Глава 21

После появления двоих раненых мужчин суета вокруг только усилилась. Сразу послали за Продитой, чтобы та оказала пострадавшим помощь. Я тоже бросилась к Асту и к своему названному брату. Несмотря ни на что, была рада, что они сумели выбраться. На остальных разбойников мне было более-менее плевать. Но не на них. Они действительно стали для меня довольно близкими.

Я очень хотела, чтобы банда работорговцев перестала существовать. Но этим двоим смерти не желала. Я бы была рада, если бы они смогли выжить, но поменяли свою деятельность на что-то более достойное.

— Кто-то еще смог уйти? — услышала я вопрос одного из бандитов, обращенный к Астутусу. Тот лишь отрицательно покачал головой.

— Как вы? — взволнованно проговорила я, оглядывая окровавленных мужчин. — Раны серьезные? За Продитой уже послали.

— Спасибо, — Астутус искренне мне улыбнулся, — с нами все хорошо, лишь пара царапин.

Я позволила себе не поверить главарю разбойников. Слишком много было крови для простых царапин. Сопроводила мужчин, поддерживаемых друзьями, в их комнаты и решила немного задержаться у Аста, который выгнал всех кроме меня за дверь.

— Ви, отправляйся в комнату. Забаррикадируй окно, — Аст заговорил очень обеспокоено, но серьезно, — а завтра прямо с утра иди к отступникам. Я знаю, они тебя примут.

— Я и сама собиралась к ним заглянуть. Но мне не хотелось бы жить с ними. — Я постаралась говорить мягко, но дать понять, что мне не нравится позиция друга.

— Ты видишь, как в последнее время все закрутилось? — тяжело вздохнул мой собеседник. — Нам объявили войну, но я не ожидал, что они сразу начнут действовать так активно. Главное, я не понимаю, откуда они берут информацию? Если про корабль в порту еще кто-то посторонний мог узнать, то про сегодняшнюю сделку — нет. А значит, у нас завелся предатель.

— Есть догадки, кто это может быть? — спросила, тщательно отслеживая реакцию собеседника. Конечно, вряд ли он подозревает меня, но все же хотелось бы узнать, что у него в голове.

— Один из моих людей сегодня не явился на сделку, хотя должен был стать одним из защитников, — Астутус ненадолго задумался, — возможно, он продал информацию о нас. Или его, как ранее Даррелла, мог посетить менталист. И первый вариант для меня был бы предпочтительнее.

— Я спрашивала своего учителя, не поддерживает ли он конкурирующую банду, — решила поделиться с главарем банды толикой информации, — он сказал, что отступники никого не поддерживают. У них есть сейчас какие-то другие заботы. Это не они убили твоих людей. Кхемеду нет смысла врать мне.

— Значит, все может быть еще хуже, чем я предполагал, — еще больше помрачнел Аст, — если менталист в городе и он не принадлежит отступникам, то служит на правительство. Маги-одиночки не действуют так открыто, иначе долго не живут. И если наши конкуренты работают на власть… Боюсь, их цель даже не наша банда, а как раз отступники, с которыми мы связаны. Через нас они могут выйти на них. Но тогда я не понимаю, зачем эта возня с переделом влияния? Менталист на государственной службе мог бы просто прийти к нам в таверну и вытащить все, что ему нужно, из наших мозгов.

— Не думаю, что такое деяние осталось бы незамеченным, — решила я немного помочь бандиту выстроить складную теорию, которая была бы мне выгодна. — Отверженные сразу бы узнали о столь массовом проявлении дара. И они не дураки. Наверняка бы быстро смогли сбежать. Возможно, войной банд они хотят скрыть действия магов?

— Тоже верно, — согласился со мной Астутус, при этом о чем-то раздумывая, — тем более таверна перестала быть надежным местом. Тебе слишком опасно здесь оставаться, — он постарался убедить меня, — вы с Продитой вроде как подруги? Она сейчас придет, чтобы осмотреть нас с Крамом. Может, мы ее попросим, чтобы она прямо сегодня отвела тебя к отступникам? Или хоть переночуешь у нее?

— Я подумаю, — решила уйти от ответа, — время еще есть, пока она будет вас осматривать.

— Отправляйся с ней, если она будет не портив, — попытался надавить на меня Аст строгим категоричным тоном.

Пришлось согласиться, хотя я, конечно, не собиралась пускать ситуацию на самотек. Пусть сегодня я пойду к Продите, завтра Кхемед проведет проверку на мою лояльность, и если я выживу после этого, то обязательно вернусь в таверну. Тут у меня еще много дел. А оправдаться всегда могу: все же у меня за этот недолгий срок накопилось много вещей. Я не смогу их за один раз переместить. Думаю, это вполне нормальный повод, чтобы еще не один раз еще проведать Астутуса и узнать планы его банды.

* * *

Лекарь быстро осмотрела мужчин и перевязала раны, успокоила всех, сказав, что действительно серьезных травм никто не получил. Благо вражеские ножи хоть и порезали плоть, чиркнув по ребрам, но внутренние органы задеты не были. А с большой кровопотерей, как заверила Продита, ее зелья легко справятся.

Аст после осмотра лично попросил женщину приютить меня у себя. Он вкратце обрисовал ей ситуацию, и она не только согласилась забрать меня к себе, но и настоятельно посоветовала Асту скрыться из города.

— Если твои догадки верны, если здесь появился менталист, которого направило правительство, в городе тебе оставаться нельзя. Хоть ты и не знаешь наших секретов, но все равно сможешь вывести на наш след, — Продита говорила с угрозой, почти не мигая смотря на Астутуса, — быстрей разбирайся со своими проблемами. И если менталист действительно есть, убирайся из города. Иначе наша община сама тебя уберет.

— Я понял, — скривился от такого тона главарь банды, — но если я уеду, мы, считай, сдали город. Вряд ли у нас получится второй раз здесь закрепиться и развить свою деятельность. Особенно после того, как мы сбежим, будто крысы. От нашей репутации в этом случае ничего не останется.

— Если менталист от правительства прибыл, мы уже здесь не хозяева. Устранение официального мага не выход. Если мы его убьем, на его место пришлют десяток. И они будут только тщательнее нас искать, — лекарь тяжело вздохнула, но продолжила, — мы придумаем, как быть в этой ситуации. Не беспокойся. И про тебя, конечно, не забудем. Как разберемся с проблемой, сразу свяжемся с тобой. Мы помним, что ты верный и надежный партнер. В этом городе или на новом месте, но мы поможем тебе заново встать на ноги и наладить такой важный для нас бизнес.

— Хорошо, — с явной неохотой согласился мужчина, — дайте мне несколько дней. Я обязательно узнаю правду и либо опровергну собственные догадки, либо временно исчезну.

— Будь бдительным, — на прощанье сказала ему женщина, — если это менталист, нам повезло, что он действует так мягко. Я бы даже сказала неумело. Но он может поменять тактику в любой момент.

Аст кивнул, и мы тепло попрощались с ним.

По дороге до дома Продиты, я напряженно размышляла.

Я не подумала, что своими действиями, своей теорией могу подставить Астутуса под удар отступников. Они недобрые люди, и что-то я сомневаюсь, что они дадут банде время разобраться в проблемах. Если Аст стал для них опасен, они вполне могут устранить его очень быстро. А мне бы этого не хотелось. Надо что-то придумать.

Рассудив, что вряд ли они прямо сегодня начнут действовать, я постаралась предположить, как будет развиваться ситуация дальше. Наверняка Продита доложит обо всем Кхемеду завтра. Сегодня уже слишком поздно, да и не так срочно. Думаю, такие догадки были и раньше. Конечно, ситуация накаляется. А скоро еще найдут убитого мной сегодня с помощью ментальной магии разбойника. Если уже не нашли. И тогда положение Аста станет еще более опасным. Надеюсь, у него хватит ума сразу после такой новости свалить из города. Ведь очередного подтверждения теории о правительственном маге может хватить отступникам для принятия решения немедленного устранения Астутуса и его банды.

Да и мне стоит поторапливаться и заканчивать свои дела в городе. Я давно жду прибытия менталиста. Ведь Даррелл погиб от моей ментальной магии. И это не могло не заинтересовать власти. И сегодняшнее убийство лишь подтвердит то, что у них завелся неучтенный менталист.

* * *

Вечер с Продитой прошел мирно. Мы разговаривали о магии, стараясь не касаться темы банды Астутуса. Точнее, это она старалась ее не касаться и уводить разговор, стоило мне лишь упомянуть бандитов. И это еще больше уверило меня в том, что Аста скоро постараются устранить. Но внешне никак не показывала своего беспокойства и заинтересованности в этой теме. Я вообще эмоций никаких не проявляла, находясь в глубоком трансе.

Я очень надеялась, что женщина донесет до моего учителя, что я уже почти постоянно использую транс, и это будет лишним плюсиком. Той маленькой песчинкой, которая вместе с остальными моими действиями полностью уверит Кхемеда в моей лояльности и старании ему угодить, и это сподвигнет его поделиться со мной секретами своего мастерства.

Утром мы вместе с женщиной отправились в катакомбы. Она знала, что сегодня Кхемед будет читать мою память, и обещала помочь мне, если вдруг что-то пойдет не так и учитель надорвет мою ментальную защиту. В общем, она шла со мной как лекарь, хотя я подозревала, что это не единственная и не главная причина, почему она решила присоединиться ко мне.

Когда старик увидел меня входящей в зал, где мы всегда проводили занятия, мне показалось, что он облегченно выдохнул. Неужели совсем не доверяет мне? Думал, я сбегу и не позволю прочесть воспоминания?

— Ты готова? — серьезно спросил он. — Получилось освоить снятие своего ментального щита?

— Да, — уверенно ответила я, хотя на самом деле уверенности не испытывала, — что с клятвой? Ты продумал ее?

Учитель передал мне листок, где была написана формулировка.

Вообще-то, это тоже был очень спорный этап моего плана. Я думала, что Кхемед попытается прописать в клятве все, что только можно и нельзя. Заставит поклясться в вечной верности отступникам в целом и ему в частности.

Однако, как ни странно, этого не произошло. Слова клятвы меня полностью устроили: они касались исключительно моего прошлого, которое учитель не будет считывать из моей памяти, и все формулировки были довольно расплывчаты.

По сути, там говорилось только о том, что я не планировала ничего против Отверженных до момента встречи с Астом.

Это было очень удивительно. Я не могла понять, в чем причина такой покладистости со стороны Кхемеда. Он таким образом показывает свое доверие? Хочет этим жестом настроить меня еще более лояльно? Или просто не умеет формулировать свои мысли? В последнем я сильно сомневалась.

Но, несмотря на эти вопросы, я уверенно вслух зачитала написанные на листочке слова, напитывая их своей силой.

В ответ Кхемед поклялся не залезать в мои воспоминания до момента встречи с Астом и не пытаться мне навредить и вложить какие-то ментальные установки в то время, когда я сниму свою ментальную защиту.

— Тебе лучше присесть, — сказал учитель, когда с клятвами было покончено, — я постараюсь действовать аккуратно, но тебе все равно может стать дурно.

Я лишь кивнула и последовала его совету, усаживаясь прямо на холодный каменный пол.

Даже находясь в магическом трансе, я переживала. Не была уверена, что Кхемед не раскроет мой обман. И очень надеялась, что мне удастся удержать сложный ментальный щит, который вчера тренировала, пока учитель будет считывать информацию с него.

Я постаралась быстро и незаметно создать нужный щит внутри своей естественной ментальной защиты, а потом немного подвинула последнюю, чтобы придуманная мной история оказалась доступна учителю.

— Начинай, — сказала я, стараясь не выдать того дикого напряжения, которое испытывала.

Я почувствовала, как щуп из чужой серебристой энергии проникает в мою голову и буквально засасывает установленную мной защиту, как в пылесос.

Я напряглась еще больше, стараясь удержать конструкцию в голосе. От дикого напряжения по моему лбу потек пот, демаскируя меня.

— Страшно? — ухмыльнулась Продита, по-своему растолковав мой довольно плачевный вид. — Если ты ничего не замышляла против нас, тебе нечего бояться. Твой учитель достаточно опытен, чтобы не поджарить тебе мозги при считывании памяти.

Я ничего не ответила, хотя про себя порадовалась, что не выгляжу подозрительно. На сохранение невозмутимого лица мне сейчас не хватало сил. Все уходили только на поддержание конструкции. Я чувствовала, что еще немного — и созданный мной щит просто развеется. А это моментально раскрыло бы мой обман.

И хотя я до сих пор не могла быть уверена, что Кхемед не понял, что читает не мои воспоминания, а придуманную историю, приходилось прикладывать неимоверные усилия, чтобы не дать развалиться созданной защите.

Наверное, лишь то, что я действительно освоила транс на очень глубоком уровне, позволило продержаться еще несколько минут.

Потом я почувствовала, что вылетаю из транса. И лишь на одном упрямстве удерживала свою историю в голове.

Когда я почувствовала, что силы закончились, что еще пара мгновений — и я просто свалюсь в обморок от перенапряжения, учитель, наконец, перестал воздействовать на меня магией.

— Все, — устало сказал он, — можешь возвращать свою защиту на место. А мне необходимо несколько минут, чтобы проанализировать увиденное в твоей голове.

Я облегченно выдохнула, но не расслабилась. Пока неизвестно, какие выводы сделает Кхемед. Может, он еще может заметить и как-то определить, что считанные воспоминания не совсем настоящие? Поэтому я, наоборот, начала понемногу собирать всю свою магию, готовясь при необходимости нанести удар.

С Продитой и Кхемедом в честном бою мне не справиться, но я надеялась, что смогу что-то сделать, чтобы скрыться. Возможно, попробовать обвалить потолок, чтобы залить магов обломками? Это их не убьет, к сожалению, но сможет дать мне время на побег.

А я опять провалилась в транс и стала анализировать ситуацию, планировать пути отхода на всякий случай. И не забывала поглядывать на Кхемеда, чтобы, если на его лице промелькнет хоть одна эмоция, которая покажется мне опасной, начать действовать.

Однако все волнения оказались напрасными. Уже через несколько минут преподаватель расслабился и улыбнулся мне.

— Я чувствовал, что тебе можно верить, — вроде бы искренне произнес он, — рад, что в тебе не ошибся.

— Спасибо, — машинально ответила, — но я не понимаю, как так быстро произошло считывание воспоминаний? И еще более странно, как вы так быстро с ними разобрались? — Я вспомнила, что вчера получила немного памяти одного из бандитов, но так в ней и не разобралась. Все было слишком обрывочно и перемешано, а знакомиться с каждой мыслью отдельно было очень долго.

— Хорошо, раз я обещал раскрыть тебе некоторые свои тайны, расскажу.

Учитель провел краткую лекцию, которая сводилась к тому, что менталисты обычно не вникают в полученную информацию. Они ищут ее в чужой памяти по меткам. Грубо говоря, они магией создают некие триггеры: события, места или действия, которые их интересуют, возможно, даже отдельные эмоции. Магия отслеживает такие маяки, и менталист в чужой памяти движется именно по ним.

Как сказал преподаватель, это самый быстрый, но качественный способ разобраться с большим объемом незнакомых сведений.

Кроме того, учитель раскрыл мне еще один секрет, и именно он должен был мне помочь в дальнейшем освоении магии в целом и в сотворении заклинания «Частичное копирование личности» в частности.

Оказалось все довольно легко и одновременно очень сложно. Маги-менталисты могут как бы разделять свое сознание, а также использовать свое подсознание.

В случае, когда магу надо воспроизвести сложное заклятие, он может создать в голове «комнату» и там постепенно за несколько раз сплести нужный узор. Более того, при желании этот узор можно там же и хранить, чтобы пользоваться им постоянно.

Однако, чтобы создать это нематериальное пространство, надо быть не только умелым магом, но и обладать недюжинным контролем. А уж чтобы хранить в этом пространстве что-либо, потребуется немало усилий.

Узнав этот принцип, я очень вдохновилась, но стоило мне попробовать воспроизвести так нужное мне для работы со сложными чарами пространство, ничего не получилось.

Я говорила, что удерживать щит, пока Кхемед копался у меня в голове, было очень сложно? Я ошибалась. Создать и удерживать такое пространство на границе сознания и подсознания в тысячи раз сложнее. Создание и удержание ментальной защиты теперь казалось мне легкой детской игрой.

Однако мой учитель и тут пришел на помощь, сказав, что когда я максимально углублю свой транс, то смогу сделать такую комнату. Более того, он даже дал мне новые медитации, которые должны были помочь быстрее сродниться с состоянием отрешенности.

А когда Продита рассказала Кхемеду, что я вчера весь вечер и сегодня весь день нахожусь в нужном состоянии, он сразу предложил провести ритуал, который выведет меня, по его словам, на абсолютно новый уровень.

Сразу согласиться на него я не могла. Сильно смущало, что новые медитации и возможный обряд предполагали смешение моей магии и моей крови. Не знаю почему, но именно кровь в этом деле меня напрягала. Если мне сейчас сказали проливать собственную и в немалых количествах, то не предложат ли дальше пользоваться чужой биологической жидкостью?

Судя по тому, сколько крови надо на простую медитацию, более сложные вещи должны полностью лишить организм этой важной составляющей. А то, что медитацией и обрядом углубления в транс все ограничится, я не верила.

Теперь у меня появились небезосновательные предположения, для чего именно отступникам рабы в таком большом количестве. И это еще больше подстегнуло меня к действиям.

Когда закончился урок, Кхемед предложил отправиться с ним в общину отступников, чтобы, наконец, ввести меня в местное общество нелегальных магов. Однако я отговорилась тем, что у меня остались вещи и деньги в таверне разбойников, которые обязательно нужно забрать.

Поэтому мы договорились встретиться вечером. А я отправилась к Астутусу. По дороге я размышляла над сложившейся ситуацией, планировала дальнейшие действия, но внезапно произошло то, что вынудило меня отказаться от всех своих задумок.

По улице, совершенно не скрываясь, шел пожилой мужчина, и я видела, как от него во все стороны расходятся щупы из серебристой энергии.

Ментальный маг от правительства прибыл в город.