми волосами, прижатые небольшие уши.

Я помнила все в этом человеке.

В этом суровом арийце.

Адлер, собственной персоной! Он спас меня своим появлением от жестокого насилия, после которого я бы не скоро оправилась.

Мужчины яростно боролись. Но у Тимура не было ни одного шанса против немецкой машины для убийств. Не зря в Германия считается лучшим производителем автомобилей. Адлер прямое тому доказательство.

— Адлер, — проговорила я, словно экзорцист взывала к демону,

и он появился.

Немец продолжал молотить Тимура четкими короткими ударами. Свиду они казались легкими хлопками. Но я догадывалась, что по своей мощи они не уступали гранитному камнепаду.

Я сползла с дивана. На ходу поправляя платье, кинулась к своему защитнику.

Когда я подошла ближе, то ужаснулась. Лицо Тимура напоминало кровавое месиво с пузырящимися соплями изо рта и сломанным на бок носом. Он был подмят озверевшим арийцем и уже просто раскинул руки, словно его распяли на кресте.

— Адлер, остановись, ты убьешь его, — в исступлении закричала я. Пронзительно громко, чтоб сквозь пелену безумной ярости до арийца дошел смысл моих слов.