Глава 10

Когда я проснулась, сквозь светло-голубые шторы просачивался утренний свет.

До чего странно спать в красиво обставленной комнате со светлыми обоями, большим зеркалом и уютной кроватью!

Ночные приключения, замок-призрак и мир Изнанки казались теперь далеким сном.

Но что-то мне подсказывало: это - странная сюрреалистичная реальность.

Я провела рукой по одеялу и нащупала гребень, затем, раскрыв шторы, принялась разглядывать его в лучах света.

Раздался стук в дверь, за ним послышался голос мисс Стэрвик:

- Маргарита! Гости приехали раньше, а у нас ничего не готово.

Гости! От неожиданности я чуть не выронила гребень и быстро спрятала его в карман халата.

Мисс Стэрвик говорила, что сегодня прибудут родственники госпожи. Кажется, это кузены Грея: Джастин и Лорена Райвены.

Помню, слуги шептались, что леди Лорена должна стать невестой молодого господина.

От этих мыслей что-то внутри перевернулось.

- Маргарита!

- Иду, мисс Стервик! - Я быстро надела свое серое платье, заплела косу и открыла дверь.

На лице экономки было написано недовольство. Странно, но под глазами Жаклин синели круги, словно она не спала всю ночь.

Мисс Стэрвик окинула взглядом мою комнату, где за одну ночь полностью изменился интерьер, покачала головой и, ничего не сказав, вышла в коридор.

На ее губах возникла мимолетная улыбка. Или мне показалось?

На кухне все суетились. Кухарки пекли сложный утренний десерт, а повар кричал на ломаном английском:

- Так не пойдет! Это не жульен, а испорченный яйца! Шевелитесь, неповоротливые курицы!

Я еле сдержала усмешку и прошмыгнула мимо него. У холодильного шкафа с задумчивым видом стоял Гюстав. Увидев меня, он приветливо помахал рукой.

Я улыбнулась ему в ответ, и тут в глазах потемнело.

Образ Гюстава Крайма в зеленой ливрее растаял, как кусок сладкой ваты под дождем.

Все изменилось: кухня исчезла вместе со слугами и разгневанным поваром.

Вместо нее появился коридор с холодными стенами и моя дрожащая от страха рука.

Весь мир сузился до человека, схватившего мою ладонь и тянувшего меня куда-то вперед.

- Быстрее, поторопитесь. Времени нет!

Его голос успокаивал, только лица я не могла разглядеть.

Мы почти бежали вперед, в пугающую темную неизвестность.

Наконец мне удалось освободить руку.

- Я останусь вместе с ними! Дальше иди один.

Человек повернулся и положил свои большие руки на мои плечи.

- Вы должны спастись! Иначе никого не останется. - У него было доброе лицо и светлые, почти прозрачные глаза.

За спиной раздались чьи-то шаги. Мой спутник нахмурился и толкнул меня вбок, туда, где стоял массивный комод.

Я залезла внутрь, прижав колени к груди, затаилась и принялась вспоминать сад с розами, который так любила в детстве.

Рядом послышался женский недовольный голос:

- Куда ты ее спрятал, отвечай, клятый слуга!

Сердце пропустило пару ударов, и я очнулась.

- Маргарита! Маргарита!

Надо мной склонилась мисс Стэрвик с флакончиком нюхательной соли в руках.

Я лежала на жестком кухонном диванчике.

Свалиться в обморок в присутствии всех слуг, боже, какой стыд!

- Со мной все в порядке, просто переволновалась, - я выдавила улыбку.

Жаклин лишь покачала головой:

- Отдохни немного. Потом поможешь прибраться на кухне.

- Благодарю.

Странно, но я не чувствовала слабости. Возможно, обморок случился в результате вчерашнего путешествия по Изнанке, а видение - лишь отголосок ночных кошмаров.

Однако глубоко внутри поселилась неясная тревога. Отчего же мне привиделись именно темный коридор и бегство?

С этими мыслями я принялась мыть огромный железный поднос, от которого пахло чем-то горелым. Ох, не зря наш повар гневается с утра.

Позже мисс Стэрвик приказала нескольким служанкам встречать гостей.

Устав от кухонной суеты, я последовала за ними. Все же интересно хоть краем глаза увидеть родственников Грея.

- Юная мисс Райвен прекрасна, как ангел, - шептала толстая служанка Мадлен своей подруге, когда мы шли по коридору.

- А сэр Джастин - настоящий джентльмен. Говорят, он большой охотник до дублинских красоток!

Мадлен засмеялась, поправляя прическу, а я отошла в сторону, дабы не слышать сплетни этих двоих.

В парадной толпились слуги, на которых строго поглядывала леди Клариса, одетая в чудесное бордовое платье. Волосы ее были аккуратно уложены в высокую прическу, а на щеках играл румянец.

Похоже, она с нетерпением ждала гостей.

Все напряженно смотрели на входную дверь, словно через несколько секунд замок посетит сама королева.

Я искала глазами Грея. Наконец, увидела его в тени сиявшей от предвкушения встречи матери.

Мрачный, в красивом черном костюме, он выглядел усталым и бледным.

Даже серые глаза словно потускнели.

От его безрадостного вида мне стало немного спокойней. Кажется, Грей не жаждет видеть ту, кого, по слухам, ему прочили в невесты.

Подумав об этом, я тут же раскаялась. Какое дело может быть нищей служанке до помолвки господина? Неужели одна ночная прогулка пробудила во мне греховные мысли?

Послышался стук каблуков, и входная дверь отворилась.

Я увидела леди в кремовом платье, украшенном целым ворохом искусственных цветов. Чайные розы подобно огромным пчелам облепили подол юбки, пояс и даже плечи.

Лицо гостьи, белое и румяное, светилось счастьем.

Несомненно, юная Лорена была мила. Но от обилия украшений на ее одежде слегка рябило в глазах

- О, Лорена, как мы рады тебя видеть! - Миледи кинулась обнимать родственницу, как будто не замечая ее несколько несуразного вида.

Могу поспорить, госпожа Клариса прижалась к Лорене Райвен так близко, что бусы гостьи должны были оставить на ее шее уродливые следы.

Грей опасливо сделал шаг назад, словно перед ним возникло ядовитое насекомое.

Дверь снова со скрипом отварилась, и в парадную вошел молодой человек, тот самый, с которым Грей сражался в Дублине! Господин, превратившийся в птицу, и ранивший Грея!

Почему же его так радостно принимают в этом доме?

Джастин был темноволос, его черные, слегка раскосые глаза с интересом разглядывали собравшихся, а на лице блуждала саркастическая улыбка.

Он окинул взглядом хозяйку дома, иронично поклонился Грею, мимоходом взглянул на кухарок, а потом наши глаза встретились.

И на лице Джастина Райвена возникла отвратительная ухмылка. Казалось, еще секунда, и он укажет пальцем на меня с криком: «Вот та девчонка, что видела наш дублинский поединок. Спросите ее, кто стал победителем».

Я отпрянула и рефлекторно нащупала пальцами гребень в кармане платья.

Джастин смотрел на меня, не отрываясь, наверное, таким взглядом хищник изучает свою будущую жертву.

Где-то рядом доносились обрывки фраз Кларисы Райвен и Лорены:

- Это платье я купила в салоне самой Мадам Дюпье.

- Шитье смотрится эффектно.

- Жемчуг тоже в моде.

Наконец раздался спасительный голос Грея:

- На кого ты так пристально смотришь, дорогой кузен? Еще немного, и твой взгляд прожжёт в стене дыру.

Джастин Райвен нехотя перевел взгляд на него:

- Рад тебя видеть, Грей. Наша встреча в Дублине закончилась весьма печально, поэтому предлагаю забыть все недомолвки и стать….

- Греееееей!!! - От громкого голоса Лорены у меня заболели уши.

Она с радостным криком кинулась в объятия Грея, своими юбками напоминая огромный десерт со взбитыми сливками.

- Милый Грей, как мы давно не виделись! Ты совсем не изменился, - послышался звук поцелуев, которыми Лорена одаривала слегка опешившего кузена.

Наконец, он аккуратно отстранился.

- Приятная встреча, Лорена.

- Вы так прекрасно смотритесь вместе, - проворковала миледи. - Что ж, прошу к столу, мы приготовили поистине чудесный завтрак! Чувствуйте себя, как дома.

После этих слов процессия двинулась в столовую.

Грей шел впереди, а я - сзади. Как жаль, что мне сейчас не видно его лица.

Интересно, о чем он думает?

Святая мадонна, пусть этот день закончится быстрее! От громкого голоса клятой Лорены звенит стеклянная люстра! Когда она на меня набросилась в своих тяжелых кринолинах я чуть не рухнул на пол прямо в парадной.

В жизни не видел такой пустоголовой девицы! Похоже, магия и судьба ковена волнуют ее гораздо меньше, чем отвратительные бусы и новомодный салон мадам Дюпье.

Я нашел взглядом Маргариту. С утра бедняжка бледна, наверняка вчерашняя прогулка пошатнула ее представление о реальности.

Мысли мои то и дело крутились вокруг Эллин. Коварной Эллин, которая не пришла встречать моих родственников, словно демонстрируя равнодушие.

Интересно, увижу ли я ее за завтраком, услышу ли прекрасный мелодичный смех?

От шума голосов и фальшивых улыбок казалось, что у меня в легких словно кончился воздух. Я чувствовал себя рыбой, которую выбросило прибоем на берег. Рыбой, молча открывавшей рот под лучами палящего солнца в ожидании смерти.

Пришлось расслабить шейный платок, заботливо повязанный матушкой. О боги! Подарите мне минуту спокойствия и улыбку милой Эллин!

Лорена взяла меня под руку, а потом и вовсе повисла на мне, словно я стал предметом мебели. Так мы и шли к обеденному столу под аккомпанемент матушкиного смеха и злых взглядов Джастина.

От кузины пахло духами так невыносимо резко, что я едва сдерживался, чтобы не сморщить нос.

Когда дверь в обеденную распахнулась, я наконец-то увидел Эллин, напоминавшую райскую птицу в своем прекрасном платье лимонного цвета.

Она сидела за столом с чашкой кофе в руках. При виде нашей компании Эллин поднялась и сделала реверанс:

- Рада видеть дорогих гостей семьи Райвен.

Желтое платье. Желтый ковен. Мне вспомнилось ее вчерашнее предложение, и настроение вновь испортилось. Что будет, если я присягну желтому клану?

Оставит ли Карл Фергюсон меня свободным? Удастся ли снять браслет?

Чисты ли помыслы самой Эллин?

Тем временем Лорена, поджав губы, разглядывала мисс Форнейт, похоже, осознавая, что проигрывает ей во всем: если Эллин была похожа на райскую птицу, то кузина скорее напоминала уродливого попугая.

- Приятного аппетита, леди, - рядом с Лореной возникла Марго, бледная, как тень, она дрожащими руками налила ароматный напиток в тончайшую фарфоровую чашку.

Раз уж я думаю о птицах… Кого напоминает мне Марго?

Ласточку? Сойку? С тяжелым матушкиным браслетом на руке она определенно напоминает птицу в клетке.

Марго покачнулась и, еле удержав равновесие, направилась к подносу с напитками.

- Сливки! Вернись и налей мне сливки! - Крикнула Лорена.

Я представил, как тяжелая люстра падает прямо на ее голову, освобождая меня от предстоящей помолвки.

- Простите, мэм, - Маргарита подошла к кузине, сделавшись еще бледнее.

- Разве так просят прощения? - Надула губы наша милейшая гостья.

Тут я поднялся, схватил молочник и выплеснул половину прямо в чашку кузины.

На миг в комнате воцарилась тишина.

Даже Эллин удивленно качнула головой.

А потом Джастин засмеялся. Его смех походил на карканье вороны:

- Ооо, вы будете отличной парой! Род Райвенов станет знаменит благодаря вам, правда, Лори?

Щеки кузины вмиг сделались пунцовыми.

На лице Эллин возникла мимолетная гримаса. Маргарита принялась предлагать гостям торт, дабы сгладить неловкость.

Наши взгляды встретились, и она улыбнулась робко, почти незаметно, словно боясь последствий излишнего проявления чувств.

Я улыбнулся в ответ, чувствуя, что на душе становится легче. Наверное, этот театр абсурда со стороны казался весьма занятным.

Странно, что на обеде не было мисс Зои, которая обычно любила полакомиться десертами.

А вот насчет бедняжки Кэт я нисколько не волновался: наверняка молится в своей комнатушке о наших потерянных душах, накинув на лицо вечную траурную вуаль.

Барри Хеббер о чем-то непринужденно беседовал с кузеном, то и дело поднимая бокал для очередного тоста. Я не сомневался, что эти двое найдут общий язык.

Вместе они походили на шакала и гиену, укрывшихся в сени декоративной пальмы, которая красовалась у стены, рядом со стулом Джастина.

Кузен то и дело поглядывал на меня и отвратительно ухмылялся.

Что ж, однажды я с ним поквитаюсь за дублинское поражение.

Послышался звук колес, и в столовую въехал автоматон с подносом в механической ладони. На железной макушке его мигала желтая лампа, длинные руки напоминали клешни гигантского краба.

При виде автоматона гости захлопали, а матушка принялась рассказывать всем известную историю:

- Смотрите на чудо техники! Робот нового поколения! Этого красавца на новый год нам подарил сам Карл Фергюсон из желтого ковена.

Гости закивали, слуги равнодушно продолжали менять тарелки. Они привыкли к разговорам о цветных кланах, и никто не задавал лишних вопросов.

И все же матушка старалась не обсуждать в присутствии посторонних дела ковенов. Издревле мы скрываем свою магию от простых людей. Для этого есть много причин, одна из которых - зависть тех, кто лишен способности к чародейству.

Марго между тем навострила уши. Сейчас она напоминала притаившегося зверька.

Автоматон забрал у меня тарелку и поставил вместо нее блюдо с воздушным десертом.

Гости принялись нахваливать ловкость робота. Конечно, это ведь подарок самого Фергюсона - сильнейшего колдуна столетия.

Я с тоской смотрел сначала на розовощекую кузину, а после - на то, как в дверном проеме исчезает край платья Маргариты.

Взгляд мой блуждал по скучным лицам гостей, пока наконец не остановился на Эллин. Она подмигнула и кокетливо прошептала одними губами:

- Ты придешь на вечерний прием?

Я кивнул и улыбнулся, не зная, что делать дальше. Как ответить на предложение Карла, которое, возможно, решит мою судьбу.

О, нет мне покоя! Волнения этого утра не спешили заканчиваться, скорее наоборот. С каждым часом они, подобно цунами, обрушивались на мою несчастную голову.

Странное видение в столовой, заливистый смех Лорены Райвен, которая не отходила от Грея ни на минуту, и наконец - торжествующая улыбка Эллин Форнейт, прекрасная и легкая, как она сама в своем изысканном желтом платье.

Эллин с великолепным голосом, кучей фанатов, коварная сердцеедка и дублинская дива…

Я взглянула на свое отражение в запотевшем кухонном зеркале.

О, святая Мадонна! Волосы растрепались, лицо слишком бледное, а платье годится разве что на тряпку для мытья пола.

Я сердито закатала рукава, стараясь скрыть дыру на ткани мышиного цвета, такого же серого как моя жизнь.

И с чего это подобные мысли лезут в голову? В приюте меня вовсе не раздражал вид привычной некрасивой одежды. В приюте все мы были одинаковы. Там не было Грея Райвена с его великолепным волшебством, странным мертвым миром и таинственным замком-призраком.

Среди таких же сверстников я не чувствовала себя грязным пятном на фоне изысканных аристократов.

Какой же счастливой была моя жизнь до переезда в замок!

С этими мыслями я продолжила мыть посуду, оставшуюся после обеда.

Кухарки суетились рядом, создавая еще один торт для вечернего приема в гостиной.

Повар ругал автоматон:

- Бездельный машина! Стоишь в углу, ничего не делая! Зачем тебя придумать!

- Клац-клац, –отвечали ему пальцы-клешни оранжевого робота.

Одна из кухарок сдавленно хихикнула, увидев эту картину.

Я лишь тяжело вздохнула.

Мистер Грей наверняка снова страдает от равнодушия Эллин. И почему эта женщина не отвечает ему взаимностью? Наверное, она слепа!

Я поставила тарелку в посудный шкаф, и тут прямо над моим ухом раздался голос мисс Стэрвик:

- Маргарита!

Я вздрогнула, чуть не выронив молочник, и поспешно повернулась.

Экономка держала в руках вазу с персиками и маленькую коробку с шоколадными конфетами:

- Отнеси фрукты в комнату мисс Форнейт, а конфеты - в покои леди Лорены Райвен.

Наши гостьи желают отведать лакомства после чаепития.

- Да, мэм.

Я аккуратно взяла вазу с фруктами и коробку, а также ключи от комнат тех, кому предназначались эти десерты.

Вслед мне донеслось напутствие мадам Жаклин:

- У мисс Форнейт протри пыль, если не застанешь ее в комнате.

- Будет исполнено, - пробормотала я, стараясь не смотреть на персики, которые пахли чертовски восхитительно, и конфеты из дублинской кондитерской «Жермель».

Подумать только! После сытного завтрака они еще желают отведать фруктов и конфет.

Я невольно фыркнула. Ох уж эти леди!

То ли дело - приютские дети, которые радуются тарелке с кашей да куску сухого хлеба!

В конце коридора виднелась дверь в комнату Эллин Форнейт.

Если честно, в приюте я и мечтать не могла о том, чтобы побывать в покоях дублинской знаменитости.

А сейчас… Ключ в руке дрогнул.

- Сейчас бедная мышка Марго возомнила о себе слишком много и испытывает недостойную ревность.

Сказав это, я воровато оглянулась и проникла в комнату.

Здесь было светло, пахло жасмином и пряностями. В шкафу виднелся край розового платья, на столе сиротливо валялась желтая шляпка с перьями павлина, рядом с ней я увидела раскрытую шкатулку с украшениями, там лежали массивные жемчужные бусы и кольцо с рубином.

О, какая беспечность - так неаккуратно бросать на стол чудесную шляпку, которую наверняка купили в дублинском салоне!

Я поставила тарелку с фруктами на тумбочку, провела по столу пальцем и вспомнила приказ экономки протереть пыль.

Что ж, если Эллин - королева дублинских пабов, то я - императрица половых тряпок и всевозможных швабр.

От этих мыслей мне снова стало грустно.

Перо на шляпке слегка покачнулось на ветру, и я схватила ее в руки, не в силах побороть искушение.

Эллин наверняка сейчас мило беседует с Греем или обсуждает с хозяйкой дома диковинный автоматон.

Поэтому никто не заметит, если приютская мышка быстро померит шляпку.

Я закусила губу и, надев шляпку, быстро развернулась к зеркалу.

Странно, но отчего-то шляпка мне очень шла. В зеркале на меня смотрела удивленная девушка и, если не считать платья, эта особа очень походила на благородную леди.

Платье! Я ринулась к шкафу с вещами Эллин, меня словно магнитом тянула некая неизвестная сила.

Дверь со скрипом распахнулась, и перед глазами появился целый ворох разных платьев:

бежевое с бутонами роз, белое с атласным кружевом, синее в клетку, с подолом, украшенным жемчужинами.

Синее понравилось мне больше всего.

Я прислушалась, и, не услышав в коридоре шагов, быстро его схватила и приложила к плечам, закрывая свое серое приютское платье.

Теперь из зеркала на меня смотрела настоящая леди.

Интересно, чтобы сделал Грей, увидев меня в таких одеждах? Принял бы за равную?

- Не желаете ли чаю, мисс Брентон? - Я вытянула вперед руку, хватая пальцами воображаемую фарфоровую чашку. - Это утро так прекрасно, наверное, мы устроим охоту, а вечером будет прием.

В своих фантазиях я сидела за хрустальным столиком на веранде и отдавала приказы слугам.

- Надо срочно сшить новые платья, скоро летний сезон балов. Завтра навестим портниху и купим тканей да разных шляпок. Какие цвета предпочтительней в этом сезоне?

Где-то рядом раздались шаги. Я представила, как ко мне подходит воображаемый Грей. Затем он останавливается.

И тут кто-то засмеялся в реальности. Боже!

Я резко повернулась.

В дверном проеме стоял Джастин Райвен и громко хохотал. От него пахло вином.

- М-милорд, - я быстро сняла шляпку и повесила платье на место, поняв, как нелепо выглядела со стороны. – Милорд, вы все не так поняли…

Он лишь покачал головой:

- Отнюдь. Я как раз-таки понял все, как есть. Ты мерила чужую шляпу и чужое платье. Как низко. Ты ведь служанка? - Джастин окинул меня задумчивым взглядом, затем покачал головой:

- Неплохо выглядишь, и фигурка хорошая.

И тут его взгляд остановился на браслете, подаренном миледи. Он крепко схватил меня за запястье:

- О, вот как, твое имя Маргарита, да?

Я кивнула, от страха потеряв дар речи.

- Значит, тебя скоро уничтожат, - подытожил Джастин.

- Простите, милорд, если за свой проступок меня накажут, то это будет ужасно, - к глазам подступили слезы.

- Проступок? - Джастин снова засмеялся своим мерзким каркающим смехом.

Я вспомнила, как в тот дублинский вечер он превратился в огромную птицу, и по спине пробежали мурашки.

Во всем его облике было нечто птичье: орлиный нос, раскосые глаза и руки с длинными пальцами, напоминавшими когти.

- Проступок, - он подошел ко мне, не обращая внимания на то, как дрожали от страха мои плечи. - Твой проступок - в том, что ты родилась.

Я почувствовала его холодную руку на своей спине.

- Жаль тебя, маленькая приютская птичка.

Мои мысли, лихорадочно сбившиеся в один несуразный хор, наконец обрели ясность.

Откуда он знает мое имя? Предположим, хозяйка дома рассказала. А то, что я из приюта?

Зачем миледи говорить о происхождении какой-то служанки дорогому гостю?

Вспомнилась первая встреча с мистером Хеббером в электробусе. Тогда он…Он тоже знал мое имя, хотя знакомы мы не были.

Может, у меня паранойя, или же…

Другой рукой Джастин схватил меня за плечи. Я почувствовала его дыхание совсем близко. Вино и специи… Да он пьян!

- Ну же, птичка, не сопротивляйся! Или ты хочешь покинуть этот мир, не познав любви?

Я попыталась высвободиться, но хватка клятого гостя была слишком сильной

- Пустите!

- Молчи, птичка.

- Пусти! - Я заехала ему рукой по щеке со всей силы, словно в меня вселился сам дьявол.

Джастин пошатнулся, глаза его налились кровью.

- Ты, мерзкая девица! Я приведу к тебе Кларису и тогда… тогда…, - лицо его сделалось красным под цвет ковра на полу.

Джастин выбежал из комнаты, громко хлопнув дверью.

А я без сил упала на стул.

Боже! Что со мной теперь будет? Неужели мне придется вернуться в приют?

И что за странные слова говорил этот…этот безумец?

В глазах потемнело, но я встала и принялась вытирать пыль, дабы хоть немного успокоиться.

- Цок-цок, - в конце коридора послышались шаги.

Неужели это Эллин?

Взгляд мой упал на синее платье, неаккуратно брошенное на стул. Я быстро его схватила и залезла в шкаф. стараясь повесить непокорную ткань на плечики.

Дверь шкафа захлопнулась, отрезая путь к отступлению, и я осталась в полнейшей темноте, единственным источником света стала скважина для ключа.

Раздались шаги Эллин.

Я, прищурившись, разглядела стройную фигуру дублинской дивы.

Проклятье! Что. Мне. Теперь. Делать.

Каждый шорох заставлял сердце учащенно биться. Неужели она сейчас откроет шкаф и меня обнаружит? Нет, только не это!

Эллин села на стул и взглянула в окно. Несколько секунд она сидела молча, а затем где-то рядом послышался скрежет колес.

Скрипнула дверь, и в комнату въехал автоматон, мигая желтой лампой на квадратной голове. Тот самый подарок Карла Фергюсона, которым хвасталась леди Клариса за завтраком.

При виде механической громадины я чуть не ахнула.

Ну почему, почему этот уродливый робот решил навестить дублинскую диву именно сейчас! Он ведь может начать влажную уборку или обеспыливание, и тогда меня точно обнаружат.

- О, ты приехал, - Эллин нервно выдохнула и поднялась со стула. Все в ее аккуратной фигуре выдавало волнение: судорожно сжатые руки в белых перчатках, резкое движение, с которым она подошла к автоматону.

Робот поставил на стол тарелку с закусками, и мой рот наполнился слюной. Я ведь с самого утра ничего не ела!

Эллин усмехнулась:

- Хороший мальчик. Все сделал, как тебе велели.

Она оглянулась и закрыла изнутри дверь в комнату.

- Цок-цок – простучали каблуки легких туфель дублинской дивы. Эллин склонилась над автоматоном, со стороны казалось, что она пытается обнять бездушного робота, но…

Я, приоткрыв рот, следила за ловкими движениями пальцев в белой перчатке.

Что происходит? Эллин нажимает какие-то кнопки на корпусе робота, но зачем?

- Щелк! - на груди автоматона открылась маленькая механическая дверца. Эллин облегченно вздохнула, проворчав:

- Возиться с этими механическими штуками – сплошная тоска. Complectus!

В комнате вспыхнули синие искры.

- Вот так, немного магии, и ты откроешь канал связи, дорогой друг.

Сквозь замочную скважину мне удалось разглядеть улыбку на ее лице. От этой улыбки по коже прошел озноб: в ней не было ни тени доброты, с которой Эллин обычно смотрела на своих поклонников с дублинских афиш, - только коварство и злость.

О, видел бы ее сейчас Грей!

Эллин снова на что-то нажала, и из автоматона раздался телефонный гудок.

Один второй третий, в тишине комнаты они звучали зловеще.

Наконец, я услышала мужской голос: красивый, низкий и немного ироничный.

- Добрый день, дорогая Эллин. Надеюсь, ты с хорошими новостями. У меня крайне мало времени.

Этот голос напоминал волшебную мелодию, сыгранную на саксофоне талантливым музыкантом.

- Мистер Фергюсон, - прошептала Эллин. - Я спешу доложить о том, что предложила Грею вступить в золотой клан. Он почти в наших руках.

Далее последовала тишина.

- Это ведь хорошая новость? - Неуверенно продолжила Эллин.

- Мне не нравится слово «почти», - ответил Фергюсон. - Моя дорогая, ты ведь не говоришь, что почти выиграла на скачках, когда твоя лошадка только вышла на финишную прямую?

Он говорил с ней так, как родители разговаривают с неразумными детьми. Неужели это загадочный Карл Фергюсон – глава Лондонского географического общества, близко знакомый с королевой. Фергюсон, подарком которого так кичилась госпожа Райвен.

- Да, милорд, - покорно ответила дублинская дива. - Я…я просто уверена, что этим вечером он обязательно сбежит со мной и отречется от своего ковена, а это значит, что у красных больше не будет сильного наследника.

- Рад твоей уверенности, Эллин. Докажи, что я не зря принял тебя в нашу дружелюбную семью.

- Да, милорд, - покорно ответила она, и я увидела, как Эллин нервным движением стягивает перчатку, закусив губу. Неужели дублинская дива боится?

- Вот и отлично, до связи, моя дорогая, и постарайся не использовать нашего робота-шпиона без лишней нужды.

Послышались короткие гудки. Связь оборвалась, как и моя вера в добропорядочность мисс Форнейт.

- Проклятье! - Эллин топнула ножкой, затем аккуратно закрыла дверцу на груди автоматона и приказала ему убираться вон.

- Чертов змей хочет все и сразу! - Она с размаху кинула шляпку с павлиньим пером о стену, а потом вышла из комнаты вслед за автоматоном, громко хлопнув дверью.

- Проклятье, - прошептала я, выбираясь из шкафа. Ноги затекли и болели, руки дрожали, мысли путались.

О, коварная Эллин! Уж не знаю, что там с ковенами, но она явно хочет заставить мистера Грея совершить глупость.

Зря он полюбил такую бессердечную женщину. Но еще не все потеряно! Мне нужно увидеть Грея, предупредить об опасности, иначе…

Иначе я не увижу его больше, иначе он попадет в лапы этой хищной птицы и Фергюсона с его красивым равнодушным голосом.

Я схватила коробку конфет и выбежала из комнаты, наспех закрыв дверь.

Меня абсолютно не волновало, что скажет экономка в ответ на мое излишне долгое отсутствие. Возможно, накажет, а, может, вышвырнет из замка, как ненужную вещь.

Плевать! Главное сейчас - найти Грея.

Я бежала так быстро, что стены коридоров мелькали перед глазами. Наконец впереди замаячила знакомая дверь мастерской.

Я дернула ручку – закрыто.

- Мистер Грей, откройте! Пожалуйста!

Ответом мне послужила тишина. Неужели его нет там, среди механических изобретений?

Хотя отчего он там должен быть?

К Райвенам приехали гости. Наверняка Грей сейчас с ними. И зачем я решила искать его именно здесь? Глупая Марго!

- Вы выглядите такой растерянной, - рядом прозвучал знакомый голос.

Я обернулась и увидела Гюстава. Он с улыбкой стоял в центре коридора, облокотившись на деревянную трость. Стекла его очков блестели в лучах полуденного света, а на губах играла улыбка.

- Молодой господин сейчас сопровождает гостей на охоте. Так что бесполезно искать его здесь.

Сердце мое пропустило несколько ударов. Только не это! Неужели я буду ждать его вечно! К тому же скоро вечер, я должна успеть поговорить с Греем.

- Не тревожьтесь, Маргарита, - Гюстав отечески похлопал меня по плечу. - Вам надобно беречь силы, впереди столько событий.

- Да-да, вечерний прием, - пробормотала я, - спасибо вам, Гюстав. Отчего-то, когда вижу вас, на душе становится спокойней.

И тут он совершил поистине странную вещь: взял из моих рук коробку конфет, открыл ее, попробовал шоколадное пралине и протянул «Сладости мадам Жармель» мне.

- Хотите?

- Но… они же предназначались молодой леди Райвен.

Старый слуга лишь усмехнулся:

- Думаю, у розовощекой аристократки есть масса других развлечений, к тому же таким образом мы сбережем ее фигуру от проклятия лишнего веса. Слугам иногда можно себя баловать. Ешьте, Марго, и ни в чем себе не отказывайте. Никто даже не заметит пропавших сладостей.

Я кивнула и нерешительно взяла одну. Вкус был божественный. Наконец-то в моем желудке оказалось хоть что-то.

Молочный шоколад и нежная тягучая начинка – как давно я не ела ничего подобного!

Мысли стали потихоньку приходить в порядок.

Надо просто дождаться Грея, не будут же они охотиться до самой ночи. А потом я расскажу ему все, что слышала.

- Вам легче, Марго? - Гюстав склонил голову набок.

- Да, спасибо. Можете взять остальные конфеты себе, мне неловко их есть, даже если никто не заметит. Я с улыбкой протянула ему коробку и со словами: «Меня ждет работа» сделала реверанс, потом повернулась и быстро пошла на кухню.

Где-то высоко заливисто пел соловей, а я ему нещадно завидовал. Как хорошо быть птицей и летать по небу, чувствуя аромат свежей травы, цветов и листьев.

Птицы свободны, у них нет обязанностей перед ковеном, птицы не проводят время на пикниках с навязчивыми кузинами.

- Грей, будь добр налить чаю Лорене, - мои мысли прервал навязчивый голос матушки.

Я взял чайник и наполнил фарфоровую чашку, стоявшую на красном покрывале, которое слуги расстелили прямо на траве.

Лорена жеманно засмеялась и зачем-то схватила меня за руку:

- Спасибо, дорогой Грей, ты так добр!

Ошибаешься, вовсе я не добр. Например, сейчас я представляю, как все вы рассыпаетесь в пепел и исчезаете в лучах заката от одного моего заклинания.

Матушка с недовольством на меня посмотрела, и я перевел взгляд на ворох чаинок, постепенно оседавших на дне чашки.

После охоты на кроликов кузина захотела устроить пикник, что нам и пришлось сделать.

Лорена и моя мать оказались в полном восторге, они с радостью уплетали пирожные из дублинской кондитерской и весело смеялись.

А для меня подобное сборище оказалось настоящей пыткой. Судя по их разговорам, на уме моей милой кузины были одни только платья да нарядные туфли.

Магия и судьба ковена, что так волновали матушку, ей были безразличны, Странно, это абсолютно не помешало Кларисе и Лорене найти общий язык.

- А в какое время подают чай в вашем поместье, дорогая?

- О, леди Клариса, мы очень любим чайные церемонии, особенно летом на свежем воздухе. В девять утра слуги заваривают некрепкий пуэр с ягодами, в пять мы предпочитаем эрл грей, в восемь….

Я тяжело вздохнул, не в силах слушать дальше.

Единственным, кто меня хоть немного понимал в этой компании, был Джастин.

Мой давний враг.

Несмотря на его извечные подколы и стремление устроить магическую дуэль при любом удобном случае, сейчас я испытывал к нему нечто похожее на сочувствие.

Джастин с видом великомученика размешивал чайной ложечкой сливки и то и дело поглядывал в сторону замка.

Когда сестра бросала на него недовольный взгляд, Джастин изображал улыбку и включался в разговор.

- Ты ведь предпочитаешь ванильные пирожные, братик?

- Да-да, я люблю все то же, что и ты, милая Лорена, - покорно бормотал он, переводя взгляд на стрелку наручных часов.

Мысли мои то и дело возвращались к Эллин, нашему вчерашнему разговору и обещанию встретиться на вечернем приеме.

Я всем сердцем ненавидел красный ковен, но вот покинуть его не решался.

Одно дело - просто бежать, куда глаза глядят, совсем другое - присягнуть желтому королю и потерять всякую связь с матушкой.

К тому же сама Эллин теперь вызывала больше вопросов, чем ответов. Любит ли она меня? Или просто играет, как кошка с мышью?

Я вспомнил нашу первую встречу в дублинском кабаре, когда она пела грустную песню об уходящей любви, прекрасная, как райская птица.

Эллин свободная, как ветер, вольная артистка без цепей ковена и утомительных обязанностей перед сворой родственников…

Зачем же она присягнула желтому королю и оставила свободу?

От этих мыслей в сердце рождались тяжелые сомнения,

Я вспомнил, как восемь лет назад меня, двенадцатилетнего ребенка, матушка выставляла зимой в сад у замка почти нагишом, в одних штанах, без обуви.

В ее лице не было и капли снисхождения.

Тогда она презирала своего сына, потому что во мне за двенадцать лет жизни так и не проявились способности к магии красного ковена.

До сих пор помню ее жестокие слова:

- Вставай на колени, Грей. В книге великих заклинаний сказано, что магия пробуждается от телесных испытаний. Думаю, стоит попробовать.

Мне было страшно и холодно, даже мысли мои сделались льдом.

- На колени, Грей Райвен!

- Хрясь! - Тонкий хлыст больно ударил по спине, и я рухнул прямо в белый снег.

Спину жгло от боли, а руки - от холода.

- Поднимайся

И я поднимался. С матушкой спорить бесполезно. Она проводила подобные испытания с целью пробудить во мне способность к магии уже не первый раз.

Я покорно становился на колени и слушал карканье ворон, сидевших на дереве. Вороны словно смеялись надо мной.

Матушка лишь качала головой:

- Что же делать, Грей, как показать тебя другим ковенам? Ребенка без склонности к магии, рожденного в семье ведьм и колдунов! Подумать только!

- Хрясь! - Очередной взрыв боли.

Я проводил по спине рукой и видел, как пальцы окрашивались в красный. Кровь капала на снег, делая его багряным, и в глазах темнело.

В те дни я вспоминал погибшего отца, молил бога о милости. Но злорадный голос внутри шептал: «Какая милость для выродка, лишенного способности к чародейству, для позора ковена! Только кара, только плеть и кровь, злое лицо матери и снег, который скоро вновь станет красным».

А потом дар волшебства во мне проснулся, и все изменилось.

- Грей! Очнись, кузен! О чем ты мечтаешь?

Я вздрогнул: на миг показалось, что золотистый чай окрасился в багряный цвет, затем наваждение исчезло.

Осталось лишь розовощекое лицо Лорены, заинтересованно следившей за каждым моим движением.

- Прости, дорогая кузина, просто я немного устал. К тому же время близится к вечеру и скоро - прием. Не стоит ли поторопиться домой, матушка? - Я перевел взгляд на мать, которая сидела, недовольно поджав губы. Ей явно не нравилось мое невнимание к будущей невесте. Что ж, тем лучше.

- Да, нам надо торопиться в замок, - оживленно поддержал Джастин.

Удивительно, но сейчас, похоже, был один из редких моментов, когда наши с кузеном мысли совпадали.

Лорена надула и без того пухлые губы, а матушка кивнула, глядя на часы.

- Солнце садится. Нам стоит вернуться, - ветер подул ей в лицо, немного растрепав идеальную прическу. Собранная и подтянутая, мать всегда выглядела достойной наследницей рода и привлекательной женщиной.

Только почему она так жестока к собственному сыну? Неужели ведьмы не умеют любить?

Ответа я не знал. Быть может, рабский браслет, приковавший меня к замку - это дьявольское проявление ее материнской привязанности.

«Кого ты обманываешь? - пробормотал голос разума, - она видит в тебе лишь будущего главу ковена, способного подчинить остальных королей и бросить к ее ногам весь мир».

В этот момент мать улыбнулась и стряхнула невидимую пылинку с моего камзола.

- Будь, по-твоему, дорогой сын.

Иногда она казалась обычной женщиной, и это было невыносимо.

Возглавить род и стать королем ковена - так завещали мне предки. Но я мечтал о свободе и любви женщины, похожей на вольную птицу.

По дороге в замок наследник рода внутри меня боролся с Греем свободным.

Скрестились мечи, раздавался звон стали. Битва не на жизнь, а на смерть.

«Ты должен возглавить род», - твердил один.

«И стать марионеткой матери», - парировал другой.

Сражение прервал смех Лорены, которой снова захотелось завести со мной беседу, бессмысленную и утомительную, как она сама.

Остаток пути я мечтал, чтобы вечер поскорее наступил.

Сомнения по поводу Эллин рассеивались, на смену им приходила мучительная жажда свободы. Браслет, впившийся в запястье, давил руку, напоминая о моей жалкой роли в матушкиных планах.

В замке кипела работа. Слуги переносили по коридору тяжелые вазы с цветами, фарфоровые статуэтки и разноцветные скатерти.

Я попытался найти глазами Маргариту, но бесполезно. Судя по всему, она была занята на кухне или в гостиной.

Интересно, что станет с бедняжкой, когда я сбегу? Какую судьбу уготовила мамаша для этой маленькой служанки из приюта?

Наверное, мне стоит оставить для нее хоть что-то: деньги или украшения, которые она сможет продать.

Вспомнилась мастерская: мои чудесные механические игрушки, созданные по велению матушки. Как я брошу их?

Эти мысли не давали покоя всю бесконечно долгую дорогу по коридору.

Наконец я открыл дверь в комнату. На плечиках в шкафу уже висел костюм для вечера: белая рубашка, черный фрак и удушливый бордовый шейный платок - любимые цвета матушки.

Где-то рядом послышался шорох и голос одной из служанок:

- Маргарита, что ты тут делаешь? А ну марш на кухню!

- Да, мэм, - второй обреченный голос явно принадлежал Марго. Я с улыбкой открыл дверь, но увидел лишь край ее платья, исчезающий в конце коридора.

Что же ей оставить на прощанье?

Я достал из ящика стола золотые часы с рубинами, доставшиеся от отца. Наверное, если их продать, можно несколько лет безбедно жить в Дублине, не прислуживая высокомерным аристократам.

Что ж, думаю, Марго обрадуется прощальному подарку.

Я переоделся и взглянул на себя в зеркале: уставший вид и взъерошенные волосы. Удивительно, но сейчас собственное отражение выглядело настоящей копией моего отца, не хватало лишь усов, да очков в тонкой золотой оправе.

Зеркало затуманилось, и вместо своего отражения я увидел эльфа, сидевшего у витрины среди разбитых чашек на фоне потертых гобеленов.

Похоже, он пробрался в место, бывшее раньше в Изнанке магазином. Наверное, когда-то тут продавали посуду и столовые приборы

- Привет, Грей, - на лице эльфа застыла злорадная ухмылка. – Решился на побег из замка?

Я лишь фыркнул, хотя по телу разлилась тревога. Эльф знал мои мысли, и он мог видеть будущее. Даром предсказания обладали почти все представители этого странного народа.

- А что, если так? - Собственный голос показался мне неуверенным, словно вместо Грея Райвена эти слова произнес испуганный мальчишка.

Эльф пожал плечами и рассмеялся:

- Вы, люди, так привыкли доверять своим чувствам, что часто не слушаете доводы разума.

Думаешь, эта твоя любовь хоть что-то стоит? - Он немного помолчал. - Что ж, я буду просто наблюдать, чем закончатся приключения моего маленького Грея. - С этими словами эльф исчез.

Проклятье! Я едва сдержался, чтобы не ударить по зеркалу кулаком. Ненавистный эльф, надеюсь, золотой король поможет от него избавиться.

В этот миг окно распахнулось, и в него влетела желтая бабочка. Она села на мою руку и превратилась в клочок бумаги, перевязанный лентой.

Я быстро развернул его и прочитал несколько слов, написанных аккуратным почерком Эллин: «Встретимся в девять на крыше, Грей. Жду не дождусь того момента, когда ты обретешь свободу, и мы останемся вместе навечно».

С любовью, твоя Эллин».

Сердце пропустило пару ударов. В голове звучали две фразы: «обрести свободу» и «вместе навечно». Они напоминали мелодию вальса, тягучую и сладкую.

Неужели это правда? С такими мыслями я вышел из комнаты.

В бальный зал несли огромную вазу, она выскальзывала из рук слуг, то и дело норовила рухнуть на пол и разбиться, как и моя надежда поговорить с Греем до бала.

Я видела, как он, мрачный и злой, приехал с охоты, хотела зайти к нему в комнату, но в коридоре наткнулась на мисс Стэрвик, которая тут же дала мне тысячу указаний.

Повесить гобелен на стену в бальном зале, протереть столовые приборы и надеть на шторы клятые шнурки…

Справившись с этими малоприятными делами, я суетилась на кухне под чутким руководством Жаклин, стараясь не замечать царящий кругом хаос.

Кухарки накладывали в тарталетки икру, украшали ягодами огромный бисквитный торт и доставали из холодильного шкафа бутылки с выдержанным вином.