Глава 8

В Зал Тысячи Историй мы влетели, когда звон уже прекратился, и, собираясь извиниться за опоздание, я так и застыла с приоткрытым ртом. Казалось, открыв дверь, я попала в межмировой портал, вынесший меня прямиком в космос. Вокруг — чернильно-лиловая тьма, в которой плавно вращаются огромные планеты, проносятся звёзды и парят облака.

— Вот это да! — восхищённо прошептал Артар.

— Артар Ятти, Сетрия Тархи, — прозвучало из темноты. — Добро пожаловать. Займите места среди остальных адептов.

Словно повинуясь этим словам, лунный луч осветил невысокую фигуру декана Спура, замершего посреди зала, а чуть поодаль — фигуры адептов в лиловых мантиях. Ни одного провидца, как и предполагал Идж. Мы с Артаром торопливо пересекли пространство, отделявшее нас от остальных.

— Я как раз рассказывал об этом зале, — проговорил декан. — Его не могут найти те, кто не обладает ментальной магией. Но для тех, кто ею обладает, этот зал незаменим. Здесь вы можете тренироваться: создавать и разрушать целые миры, изменять курс планет, гасить и зажигать звёзды и небесные светила, — он взмахнул рукой, и лунное сияние, освещавшее его фигуру, погасло.

— Мы, менталисты, — будущее Ашшары, — прозвучал из тьмы его голос. — Будущее светлое и тёмное одновременно.

Окружавшие меня адепты затаили дыхание, даже Идж перестал елозить под мантией. А декан Спур заговорил о событиях мифологической давности, когда Вселенная была не более чем скоплением неисчерпаемых энергий и элементарной пыли, управляемой гравитационной силой миллиардов новорождённых солнц. Из этой беспорядочной круговерти возникли звёздные системы и планеты. Но прежде чем они окончательно сформировались и остыли, появились первые самосознательные существа — спириты. Они не имели плоти и, как порождения чистой энергии, просто дрейфовали в потоках космического эфира, питаясь энергией звёзд, лун и солнц. Вселенная продолжала развиваться, и планеты новорождённой галактики породили новые формы жизни, состоящие из материи. Возникли первые цивилизации материальных существ. Эти древние цивилизации достигли небывалого развития, смогли путешествовать между звёзд, и то, что рано или поздно они обнаружат спиритов, стало лишь вопросом времени. Их столкновение вылилось в ужасную войну, едва не уничтожившую всю жизнь на просторах Ашшары. Многие расы были стёрты с лица планет, а потерпевшие поражение спириты были распылены на мириады частиц. Искры магии, вспыхивающие с тех пор в представителях разных рас и миров, и есть те самые частички спиритов, заряженные неисчерпаемой энергией Ашшары. Межмировая Академия была создана специально, чтобы собирать все эти искры-частички и превращать тех, в ком они проявились, в могучих, а, главное, сознательных магов, готовых принести пользу Ашшаре и всем мирам в ней.

— Это — общая история Ашшары, — звучал тихий голос декана. — Но к ней есть и добавление. Более тёмное, более зловещее, касающееся в первую очередь нас, менталистов. Пространственное безвременье или Пустота, связующая планеты невидимой паутиной, на самом деле совсем не пуста. В ней обитают Те-Кто-Ждёт —бестелесные и вечно голодные твари, мечтающие вырваться в материальный мир и поглотить души всех в нём живущих. В материальном мире они могут существовать только в физической оболочке, овладеть которой могут, лишь овладев её разумом. Но большинство созданий материального мира слишком слабы для подобных манипуляций. Они даже не способны услышать зов тварей Пустоты, и остаются для них невидимыми. В отличие от менталистов. Сила пробуждающегося менталиста — это необузданная сила новорождённого ребёнка, которому даны ключи к божественности. Чистая, не ограничиваемая обучением или опытом ментальная магия может погубить всё живое вокруг, и её ослепительное сияние манит Тех-Кто-Ждёт. В своём вечном голоде они тянутся к мерцающему свету души менталиста и, как одержимые, стремятся проникнуть в наш мир, чтобы овладеть этой душой и поглотить все остальные, какие смогут найти. Чем необузданнее магия менталиста, тем заметнее он для Тех-Кто-Ждёт, и тем неодолимее для него сила их притяжения.

Декан Спур замолчал, как бы давая время осмыслить его слова. А я ощутила знакомое касание к моему разуму, о котором со вчерашнего дня уже забыла, и неожиданно для самой себя произнесла:

— А что происходит с менталистами, если Те-Кто-Ждёт всё же завладеют их разумом?

— Они становятся одержимыми и очень опасными, — декан будто ждал моего вопроса. — Такие менталисты могут нарушить границы реальности и впустить сюда тварей. Могут дать им плоть и превратить их в осязаемые кошмары.

— Такое уже случалось? — голос принадлежал Ройгосу.

— Увы, да. Последствия были катастрофическими, а ментальная магия стала запрещённой на многие столетия. Но теперь нам вновь дан шанс доказать, что наши выдержка и разум сильнее зова Тех-Кто-Ждёт в Пустоте. Я, как и все магистры нашего факультета, сделаем для этого всё. А теперь пусть каждый из вас зажжёт на этом небе звезду, насколько возможно яркую.

Я скорее чувствовала, чем видела, как адепты неуверенно завертели головами. Но вот в чернильном небе вспыхнул голубоватый огонёк, а за ним ещё несколько…

— А ты чего ждёшь? — зашипел мне на ухо Идж.

Как «зажечь звезду», я не имела ни малейшего понятия. Наверное, просто представить и… моя звезда, немного крупнее остальных, вспыхнула ярким белым светом.

— Ух ты, Сетри! Это твоя? — шепнул Артар. — Я постараюсь зажечь мою рядом с твоей.

Но уже в следующее мгновение рядом с моей зажглась вовсе не звезда Артара. Большая, зеленоватая, она сияла ярче и ярче, явно пытаясь затмить мою звезду. Ройгос. Ярость охватила меня мгновенно и без остатка. Заглянув накануне в сознание ултуана, я почти испытала жалость. Детство, какое было у Ройгоса, я пожелала бы разве что заклятому врагу. Но как бы жестоко ни обращались с ним родители, я не позволю этому заносчивому существу бороться со своими комплексами за мой счёт! Моя звезда полыхнула и исчезла, а звезда Ройгоса в тот же миг пошла трещинами. Он сопротивлялся. Я чувствовала волны его магии, пытавшиеся остановить мои, и усмехнулась. В мгновение ока несколько паривших в вышине планет закружились вокруг разрушающейся звезды Ройгоса и, сойдясь вместе, размололи её в песок. Ройгос глухо зарычал, а я, уже не в состоянии остановиться, смотрела, как рассыпаются пылью планеты, как вспыхивают и гаснут разноцветные звёзды, как…

— Сетри, остановись! — два голоса прозвучали одновременно.

Один, декана Спура — в моём сознании, другой, Иджа — у моего уха, и я пришла в себя. В тот же миг, видимо, подчиняясь воле декана, небо посветлело и окрасилось в цвет утренней зари. А я слабо вздрогнула… На какое-то мгновение показалось, рядом со мной замерла тень, та самая, которую я видела в моей комнате и в Зале Тысячи Столов во время стычки с Ройгосом. Но наваждение тотчас прошло…

— На этом я заканчиваю лекцию, — объявил декан. — Все свободны, кроме Ройгоса и Сетрии.

Артар неприязненно покосился на Ройгоса и шепнул мне:

— Буду ждать тебя снаружи, Сетри.

Там-Талил, проплывая мимо на плече шилу, показала Ройгосу язык и, пискнув «Гадкий лишайник!», повернулась к ултуана спиной. А Идж, расположившись на моём плече, будто собирался провести на нём весь остаток жизни, с важным видом заявил:

— Представь, в какие ты попала бы неприятности, не останови я тебя только что!

Но декан тут же осадил возгордившегося вайша:

— Ас-сайед Идж, я хочу поговорить только с Сетрией и Ройгосом.

Вайш вскинулся, как кобра, выпустил язык, но спорить с деканом не решился. Сполз на пол и, обиженно шипя, задвигался к выходу. Мгновение — и в зале остались только Ройгос, делающий вид, что меня не замечает, я и невозмутимый декан Спур.

— Вы оба прошли испытание, — без предисловий начал он. — Это значит, вы оба достойны учиться на этом факультете. Состязание позволило выявить, что ваши уровни магии приблизительно равны. Но, во избежание дальнейших недоразумений и попыток что-то себе доказать, я надеюсь, после этого разговора вы прекратите бесполезные и небезопасные стычки. Ройгос, — суровый взгляд светлых глаз обратился на ултуана. — Как бы тебя это ни задевало, Сетри сильнее тебя. Прими это и…

— Невозможно! — процедил Ройгос.

— Поверь мне, — ледяным тоном отрезал декан. — Вы оба ещё не контролируете свою магию, и я запрещаю вам сходиться в поединках по любому поводу. Сейчас я прошу ко мне прислушаться, но ещё одна демонстрация силы, как только что, и разговор будет иным.

Лицо Ройгоса казалось окаменевшим. Он смотрел на декана Спура, будто был головы на три его выше.

— Я знаю, что ты думаешь, Ройгос, — проронил декан. — Но титул твоего отца имеет значение только на Волторисе. Здесь ты — адепт моего факультета и должен придерживаться правил, как все. Это понятно?

Ройгос вскинул голову, но тут невидимая изнутри дверь распахнулась, открыв стоявшую на пороге женщину. Тонкая фигура, тёмные волосы — я узнала заведующую кафедрой Ларту Вилл.

— Прошу прощения, декан Спур, — улыбнулась она.

Лицо декана едва заметно смягчилось. Он устремил на женщину задумчивый взгляд и, видимо, получив сообщение, предназначавшееся только для него, кивнул:

— Хорошо, сейчас подойду. Что до вас двоих, — снова взгляд на Ройгоса и меня. — Надеюсь, подобных ситуаций больше не возникнет. Вы не враги. Враги — там, в Пустоте. То, что вам удалось избежать их власти во время вступительного испытания, не значит, что вы в безопасности от них навсегда. Они ждут. Всегда. Вы оба свободны.

Ройгос, не оглядываясь, направился к выходу, а я, сделав несколько шагов в том же направлении, остановилась.

— Декан Спур… что происходит с одержимыми менталистами? Их ещё можно спасти?

— Странный вопрос, — взгляд декана стал немного острее. — Одержимостью называется окончательное слияние разума менталиста с разумом твари из Пустоты. К этому моменту точка возврата считается уже пройденной. Единственная возможность остановить такого менталиста — уничтожить вместе с овладевшей его разумом тварью.

— Понимаю, — тихо проговорила я. — Спасибо за ответ.

И, не оборачиваясь, засеменила к выходу. Поздоровалась с завкафедрой и, стараясь не замечать её внимательный взгляд, уже почти прошмыгнула мимо — к стоявшим поодаль Артару, Иджу и Там-Талил, как вдруг она меня остановила:

— Сетрия Тархи с планеты Хэш, верно?

Я подняла на неё настороженный взгляд.

— Да.

Она скользнула глазами в сторону ожидавшего меня «эскорта», в переход, в котором только что исчез Ройгос, и улыбнулась.

— Буду рада, если заглянешь ко мне в кабинет, Сетрия Тархи. Мне интересно пообщаться с тобой.

— Да, конечно, — пробормотала я.

— Я дам знать, когда это будет удобнее всего, — снова улыбнулась она.

И я, растерянно кивнув, заторопилась к моему «зверинцу». Отмахнулась от обеспокоенных расспросов Артара, пригрозила запереть в комнате Иджа, попытавшегося снова забраться ко мне на плечо, согласилась с Там-Талил, что в следующий раз нужно «растереть лишайника в пыль»… и подумала: все они общаются со мной без малейшего напряжения, без страха перед моей неконтролируемой силой. Но почему мне стало так не по себе, когда декан рассказал о Тех-Кто-Ждёт? Почему я начала ощущать лёгкие прикосновения к разуму, едва ступила на землю академии? Что, если моя «необузданная магия» на самом деле привлекла кого-то из Пустоты? Ведь прикосновения к разуму я ощущаю именно в моменты, когда моя сила выходит из-под контроля. А эта тень, которую никто, кроме меня, не видит… И тут же мысленно осеклась: Терес Велха и его взгляд будто сквозь меня… Что, если он видит эту тень рядом со мной?

— Сетри, — Артар легко тронул меня за локоть. — Что с тобой?

— Всё хорошо, — через силу улыбнулась я. — У нас ведь сейчас экскурсия по академии? Не опаздываем?

— Нет, время ещё время есть. Но уже можем пойти к месту сбора.

— Может, хотя бы раз не придётся бежать, — съехидничал Идж.

Я слушала их вполуха. Терес Велха. Нужно поговорить с ним и чем скорее, тем лучше!