Глава 26

Я заметила, что «приступы обожания» учителя у меня появляются волнами. То есть были периоды, когда я могу мыслить почти здраво и ничего особенного не чувствовать. Думаю, если бы не мой поход в туалет после завтрака, все было бы еще хуже. А так, у меня были хоть какие-то шансы что-то придумать в моменты просветления. Да и худо-бедно, но я могла противиться навязанным эмоциям в критические моменты.

Чтобы немного отвлечься, я решила последовать совету Кхемеда и позаниматься магией.

Создала в очередной раз комнату в своем сознании, которую удерживать мне становилось с каждым разом все легче. Потом наполнила ее почти всеми известными заклинаниями, которые хоть как-то могли мне помочь. Ментальный щит, который я натренировала достаточно хорошо, но все же на мгновенное применение, рассчитывать не могла, если он конечно заранее не был создан в этой комнате. Далее создала атакующее и защитное заклятье, которое недавно показал мне учитель. А потом принялась и за «Частичное копирование личности». Увы, но я почувствовала, что на это все, на большее моих сил не хватит. Чем больше заклинаний находилось в моем подсознании в готовом виде, тем сложнее их там удерживать. Немного поразмышляв, я решила развеять атакующую и защитную магию, оставив только ментальную: щит и копирование. Все же вряд ли мне против опытных магов помогут простейшие чары. Против них будут более эффективны именно ментальные умения. У обычных магов, конечно, есть защита от них. Но у меня резерв большой. Если хорошенько вдарить «Копированием», думаю, я смогу проломить ментальные щиты даже Кхемеда, а это гарантированно выведет противника из строя. Жаль, что я могу заготовить лишь одно такое сложное заклинание.

А вот ментальный щит я решила оставить на случай, если Кхемед полезет в мою голову. Не сомневаюсь, что он обязательно воспользуется моим уязвимым состоянием и если не поставит какие-то ментальные установки, превратив меня в послушную рабыню, то хоть память решит считать полностью.

В общем-то это все, что я могла сделать в данной ситуации.

Теперь я заклинания больше творить не могу, ибо потратила уже даже чуть больше части резерва, разрешенного Кхемедом. Совсем немного больше, эти крохи успеют восстановиться до ритуала. Но мне уже было некомфортно от мысли, что я ослушалась учителя.

Чтобы не думать об этом, я начала вспоминать все, что умею. Все, что мне рассказывала Продита, Кхемед, и все, что я вычитала в книгах.

И когда дошла до знаний из книги, подаренной мне демоном, я все же нашла заклинание, которое сможет мне помочь.

Оно было похоже на то, в котором я разделяла свое создание и гуляла по местности, пролезая в любую щель. Это была основа, поэтому я запомнила его очень хорошо. Но само по себе оно было сложным, намного более сложным.

Более того, я ни разу его не использовала, так как не было нужды. Да и силенок раньше, до того, как я научилась входить в углубленный транс, на него не хватило бы.

А сейчас стоило попробовать.

Это новое заклинание называлось просто: «Вестник». Но это было нечто большее, чем используют обычные стихийные маги, отправляя записки друг другу.

С помощью ментального вестника, я могла не просто отправить послание известному адресату. Я могла послать частичку себя, своих воспоминаний в любое знакомое мне место. Более того, этой частичкой сознания я могла управлять. Даже на огромном расстоянии.

В голове родился план. Очень рискованный план, который не давал никаких гарантий моего выживания. Даже более того, мог навредить мне, но я все же решила рискнуть.

Слишком большие шансы, что я могу не справиться сама.

И в этом случае мой новый план, давал хоть какую-то надежду, что мне помогут, спасут от Отступников.

Я решила отправить ментальный вестник менталисту, который прибыл в город по указанию властей. Я хотела показать ему свои воспоминания. Сделать упор на то, что Оступники насильно удерживают меня. Показать это место и путь к нему.

Я не думала, что менталист успеет добраться сюда до ритуала. Но он, во-первых, сможет подготовиться к нападению демона на город, в случае, если моя затея с Балааром не удастся. А, если все пойдет по нашему с демоном плану, добравшись сюда, ментальный маг сможет помочь еле-живым рабам. Сама я точно не знаю, как их привести в нормальное состояние и вылечить. Поэтому я планировала в случае успеха, скрыться по одному из известных мне туннелей, оставив заботу о людях на представителя власти.

Если же я попаду полностью под контроль Кхемеда, возможно, государственный маг успеет перекрыть выходы из убежища и схватить Отступников. Или хотя бы оперативно возьмет след и не даст им добраться до нового убежища.

Я понимала, что это самый худший для меня вариант развития событий. Мало того, что мой учитель может просто убить меня сразу после ритуала, во что я не особо верила. Все же ему еще не раз пригодиться мой резерв. Так он просто мог полностью сломать мое сознание, стереть личность, превратив в послушную рабыню и вечную батарейку.

Да и менталист, если схватит Отступников и меня вместе с ними, может на месте приговорить меня к смерти, что, и положено делать по закону.

Но я очень надеялась, что фактов, будет достаточно для смягчения моего приговора.

Во-первых, отправленное мной послание с информацией, должно показать, что я действую против Отступников и лояльна к властям.

Во-вторых, в том же вестнике будет информация, что я действую не по своей воле, а под влиянием опытного металлиста. Что, по логике, должно снимать с меня вину.

Ну и в третьих, у меня были документы на несовершеннолетнюю. Что, конечно, не особо принималось во внимание в таких случаях, но было той маленькой каплей, дополняющей общую картину.

Конечно, я понимала, что даже если меня оправдают, в данной ситуации о свободе можно забыть. Я гарантированно попаду под влияние властей. Но лучше быть живой и цельной личностью, пусть не свободной, пусть выполняющую волю государства, чем бесправной рабыней, или вообще трупом.

Да и потом, если на меня сильно насядут власти, я смогу придумать что-то еще, чтобы выбраться из-под их влияния.

В общем, я решила рискнуть.

Все эти мысли доставляли мне непередаваемую душевную боль. Но я была достаточно сильна волей, чтобы ее терпеть. А в период наступившей ремиссии, когда мои чувства упокоились начала плести заклинание «Вестника».

Я аккуратно подбирала «кадры» из своих воспоминаний, наполняя ими свою магию.

Катакомбы. Запутанный путь от дома Продиты до входа в убежище…

Я не могла передать все. Я сама не уверенна, что смогу найти правильный путь назад. Но постаралась дать ориентиры, которые заметила сама. Хотя, конечно, надежными их считать было нельзя.

Далее показала Кхемеда с амулетом, открывающий проход в убежище.

Само убежище.

Но тут без особых подробностей. Иначе вся информация могла просто не уместиться в чары, которые и так давались мне с большим трудом.

Потом я поместила пару «снимков» комнаты с кровавыми рунами, в надежде, что менталист поймет, что должно произойти.

Даже хотела встроить сюда образ Балаара, чтобы маг уже точно догадался о намереньях отступников. Однако магия клятвы, данной демону, воспротивилась этому. На секунду меня скрутила такая боль, что я не просто больше не пыталась ничего рассказать о Балааре, которому, видимо, как-то могли навредить мои действия, я вообще еле-удержала комнату в своем подсознании и созданные там заклинания от разрушения.

А вот от «Вестника» я отвлеклась. И уже почти законченное заклятье рассыпалось, заставляя все начать заново.

Я начала переживать, что не успею в отведенное мне Кхемедом время, которого осталось не так много.

Но упорно продолжила свое занятие.

Я повторила все по второму кругу, только о демоне даже не думала. Но зашила в заклинание и воспоминание о зале с рабами, и второй туннель, заканчивающийся где-то в лесу.

Не забыла оставить место и кадрам с моим завтраком. Возможно, по картинке съеденного мной, менталист сможет понять, что на меня воздействовали. Конечно, добавила воспоминание о «кровавой» медитации, в которой Кхемед напоил меня кровью.

И все это приправила своими чувствами: боль, отчаянье, надежда на помощь.

Возможно, я могла бы показать менталисту что-то еще, что могло бы ему помочь. Но, увы, места больше не было.

Я и так еле-удерживала раздутое по максимуму заклинание.

Настала пора отправлять послание.

Я не знала, где конкретно находится менталист, но решила начать с комнаты Астутуса в таверне. Даже если маг не там, наверняка стражники еще крутятся в этом месте.

Говорить я с ними естественно не смогу, как и читать их мысли, но увидеть чем они занимаются, и подслушать разговоры должно получиться. Так, может, и выясню место положения нужного человека.

Больше всего я боялась не успеть. Прошла уже примерно половина отпущенного мне Кхемодом срока. И нельзя, чтобы он застал меня за этим занятием.

Поэтому насвою миссию я решила выделить не более получаса. Даже так есть риск попасться. Учитель в любой момент может зайти в мою комнату и понять, что я занимаюсь чем-то не тем.

Но я думала, что все же этого не произойдет. Если мой наставник не стал лично со мной заниматься, значит у него какие-то дела. Наверное, к ритуалу и ему надо как-то подготовиться. И вряд ли он сильно преувеличил время, которое ему на это нужно.

В общем, шансы у меня были.

На всякий случай я прилегла на кровать. Так может получиться, что если ко мне неожиданно пожалует учитель, он подумает, что я просто сплю. Да и управлять частичкой своего сознания в таком положении было немного проще.

Напитав созданное мной заклинание энергией, я отправила его в комнату Астутуса.

Надо сказать, я не прогадала.

Ментальный маг был здесь, и как раз сейчас рассматривал стену, которая открывала портал в секретный проход, через который Аст с Крамом выбрались из города.

Он почувствовал мое заклинание сразу и мгновенно развернулся, выпуская свою магию, явно готовясь атаковать.

Я, если четно, на такую реакцию не рассчитывала.

Совсем не подумала, что он может легко развеять мои чары, в которые вложено так много трудов.

Однако незнакомец не спешил.

Он внимательно рассматривал висящее перед ним заклинание, явно что-то анализируя.

Наверное, он подумал, что послание отправлено Астутусу. Действительно, он же не знает моей магии, вот и не предположил, что вестник предназначен именно ему.

Я очень медленно и аккуратно направила частичку сознания к нему, стараясь показать, что ошибки нет. Что адресат именно он.

Но менталист лишь еще больше насторожился.

Я судорожно думала, что предпринять. Если маг, сейчас развеет вестника, второго шанса, скорее всего не будет.

Я не успею сделать новый. Да и магии в него вложено прилично. Я уже потратила сильно больше, чем мне разрешил воспользоваться Кхемед. Думаю, он очень расстроиться, если вернется и увидит, что я «пустая».

Проблема была еще в том, что я не была уверена, что данное заклинание известно менталисту. Как показывает практика не все заклинания из книги, данной мне демоном, известны местным магам.

Вдруг незнакомец подумает, что заклинание атакующее?

Я заметила, что рядом с кроватью Аста осталась книга, раскрытая на рандомной странице.

И мне пришло в голову, что можно попробовать пообщаться с магом нестандартным путем.

В моем мире, существовали специальные доски с буквами, на который клался небольшой указатель. Такие доски использовали для призыва духов. Во время сеансов указатель двигался к нужным буквам, составляя слова. Таким образом, духи якобы разговаривали с живыми. Хотя почему якобы? Раньше, я думала, что все это шарлатанство. Но сейчас, узнав о магии, уже так не уверенна.

Мне повезло, что книга была рукописная с большими красивыми буквами.

Если бы я старалась указывать на буквы в печеных книгах своего мира, у меня бы ничего не получилось. Слишком объемным было заклинание. А так, шансы были.

Менталилст, видя, что заклинание переместилось и зависло над книгой, проявил интерес и аккуратно подошел, на что я и рассчитывала.

Заклинание очень медленно двигалось. Ведомое моей волей, оно зависало над страницей книги, а когда я выискивала нужную букву, плавно опускалось на нее.

В итоге моих немалых стараний, я смогла показать короткую фразу:

«Посмотри меня».

Но менталист пока никаких действий не предпринимал.

Я нервничала все больше. Прошла уже почти половина времени, которое я сама себе отвела на эту операцию, а маг все еще явно опасался моего вестника.

— Посмотри меня, — задумчиво повторил послание стоящий рядом с моим заклинанием мужчина. Он смотрел на мои чары, но мне казалось, будто в упор сверлит взглядом именно меня, — что это значит?

«Во мне сведенья об Отступниках».

Длинная фраза далась нелегко, Но я очень надеялась, что маг, наконец, поймет, что от него требуется.

— И откуда у тебя информация о преступниках? — нахмурился менталист, явно подозревая какой-то подвох.

«Я у них. Насильно»

— Хм. Так ты пришел за помощью? — удивился маг, все еще задумчиво разглядывая мои чары, но не предпринимая никаких действий.

«Время заканчивается», — поторопила я этого осторожного мужчину.

Конечно, я могла понять, почему он не хочет знакомится с неизвестными чарами от неизвестного адресата. Но от этого мне не было легче. За всеми этими разговорами я потратила все время, что было отпущено.

Управление вестником далось мне очень нелегко.

Я даже перестала контролировать комнату в своем подсознании, и заклинания в ней хранящиеся просто рассыпались.

Теперь против Кхемеда я буду абсолютно беззащитной. Более того, ко мне начали возвращаться чувства к моему учителю. Опять стало больно. Очень больно от моего предательства. Не знаю даже, откуда у меня взялись силы противостоять этим навеянным эмоциям. Наверное, если бы я находилась в компьютерной игре, показатель воли у меня бы сейчас зашкаливал, столько ее требовалось, чтобы продолжать бороться.

Полчаса прошли, но я все тянула. Решила дать магу еще пару минут. Ведь на него я поставила многое, оставшись без заранее заготовленных заклинаний.

Но последняя фраза, видимо подтолкнула мага.

Он аккуратно протянул щуп из своей магии к моему заклятью. Но вместо того, чтобы поглотить его сразу полностью, начал буквально по капле втягивать в себя, видимо из осторожности.

Это были очень странные ощущения. Я чувствовала, как частичка моего сознания медленно затухает, попадая в чужую магию. Каждый вложенный в заклинание кадр — ощущался как небольшая потеря.

Но я не расслаблялась. Внимательно смотрела за реакцией менталиста, стараясь понять: можно ли на него рассчитывать, заинтересовали ли его мои сведенья.

Сначала, на лице мага появилось явное удивление, которое быстро сменилось собранностью и злостью. Он буквально сверлил меня взглядом, хотя, конечно, это лишь мои ощущения. Реально, он не мог меня видеть.

Когда осталось примерно половина вестника, связь с ним начала сбоить. А под конец совсем распалась. Так что я не смогла увидеть итоговое отношение мага к моему посланию.

Но, надеюсь, он отнесся к нему серьезно. И сможет мне помочь.

Когда кусочек моего сознания из вестника окончательно растворился в чужой магии. Я вернулась в реальность и чуть не заорала от скрутившей меня боли.

В состоянии раздвоенного сознания справляться со своими эмоциями было намного легче. Видимо я больше внимания уделяла оторванной от меня частичке, поэтому не так остро ощущала все, что твориться в основной части моего сознания.

И теперь эти чувства вылились на меня неожиданно и в огромном объеме.

Мое сердце будто взорвалось от навеянных эмоций и я потеряла сознание.