Глава 6. Рас

Мы вышли на опушку леса уже без приключений, и в кои-то веки в лицо пахнуло чем-то приятным. То ли пирогом, то ли хлебом.

Но ни дома, ни коттеджа нигде видно не было.

Ивар усмехнулся из темноты, сверкнув белоснежными зубами, и приподнял руку. Из его кольца-компьютера выскочил синевато-зеленый луч. Ага! Мельранские технологии! Вот только как они сюда попали?

Индиго подмигнул мне, пораженной Эймердине, Ласу, и пока небольшой, добротный серо-зеленый коттедж выплывал из небытия, поделился:

– Подарил отец одной малолетней преступницы. Я воскресил ее года два назад. А родня у нее, похоже, из очень и очень знатных мельранцев.

Пока мы переваривали информацию, дом окончательно «проявился». Ивар поднялся по высоким ступенькам и постоял на крыльце, пока датчики под козырьком считывали ДНК, аурный слепок. Спустя несколько секунд раздался негромкий щелчок, и в лицо ударил яркий свет. Пришлось пару секунд промаргиваться.

Ивар быстро зашел внутрь и поторопил нас:

– Ну же! Не медлите! Я должен снова сделать дом невидимым.

Второй раз предлагать не пришлось. Я взбежал по ступеням вместе с Эйми, следом – Лас, Геракл с Галлиасом на руках и остальные два биобота.

Ивар нажал кнопку на виртуальной клавиатуре, неподалеку от двери и та тихо захлопнулась. Да-а-а! Этот индиго использовал даже те новые технологии, которыми мельранцы не поделились с другими планетами Союза.

Внутри коттедж выглядел просторным и уютным. Ивар явно обзавелся еще одним ноу-хау – устройством, способным полностью регулировать атмосферу внутри здания. Оно не просто дезинфицировало помещение, удаляло вредные примеси, забирало неполезное излучение, но и равномерно охлаждало и увлажняло воздух.

Дышать сразу стало легче, и я с удовольствием огляделся.

Внешне обстановка чем-то напоминала убранство древнерусской избы. Большой бревенчатый стол, деревянные скамейки, правда, со спинками, светильники в форме свечей, лестница в углу и русская печь. Я сразу заметил, что она только с виду похожа на старинную. На самом деле, внутри, за железной задворкой, притаилось очередное чудо мельранских технологий – духовка с особенным, равномерным нагревом. Именно оттуда так упоительно пахло пирогами.

Ивар кивнул нам на скамейки, достал из шкафчика, замаскированного под стену, большие кружки, а с печки – огромный, стеклянный чайник.

Эймердина разулыбалась, мы с Ласом и Галлиасом поневоле улыбнулись тоже. После сегодняшнего опасного похода, было ужасно приятно просто сидеть тут, вдыхать сильный аромат мятного чая с шиповником и слушать, как напиток неторопливо падает в чашки…

… Спустя несколько минут мы все с удовольствием уплетали рыбный и овощной пироги, запивали крепким чаем и ощущали, что жизнь налаживается.

Вот только меня по-прежнему не отпускала тревога. Казалось – вся наша идиллия разрушится в одно мгновение, и путешествие окажется лишь напрасной тратой времени. Того самого времени, которого так не хватало невезучей семье Беллард Стемис.

Когда наелись даже биоботы – крепкие мужчины в одиночку умяли почти два пирога, Ивар окинул нас внимательным взглядом и напрямую спросил:

– Меня искали? Хотите кого-то воскресить?

Эймердина допила чай и кивнула. Лас пожал плечами и хотел что-то объяснить, но я решил, что настал мой черед говорить. Не зря же я столько времени готовил эту речь, учился нажимать на нужные рычаги. Правда, что-то подсказывало, Ивар раскусит меня с первого же слова.

– Да. Ты очень нужен нам. Одна девочка умирает из-за эксперимента безумного ученого с Мельрании.

– Проект по созданию из мельранцев индиго? – заломил бровь Ивар.

Лас дернулся, словно его ударили, и не сдержался – выпалил:

– Откуда ты так хорошо осведомлен?

Ивар налил себе еще немного чая, откусил кусочек слойки с маком и покачал головой:

– Ребята! Ну, во-первых я не вчера родился. Зачем, таким как вы, прилетать на такую планету, как эта? Вы же едва протянули тут сутки! Да и то, исключительно с моей помощью!

Эймердина нахмурилась и обиженно поджала губы, Лас стиснул кулаки, но промолчал. Галлиас покачал головой, а я едва сдержал резкую реплику. На лицах биоботов отчетливо читалось возмущение. Ивар обвел присутствующих понимающим взглядом, хмыкнул и продолжил:

– Обижаться тут нечего. Вообще-то вы молодцы. Но чтобы тут выжить, нужны особые навыки. И нарабатываются они годами! А вы тут, наверняка, впервые. Тебя я не знаю, но вот троих Саркатта узнал сразу, – без перехода ошарашил индиго. – Видел статьи про вашу семью, в галанете.

Эймердина немного расслабилась, Галлиас принялся за последний кусок пирога, но Лас продолжал буравить Ивара внимательным взглядом. Он явно надеялся получить ответ на свой вопрос. Индиго усмехнулся и провел рукой по пшеничным кудряшкам.

– Ну, ребята! Я не выдаю своих источников. Информирован я отлично. И вы это давно поняли. Помочь вам готов с радостью. Так, значит, речь только о девочке? – он хитро прищурился.

– Не только, – признался я. – Еще о ее родителях.

– Так я и подумал, – хмыкнул Ивар. – Эксперименты проводились над взрослыми, над женатыми парами, которые не могли завести детей… Ну и как вы думаете я оживлю сразу троих? Моей аурной плазмы едва ли хватит на одного взрослого и ребенка. И то в самом лучшем случае, если нам всем очень повезет.

Вот теперь уже Лас расплылся в довольной улыбке. Не сразу, но я понял причину его радости. Ивар ничего не знал о Милане, ее особенном даре.

Индиго обвел нас внимательным взглядом, ткнул пальцем в Ласа, в меня и констатировал:

– Вы что-то скрываете. Говорите уже!

Лас снова хотел вмешаться, но я опередил его.

– Есть еще одна индиго, Милана. Ее тоже создал Юнджиан, а оживил…

– Ты, – кивнул Ивар. – И?

Я помедлил, не понимая – как он догадался.

– Дорогой, – усмехнулся Ивар. – В экспериментах Юнджиана не выжил ни один подопытный. Значит, девушку кто-то воскресил. Ты плазменный индиго и явно к ней неравнодушен. Это написано в твоей ауре и эмоциях очень крупными буквами. Сложи два и два.

Биоботы переглянулись, Эймердина уважительно кивнула, отдавая должное внимательности и уму Ивара. Тот лишь отмахнулся.

– Это все элементарно, как говорил один мой любимый сыщик из старого земного романа. Вы, наверняка, о нем и не слышали.

– Ну почему же? – Опять возразил я. – Роман Конан Дойля о Шерлоке Холмсе…

– Ну, положим не роман, а серия повестей, – поправил Ивар. – Но вот сейчас вы меня удивили, молодой человек. Или как правильно говорить – молодой мельранец?

– Как хотите, – отмахнулся уже я. – Главное…

– Помогите, – закончил за меня Ивар. – Значит, эта ваша Милана умеет усиливать способности? Я знал одного индиго с редчайшим даром. Он действовал как резонатор. Перенимал способности и на некоторое время утраивал их. Это тот самый случай?

Я опешил. Никто и никогда не слышал о таких индиго, и я был уверен, что Милана единственная, уникальная в своем роде.

– Ребята! Нет в природе уникальных индиго, – поучительно произнес Ивар, уже откровенно прочитав мои мысли. – Мы получаем гены древних мельранцев. И раз такая способность проявилась, значит, у кого-то она уже была. Но должен вас разочаровать. Мой знакомый погиб, во время Великой Отечественной Войны. Слышали о такой?

Я только кивнул. Мама хорошо натаскала меня по истории Земли – общепланетного государства и многих других, что существовали задолго до него. Начиная чуть ли не с Золотой орды.

– Что ж… вы меня приятно удивили, – кивнул Ивар. – Я согласен. Переночуете у меня, а завтра отправимся на транспортник. Надеюсь, приземлились вы на равнине?

– Разумеется! – гордо выпалил Литавр.

Ивар полоснул по биоботу заинтересованным взглядом и выдал:

– Я рад, что вы стали настоящими, живыми существами. Даже если в это не все верят.

Литавр расплылся в счастливой улыбке – такой странной на лице этого громилы, Геракл смущенно опустил глаза, уголки губ Ареса дернулись вверх.

Вдруг подумалось, что мне очень нравится Ивар. Он впустил нас в дом, обогрел, накормил. Без возражений согласился помочь, не потребовав ничего взамен, нашел добрые слова даже для полумашин. От Ивара веяло удивительной духовной силой, мудростью веков. Наверное, таким и должно быть существо, которое пережило не одно столетье.

***

Проснулся я от возни на первом этаже. Ивар уложил нашу маленькую компанию на втором, в трех просторных гостевых спальнях. От кроватей упоительно пахло свежим деревом, резные ставни пронзали редкие солнечные лучи. На улице заметно посвежело, но воздух казался каким-то липким, тяжелым, вязким. Даже установки для очищения атмосферы не справлялись с утренним приливом вредных газов из верхних ее слоев. Да и ядовитый кустарник с рассветом выбрасывал в воздух едкую пыльцу.

Горьковатый привкус во рту, исчезнувший было после пирогов с чаем, появился снова. Я тряхнул головой, потянулся и приподнялся на локтях, встретив обеспокоенный взгляд Галлиаса.

Биоботы спали в соседней комнате, Эйми с Ласом – в третьей гостевой.

Я собирался спросить у дяди – что происходит, когда в спальню вихрем ворвалась Эймердина.

– Вставайте! У нас ЧП! – бросила она с порога и скрылась за дверью.

Мы с Галлиасом вскочили как ошпаренные. Метнулись к двум умывальникам, плеснули в лицо холодной воды и, натянув одежду, рванули вниз.

Там, в лихорадочной спешке собирался куда-то Ивар.

Индиго суетливо рассовывал по карманам серой толстовки и черных брюк какие-то устройства и что-то ворчал себе под нос.

– Ивар? – позвал я, и в груди что-то оборвалось.

Индиго поднял на меня взгляд, полный расстройства и бессилия и тут же отвел снова. Направился к двери и ответил уже через плечо.

– Одна из девочек сбежала из колонии. За ней погнались. Дурочка пыталась спрятаться в кроне дерева и напоролась на хруста…

Он замолк, а я совсем онемел. Вопрос не желал слетать с языка, прилип к нему намертво, в горле образовался колючий ком. Ивар отмахнулся, и, снова не глядя на меня, произнес:

– Рас, я должен. Я здесь ради этого. Но я слышал, Лас сообщил – вы планируете искать Марию Газель. Я знал ее и примерно представляю – куда она могла уехать. Так что не все потеряно. А теперь… мне надо идти.

– Ивар! – дернулась Эймердина.

Индиго притормозил, уже почти за порогом и обернулся.

– Возьми с собой биоботов. Они помогут, если что, – глухо выдавила тетя.

Ивар слабо улыбнулся и помотал головой.

– Там есть, кому помочь. Ребята из колонии уже на месте. Ждут только меня. И я не опоздаю. И да… я помню, что должен вам, потому что обещал. Так что считайте меня новым безбилетником вашего транспортника. В мое время говорили «зайцем».

Он передернул плечами и выскочил наружу, плотно захлопнув за собой дверь.

Я немного постоял посреди комнаты, и рухнул на скамейку, закрыв лицо руками. Злость и бессилие накатили так, что хотелось выть, кричать, бросаться на стены. Зубы неприятно скрипели, кулаки болели – я слишком сильно их сжал, в висках пульсировала кровь. Я не вернусь через пару дней на Мельранию с победой, не сообщу Милане, что мы наконец-то можем быть вместе. Мне предстоит еще много дней разлуки с русалкой и… объяснение. Придется рассказать ей, что маленькая Черустина все еще под угрозой, жизнь малышки по-прежнему висит на волоске. Зубы заскрежетали сильнее. Где-то сбоку прицокнул Лас, а теплая рука Эймердины легла на плечо, как всегда, когда я почти терял самоконтроль.

– Рас. Ничего еще не потеряно. Подумай! Ивар знает, где Мария, поможет нам. В конце концов, мы ведь и на это не могли рассчитывать.

И откуда-то, совсем издалека, словно из другой Вселенной донесся до меня голос Галлиаса.

– Рас. Пока есть надежда, давай верить в лучшее. Я тоже хочу верить. Не ты один потеряешь доверие любимой женщины, если наше предприятие потерпит неудачу. Если мы вернемся с пустыми руками, Мелинда не примет меня, не даст второй шанс. И я бешусь от этого, хочу лезть на стены. Но мы должны собраться и действовать. У нас появился Ивар. Похоже, он знает про индиго намного больше нашего. Давай и, правда, радоваться хотя бы этому. Подумай! Мы могли и вовсе не найти его, слетать сюда вхолостую. Потерять время. Или даже погибнуть от клыков хрустов…

Галлиас замолк, я отнял руки от лица, поднял на него глаза и несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Никогда бы не подумал, что дядя вернется из странствий таким мудрым, зрелым, способным ценить близких и свою женщину.

– Рас, успокойся, – ласково попросила Эймердина. – Это еще не конец света, как говорит Лисса. Все равно мы начинаем поиски уже не с нуля. Ивар говорит, что подозревает – где может скрываться Мария, почти уверен, что найдет ее. Насколько я успела его узнать – такой человек слов на ветер не бросает. Давай доверимся ему. Сегодня помощь Ивара, и правда, нужнее той дурочке. Ей ведь всего четырнадцать! И она умрет без плазмы индиго. А мы все равно добьемся своего. Даже не смей сомневаться! Разве Саркатта когда-то не добивались желаемого? Ну, скажи мне, когда такое было?

Лас молча налил нам всем чаю, поставил на стол два пирога с рыбой и тарелки. Запахло свежей сытной выпечкой, и желудок заурчал в предвкушении.

Биоботы появились на лестнице, и на лицах их читалось плохо скрытое разочарование. Я все больше и больше убеждался, что Ивар прав – никакие они не машины. Они чувствовали и сопереживали нам, как настоящие мельранцы. Пожалуй, даже больше, чем некоторые аристократы с родины. Изнеженные, привыкшие к тому, что они пупы земли, а все остальные – так, живые декорации к их величию.

***

Спустя некоторое время я немного успокоился. В доме Ивара пахло пирогами и уютом. И впервые в жизни я понял, что не размер здания важен, не дорогая обстановка, а что-то гораздо большее. То, что нельзя пощупать, оценить в виртуальных деньгах. Мне нравился замок Саркатта. Громадный, но при этом всегда полный жизни, благодаря беспокойной родне. Но в доме Ивара сердце оттаивало. Хотелось просто расслабиться, общаться и ни о чем не переживать.

Индиго вернулся усталый, но довольный. Эймердина положила ему толстый кусок пирога, а Лас налил чаю. Ивар слабо улыбнулся и вдруг сосредоточился на мне.

– Забыл сказать тебе, Рас. Я обучаю Милану общаться телепатически. Вы как-то очень странно пытаетесь этого добиться. Вместо того, чтобы искать канал, нащупывать его, пробиваете пространство своей энергией. Нет… тоже вариант. Кто бы спорил? Но связь получается слабой, недолгой, и силы быстро иссякают.

– А есть другой способ? Не такой, как у нас? – поразился я.

– Твоя мама так и не научилась нормально пользоваться мыслесвязью, – ошарашил меня Ивар, откусив пирог. – Я обучу Милу, затем потренирую тебя, а там, кто знает, может, возьмусь и за Елиссу. Она очень интересная, если верить галанету. Многое пережила, выжила, сумела не озлобиться. Мне нравятся такие. Жаль, что мы не познакомились раньше.

Ивар прожевал кусок пирога, затем еще один, запил чаем и поведал:

– Видишь ли, парень. Когда-то очень давно, мы, древние индиго – одни из первых в своем роде, патронировали молодежь. Помогали, обучали, поддерживали. Но потом случилось кое-что… Один из молодых индиго предал нас. А вскоре выяснилось, что их было даже несколько. Они выдали наши тайны, рассказали о тех, кого знают, за деньги, за обещание хорошей жизни. И… мы ушли в тень. Жаль, что так вышло… – покачал головой Ивар. – Жаль, что так мало осталось тех, кто еще знает меня как Илью Красовского. Но, думаю, я могу сделать исключение. Начну с Милы. Потом займемся тобой, и Елиссой. Вы мне нравитесь. Ночью я порылся в галанете, пообщался с одним знакомым индиго – он спецагент в секретной полиции Союза. И то, что я нарыл о Саркатта, о тебе, Рас, о Даре, Рее, Эймердине, Елиссе очень впечатляет. Думаю, надо снова начать помогать молодежи. В конце концов, разве старики существуют не для того, чтобы передавать ценный опыт?

Ивар хитро улыбнулся и вскинул брови в ответ на удивленные взгляды окружающих.

– Да ладно вам! Я знаю, как выгляжу. А вы в курсе, сколько мне лет?

Мы переглянулись. Биоботы пожали плечами, Галлиас помотал головой, Эймердина обернулась к Ласу, и тот протянул:

– Две тысячи с хвостиком?

Ивар усмехнулся – очень по-доброму. Так взрослый, умудренный жизнью человек, смеется над ребенком и его видением мира.

– Я же говорил. Не знаете, – произнес уклончиво. – В общем, Рас. У Милы хорошая, мощная аура. Не самая мощная, что я видел, но впечатляет. Но пользуется она ей в корне неправильно. Выкладывается по полной всякий раз, когда активирует дар. Так не пойдет. Надо направлять в способность ровно столько энергии, сколько требуется, беречь ее. Кстати, тоже самое могу сказать и о тебе. Ты воскрешаешь раз в год, верно?

Я кивнул.

– А потом уже даже лечить не можешь?

Я кивнул снова.

– Ну, для воскрешения нужно очень много аурной плазмы. И она накапливается в течение года, почти у всех. Я знавал парочку мощнейших плазменных индиго, которые воскрешали дважды в год. Но их давно пропал и след. А вот исцелять ты смог бы даже после воскрешения. По крайней мере, слабые травмы, нетяжелые болезни. Главное правильно распределять плазму, бросать на воскрешение ровно столько, сколько нужно.

– Вы научите его? – не выдержала Эймердина.

– Конечно, – тепло улыбнулся Ивар. – Именно об этом я вам уже полчаса и толкую. А теперь надо поторопиться на корабль. Раз время поджимает, не стоит тратить его даром. Я готов. Думаю, и вы тоже.

Эймердина встала, Лас вскочил пружиной, биоботы поднялись почти одновременно. Мы с Галлиасом последовали их примеру, и уже через полчаса Ивар вел нас в сторону транспортника ему одному известными тропами.

Я перекинул в кольцо-телефон индиго свои карты, и тот моментально сориентировался.

– Быстрее добраться до корабля не обещаю, но безопасней – уж точно! – бодро заявил Ивар. – Я знаю тут каждый куст. Мы пройдем там, где хрусты не нападают – слишком густые кроны деревьев, много ядовитого кустарника вокруг. Боятся отравиться или пропороть брюхо.

… Индиго нас не обманул. Я очень быстро понял, что бессмысленное бахвальство не в его стиле. Даже если в словах Ивара звучала гордость, уверенность в себе, граничащая с самоуверенностью, это всегда оправдывалось.

Мы добрались до транспортника задолго до ночи – усталые, но невредимые.

Индиго знал каждый ядовитый куст, и предупреждал о нем за несколько метров. Хрусты, и правда, не появились.

Лас ввел нужный код в свой перстень-компьютер, и корабль выплыл из небытия также, как коттедж Ивара. Индиго одобрительно кивнул, и мы подошли к транспортнику. Первым делом установки на входе считали наши данные: мои, Галлиаса, Эймердины, Ласа и биоботов. Двери открылись, и вся наша маленькая команда проследовала внутрь.

Ивар оглядывался с интересом, но без особенного восхищения. Кажется, он уже видел такие корабли, хотя, по данным Союза, провел на Йокке несколько сотен лет безвылазно. Впрочем, ничего не мешало его влиятельным друзьям и знакомым навещать индиго, и приглашать на свои транспортники.

– Где вас разместить? – обратилась к Ивару Эймердина.

– Рядом с Расом, – быстро ответил тот. – Так будет проще приглашать его на тренировки. Не люблю вызывать кого-то по кольцу-компьютеру, когда этот кто-то неподалеку, на одном со мной корабле. Это словно звонить в соседнюю комнату.

Похоже, никто особенно не понял – что хотел сказать Ивар, даже я. Но все уважительно закивали. Индиго поймал общее настроение – хмыкнул, покачал головой и отправился за мной.

– Литавр! – окликнул я биобота неподалеку от своей каюты. – Зайди ко мне.

Парень коротко кивнул и отправился с нами. Арес с Гераклом помахали руками, и удалились в сторону отсека для обслуги.

До нужного места мы дошли молча. Каждый думал о своем и не спешил впускать остальных в собственные размышления и чувства. Я мечтал о том, как увижу Милану. Понимал, что нужно сообщить ей о неудаче, но ведь были и хорошие новости!

С нами летел Ивар, твердо уверенный, что найдет Марию без особых проблем. А этот индиго слов на ветер не бросал. Уж в чем в чем, а в этом я убедился за последние сутки не раз.

Ивар, похоже, мысленно прикидывал, как будет обучать нас. Литавр выглядел сосредоточенным и безэмоциональным. Думаю, именно за такой вид биоботов и считали бесчувственными машинами.

Возле нужной каюты я притормозил.

– Вот тут есть все, что необходимо для жизни. Показать? – спросил у Ивара, ткнув пальцем в дверь ближайшей к моей каюты.

Индиго помотал головой и перечислил:

– В стене столовой ящик, туда заказывают горячую еду. В шкафу, в спальне есть стандартный набор одежды нескольких ходовых размеров. В ванне –гелевые подушки, чтобы купальщик расслабился. Ладно, спасибо, Рас. Завтра приступим к тренировкам, а теперь общайся со своей Миланой.

И прежде, чем я успел спросить – как он догадался, откуда узнал, Ивар юркнул в каюту и закрыл за собой дверь.

***

Милана

Встать я смогла не сразу. Пришлось некоторое время полулежать на скамейке, пытаясь восстановить силы. В ушах бухало сердце, по телу разлилась усталость и вялость. Даже пошевелиться – и то казалось непосильной задачей.

Всякий раз, когда задействовала способности, энергия уходила как вода в песок – стремительно и безвозвратно. Я начинала понимать, что делаю что-то не так, но пока иначе не выходило.

Обещание Ивара обучать меня, помочь овладеть способностями, очень обнадеживало. Почему-то внутри зрела убежденность – без этого не помочь мне в оживлении семейства Стемисов. Тут нужны все мои силы, максимальная мощность резонансного дара, и каждая капля энергии на счету.

Окончательно придя в себя, я еще некоторое время бесцельно бродила по парку Стемисов. Наблюдала за громадными жуками, которых еще недавно всерьез опасалась. Слава богу, галанет объяснил, что насекомые не ядовиты, на гуманоидов не нападают, охотятся исключительно на кузнечиков и жуков поменьше.

Зеленые, размером с полторы ладони, похожие на богомолов, они вили настоящие маленькие гнезда из плотных травинок и тонких веток. Стоило приблизиться, как два жука вылетали навстречу и предупредительно щелкали челюстями. Их крылья походили скорее на крылья летучей мыши, чем на крылья насекомых. Плотные, испещренные твердыми хрящевыми прожилками, они выглядели огромными, почти как у птицы.

Наверное, поэтому богомолы-переростки без особых усилий зависали в воздухе, прямо напротив моего лица.

Смола у местных деревьев тоже была на редкость необычной. Прозрачно-голубая, похожая на россыпь настоящих сапфиров или ярко-алая, словно гранатовые зерна, она пахла чем-то кисло-сладким, очень приятным.

Я бездумно бродила по парку до темноты, пока сзади не подскочила Лу. Я обернулась к полузулубке и все поняла раньше, чем она рассказала.

Лу неуловимо изменилась. В движениях появилась мягкость, женственность, лицо сияло, черные глаза казались бездонными озерами. Лу расцвела счастливой улыбкой, подхватила меня под руку и потянула в замок.

Хозяева разрешили нам пользоваться их жилищем как своим – приходить и уходить когда потребуется, распоряжаться прислугой по собственному усмотрению. Общались мы только с Илиррией – здесь ее звали просто Лири. С той самой, зеленоглазой служанкой, что пришла ко мне после похищения, приняла на себя первый удар нашего с Лу гнева и неприязни.

На самом деле, Лири оказалась приятной, умной и на редкость интеллигентной девушкой. Общаться с ней было одно удовольствие, и мы дружно забили номер ее вызова в кольца-телефоны.

Едва зайдя в замок, Лу набрала его, и попросила Лири принести в мою комнату чай, пирожные, булочки и орешки.

По запросу все с того же кольца-компьютера к нам сверху спустился лифт. Я с трудом привыкала к чудесам новых технологий. Они представлялись настоящими чудесами – волшебством, ворожбой. Лифт возник словно из ниоткуда, распахнул двери, и мы вошли даже не в кабинку – в просторную комнату с черными креслами по периметру.

И вот, наконец-то, наш родной белесый холл и комната с трехмерными фотообоями, похожая на картину сюрреалиста. Парк, озеро и… кусок помещения внутри них.

За окнами заметно стемнело, вспыхнули фонари, закружили вокруг них толпы пухлых ночных мотыльков, с пушистыми серыми крыльями.

Луны Мельрании, огромные, как земное солнце, резко проступили в небесной синеве, словно невидимый рисунок под специальными излучением. Тут же показались и звезды – крупные, желтоватые градины, вперемешку с совсем белыми и маленькими.

Лу присела на кровать и потянула меня за собой. Столик, рядом с постелью уже накрыли – свежие булочки, заварные и песочные пирожные, горячий чай – Лири сделала все по высшему разряду. Сама служанка, похоже, уже ушла, оставив нас наедине.

Лу устроилась по-турецки, выдохнула, будто ныряла в ледяную прорубь, и вдруг зачастила:

– Мила!!! Он такой… я… У нас все было… Это было потрясающе. Я даже не думала, что будет так… и он сам предложил предохраняться специальными мужскими таблетками. Как у мельранцев. Он такой страстный, такой… неутомимый и такой… такой…

Признания Лу лились безостановочно не меньше пары часов. Я лишь вставляла редкие фразы – так, чтобы подруга понимала, что ее слушают, и радовалась за них с Нартом.

У этих двоих накопилось столько нерастраченной любви, душевного тепла, что они просто обязаны были соединиться. Никто из них не знал материнской нежности, не видел скупой отцовской ласки, не ощущал родственного участия. Если близкие и справлялись о них, то лишь издалека, никогда не навещали и не встречались лично. Будто и впрямь считали за демонов.

Всю свою жизнь Лу и Нарт провели взаперти – в разных застенках, в надежде, что однажды их признают безопасными для граждан Союза и освободят.

Я очень хотела им счастья. Настоящего, глубокого, взаимного чувства и понимания. И, кажется, мои чаяния сбылись.

Когда Лу выдохлась, а пирожные закончились, на поместье опустилась глухая ночь.

Мы еще немного «пощебетали» о своем, о женском, и полузулубка ушла к себе.

Я откинулась на кровать, собираясь уснуть и… ощутила, что тело становится невесомым. Меня будто засасывало в невидимую воронку.

Рас! Это же Рас! Я увижу его! Узнаю – чем закончилась их миссия! Сердце подпрыгнуло и восторженно заколотилось в груди. В животе потеплело. Я зажмурилась, заторопила секунды, и открыла глаза уже в объятиях своего мельранца. Прижалась к нему, всем существом радуясь, что с Расом все хорошо. Опасная планета уже позади, и транспортник летит назад. Или нет?

Я все лучше пользовалась информационным полем. Но судя по лицу Раса – растерянному, досадливому, становилось ясно, не все так хорошо, как подумалось в первую минуту.

Мельранец прижал меня покрепче, поцеловал – в щеку, в шею, в нос, в другую щеку. Поднял на руки, сел на зеленый диван в зеленой же каюте, и усадил меня к себе на колени.

Несколько секунд длилось томительное молчание – Рас не произносил ни слова, смотрел в лицо и словно оцепенел. Только руки его все еще крепко обнимали за талию, и пальцы едва заметно вздрагивали.

В гробовой тишине мне становилось все неуютней, все тревожней. Рас, похоже, заметил или почувствовал – не знаю уж, что тут ближе, и виновато произнес:

– Прости, Милана. У нас ничего не вышло.

Он замолчал, поджал губы, как маленький мальчик в ожидании материнского наказания, а я смогла только выдавить:

– Неужели Ивар отказался?

Мне прямо не верилось! Мы ведь общались с этим индиго. Он казался очень приятным, отзывчивым и явно собирался помочь. Или мне только так почудилось?

– Не совсем так, – медленно выдохнул Рас и затараторил. – Мы нашли Ивара, он собирался помочь. Но сильно пострадала девочка с колонии и…

– Ей помощь Ивара потребовалась немедленно, – закончила я за мельранца. В груди растеклась боль. Я так надеялась на Ивара! Почему-то ни секунды не сомневалась – он поможет, обязательно, без разговоров, не требуя вознаграждения.

Рас погладил меня по спине – неуверенно, почти робко, и добавил:

– Но не все так плохо. Он говорит, что знает, где искать Марию. И полетел с нами ради этого.

– Так он здесь? – я даже подпрыгнула на коленях у Раса.

Мельранец улыбнулся, хмыкнул и съязвил:

– Я начну ревновать, Милана! Моя русалка так радуется чужому мужику… Я ведь знаю – вы телепатировали друг другу, в обход меня. Изменники!

Я хихикнула, Рас облегченно выдохнул, прижал меня и прошептал:

– У нас все получится, Милана. Просто доверься нам. Такая команда, как наша, просто обречена на успех.

Я машинально кивнула.

– Что ж, идем, познакомлю тебя с мужчиной твоей мечты, – усмехнулся Рас. – Я могу держать тебя тут не больше полутора часов. Так что поторопимся.

Ивар встретил нас на пороге своей каюты, в просторном темно-зеленом коридоре, похожем на коридоры космических кораблей из фильмов моего времени.

– Я вас почувствовал, – произнес древний в ответ на наши удивленные взгляды прежде, чем с моих губ сорвался вопрос. – Две такие мощные ауры невозможно не ощутить. Заходите, гостями будете.

Каюта Ивара ничем не отличалась от жилища Раса. Спальня, кухня, гостиная с уютным диваном, креслами и даже рабочим столом с компьютером – все здесь было в точности также. Разве что пахло иначе. Я вдруг поняла, что не замечала запаха Раса – слабого, немного пряного, но приятного. Каюту Ивара наполнял аромат яблок – сладких, зеленых, сочных. Да и сами налитые плоды вскоре обнаружились – в граненой вазочке, на письменном столе.

– Вот, заказал из кухни, – Ивар взял два яблока и бросил нам. Рас поймал оба и одно протянул мне.

– Ну, садитесь. Для меня тоже очень необычно видеть двух таких редких индиго вместе, вдвоем.

Я разместилась на диване, Рас – рядом. Яблоко оказалось именно таким, как и обещал его запах – сладким и сочным. Густая, ароматная жидкость потекла по подбородку, и Рас протянул мне салфетку, со стола Ивара.

– Ребята, я рад, что вы пришли вместе, – бодро произнес древний. – Милана, я уже говорил Расу, что буду вас тренировать. Ты слишком много энергии выплескиваешь зазря, не в способности – фактически в пространство.

– Поэтому мне потом так плохо? – поразилась я внезапной догадке.

– Именно так. Энергию нужно направлять, концентрировать, создавать нечто вроде энергетического жгута, потока. Тогда и способностями будет пользоваться проще, и такой отдачи не случится. Раз уж мы тут все собрались… Давайте попробуем, что ли?

Я посмотрела на Раса. Тот нехотя кивнул. Похоже, у мельранца были немного другие планы на наше свидание. Но предложение Ивара выглядело слишком соблазнительным. Кто знает – когда семейству Стемисов опять понадобится мой дар? Не факт, что к тому времени Рас найдет другого плазменного индиго. На лице мельранца я прочла понимание, и кивнула Ивару.

Тот странно хмыкнул и деловито произнес:

– Начнем с малого. Давайте сконцентрируем энергию в вашей ауре так, чтобы она стала плотной и вязкой, как жидкость…

Ведомые голосом Ивара вскоре мы научились создавать вокруг очень густой, плотный поток энергии. Он словно обтекал тело, лился по коже, впитывался внутрь. Некоторое время мы только и делали, что создавали «аурный панцирь», как выражался Ивар, и затем «отпускали» ощущения. Вскоре это получалось с первой команды древнего. Да что там с команды – с первого намека.

Но когда я уже думала, что мы приступим к следующему этапу, в дверях появился Литавр. Рас догадался первым. Прижал меня, поцеловал, на глазах у всех, прямо в губы – жарко, страстно, жадно. И… все пропало.

Ивар, транспортник, каюта, Литавр и… Рас.

Только губы все еще покалывало от его прикосновения, да тело ныло без объятий мельранца.

Я думала – все, связь между нами оборвана. По крайней мере, пока. Но внезапно в голове отчетливо послышался мелодичный голос Раса: «Милана, мы еще увидимся. Я буду очень ждать. Завтра мы прилетим на Землю, искать Марию. И как только вернемся на корабль, я тебя вызову…»

Впервые я слышала Раса на расстоянии так отчетливо, так здорово, словно он находился рядом, только руку протяни.

«Я буду ждать. Удачи вам. Берегите себя», – ответила я мысленно и прямо ощутила, что мельранец получил послание.

Стало тепло и хорошо, приятно и спокойно. Я снова легла на кровать и уснула прямо так, не раздеваясь. Только набросила покрывало, и отключилась.