Глава 16
Когда я проснулся, уже рассвело. В голове творился полный сумбур из дурных предчувствий мыслей о Маргарите и странного ноющего чувства под лопаткой.
Может сходить к ней в комнату, пожелать доброго утра?
Нет, она сочтет меня навязчивым, лучше поприветствую Марго после обеда. Вспомнлся укор во взгляде и ее слова: «Зачем вы это сделали?»
Клятый змей, это было так опрометчиво и совсем не похоже на Грея Райвена! Наброситься на беззащитную девчонку, да еще и в Изнанке.
В голову закралась противная скользкая мысль: «Маргарита меня боится? Опасается бежать в Лондон с почти незнакомым человеком?»
Ее можно понять. Но как мне развеять сомнения?
Я начал ходить по комнате. Странно, но в голове стало удивительно ясно, словно все чувства и волнения затмил холодный расчет. Надо подготовиться к побегу, остальное потом . Бал уже завтра, завтра Лейстрим станет лишь нашим прошлым.
Я собрал вещи, оставив под дверью небольшой карандашный рисунок лодки. Марго поймет, если придет в мою комнату, а мне следует торопиться.
- Тик-так, - раздавалось тиканье настенных часов. Уже скоро.
Я открыл окно и превратился в птицу. Небо встретило меня свежим ветром и запахом липы и гвоздик. На языке цветов гвоздики означают скорое прощание.
Рядом с комнатой Грея я ощутила пустоту, постучала три раза и, не дождавшись ответа, уже хотела идти, как вдруг обнаружила что-то белое, торчавшее под дверью прямо у моей ноги.
В руках оказался тетрадный листок, свернутый вдвое, на нем черной пастой была нарисована лодка, плывущая по чернильным волнам. На миг я даже залюбовалась красотой линий. Похоже, у Грея есть талант к рисованию.
Вспомнился затхлый запах воды и колючий страх, пронизывавший меня изнутри на берегу черной реки Изнанки. Видимо Грей отправился за лодкой. Ждать его бесполезно.
- Маргарита!
Я вздрогнула, услышав свое имя, произнесенное противным голосом Барри Хиббера.
Он стоял в конце коридора рядом с мисс Зои. Вместе они походили на пожилую пару людей сомнительного вида, из тех, кого обычно обходят стороной на ярмарках прохожие, боясь за свои кошельки.
- Мы выезжаем, - подытожила мисс Зои. - В Дублине предстоит заказать несколько ящиков вина на завтрашний бал и еще кое-что, -ее взгляд недовольно блуждал по моей фигуре, - ты в таком виде поедешь?
-Да мэм, - я с вызовом на нее взглянула. После всех пережитых страхов и сомнений мне стало все равно на язвительные комментарии компаньонки миледи.
- Что ж, тогда вперед, - пожилая дама задрала подбородок и начала спускаться по лестнице.
Только сейчас я заметила, что на ней вместо привычных платьев неопределенного цвета была яркая красная юбка и блузка рукавами, украшенными излишне вычурным кружевом.
У воротника блестела огромная брошь, напоминавшая черного паука.
Похоже, мисс Зои облачилась в одежду для выхода в свет, если светом можно назвать дублинскую ярмарку.
На улице стояла ясная погода. Безмятежно-голубое небо украшали стайки белых облаков.
На асфальтовой дороге наш ждал красный электромобиль с хмурым водителем.
Мисс Зои села вперед, а я оказалась на заднем сидении рядом с ненавистным Барри Хиббером. Проклятье!
Всю дорогу он напевал свои любимые песенки, услышанные в кабаре и пабах. Его скрипучий голос прекрасно дополнял шум мотора и смех мисс Зои, которая то и дело называла Хиббера «милый Барри».
Интересно, что связывало этих двоих?
Единственное, что радовало, он больше не делал попыток обнять меня за талию или положить свои толстые ладони на мое колено, так что Хиббер был сегодня действительно весьма мил.
Руки мисс Зои то и дело хватались за парчовую ткань юбки, очевидно заядлой вязальщице не хватало спиц и пряжи, с которыми она уже успела стать единым целым.
А я молча смотрела на птиц, летящих в небе, и старалась ни о чем не думать.
Так мы и ехали несколько часов.
Дублин встретил нас запахами выпечки и сладкой карамели, что доносились от ярмарочных шатров. Впервые я не радовалась царящему веселью, скорее, наоборот, среди радостных лиц горожан мне стало еще тоскливее.
Дети улыбались, глядя на выступление фокусника, пожилая торговка звала всех попробовать новое безе с миндальным вкусом.
Хиббер со своей спутницей шли, не глядя на шатры, пока мы не остановились у магазина с покосившейся табличкой «Всевозможные напитки мадам Готье».
Странно, но раньше я не замечала этого ларька.
- Подожди нас здесь, - протараторил Барри и зашел внутрь, дверь угрожающе скрипнула а я проворчала:
- Не очень то и хотелось идти в это отвратительное заведение.
Окна магазина были завешаны грязными шторами.
Внезапно снова послышался скрип двери и из «Всевозможных напитков» вышел пожилой господин с крючковатым носом. Увидев меня, он всплеснул руками:
- Такая юная, а уже собралась к мадам Готье. Что ты здесь позабыла деточка? - Он противно усмехнулся и подмигнул, - может, хочешь отравить неверного любовника? Или убить врага?
Я сделала шаг назад. От одного его вида по коже пробежали мурашки. Странная широкополая шляпа заостренная кверху, потертый оранжевый камзол с зелеными брюками и бесконечная тьма в глазах.
- Вы ошибаетесь, сэр
- Да ладно тебе! - Незнакомец неожиданно схватил мою руку, - я видел, что пришла с Барри и Зои, а это знатные отравители и убийцы, сколько людей они уничтожили, знала бы ты, деточка, - зрачки странного человека расширились, и взгляд его затмил собой все: покосившуюся вывеску магазина, ярморочные шатры, детский смех.
Он улыбнулся подобно чеширскому коту и прошептал:
- А теперь, беги, деточка, беги, куда глаза глядят. Заклинаю тебя именем зеленого ковена. Беги и не дай им занять еще один трон. Беги и оставь их с носом…
Услышав это, я развернулась на каблуках и побежала быстро и, не оглядываясь.
Точнее ноги, будто сами устремились куда-то вдаль, а в голове до сих пор раздавался шепот незнакомца: «Беги.. Беги, куда глаза глядят и не возвращайся в замок никогда. Хотел тебя убить, но пожалел. Ох, старость…»
Щеке горели, сердце учащенно билось, а я все бежала. Ярморочные шатры давно исчезли из виду, на их место пришли узкие улицы с серыми домами. Оттуда пахло дешевым вином, и пережаренным мясом.
Где-то за окном играли «Развратную пастушку» Ноги уже устали от бега, но остановиться я не могла, словно кто-то меня околдовал.
Наконец силы совсем покинули мое несчастное тело, и я рухнула прямо на асфальт.
Проклятье! Похоже незнакомец оказался магом.
В голове пульсировала мысль о том, что мне надо бежать дальше, но силой воли я заставила себя не думать об этом.
Вспомнила улыбку Грея, парад дирижаблей, наш вальс, Жизель, которая ловила снежинки языком и сугробы снега рядом с приютом святой Марты, так обманчиво похожие на сладкую вату.
Постепенно дыхание выровнялось, и в голове прояснилась.
- Ик! Тебе помочь, красотка?
Я подняла голову и увидела над собой фигуру пьяного горожанина. От него несло крепким алкоголем и табаком.
- Или так и будешь сидеть на асфальте, крошка? - Он подмигнул мне, и я поняла, что до сих пор сижу посреди улицы. Сколько время прошло? Неизвестно… Вот только солнце уже клонилось к закату.
- Пойдешь со мной, милая? Тут рядом кабак! - Настаивал пьяница.
Я лишь молча встала и тихо сказала:
- Нет, убирайтесь прочь.
Он сделала вид, что не услышал и попытался меня обнять.
- Убирайтесь! - В этот миг от моих рук стало исходить странное почти белое сияние.
Пьяница отшатнулся так, словно его ударило электрическим током и ринулся прочь пробормотав:
- Господи, что за чертовщина! Клятая ведьма!
Я вздохнула, пожала плечами и огляделась. Улица была пустынна. И как мне удалось сюда забрести? Надо найти дорогу обратно в центр города.
Жаль, у меня нет карты, теперь придется блуждать здесь добрую часть вечера.
Улицы сменяли одна другую, а я все шла, уныло повесив голову. Наконец, стали появляться редкие прохожие. В воздухе возник удушливый запах лилий, которые несла леди в золотистой шляпке, она улыбалась и о чем-то щебетала со своим спутником.
Где-то рядом раздалась мелодия музыкальной шкатулки уличного лавочника.
Я вышла за поворот и очутилась на улице, заполненной людьми.
- Смотрите! Только сегодня! Единственное представление кукольного театра господина Кросендольфа! Предприимчивый Фергюсон спасает королеву!.
Рядом с громкоголосым кукольником столпились люди.
Вот кукольная фигура Карла Фергюсона в черном фраке, а рядом с ним на красном троне сидит леди в тяжелой на вид короне.
Я остановилась поглазеть и тут же залюбовалась изяществом кукол.
Карл брал королеву за руку, а та лишь томно вздыхала и жаловалась на мигрень.
А потом он отправился за лекарством на кукольном дирижабле.
Мальчишки рядом со мной подбадривали его радостными криками, а девочки, не отрываясь, смотрели на красавицу-королеву.
Несомненно, Фергюсон пользовался успехом даже здесь в дали от Лондона.
Он ведь глава географического общества и великолепный желтый король!
Я и сама не заметила как досмотрела представление до конца и а потом вместе со всем аплодировала отважному Карлу, который, победив воздушные штормы, привез королеве микстуру из Дублина.
Пожилая дама за моей спиной проворчала:
- Ходят слухи о том, что королева слишком увлечена этим Карлом, она готова бросить весь мир к его ногам. Ох, не к добру это, не к добру.
- Правду говоришь, Мелинда, - прошептала ее собеседница.
Кукольник собрал деньги, и, окончив представление, начал закрывать свой самодельный театр. Увидев, что зрители расходятся, я тоже поспешила в сторону главной площади Дублина.
Солнце стремительно садилось.
Это был самый странный день моей жизни. Где-то внутри затаилось чувство, что сегодня лишь краткое затишье перед бурей.
Рядом прогремел гром, а небо затянуло тучами, скрыв последние лучи солнца. Как жаль. ведь у меня нет зонтика или плаща.
Перед глазами появился городской архив. Еще совсем недавно я приходила в это неприветливое место, стремясь найти родственников.
Недавно и одновременно так давно.
- Кап-кап.. На платье появились холодные брызги дождя, а я все стояла, глядя на угрюмые башни архива.
Где-то там автоматон с желтой лампой на голове разносит документы, а старый архивариус встречает посетителей.
Часы на городской башне пробили восемь раз. В тот же миг руку обожгло, запястье сдавило, и я увидела, что браслет, подаренный миледи, поменял цвет. Бирюзовые змейки стали красными.
Вспомнились слова Грея о том, что этот артефакт вернет меня в Лейстрим из любого места.
Это ведь рабский браслет.
Странная сила тянула куда-то вдаль Заполненная людьми улица начала расплываться. Последним, что я видела, было удивленное лицо мальчишки-разносчика газет и заголовок «Вечерних известий»: «Карл Фергюсон вылетел в Дублин с дружеским визитом».
А потом все исчезло.
Я оказалась в знакомом коридоре Лейстрима, рядом с портретом одного из основателей рода Райвенов.
Браслет снова стал холодным, но сердце мое продолжало учащенно биться.
В полусвете ламп среди картин и диванов мне стало непривычно жутко, особенно после дублинской площади, где царили вечернее веселье и смех горожан
Грей как всегда чертовски прав, мы рабы этого жуткого замка. Хорошо, что завтра у нас наконец-то получится сбежать.
Внезапно послышались шаги, затем тихий шорох платья. Ко мне приближалась леди Кларисса, заслоняя собой слабое сияние торшера.
Увидев меня, она улыбнулась:
- Добрый вечер, Маргарита. К нам пожаловали гости. Будь добра, помоги кухаркам разлить чай.
С этими словами миледи прошла дальше, и исчезла за поворотом, как ни в чем не бывало.
По одному ее взгляду мне стало понятно, она видела! Видела, как я возникла из ниоткуда, и не подала виду.
Странно, но от одного присутствия Клариссы Райвен в коридоре стало прохладнее, а быть может, я мерзну от того, что совсем недавно промокла под дождем?
Интересно, Барри и Зои уже вернулись? Пытались ли они меня искать на улицах Дублина?
Наверное, им итак было понятно: рабский браслет вернет приютскую мышку в замок, ведь хозяйка Лейстрима напрочь привязала меня к этому месту.
Вспомнился взгляд Клариссы: внимательный, сосредоточенный, взгляд хищника готового наброситься на жертву. От этих мыслей стало не по себе, и я поспешила на кухню, где мне тут же дали поднос с чайником и белый фартук.
- Будь добра, разлей чай в гостиной, раз уж ты здесь, - проворчала кухарка Марта, поджав губы, - у нас итак дел невпроворот.
На кухне творилось нечто невообразимое, почти каждую минуту хлопала дверца холодильного шкафа, раздавался недовольный крик повара, на столах появлялись все новые блюда.
В коридоре то и дело раздавалась трель входного звонка, за ним следовал радостный голос хозяйки дома, приветствующий новых гостей.
От этой суеты у меня разболелась голова. Перед входом в гостиную я вздрогнула, услышав заливистый смех Эллин Форнейт.
Неужели ее тоже позвали на предстоящий бал?
Я вздохнула, обхватив дрожащими руками поднос и отворила дверь.
Эллин сидела за столиком напротив пожилой леди, руки которой были увешаны причудливыми браслетами.
Если мисс Форнейт походила на изящную райскую птицу, то ее собеседница напоминала уродливую ворону, собравшую вокруг себя всевозможные блестящие вещи.
- Завтра Грей примет красную магию и станет королем, - проскрипела пожилая леди. - Что ж, Клариссе давно пора на покой.
Эллин лишь кокетливо пожала плечами:
- Мисс Райвен меня пугает, не думаю, что она с радостью передаст власть сыну, хотя, кто знает, какие сюрпризы приготовила судьба.
Я с грохотом поставила чайник на стол, отчего пожилая собеседница Эллин чуть не подпрыгнула на месте.
- Леди, не желаете ли испить наш чай со вкусом липовых цветов?
- Нет, - проворчала незнакомка, браслеты на ее руке обиженно звякнули.- Ох уж эти беспардонные слуги, ни капли покоя и уединения.
С этими словами она поднялась со стула и окинула меня гневным взглядом
- Пойду побеседую с Клариссой, дорогая Эллин. Надеюсь, вечером нам удастся прогуляться по саду.
Мисс Форнейт услужливо улыбнулась собеседнице:
- До встречи Розалинда.
Прозвучал цокот каблуков, хлопнула дверь и тут я поняла, что мы с Эллин остались в гостиной вдвоем.
На мгновение в комнате повисла тишина.
- Похоже, гости устали с дороги и отдыхают в своих комнатах, - С улыбкой произнесла дублинская дива
- Да, мэм, - я натянула улыбку, - не желаете ли..
- Чаю с цветами липы? Да-да, будь добра.
Дрожащей рукой мне удалось наполнить ее чашку.
- Не составишь компанию? - Неожиданно произнесла дублинская дива, - а то так скучно одной, - она капризно поджала губы.
- Да, конечно, - я села напротив нее, чувствуя себя полным ничтожеством. Сегодня волосы Эллин были заплетены в косу, которая обвивалась вокруг головы подобно короне. Ее золотистое платье, с ярким рубиновым ожерельем придавало мисс Форнейт сходство с венценосной особой.
В этот миг мне стало вдвойне неловко за свою одежду мышиного цвета, захотелось закатать потертые рукава или сделаться совсем невидимой, чтобы никто не заметил серой служанки напротив распрекрасной райской птицы.
Эллин усмехнулась и сделала глоток чая.
- На дворе начало мая, а в Лейстриме цветет липа. Не находишь это странным?
Я лишь пожала плечами:
- Возможно, мэм.
- Замок словно наполнен колдовством, ты хоть была в саду Лейстрима?
- Да, - я замешкалась, не зная, что еще сказать, - там очень мило.
- Мило? - Эллин внезапно рассмеялась. - Да там настоящее лето, цветы распустились, и дикая земляника уже выросла, и все это весной! Разве тебе не интересно почему?
- Ни сколько, леди Форнейт, - отчеканила я, чувствуя, как холодеют пальцы на руках.
Моя собеседница фыркнула:
- Похоже слуги здесь не очень любопытны. А что насчет хозяев замка? Кто тебе более симпатичен? Кларисса или, может, Грей? - Последнее слово Эллин произнесла заговорщицким шепотом.
И что ей от меня нужно? К чему эти вопросы?
- Я благодарна семье Райвен. Работать в замке – мечта приютских воспитанниц.
- Да ты из приюта? О-о, не легко тебе живется. А как твое имя?
- Маргарита.
- Очень мило, - Эллин всплеснула руками, - тебе подходит. Знаешь, думаю, мы могли бы подружиться. Мне всегда были симпатичны такие скромные девушки как ты..
Услышав это, я внезапно закашлялась. Что за странные слова? Ни одна леди не говорила мне подобного за всю жизнь!
Подумать только, передо мной сидит сама дублинская дива и предлагает мне дружбу.
Вспомнился восхищенный взгляд Жизель, когда однажды на ярмарке мы увидели плакат с знаменитой мисс Форнейт.
Быть может Эллин не так уж коварна? Она пыталась переманить Грея к золотому королю, и что с того? Все ковены борются за власть.
Эллин с сочувствием покачала головой и налила мне чай в фарфоровую чашку.
- Милое дитя, ты слишком сильно волнуешься, поверь, Эллин Форнейт не кусается, лучше выпей чаю.
Я с благодарностью кивнула и взяла в руки чашку. Моя собеседница улыбалась так, словно мы были старыми подругами.
Чай пах просто восхитительно и немного странно: липой и чем-то еще, чем-то одурманивающе сладким.
До Дублина я добрался без приключений. Город кишел людьми и ярмарочными торговцами.
Теперь осталось дело за малым, купить лодку и несколько колдовских амулетов.
Еще несколько дней назад за лодкой я бы отправился к старику Арнольду, который сдавал в аренду почти все существующие средства передвижения. Но теперь после нападения на параде дирижаблей и компенсации ущерба за «Серого Винсента» мне абсолютно не хотелось туда заходить.
Слишком много сомнений и вопросов к юркому Арни, который вполне мог работать на наших врагов.
Поэтому, немного поразмыслив, я направился в знакомый магазин на окраине Дублина.
За кривым пятиэтажным домом стоял маленький обувной киоск с заколоченными окнами.
Я постучал в вывеску «Обувная мастерская закрыта» три раза и прошептал заклинание.
Дверь со скрипом отварилась, пропуская меня внутрь.
В нос ударил запах бузины, папоротника, липы и дуба, из которого дублинские мастера делали метлы.
Внутри маленького киоска оказался большой просторный зал с витринами и продавцом в зеленой мантии.
Увидев меня, он вежливо поклонился, на губах его расцвела улыбка:
- Добро пожаловать, милорд. Круглосуточная лавка Гордвика приветствует вас.
Перед тем как зайти в магическую лавку я предусмотрительно нанес защитные чары.
Гордвик видел сейчас пожилого господина с вытянутым носом и маленькими узкими глазами.
- У нас богатый выбор метел, - начал продавец.
- Мне не нужна метла, мне нужна лодка, способная уменьшится и еще несколько защитных амулетов.
Гордвик с готовностью скрылся за прилавком. Раздался шорох, звук падающих предметов, тихие ругательства.
- Эти клятые колдовские бобы не хотят лежать на месте, - проворчал хозяин лавки, затем последовал звук удара.
- Великий Мэрлин! Не зря мне говорила мать «не становись колдуном, лучше купи плантацию и засади ее кукурузой».
Прошло еще несколько минут и передо мной снова возникло лицо Гордвика с натянутой улыбкой.
В руках он держал миниатюрную лодку:
- Одно заклинание увеличения и она становится вполне комфортной, - хозяин лавки взмахнул рукой, и лодка действительно стала большой и вместительной. Возможно, это был не самый комфортный транспорт, но для двоих беглецов самое то.
- Отлично, - я улыбнулся. - Еще мне нужен магический порох и боевые амулеты, в общем оружие.
Услышав это, продавец присвистнул:
- О, сэр. Недавно в мою лавку заходила дама точно с таким же заказом. Только ей нужно было много оружия. Неужели снова разборки между ковенами?
Я промолчал, не удостоив его ответом и, в тайне надеясь что, эта дама не моя мать.
За покупки пришлось отдать увесистую пачку денег.
Интересно, как дела у Марго?
Я поблагодарил продавца и вышел на улицу.
Небо начало темнеть. Чем бы заняться? Можно стать птицей и долететь до Лейстрима или побродить по улицам и подождать когда браслет сам вернет меня в клятый замок.
В этот миг что-то в груди кольнуло.
Я оперся о стену магазина с фарфоровыми куклами и ненароком взглянул в витрину.
Оттуда на меня смотрело собственное отражение, которое через мгновение покрылось туманом и исчезло.
В следующий миг на меня хмуро смотрел эльф:
- Это было предчувствие, Грей. Твоя Маргарита скоро окажется в лапах хищницы. Лети в Лейстрим, а потом ищи ее в гостиной.
Сказав это, эльф исчез, сколько бы я его ни звал, все было бесполезно. Из витрины на меня смотрели пустые глаза кукол.
Небо затягивало тучами, а где-то внутри разрастался страх. Маргарита? Что за клятая хищница ей угрожает?
Чуть ли не бегом я достиг узкого пустынного переулка и обратился в птицу. К черту дождь, надо скорее лететь в замок!
Это было ошибкой, оставить ее одну, в месте, где ничего хорошего не происходит.
Я летел так быстро, как только мог. Прогремели раскаты грома, серые тучи полностью затянули свинцовое небо, полил дождь. Его капли падали на крылья, и лететь становилось только тяжелее.
Маргарита… Только сейчас мне стало понятно, что кроме нее у меня никого нет в целом мире.
Мы решили бежать вдвоем, мы будем держаться вместе, и никто этому не помешает!
Никто и ничто.
С этой мыслью я добрался до замка, краем глаза заметив, выстроившиеся у входа мобили гостей.
Окно в мою комнату раскрылось от ветра, словно приглашая внутрь.
Я устало рухнул на пол, промокший до нитки, с бешено бьющимся сердцем.
Маргарита…
В коридорах толпились гости, кто-то из них укоризненно качал головой, увидев на мне абсолютно мокрую одежду, кто-то пытался поприветствовать, вот только мне не было до них дела.
Уже у входа в гостиную послышался ненавистный голос Эллин Форнейт:
- Милое дитя, ты слишком сильно волнуешься, поверь, я не кусаюсь, лучше выпей чаю.
В воздухе отвратительно запахло белладонной.
Дверь распахнулась от одного моего взгляда.
Маргарита подносила ко рту чашку с темно-коричневой жидкостью.
- Стой! - Я произнес заклинание, и фарфор треснул прямо в ее руках. Коричневый отвар с запахом яда вылился на стол, за ним со звоном полетели осколки чашки.
Эллин смотрела на меня, недовольно поджав губы:
- Грей, как не кстати, что ж, не буду мешать вам веселиться. - Она как ни в чем не бывало поднялась из-за стола и направилась к выходу, не забыв показать нам свою коронную доброжелательную улыбку.
Вот лживая…
Я схватил ее за руку:
- Ты, только что пыталась убить..
Эллин лишь нервно рассмеялось:
- Всего лишь служанку, Грей. Думаешь, за это меня посадят в тюрьму? Я служу золотому королю, не забывай.
Хватка моя не ослабла. Хотелось сомкнуть руки на горле высокомерной ведьмы.
- Зачем ты это сделала?
- Просто хотела протестировать свой новый яд. Слуги неплохо для этого подходят, дорогой Грей. Ну, давай, нажалуйся своей драгоценной мамаше, - из груди Эллин вырвался нервный смешок.
Ярость бурлила в крови. Хотелось убить лживую певичку прямо сейчас, расквитаться с ней за все пережитое: за приворот и попытку переманить меня к Фергюсону, за покушение на жизнь Марго.
И все же разум взял верх. Начинать разборки накануне побега – бессмысленно. Устраивать Эллин допрос - бесполезно. К тому же, скоро в замок прилетит ее хозяин, желтый король.
Я выпустил ее руку:
- Убирайся. И не смей мешаться под ногами, ты служанка Фергюсона, ничем не лучше Маргариты. Или считаешь себя особенной, фальшивая Эллин? А может тебе просто надоело обслуживать местных пьяниц в кабаре?
Услышав это, она отшатнулась, улыбка моментально сползла с ее лица, а в глазах заблестели слезы.
Подумать только, еще несколько дней назад эти слезы разбили бы мне сердце, ведь передо мной была распрекрасная дублинская дива свободная как птица, красивая как райский цветок, а сейчас…Сейчас я видел лишь врага, женщину способную убить и предать, а эти слезы всего лишь еще одна маска несравненной лицедейки Эллин Форнейт.
Она перевела взгляд на Марго, которая растерянно смотрела на нас, а потом пробормотала:
- Ты еще пожалеешь, что родилась, несчастная сиротка.
Это была последняя порция змеиного яда, после которой Эллин вышла из комнаты, громко цокая каблуками.
Маргарита всхлипнула:
- Грей, мастер Грей, там была яд, а я поверила этой женщине. Она ведь могла убить меня!
Я подошел к ней и прикоснулся рукой к ее дрожащим плечам.
- Теперь все будет хорошо.
Марго лишь окинула взглядом разбитую чашку и коричневую лужу ядовитого отвара
- Нет, Грей, ничего хорошего не случится, пока я настолько слаба и наивна! О, если бы мне можно было стать сильней!
- И что тогда? - Я сел с ней рядом
- Тогда…- Она не успела договорить, дверь открылась, и в гостиную вошли две дамы из красного ковена. Прихвостни мамаши, одну из них, кажется, звали Карен, другую Джуд.
- Господин Райвен, - они склонились в поклоне, сверля меня взглядом, - прекрасно выглядите, желаем удачи на предстоящей коронации.
Я лишь кивнул, не удостоив их ответом. К черту коронацию и красный ковен.
- Пошли, Маргарита, поможешь подготовиться к завтрашнему дню.
Подданные мамаши молча уставились на Марго, потом на меня. В глазах их застыло плохо скрываемое любопытство.
Интересно, почему они так пялятся на служанку Лейстрима?
Мы вышли и оказались в прохладе коридора.
Марго вытерла слезы.
- Куда мы идем, Грей?
- В мою комнату. Там относительно безопасно. Будь рядом со мной, особенно завтра, хорошо?
- Да, - она кивнула и сжала мою руку
Так мы и шли, опасливо оглядываясь по сторонам. В коридоре толпились гости, большинство из красного ковена, но изредка встречались маги с меткой синих или даже золотых престолов.
Увидев меня, каждый из них кланялся и пытался завести разговор.
Вот только я лишь кивал в ответ или бросал короткие фразы.
Наверное, все заметили, как мы держимся за руки. К черту! В конце концов, кого волнуют интрижки знатных особ. Все они видят во мне будущего правителя или соперника, на остальное гостям наплевать.
Когда мы оказались в комнате, Марго села на стул, закрыв лицо руками.
Она рассказала о звонке приютской подруги и о странном маге из зеленого ковена, околдовавшем ее в Дублине.
Мне стало на себе. Где-то внутри царапало чувство приближавшейся опасности.
Не зря мать надела на ее руку рабский браслет, похоже она хочет использовать Маргариту для какого-то зловещего ритуала.
На миг я задумался.
Жертвоприношение среди магов запрещено, навряд ли мамаша в присутствии гостей будет проводить ритуал по «Черной книге Мэрлина» и проливать кровь девы, дабы увеличить собственную колдовскую силу.
Здесь что-то другое, что-то связанное с прошлым Марго.
- Мне страшно, Грей, - из ее глаз снова полились слезы. В воздухе сквозил мерзкий запах дурных предчувствий.
- Все хорошо, я здесь рядом с тобой .
Она будто не понимала или не слышала меня. Хрупкое тело трясло от страха, словно этот мерзкий ужас имел над ней необъяснимую власть.
- Ты просто устала, нам обоим нужен отдых, завтра тяжелый день.
С этими словами я помог ей лечь на кровать и укрыл одеялом.
Лоб Маргариты был горячим, а от платья пахло сыростью и дождем.
Похоже, она простудилось в Дублине.
В памяти всплыли слова, которые говорила в детстве няня, когда я болел: «Давайте сменим одежду, а потом приготовлю вам отвар и спою песню. Жар спадет быстро, и вы заснете, юный господин».
Няня пела что-то странное про Каролину, позвавшую на крестины Гончара.
Расстегнуть застежку потертого платья Марго оказалось проще простого.
Я бережно поднял ее руки и стянул тяжелую ткань. Великий Мэрлин! Как она ходит в такой одежде по замку каждый день.
На ней осталась лишь тонкая сорочка.
При помощи магии пришлось телепортировать в свои покои одно из домашних платьев Кэтрин. Думаю, она будет не против. К тому же у них с Марго почти одинаковый размер одежды.
Маргарита бредила, она что-то шептала прикрыв глаза. Я погладил ее растрепанные волосы, почувствовав снова необъяснимый запах страха и грусти.
- Тише, успокойся я рядом.
Мне хотелось спрятать ее от этого жестокого мира, найти место где нас никто и никогда не потревожит. Но пока это лишь мечты.
Сейчас я ощущал себя беспомощным перед ее страхом и собственной тревогой.
Она вцепилась в мою руку и прошептала:
- Гюстав.. Мама.. Останься со мной, пожалуйста. - Марго стиснула пальцы на моем плече.
- Я с тобой.
Это слово приходилось повторять как мантру, который раз за этот вечер.
Постепенно она успокоилась, дыхание выровнялось. Маргарита спала, а я лежал рядом, рассматривая ее золотистые волосы.
Такие знакомые. Где же мне доводилось видеть их раньше?
В шкафу нашлось зелье против жара. Я налил его в чашку с водой и поднес ко рту Маргариты
- Пей.
Она выпила, не открывая глаз, а потом снова прислонилась к моему плечу, на губах ее возникла улыбка.
- Все будет хорошо, да?
В комнате запахло травами и сладкой ванилью. Маргарита спала и похоже видела сладкие сновидения, а вот у меня сна не было ни в одном глазу.
Сложно думать об отдыхе сжимая ее в объятиях. В моей душе горел пожар, способный сжечь сотни замков.
А потом она притянула мою руку к своей щеке, я взглянул еще раз на ее безмятежную улыбку и провалился в сон беспокойный и пугающий.
Сознание окутала тьма, бесконечная бездонная и пустая. Эта тьма не позволяла пошевелиться и вырваться из плена дурных видений.
Мне снился эльф, сидящий на хрустальном троне. Он сжимал подлокотник и я делал тоже самое, потому что рука эльфа превратилась в мою, а Лейстрим в это время пылал адским огнем, и где-то рядом раздавался смех, от которого все внутри сжималось от ужаса.
Шурх – тихо прошелестел подол тяжёлого платья в ночной тишине, и Кларисса Райвен зашла в мастерскую своего сына.
Этот негодник всегда закрывал дверь на замок но для красной королевы не было закрытых дверей, по крайней мере, здесь, в Лейстриме.
В воздухе пахло машинным маслом, и еще чем-то горьковато-сладким. Магией. Этот запах Кларисса Райвен любила с юности, с тех самых пор как ее выбрал своей невестой этот жалкий Кристофер, с тех самых пор как бабка передала юной Клэр фамильную реликвию, эльфийские браслеты, способные подчинить любого.
Удивительно, что о чудесных свойствах двух браслетов с бирюзовыми змейками не знал никто из ее предков, их просто нашли в Изнанке и положили в шкатулку с остальными драгоценностями. Вот только Клариссе удалось при помощи колдовской книги раскрыть настоящую суть артефактов.
От них пахло магией и силой, а еще удачей и властью. Браслеты помогли ей подчинить мужа, захватить трон соперников из другого клана и стать королевой.
Как хорошо, что птица удачи взмахнула крылом над головой Клариссы!
Вот только с некоторых пор все пошло не так.
Поэтому она стоит здесь недовольная и грустная, среди странных механических игрушек, пропитанных магией, поэтому ей пришлось снова плести интриги и творить чары.
Что только не сделаешь ради процветания ковена!
Она вздохнула и провела рукой в белой перчатке по голове механического кота.
Кот зашевелился и взглянул на нее немигающим желтым глазом.
Внезапно ей стало страшно от этих неподвижных глаз с потусторонним светом, но это был лишь краткий миг слабости.
Кларисса не из тех, кто робеет, она королева, перед ней всего лишь остаточные чары исчезнувшего ковена, заключенные в механическую игрушку, всего лишь след былого величия голубых магов.
Будь ее воля, Кларисса с радостью бы уничтожила все эти жалкие изобретения, начиная от железного жука, заканчивая клятым немигающим котом размером с пони. Вот только они нужны для предстоящего обряда.
- Без них ничего не выйдет, так ведь? - Хозяйка замка вздохнула и развернулась к выходу из мастерской, прошептав напоследок:
- Ведите себя тихо, мерзкие создания.
Завтра все изменится, завтра она утрет нос этим завистникам из других ковенов и даже самому Фергюсону!
Фергюсон.. Кларисса втянула носом воздух, словно почувствовав что-то чужое в этом замке.
Запах ветра и дождя, а еще аромат магии, такой любимый и ненавистный.
Она невольно обхватила плечи руками и поджала губы, ощутив чужую силу, огромную и бесконечную, а затем наспех закрыла дверь мастерской и поспешила вниз по лестнице, туда, где ночью поют звезды и яркая луна освещает размытые силуэты.
По пути Кларисса постучала в комнату Жаклин со словами: «Открывайте, мисс Стэрвик, Карл Фергюсон прибыл, его надобно встретить!»
Ветер переменился. Карл Фергюсон чувствовал это кожей. Теперь воздушные потоки идут с востока, а это значит..
- Завтра будет дождь, - меланхолично произнес он, глядя на вытянутые башни Лейстрима, похожие на крылья ворона.
С высоты дирижабля замок казался маленьким почти игрушечным. Карл качнул головой и достал подзорную трубу.
- Давно я не посещал маленький уютный дом Клариссы. Что ты об этом думаешь, Жоэль?
Смурной человек в черном сюртуке, управлявший экипажем улыбнулся:
- Очень давно, милорд. Думаю, это будет забавное приключение.
- Да-да, мне любопытно, чем все закончится, Жоэль. Ты же знаешь в Лондоне так скучно, а я люблю представления.
Жоэль укоризненно покачал головой:
- Представление обещает быть знатным, милорд. Но неужели вы не хотите принять чью-то сторону в этой игре?
В кабине дирижабля повисла тишина. Лишь восточный ветер свистел за бортом.
Карл взглянул на свое отражение, бледневшее на гладких металлических поручнях.
Все также молод, прекрасен и велик, как и сто лет назад. Время для него не имело особого значения, был лишь азарт, да величие, интересы короны и завистливые ковены, которые мечтали откусить кусок от золотого трона.
Он бы хотел принять сторону того, кто станет ему симпатичен, но слишком велик риск обжечься разочарованием, потому что все люди, эльфы и фейри одинаковы.
Он это понял давно, очень давно и поэтому несколько дней назад сделал попытку уничтожить будущего красного короля и ту девицу, которые могли бы составить ему конкуренцию в будущем, избавиться от лишних фигур на шахматной доске. Но так как попытка не увенчалась успехом, а Эллин Форнейт оказалась полной дурой, золотой король решил просто подождать, чем закончится Вальпургиева ночь и не принимать поспешных решений. Вот только верному слуге знать об этом не стоит.
- А на кого ставишь ты, Жоэль? - Как бы между делом спросил Карл, приглаживая волосы от ветра.
Слуга усмехнулся:
- Поставить на Клариссу было бы разумней, но я предпочту более слабую сторону.
Карл удивленно поднял бровь. На этот раз старый добрый Жоэль его озадачил, а это значит, намечается что-то интересное, что-то волнительное с привкусом сладкой патоки и дикого меда, которые так хороши на здешних землях.
- Что ж, а я пока не буду ставить ни на кого, пусть все решит злодейка судьба.
Ветер подхватил его слова и унес куда-то вдаль.
Карл снова взглянул в подзорную трубу и увидел рядом с замком фигуру Клариссы, она стояла вместе со слугами в ожидании гостей, а дирижабль все снижался, опускаясь в тень темных башен Лейстрима.
- Знаешь Жоэль, за столетия моей жизни ничего не изменилось. Все те же притворщики, все те же красные вина, балы и льстивый смех. Это плохо или хорошо? - Карл усмехнулся, он любил задавать циничному слуге философские вопросы.
- Это нормально, милорд, - отсалютировал ему Жоэль, - бренди все такой же крепкий, а женщины все также прекрасны – жизнь идет своим чередом.
- Женщины, - улыбка сползла с лица желтого короля, - хотел бы я встретить женщину, что позволит мне потерять разум. Говорят, любовь – величайшая сила, вот только все эти расфуфыренные леди отличаются друг от друга также сильно как сорта ирландских вин.
- Но вы ведь пьете вино? - Парировал слуга
- Именно, - грустно улыбнулся Карл.
Дирижабль между тем приземлился. Осталось дело за малым, поприветствовать хозяйку замка да пережить еще один скучнейший шабаш.
Этой ночью мне спалось плохо, как впрочем и предыдущей. Во сне слышался шум дирижабля, а, может, это был и не сон вовсе.
В полночь я распахнула глаза, увидела рядом лицо мирно спящего Грея и изумленно вздохнула.
Мы спим в одной кровати? Что же было вчера? Затуманенный рассудок выдавал неясные картины. Вот Грей одевает меня в какое-то незнакомое платье, поит невкусной микстурой, а тело мое горит, горит… Потом лишь забвение и беспокойные сны.
Я нащупала ногами туфли и тихими шагами подошла к окну.
Там виднелся силуэт дирижабля – огромный исполин с золотистым баллоном заполнял почти все пространство рядом с замком.
При виде этой картины в сердце поселилось странное предчувствие беды.
Я еще раз взглянула на Грея. Он спал так безмятежно, словно не ему предстояло завтра бежать в пугающую неизвестность Лондона. Вспомнились его вчерашние слова:
«Все будет хорошо. Я рядом».
Всего пару фраз, которые спасли меня от тоски и лихорадки, - рука невольно дотронулась до лба Грея и убрала выбившуюся прядь волос.
- Набирайтесь сил, мастер, - с этими словами я вышла в уборную, чтобы умыть лицо и сбросить тяжкий груз беспокойных снов.
В коридоре было прохладно, а, быть может, это лихорадка еще не до конца прошла и от того мне холодно.
Шаг, другой, где-то послышался скрип двери и тут за поворотом раздались знакомые голоса:
- О чем ты думал, старый прохвост, - зло шептал голос мисс Зои, - девчонку чуть не увели зеленые! Надо было ее взять с собой в магазин.
- Чтобы она увидела всевозможные яды и мороки? И что тогда эта служанка про нас подумает? Раскинь мозгами, Зои! Или у тебя в голове большой клубок пряжи?
Зои что-то прошипела ему в ответ, на что Барри рассмеялся:
- Девчонка в замке, на ней был браслет, миледи обо всем позаботилась, а этот зеленый колдун еще поплатится, уж поверь!
- Завтра, - тихо ответила компаньонка Клариссы Райвен, - завтра все решится, мне даже немного жаль эту служанку, судьба бывает такой жестокой..
Ответа Барри я не расслышала. Их шаги удалялись, пока, наконец, не заглохли вдали.
Сердце мое учащенно билось, страх словно стал живым и рвался наружу. Какие странные разговоры, почему эти двое меня жалеют?
Я тяжело вздохнула и поплелась в уборную.
Там. сполоснув лицо. я постаралась уверить свое отражение в том, что надо дождаться лишь завтрашней ночи. А потом мы с Греем сбежим и станем свободными.
В коридоре снова прозвучали шаги и незнакомый мелодичный голос эхом, отдававшийся от стен:
- Вы очень милы, Кларисса.
- Я подготовила лучшую комнату для драгоценного лондонского гостя.
От неприкрытой лести миледи мне стало немного не по себе. Что за важная птица с ней рядом?
- Да-да, несомненно, лучшая комната вашего замка меня безумно обрадует, - с усмешкой ответил незнакомец.
Он прошел мимо уборной, напевая мелодию вальса.
- Чувствуйте себя как дома, - пробормотала Кларисса Райвен.
Первый раз я слышала как миледи, извечно гордая и высокомерная, заискивает перед кем-то.
Похоже, к завтрашнему балу приехал какой-то именитый гость. Впрочем, какое мне до этого дело.
Я вернулась в комнату Грея и упала на кровать рядом с ним. Немного подумала и положила свою ладонь на его руку.
Мне снилось, что мы лежим на цветочном поле из синих роз, вдали ярко светит солнце, сверху над нами нависает замок призрак, а где-то рядом звучит мелодия вальса сладкая и тягучая.
Проснулась я рано утром от шума голосов, доносящихся из коридора, затем окинула взглядом бордовое платье, неплохо сидевшее на мне. Интересно, откуда Грей его взял?
И тут в голову пришла внезапная мысль.
Он ведь переодевал меня вчерашней ночью. Боже, это так странно!
Я украдкой на него взглянула, Грей безмятежно спал, вот только улыбка спала с его лица.
Даже во сне он выглядел бледным и взволнованным, бедный, бедный Грей, одинокий мастер, мечтающий сбежать из родного дома.
Я всю свою жизнь в приюте представляла воображаемых родственников добрыми и заботливыми. Ни разу в мою голову не пришла мысль о том, что они могут оказаться властными и надменными как Кларисса Райвен.
Голоса в коридоре становились громче. Похоже, две служанки слишком громко обсуждали, куда поставить праздничную вазу.
Я подождала пока они уйдут и выскользнула из комнаты Грея. Отчего-то захотелось есть, да так сильно, словно мне пришлось голодать как минимум неделю.
На кухне было почти пусто. Видимо кухарки еще не начали подготовку к балу, и только мисс Стэрвик протирала фарфоровые чашки, тихо напевая незнакомую мелодию:
- Каролина родила
На крестины позвала
Я удивленно на нее уставилась, между тем Жаклин продолжала:
- Гончара и кузнеца
И богатого купца
Кожемяку, почтаря,
И гвардейцев батальон.
Глупая детская считалка, которую я уже слышала, вот только когда?
Вспомнилось женское лицо в обрамлении светлых волос, добрые заботливые руки и мягкая улыбка.
Я села на стул и схватилась за голову.
- Маргарита, тебе плохо?
Наваждение прошло, на меня обеспокоенно смотрела мисс Стэрвик со своими неизменными рыжими кудрями, забранными в хвост.
Я лишь помотала головой:
- Нет-нет, все в порядке, наверное, от голода закружилась голова.
- Хорошо, сейчас накормлю тебя омлетом и сразу станет лучше.
Через пять минут передо мной появилась увесистая порция жареных яиц с беконом.
Я попробовала пару кусочков:
- Вкусно, мисс Стэрвик, спасибо вам за доброту!
Она лишь усмехнулась:
- Не торопись меня благодарить, дитя. Ты еще очень юна и наивна, - вздохнула Жаклин, - но однажды придется познать тяготы жизни. Как бы мне хотелось тебе помочь…
- Что? - От неожиданности я выронила вилку, - помочь в чем, мисс Стэрвик?
Она улыбнулась:
- Во всем, во всех нелегких заботах, которые выпали на твою несчастную голову.
Я взглянула на Жаклин с благодарностью. Эта женщина казалась мне странной, как шкатулка с двойным дном. С виду строгость и надменность, а внутри мягкий полог из нежного бархата.
- Знаешь, Маргарита, когда-то я мечтала быть с тобой рядом, с тобой и с Греем, вот только у жизни свои планы. Но я постараюсь сделать все, что от меня зависит.
В этот миг на кухню зашел Гюстав. Такой же приветливый и аккуратный как обычно, темные волосы забраны в хвост, на носу изящные очки в тонкой оправе.
- О, как приятно пахнет, доброе утро!
- Доброе утро, - растерянно ответила я.
Жаклин кивнула Гюставу и как-то странно на него посмотрела, он поймал взгляд экономки и тяжело вздохнул.
- Маргарита! К такому великолепному омлету полагается апельсиновый сок! Он сделает ваш завтрак поистине великолепным.
С этими словами Гюстав поставил передо мной бокал с оранжевой жидкостью и улыбнулся еще раз.
- Спасибо, - я с благодарностью взяла бокал за ручку. Пах сок чем-то кисло сладким и пряным.
- Пейте, милое дитя, набирайтесь сил, сегодня тяжелый день, - он похлопал меня по плечу.
Пришлось сделать пару глотков из вежливости.
- Знаете, говорят, вечером будет настоящая буря, - продолжил Гюстав.- Лично мне нравится ненастье, оно предвещает много интересного, не так ли Жаклин? Отчего вы отвернулись?
- Не могу на это смотреть, - процедила экономка, - знаю, что все неизбежно и все равно, сердце кровью обливается.
- Это часть ритуала, - подытожил Гюстав -. Все получится, не сомневайтесь, дорогая.
- Да, но… Неужели ей надо испытать столько боли, - всхлипнула Жаклин.
- Такова судьба, такова воля Клариссы Райвен.
Я хотела было спросить, о чем эти двоя говорят, но поняла, что язык стал непосильно тяжелым. Лицо Гюстава расплывалось на фоне холодильного шкафа, а сознание улетало куда-то в черную пропасть.
Последним, что я услышала был взволнованный голос Жаклин:
- Надеюсь, мы не ошиблись.
Когда я проснулся солнце уже взошло, его лучи светили в глаза и падали на кровать, на то место, где еще совсем недавно спала Маргарита.
- Марго? - Ответа не последовало. Быть может она ушла в умывальную.
Подушка до сих пор хранила ее запах: лаванды и полевых цветов. Во сне волосы Марго падали мне на плечи как тонкие стебли растений. Такое странное и непривычное ощущение.
Постепенно пелена сна сходила, и в голову начинали лезть назойливые мысли о предстоящем бегстве.
Я должен узнать о том, что задумала мать и зачем ей понадобилась Маргарита. Какая-то часть сознания отчетливо понимала, что в этом кроется смысл предстоящего шабаша.
Постепенно в голове выстроилась цепь: рабский браслет, замок-призрак, Маргарита.
Где-то внизу прозвучала трель электрозвонка, а затем последовал голос матери:
- О, Джастин, Лорена, как я рада вас снова видеть!
В ответ прозвучали заливистый смех моей противной кузины и саркастичный голос Джастина:
- Взаимно, дорогая леди Кларисса.
В этот момент у меня возник план, дерзкий и отчаянный. Сегодня я узнаю, что задумала мамаша, чего бы это ни стоило. Вот только надо сначала найти Марго.
В коридоре царил настоящий хаос, двое слуг несли в бальный зал увесистую тумбу, постоянно извиняясь перед гостями, которые вальяжно расхаживали мимо портретов основателей красного рода.
Я увидел леди из числа подданных матери, улыбчивого старика Брукса, что приехал на наш шабаш из зеленого клана, толстую вдову Анну Крауз в закрытом синем платье, выбранном под цвет ее ковена и Гюстава Крайма, который ходил между ними с вежливой улыбкой, пытаясь развлечь собравшихся беседой.
Пришлось тоже улыбнуться и поприветствовать гостей, которые наблюдали за каждым моим шагом с живейшим интересом.
Наконец, я как бы невзначай склонился над ухом старины Гюстова:
- Вы не видели сегодня Маргариту Брентон, мой друг?
Он лишь рассеянно пожал плечами:
- Никак нет, милорд, говорят, слуги сейчас работают на кухне или украшают бальный зал.
О, моя дорогая Анна, взгляните повнимательней на портрет Седрика Райвена! -
С этими словами Гюстав направился к вдове, а я решил начать свои поиски с кухни.
В большой комнате с огромным холодильным шкафом царил настоящий хаос. Над столом поднималось облако из мучной пыли, в воздухе витал настойчивый сладкий запах, кухарки сосредоточенно готовили десерт.
Я окинул взглядом каждую из них. Маргариты не было.
Пришлось идти в бальный зал. Там среди высоких ваз и нарядных тюлей трудились слуги. Они развешивали над шторами блестящие украшения, протирали от пыли картины, накрывали скатертями столы и ставили на них любимый бокалы матери. Вскоре их лица начали сливаться в одно серое пятно.
- Дзинь! - Раздавался горделивый звук, издаваемый тончайшим стеклом.
Я бродил по залу, пока, наконец, не понял, что Маргариты здесь тоже нет. Ее не оказалось и в кладовой, кабинете матери, обеденной и парадной.
Кто-то из слуг говорил, что видел Марго на кухне, а потом в коридоре. Она словно растворилась среди царящей вокруг суеты. Что за чертовщина!
Где-то в груди зародилось нехорошее предчувствие. Ни спроста Марго исчезла, в голове вертелись три слова: рабский браслет, замок-призрак, Маргарита.
Как они связаны?
Я без сил рухнул на мягкий пуфик, стоявший в коридоре. В тот же миг раздался голос Джастина:
- О, Грей, о чем ты так задумался? О предстоящей коронации? - В глазах кузена, разодетого в парадный костюм, появился недобрый блеск.
- Именно о ней, - я натянул улыбку. – Кстати, Джастин, у меня получилось открыть портал в Изнанку.
- Чтооооо? - Лицо кузена вытянулось от удивления. - Как тебе удалось? Ты ведь еще не принял магию ковена!
Я продолжал улыбаться, между тем мой собеседник прищурил глаза:
- А, может, ты просто врешь? Чем докажешь?
Сети были расставлены, и жертва плыла прямо в них. Маленький гордый карась по имени Джастин Райвен. Он ведь просто обожал совать свой нос в чужие дела.
Презрительно фыркнув, я сложил руки на груди:
- Портал у меня в комнате, если хочешь, заходи в гости.
На мгновение в коридоре воцарилось тишина, Джастин о чем-то напряженно думал, в то время как мое сердце учащенно билось. Неужели он чувствует, что это ловушка?
Наконец, кузен вздохнул и произнес:
- Ладно, будь по-твоему, ты ведь покажешь, как тебе это удалось?
Услышав это, я чуть не рассмеялся. Похоже проныра Джастин хотел тоже научиться перемещаться в Изнанку, чтобы потом хвастаться этим умением родственникам и друзьям.
Я лишь пожал плечами, горделиво задрав подбородок:
- Как скажешь
Пусть думает, что мне просто охота распустить перья перед ним.
Мы дошли до моей комнаты. Я благодарил бога за то, что в этот миг нам никто не попался пути. Очевидно, гости решили обосноваться в гостиной и предоставили мне шанс исполнить задуманное без свидетелей.
В комнате, недовольно окинув взглядом смятую постель, я закрыл дверь на замок.
- Чувствуй себя как дома, Джастин.
Кузен лишь кивнул. Он впился взглядом в платье Марго, лежавшее на спинке моего стула
- Ой-ой, Грей развлекается с прислугой? Интересно, что скажет моя сестрица, когда об этом узнает? Она ведь так ждет свадьбы с милым Греем.
Проклятье! На миг мне стало стыдно. Всего лишь на миг, а потом я небрежно убрал платье в шкаф, плотно закрыв его дверцу
- Как-будто ты не коротаешь вечера в кабере «Мон-Дон», Джастин. Думаю, у твоей невесты будут рога как у горного оленя.
Услышав это, кузен рассмеялся
- Да уж, чувства юмора тебе не занимать, Грей. Все мы любим женщин. Быть может, я даже не скажу Лорене об этом милом платье, если ты научишь меня заходить в Изнанку.
Он равнодушно пожал плечами. Вот же засранец!
Я обреченно вздохнул:
- Будь по-твоему, - затем подошел к зеркалу и Махнул Джастину рукой, - иди сюда. Начнем прямо сейчас.
Мысленно я молился о том, чтобы эльф не вздумал показаться в отражении и поприветствовать нас. Если Джастин увидит его, то наверняка испугается и, забыв обо всем, побежит жаловаться моей матери.
Все маги боятся эльфов, особенно такие трусы как мой кузен.
Мы молча смотрели на свои отражения в зеркальной глади, эльф так и не появился. Вот и хорошо. Осталось дело за малым.
Я сделал привычный с детства жест: провел по зеркалу рукой, словно стряхивая с него пыль. Отражение затуманилось и перед нами предстал фиолетовый лес с вытянутыми деревьями и бледным диском солнца.
Джастин удивленно охнул, в его глазах появился лихорадочный блеск.
- Ты ведь отведешь меня туда? - Он тыкнул пальцем в зеркало, и его рука провалилась внутрь.
- Пошли, не стоит медлить, - я шагнул вперед и почувствовал пьянящий аромат цветов и древесной коры.
Здесь было прохладно, впрочем, как и всегда.
Джастин неуклюже последовал за мной и, оказавшись в лесу, начал рассеяно озираться
- Охх, - вырвалось у него, - это.. Это..
- Волшебно? Великолепно?
- Именно! - Он сорвал травинку и глупо улыбнулся. - Мертвый мир совсем не выглядит мертвым. И часто, ты тут бываешь, старина Грей?
- Захожу иногда, - с деланным равнодушием ответил я. - Можем немного прогуляться.
И тут челюсть Джастина отвисла. Он вытянул указательный палец вверх и направил его в сторону синеватых башен замка-призрака
- Это что еще такое?
- Местная достопримечательность, призрачная тень магического замка, уничтоженного в нашем мире. Мы можем дойти до его дверей, но там закрыто.
- И ты ни разу не бывал внутри? - Разочарованно спросил кузен.
- Нет, - я пожал плечами. Эта ложь слетела с языка так легко, словно давно вошла в привычку. - Здесь недалеко есть красивый пруд, давай лучше прогуляемся до конца чащи.
Джастин на миг задумался, закатывая рукава праздничного сюртука.
- Да, интересно взглянуть на него, говорят вода в изнанке обладает чудесными свойствами. Есть легенда, о том, что на ней готовят самые сильные колдовские зелья.
- Изнанка полна сюрпризов. В следующий раз мы притащим с собой флягу и наберём ее до полна.
Кузен недоверчиво на меня взглянул:
- Одного не пойму, с чего ты такой добрый, Грей Райвен? Какая муха тебя укусила?
Я улыбнулся как можно более приветливо:
- Все очень скоро изменится, после нашего с Лореной брака мы станем родственниками, Джастин,, и мне понадобится надежный соратник, как новому королю ковена.
В этот миг по спине пробежал холод. А вдруг мой кузен не так прост? Что если ему удастся распознать ложь?
- О! - Он похлопал меня по спине. - А ты умнеешь, старина Грей. Думаю, мы не плохо поладим после твоей коронации.
Я ничего не ответил, лишь царственно кивнул своему собеседнику. Похоже Джастин непроходимый тупица, кто бы мог подумать!
Когда мы дошли до водной глади пруда, окруженной зарослями причудливых кустов с фиолетовыми листьями, мои наручные часы показывали 3:20, а это значит, что кузен находится в мертвом мире уже пятнадцать минут.
Увидев воду, Джастин присел на корточки и зачерпнул ее в ладонь.
Наблюдать за этим было даже приятно. Глупый кузен, как мог ты забыть, что находиться в Изнанке опасно, и что местные водоемы вытягивают магию.
На другом берегу пруда я увидел неясные очертания чьей-то фигуры. От чего-то в душе крепла уверенность что передо мной эльф.
Он наблюдал за нами и смеялся. Я даже слышал отголоски его злорадного смеха.
Между тем Джастин, покачнувшись, поднялся на ноги. Лицо его сделалось бледным, руки слегка тряслись.
- Мне холодно, Грей. Что ты сделал со мной, паршивец?!
- Абсолютно ничего. Ты сам виноват, кузен.
Сказав это, я наколдовал путы, которые связали Джастина по рукам и ногам. Сопротивляться в таком состоянии он, конечно же, не мог.
Дружески приобняв его за плечи, я создал портал и перенес нас к обратной стороне зеркала.
- Джастин-Джастин, если бы ты реже ходил в кабаре «Мон-Дон» и чаще слушал своих учителей, то давно бы понял, что Изнанка лишает нас магии. Будь в тебе хоть немного больше мозгов и чуть-чуть меньше ослиного упрямства, сейчас бы ты наслаждался хмельным вином в обществе матушкиных прихвостней.
- Пустииии! Пустииии! - Вопил кузен, пытаясь шевельнуть рукой или ногой, но все бесполезно, путы держали крепко.
Самым тяжелым оказалось притащить его через зеркальный портал в свою комнату.
- Эх, Джастин, не думал, что ты такой тяжелый, - я укоризненно покачал головой, усаживая его на стул
- Чего тебе надо, клятый Грей?! Подлый ублюдок!
Он специально кричал слишком громко, чтобы привлечь внимание остальных обитателей замка.
Я качнул головой:
- Бесполезно, никто тебя не услышит. Комната зачарована безмолвием, ни один звук не донесется до ушей матушки.
Джастин грязно выругался и взглянул мне в глаза:
- Что ты хочешь?
Я склонился над его головой:
- Правду, только правду. Расскажи все, что ты знаешь о моем отце. Что случилось десять лет назад между ним и голубым королем? Это ведь его замок превратился в призрак Изнанки?
Джастин зло рассмеялся:
- Клятый Грей.. Догадался, похоже, придется рассказать, хоть мне и велено молчать. На самом деле про это знают почти все, кроме тебя, разумеется. Так велела она, - кузен многочисленно поднял взгляд к потолку, - Кларисса Райвен.
Я замер в ожидании, глядя на кривую усмешку ненавистного кузена.
- Твой отец, Грей, всегда сидел под каблуком Клариссы, даже когда был королем. - он вздохнул. – С незапамятных времен ковены с разноцветными тронами тайно враждуют друг с другом, плетут интриги и пытаются захватить чужой престол. Так уж заведено. Говорят, нас прокляли эльфы, а может, это всего лишь удобная отговорка. Все люди алчны.
Вот только твой отец был другим – чудак и изобретатель Кристофер Райвен, он хотел подружиться хотя бы с одним ковеном и выбрал для этого, конечно же, наших давних врагов из голубого рода.
Я слушал, затаив дыхание:
- Да-да помню, Джас, Кэт должна была стать женой Джозефа Рэндела.
Кузен закатил глаза:
- Именно. Это было знаком доброй воли от нашего ковена. К тому же дурашка Кэтрин влюбилась в этого Рэндела, а твой отец вел дружбу с голубым королем. Вы даже ходили к ним в гости, помню, как ты любил рассказывать про голубой замок и его добродушных хозяев, но больше всего тебе нравилось проводить время с их дочерью Меганой.
- Мегана? Но я этого совсем не помню.
Джастин посмотрел на меня так, как родители смотрят на своих глупых детей:
- Именно, Грей, потому что тебе стерли память. Ты ведь так страдал по этой Мегане, даже назвал своего покойного отца убийцей.
Постепенно маленькие детали стали складываться в общую картину. Голубые маги, которые, по словам матери, напали на нас и вынудили защищаться. Голубой король, убивший моего отца и погибший сам в той битве, их дочь…
Джастин смотрел на меня с любопытством, словно ждал пока я задам самый важный вопрос.
- Послушай, Джас, а какое у этой Меганы было первое имя, данное при рождении?
И тут кузен широко улыбнулся, сделавшись похожим на чеширского кота и довольным голосом ответил:
- Маргарита.