Глава 9

— Входи, Сетрия Тархи, — высокий рептилоид открыл передо мною дверь, на которой лиловым светом переливалось: «Заведующая кафедрой Ларта Вилл».

Она не забыла о своём намерении «пообщаться» и прислала за мной аруджа накануне торжественного ужина, который отметит официальное начало учебного семестра. Этого начала я ждала с большим нетерпением. Шесть дней прошло с первой лекции «Введение в мир Ашшары», на которой мне в очередной раз пришлось померяться силами с Ройгосом. После этой были и другие вводные лекции, довольно познавательные, но ни одного практического занятия. А практика интересовала меня больше всего. Хотелось узнать: на что же я способна на самом деле?

— Сетрия, прошу, садись.

Завкафедрой указала рукой на диван возле стены и, подождав, пока я сяду, предложила:

— Выпьешь чаю?

— Да, спасибо… профессор Вилл.

— Ты наверняка задаёшься вопросом, зачем я пригласила тебя, — она разлила чай и протянула мне чашку. — Мало подобных тебе попадает на этот факультет.

— Людей? — не удержалась от уточнения я.

Она улыбнулась.

— Планета Хеш — одна из самых отдалённых и малоразвитых. Ты из простой семьи и всю жизнь подвергалась насмешкам от влиятельных представителей твоего мира. Но ты наказала их. И наказала жестоко.

— Декан Спур рассказал? — поморщилась я.

Завкафедрой — одна из немногих, кто ни разу не попытался проникнуть в моё сознание. Значит, узнала о моей тщательно оберегаемой тайне от кого-то другого, например, от декана. Но профессор Вилл покачала головой.

— Тогда как? — растерялась я.

— Не все менталисты прибегают к телепатии, чтобы прочитать мысли. Я видела, как ты смотришь на Ройгоса. И знаю о ваших стычках. Ты видишь в нём одного из тех, кто обижал тебя на Хеше, ведь так?

Я молча отвела глаза, а профессор Вилл продолжила:

— Очень понимаю тебя, Сетрия. Но ярость и ненависть опасны для любого менталиста, особенно для такого сильного и неподготовленного к этой силе, как ты.

Я неуверенно посмотрела на неё, не решаясь заглянуть в её сознание, но профессор едва заметно кивнула, и я пробормотала:

— Вы с планеты Вракс… Никогда не знали своих родителей, дитя улиц. Вы… — и запнулась, не веря в то, что увидела в её сознании.

— Да, — тихо подтвердила она. — Мне тоже пришлось пройти через многое, и я заставила виновных пожалеть обо всём. Но, судя по тому, как тщательно ты скрываешь произошедшее с твоими обидчиками, твоё наказание для них было более жестоким, чем моё для моих.

Профессор права. Её преследовали всё же сохранили рассудок. В отличие от моих. Юсус, Усем, Саден, Гвафа… нет, я не испытываю чувства вины, но эти имена останутся в памяти до конца моих дней. Как и их «новые» лица — лица беспомощных идиотов. Я уничтожила их сознание, и восстановить его не в моих силах. Но именно это я пообещала их семействам через посланного за мною охотника: вернуть отпрыскам разум, если семейства не причинят вреда моим родителям. Это сработало. Благодаря всепроникающей пронырливости Иджа два дня назад я получила весточку из родного дома. Родители вне себя от радости, что «ужасная академия» меня «не поглотила». Безопасности их ничто не угрожает, но за каждым их шагом следят — на случай, если я вздумаю появиться…

— Я вижу, всё это не наложило на тебя печать, Сетрия, — голос завкафедрой вернул меня из воспоминаний обратно в кабинет. — Ты прошла испытание и пока что в силах остановиться, не причинив Ройгосу настоящего вреда. Но ты ещё не владеешь всей заложенной в тебя магией. Чем больше ты будешь ею овладевать, тем труднее будет её контролировать. Тогда любая вспышка ярости может оказаться фатальной не только для того, на кого она направлена.

— И… что тогда делать? — неуверенно спросила я.

Профессор Вилл улыбнулась.

— Научиться контролировать магию нелегко. Но ещё труднее научиться не использовать её, когда без неё можно обойтись. А одно невозможно без другого.

Она вдруг замолчала, будто прислушиваясь, и поднялась с дивана.

— Спасибо, что зашла, Сетрия. Я рада, что нам удалось поговорить.

Встав вслед за ней, я тоже пробормотала «Спасибо» и направилась к двери, но у порога остановилась.

— А насколько велика опасность, исходящая от Тех-Кто-Ждёт?

В глазах профессора Вилл мелькнуло едва заметное напряжение.

— Пока ты в академии, никакой. Магический купол защищает от бед это место. Почему ты спрашиваешь о тварях Пустоты?

Я пожала плечами.

— Декан Спур предупреждал о них, мне стало любопытно. Ещё раз спасибо за чай, — и шагнула за порог.

Интересно, как бы она отреагировала, расскажи я ей о тени. Наверняка бы захотела бы покопаться в моём сознании. Но я к этому не готова. Сначала хочу разобраться во всём сама и поговорить с Тересом Велхой. За последние дни я видела его раза два и то мельком. На вводных лекциях он не присутствовал и на трапезах почти не появлялся, вроде был занят каким-то поручением декана. Но всё это время тень меня не тревожила, и я решила терпеливо дождаться начала занятий. На практических курсах мы с Тересом наверняка увидимся, тогда и выберу момент, чтобы с ним поговорить. А пока нужно подготовиться к праздничной трапезе. Начнётся она с приветственной речи ректора и представления деканов всех факультетов, видимо, чтобы адепты хотя бы знали их в лицо. А уже во время трапезы у адептов появится возможность поближе познакомиться между собой. На вводных лекциях я уже сталкивалась и с чопорными медикусами — адептами факультета целительной биомантии, с флоромагами, увитыми растениями с ног до головы, с артефакторами, от которых постоянно слышались тиканье и постукивание каких-то механизмов, скрытых в складках их мантий, с анимагами и магами-повелителями стихий… Но на лекциях мы почти не общались, слушая профессоров, а после каждый нёсся на следующую лекцию, так что было не до знакомства. Зато во время трапезы… Почти бегом я помчалась к моей комнате, а, влетев в неё, закатила глаза. На диванчике в театральной позе почившего дождевого червя — хвост бессильно свисает, лапки откинуты на подушки, развалился Идж. Когда я вошла, он даже не пошевелился.

— И долго ещё будешь страдать? — поинтересовалась я.

Он только тяжко вздохнул и отвернулся. День для вайша не задался с самого утра. На завтраке не было его любимого десерта из корней ваточника, потом меня вызвали к завкафедрой, и я отказалась брать его с собой. Но самым большим ударом для моего прожорливого «питомца» было то, что он не попадёт на торжественный ужин.

— Идж, — я подошла к дивану, и вайш с надеждой повернулся ко мне. — Хочешь, принесу тебе еды с праздничного стола?

Думала, этим его задобрить, но Идж возмущённо приподнялся и швырнул в меня подушечкой.

— Объедки⁈

— Почему объедки? — увернувшись от подушечки, я вознамерилась стащить Иджа с дивана за хвост, но передумала. — Положу всё в тарелку, никто, кроме меня, не будет её касаться.

— Обойдусь! — вайш нервно выпустил язык и снова упал на диван. — И это неблагодарное существо я вынужден оберегать! Во имя Безумного Ползуна, чем я так провинился перед предками, что они…

— Хорошо, хорошо! Только не причитай! — я зажала ладонями уши. — С самого утра меня донимаешь!

Идж тут же поднялся с диванчика.

— Правда? Возьмёшь меня?

— Куда тебя девать!

Вайш подозрительно сощурил глаза и погрозил пальцем.

— Если соврала, пожалеешь!

— Уже жалею! — фыркнула я и пошла к шкафу.

Никакой «праздничной» одежды, кроме платья, сшитого мамой для выпускного, у меня не было, и я решила пойти в нём. Устав пререкаться с Иджем, чтобы он покидал комнату, когда мне нужно переодеться, я соорудила небольшую ширму, за которой скрывалась всякий раз. Теперь, надев платье, выплыла к зеркалу и, поправив мерцавший сиреневым светом кулон, удовлетворённо кивнула. Прай как ни в чём не бывало подсевший к нам на следующий же день после нашего «объяснения», всё-таки отвёл нас к свой знакомой — адептке факультета артефакторики. И та сделала для Артара и меня кулоны из наших камней-накопителей. Я до сих пор улыбалась, вспоминая этот визит и визг Там-Талил при виде механического щупальца, выскользнувшего из-за плеча девушки. Артефакторы помешаны на технологиях и механизмах, нередко «приращивая» к своему телу подобные «приспособления». Но Там-Талил нашла подобное «украшение» отвратительным и заявила, что с «гадкими» артефакторами общаться не будет и на их факультет больше не пойдёт…

— Сколько ещё будешь на себя таращиться?

Я раздражённо повернулась к Иджу, но тут же округлила глаза. Пока переодевалась я, вайш тоже успел приодеться. Тюрбанчик и одежда с позолотой, на шее изумруд в красивой оправе… Поймав мой взгляд, он нетерпеливо махнул лапками.

— Идём! Или хочешь опоздать и туда?

Вздохнув, я накинула на плечи мантию.

* * *

Когда мы вышли в переход, воздух зазвенел от пронзительного «Тархи-Тархи-Тархи!», и к нам подскочил Артар с радостно пищащей Там-Талил на плече. Луана тоже нарядилась: в белоснежное платьице с блёстками. Летать, как раньше, она ещё не могла, но уже перелетала с одного плеча на другое и тут же опустилась на моё.

— Даже это насекомое берут на ужин, а ты хотела уйти без меня! — прошипел Идж.

— Ты выглядишь очень красиво, Сетри, — улыбнулся Артар.

— Ну да, в этом платье ты её ещё не видел! — съехидничал Идж.

— Ты тоже, Артар, — проигнорировала я реплику вайша. — Идём?

К залу мы подошли одновременно с несколькими десятками адептов, и я с любопытством завертела головой. Вот это разнообразие! И очень много людей — совсем не как на нашем факультете…

— Плохой эремурус, очень плохой!

Я с удивлением воззрилась на девушку с зеленоватыми волосами, возмущённо отчитывавшую… растение высотой в средний человеческий рост! Оно торчало из горшка, который девушка, видимо, принесла с собой, и как будто сокрушённо хваталось узкими, длинными листьями за свечеподобный цветонос с мелкими розовыми цветочками.

— Сколько пыльцы! — продолжала возмущаться девушка, протягивая растению край своего одеяния болотного цвета. — Разве можно чихать прямо на мою мантию⁈

— Посмотри, она даже безмозглое растение притащила! — не унимался Идж. — Да и другие пришли с насекомыми, птичками, ящерками — невесть с кем! А ты не хотела брать меня!

— Терес сказал, на ужине присутствуют только адепты, — развела я руками.

— Я пошутил, — произнесли за моей спиной.

И, резко обернувшись, я завязла в пристальном взгляде Тереса Велхи.

— Пошутил⁈ — возмутился Идж.

Терес на него даже не глянул, не сводя глаз с меня.

— Привет, Сетри. Сядем вместе?

Артар злобно фыркнул, и я словно очнулась от транса, в который всякий раз погружал взгляд странного разноглазого парня.

— Спасибо, Терес, но я не одна.

— Пусть садятся с нами, — махнул он рукой.

— Сетри! — к нам подлетел сияющий Прай, но увидел Тереса и сдвинул брови. — Кажется, с тобой у меня будут неприятности, незнакомец.

Красивое лицо «незнакомца» не выразило ничего.

— Может быть, — пожал он плечами. — Идём, Сетри.

Распределения по факультетам за столами не было, и наша компания направилась к первому попавшемуся.

— Попробовать бы кровь менталиста! Ты уже пробовал? — раздался где-то рядом приглушённый голос.

Мимо нас проходили несколько… поистине отталкивающих индивидов в алых мантиях. Очень худые, с бледной кожей, глазами кровавого оттенка и белёсыми, как нити паутины, волосами, они тихонько хихикали, обнажая мелкие заострённые зубы.

— Сангвоманты, адепты факультета магии крови, — пояснил Терес.

— Уже где-то насосались «сырья» и теперь ведут себя ещё несноснее, чем обычно, — с отвращением добавил Идж.

— И после этого наша магия считается опасной? — поёжилась я, глядя вслед сангвомантам.

Один, полуобернувшись, поймал мой взгляд и послал воздушный поцелуй. А потом снова повернулся к «своим», что-то зашептал им, и все захихикали.

— Они просто омерзительны! — передёрнулась я.

— Но, в принципе, безвредны, — улыбнулся Терес. — И выглядят так… странно, только когда примут слишком много «сырья», как назвал это твой вайш.

И галантно отодвинул стул, как бы приглашая меня сесть. Еда уже была на столах, и Идж, плюхнувшись по левую руку от меня, тут же потащил к себе ближайшее блюдо. Терес сел справа от меня, и я, стараясь не обращать внимания на буравящие взгляды Артара и Прая, занявших места напротив, мысленно обратилась к нему:

— Тебя долго не было.

— Выполнял поручение за пределами академии, — так же мысленно ответил он.

— Я хотела поговорить с тобой, точнее… кое-что спросить.

Он повернулся ко мне и очень тихо произнёс:

— Я тоже.

— Приветствую всех адептов, начинающих и продолжающих обучение в нашей Межмировой Академии!

Звучный голос раздался с возвышения, на котором собрались деканы всех факультетов. Принадлежал он высокому старику с удивительно тёмными для такого возраста волосами.

— Это — ректор Элеазар Тейс, — пояснил Терес. — Многие его боятся, но не менталисты. Наш факультет существует благодаря ему. А ещё говорят, он побывал в Пустоте и оказался единственным, кто из неё выбрался. Но я в это не верю.

— Почему?

В глазах Тереса мелькнул едва заметный огонёк, а на лицо будто упала тень.

— Потому что никто не выбирается из Пустоты, не оставив что-то в ней.

— Что ты имеешь в виду? — прошептала я.

Но он лишь качнул головой и отвернулся. А я снова почувствовала, как что-то касается сознания, но не легко, как обычно, а настойчиво, пронизывающе… Приветственная речь продолжалась, но я уже не могла на ней сосредоточиться. Странное волнение охватывало всё сильнее, будто разливалось по венам вместе с кровью. Что, если это — реакция на близость Тереса Велхи? Но это точно не тот трепет, который испытываешь рядом с тем, кто вызывает интерес. Единственное, что интересует в Тересе меня, видит ли он тень, которую вижу я. И он только что сам заговорил о Пустоте… так, может, спросить прямо сейчас?

— Терес, — начала я, он повернулся… и я резко отшатнулась, чуть не свалившись со стула.

— Что с тобой, Сетри?

Не знаю, кто произнёс этот вопрос: Терес, Артар, Прай… или все трое. Я метнулась растерянным взглядом по их лицам и, пробормотав «Всё хорошо, сейчас вернусь», бросилась к выходу. Речь ректора ещё не закончилась, кажется, на меня устремились недоумевающие взгляды адептов, но мне было не до них. Только что, когда Терес повернулся, мне померещилось, что вместо него я вижу ту самую преследующую меня тень! Вылетев из зала, я добежала до ближайшей колонны и бессильно прислонилась к ней. Что же со мной происходит?

— Манмера. Почему ты здесь?

Я чуть не застонала. Ко мне направлялся Ройгос в сопровождении неизменной свиты. Только этого ядовитого «лишайника» и не хватало! Все прошедшие дни он упорно делал вид, что меня нет, но, увидев сейчас одну, всё же не удержался от соблазна поиздеваться. Продолжая подпирать колонну, я посмотрела на него и небрежно бросила:

— А ты?

— Не тебе задавать мне вопросы, — отрезал он.

У меня не было ни малейшего желания ввязываться в очередную склоку, и я устало махнула рукой.

— Тогда проходи мимо, Ройгос.

«Подданные» ултуана зароптали, а сам он усмехнулся.

— Ты смеешь приказывать мне? Каким бы уровнем магии ни обладала, ты всё та же манмера, единственные друзья которой — ничтожества вроде шилу, луан и пресмыкающихся!

И я не выдержала. Отлепившись от колонны, стала напротив него и вскинула голову.

— Вайшев, не пресмыкающихся. И «ничтожны» не мои друзья, а ты, неспособный смириться с тем, что «манмера» заглянула в твоё сознание и увидела твою слабость!

Ментальная волна Ройгоса была настолько внезапной, что я не успела защититься, и он проник в моё сознание, яростно въедаясь всё глубже, прежде чем мне удалось его вытолкнуть. Отшатнувшись, я вскинула на него яростный взгляд. Иджа рядом нет. Если схлестнёмся сейчас, остановить меня будет некому. Но Ройгос не спешил нападать. На его губах змеилась ехидная усмешка.

— Теперь и я знаю твою слабость, Сетрия Тархи с планеты Хеш. Ты и там была выскочкой, замахнувшейся на тех, чьё положение несравнимо выше твоего, — и, полуобернувшись к одобрительно ухмыляющейся свите, добавил:

— Хотите знать, как они называли её, и что делали с ней, когда…

Договорить он не успел. Мой кулак шарахнул его в челюсть — точно, как учил папа, и ултуана пошатнулся. У свиты вырвался дружный вздох ужаса, а я ударила растерявшегося Ройгоса ещё раз, разбив ему нос до крови. Алые брызги испачкали моё платье, и… мной овладело безумие. Ултуана пытались оттащить меня от Ройгоса, а тот пытался защититься, но я продолжала обрушивать на него удар за ударом, всё больше теряя над собой контроль. Так вот что имела в виду завкафедрой, когда советовала не прибегать к магии, если можно обойтись без неё! Магия мне действительно не нужна, чтобы проучить этого заносчивого, нахального, никак не оставляющего меня в покое…

— Сетри! Сетри, остановись! Остановись! — вопли доносились словно издалека.

А потом в меня что-то вцепилось, оторвало от Ройгоса, что-то холодное шлёпнуло по щеке, я хлопнула глазами… и начала приходить в себя. Чем-то вцепившимся оказался Терес Велха, он и сейчас держал меня за плечи. А по лицу меня шлёпнул Идж…

— С ума сошла устраивать драку, да ещё и на торжественной трапезе⁈ — выпалил вайш. — Теперь вообще не буду от тебя отходить!

— Что произошло, Сетри?

Я перевела глаза на произнёсшего это Артара, потом на место, где оставила Ройгоса, и похолодела… Встрёпанный ултуана с окровавленным лицом тщетно пытался подняться на ноги, а вокруг него валялась его бессознательная свита, будто отброшенная сильной волной. Я в ужасе отшатнулась от Тереса.

— Это… сделала я?

— А кто? — Идж махнул лапками. — Оглушила ултуана ментальной волной, а Ройгоса вообще чуть в пол не вбила! Знаешь, что за такое может быть⁈

Я попятилась, растерянно посмотрела на Тереса, на Артара, на бросившегося к нам и тотчас замедлившего шаг Прая и пробормотала:

— Мне нужно побыть одной… Мне нужно… — не закончив фразу, развернулась и понеслась прочь.

Переход, ещё переход… вот и моя комната. Влетев в неё, я захлопнула дверь и рухнула на диван. Тело дрожало, как после сильной физической нагрузки, и, судя по окровавленной физиономии Ройгоса, нагрузка действительно была, но… я ничего не помнила. Помнила только дикую, безудержную ярость. Посмотрела на свои руки… и вскрикнув, подскочила с дивана. На них была кровь Ройгоса, но вовсе не это вызывало оторопь. Мои пальцы стали тоньше, длиннее, узловатее… и на них отросли когти! Поражённая внезапной мыслью, я подбежала к зеркалу и в ужасе выдохнула:

— О боги…