Глава 15

Глава 15

Харрисон

— Снова совершено прилюдное насилие, — ко мне в кабинет неожиданно переместился Вильхер, начиная с неприятного. — Харрисон, все идет намного хуже, чем мы думали.

И так всегда: стоило прикрыть на мгновение глаза, как перед тобой появился друг, делясь новостями. Я невесело усмехнулся, доставая бокалы, и наполняя их виски.

— Оперативно они, — задумчиво проговорил я, скривившись. — Я слышал об этом. Грэг несколько часов назад доложил.

Друг сел напротив меня и нахмурился.

— И? Ты собираешься оставить все как есть?

Конечно, оставлять все на прежнем месте, не говоря уже о рабстве нельзя, но и пойти против всех тоже не вариант. Несмотря на мою должность у меня все еще нет выхода. Одни лишь планы и расчеты.

— Вот скажи честно: если надо будет пойти против всех, ты пойдешь? — серьезно поинтересовался я у него, потирая подбородок.

— С тобой?

— Нет, с людьми, — я съязвил и начал рассуждать вслух. — Мы не вытянем. Ты единственный, кому я доверяю на все сто, но даже с нашей силой мы не выстоим против остальных магов. Это будет самоубийством в чистом виде.

Карл и сам знал это. Мы искали выход из сложившейся ситуации, но как назло в голову ничего не приходило. Если бы не предыдущие правители с их законами, было бы намного легче! Не приходилось бы ломать голову о том, как бы изменить ситуацию с магами, с этим чертовым сводом законов, на который большинство плюют, судя по последним новостям, и с прочей ерундой, которая уже не то что раздражает — откровенно бесит.

— И тогда люди будут вспоминать нас как двух спасителей мира, — с долей иронии закончил друг.

— Ага, конечно, и это при том, что я главный злодей среди не то, что людей — магов, — мрачно напомнил я.

— Пессимист, но грешки-то у тебя все равно есть. И я сейчас не о нашем разговоре, а об одной человеческой девушке, которая слишком сильно привлекла внимание постоянно невозмутимого и хмурого мага, — лукаво произнес он, пряча улыбку.

Нашел что вспомнить. Мышки мне ещё не хватало для полноты картины!

Осушив бокал до дна, я откинулся на спинку кресла, устало потирая лоб.

— Спасибо, что напомнил.

— Всегда пожалуйста. Совесть не замучила? — ехидно протянул Карл, прикрывая рот ладонью, потому как просто подавить усмешку уже не получалось.

Вот не нравился мне этот разговор. Совсем не нравился.

— Я приглушаю ее, — равнодушно ответил я, ещё больше хмурясь. — И знаешь, с этой девчонкой она просыпается все чаще и чаще. Мне становится труднее ее сдерживать, — неожиданно признался я, но друг уже не веселился, а сам посматривал на меня с долей недовольства.

Он на несколько секунд о чем-то задумался, барабаня пальцами по подлокотнику, пока не хлопнул по нему ладонью и не дал волю своему недовольству, облекая его в словесную обвинительную форму.

— Ты совсем охренел?! Я, конечно, понимаю, что для работы тебе нужны нормальные мозги без нервотрепки совести, но ты же понимаешь, что такими темпами можешь стать обычным насильником с даром? Или ты забыл, какой у тебя был отец? Он ведь вообще не переваривал нормальных магов, для которых было чуждо насилие. Считал их слабыми. Но только ты не такой. Так какого черта, Харри? Я не раз говорил тебе не срываться на других, но ты не слушал меня. А теперь что? Ты скатился до запирания какой-то девчонки в своем доме! Вот весь результат.

Выслушав его тираду, я на время прикрыл глаза, справляясь с охватившими эмоциями. Он прав. Карл был чертовски прав. Как и всегда.

— Пришел заменить место совести? — уже спокойно и слегка устало спросил я. — Прости, но оно занято. А теперь по делу…

Неожиданно дверь открылась, и я услышал голос Мэри.

— Харрисон, прости, что отвлекаю, но у меня плохая новость.

Ни минуты покоя. И что же в этот раз случилось?

— Говори.

— Кара несколько дней не выходила из комнаты и мало ела. Стала бледной и молчаливой.

Стоило только вспомнить о мышке, как она тут же дала о себе знать!

— Сейчас буду.

Едва Мэри вышла за дверь, как Карл, видимо все же желая исполнить роль моей совести, произнес:

— Может зря ты отправил Санни в лагерь? Девочка-то чахнет, и я сейчас не о ребенке.

Мой раздражительный взгляд его ничуть не смутил, скорее наоборот, Карл оставался невозмутимым в ожидании ответа, и я сдался, пускаясь в очередные размышления вслух.

— Как будто я сам этого не вижу. Но мне не нужна привязанность между ними. Санни слишком сблизилась с Карой. Смерть Аманды нанесла ее психике немалый удар. Не хочу увидеть еще раз ее слезы.

У меня конечно были подозрения, что дочь привязана к Каре, но пока не поздно это надо исправить. Прекратить. Лишь бы не стало слишком поздно.

— Можешь не ждать меня. — Желая закончить этот разговор, я встал с кресла, якобы торопясь уладить свои дела здесь. — Или у тебя есть еще какие-нибудь новости?

— Снова убегаешь, — произнес Карл с досадой и сложил руки на груди. — Злость — единственная эмоция, которая приглушает твои человеческие чувства и мешает насладиться моментом. — Прозвучало несколько отстраненно в ответ, и я хотел возразить, но друг меня тут же перебил. — Не отнекивайся, Харрисон, ты не хуже меня знаешь истинную природу магов и людей, о которой до сих пор никому неизвестно, кроме нас. Попробуй найти компромисс в ваших, — он на мгновение запнулся, — непростых отношениях. Злостью ты ничего не добьешься. Станет только хуже.

— У каждого есть свои минусы. И я не святой, поэтому не считаю нужным находить какой-либо выход в наших отношениях. Более того, я уверен, это притяжение к человечке временно. Так зачем исправлять то, что уже не исправить? — я отмахнулся от его слов, пытаясь не думать.

— Да что ты говоришь! — язвительно продолжил он. — За тебя сейчас говорит маг. Злой и жестокий, жаждущий насилия, но не ты. Да, все мы грешны. У меня маниакальная мания убивать всех к чертовой матери, кто попадётся на пути, но я до последнего сдерживаюсь в такие моменты неконтролируемого гнева. Ты сам однажды видел меня таким.

— О даа, мне пришлось запечатать весь особняк магией, чтобы ты не сбежал сеять хаос в округе, — я рассмеялся. — А потом ты все равно не сдержался и врезал мне.

Карл не оценил моего насмешливого тона. Порой мне кажется, что его веселое выражение лица всего лишь маска.

— Вот об этом я тебе и говорю. Несмотря на гнев, я сдержался, так почему ты не можешь? Точнее, ни не можешь, а не хочешь? Ты боишься, Харрисон. Боишься, что останешься одиноким, что псих исполнит обещание. Поэтому ты отталкиваешь окружающих, причиняешь им боль. Лишь бы остались живы, и он их не тронул, я ведь прав? Но со мной такое не прокатит, друг. Даже не пытайся, — он слегка усмехнулся и тоже встал. — Пытайся контролировать себя, чтобы не поменять свою личину на шкуру монстра. Откройся, если не ей, то хотя бы самому себе.

С этими словами он переместился, а я остался на прежнем месте, раздумывая над только что услышанным. Это было неприятно, но в глубине души я знал, что Карл прав. От этого становилось ещё хуже.

К мышке я направлялся в задумчивом расположении духа. Даже злость на ее поведение отошла на второй план. Я был поглощён последними словами Карла.

Стоило открыть дверь, как я заметил, что в спальне царил полнейший беспорядок. Повсюду были разбросаны краски и листы с рисунками, набросками, просто чистые, или же скомканные, а то и вовсе разорванные на клочки. Как будто художник хотел творить, но пребывал в состоянии застоя и не мог заниматься любимым делом, или же был просто недоволен результатом. А может просто что-то не получалось.

Сама же хозяйка находилась на кровати, рассматривая одну из своих картин.

— И что это за представление? — Несмотря на то, что я говорил тихо и спокойно, вопрос разнёсся по всей комнате, нарушая неприятную тишину.

Я подошёл к креслу, усаживаясь в него, но Кара не обратила на это внимания, полностью сосредоточившись на своей работе. Казалось, ее совсем не волновало моё присутствие. Кстати говоря, выглядела Кара и вправду неважно.

— Мне скучно, — девушка сделала паузу и повернулась ко мне, — Харрисон. Ты отправляешь свою дочь в лагерь, а потом приходишь ко мне в комнату и спрашиваешь, что это за представление. Серьезно?

Мышка снова показывала зубки. Интересно. Главное сейчас не сорваться на нее, а поговорить спокойно, не выдавая своего раздражения тем, что у меня есть дела и поважнее, чем разбираться с ее прихотями.

— И что же ты предлагаешь?

Она отвела взгляд.

— Я не имею права что-либо предлагать. От меня здесь ничего не зависит.

Чего она добивалась, оставалось загадкой, которая больше подогревала интерес, нежели раздражала.

— Хорошо, пойдем другим путем. Тебе скучно и нечего делать, так? — она молча кивнула, и я продолжил, решив, что поиск компромисса в данной ситуации наилучший выход. — Чем ты занималась в свободное время до моего появления?

Кара неожиданно напряглась и повторно отвела взгляд. Мне это не понравилось.

— В основном читала, — тихо промямлила рыжая.

Ах вот оно что. Теперь всё понятно.

Следующие несколько мгновений я молчал. Раньше я бы не стал церемониться с ней: гаркнул бы, чтобы перестала дурить и ушел бы, но сейчас это казалось неправильным.

«Боишься, что останешься одиноким, что псих исполнит обещание. Поэтому ты отталкиваешь окружающих, причиняешь им боль. Лишь бы остались живы, и он их не тронул, я ведь прав?»

Прав. Тысячу раз прав.

Но и сказать «прости» сейчас будет неуместно и весьма глупо. Харрисон Гильдрен извиняется перед человечкой, какой-то девчонкой. Смехота. Только не воспринимается у меня Кара как «какая-то девчонка». Только не Кара.

Эта мысль вышла такой неожиданной, что до меня не сразу дошел ее смысл. А когда дошел, я едва ли не рассмеялся.

И лезет же бред в голову.

Может я всё-таки оказался не прав? Может стоило разрешить рыжей посещение моей личной библиотеки? Я не знал точного ответа.

Устав от постоянных мыслей и рассуждений, я решительно произнёс:

— Я разрешаю тебе посещать библиотеку. Но у меня будет одно условие.

Кара посмотрела мне в глаза и ещё больше напряглась, предчувствуя неладное.

— Какое? — тихий, еле различимый шепот сорвался с уст.

— Ты перестанешь мне перечить. Я требую полнейшего подчинения, Кара, — я встал с кресла, намереваясь выйти из комнаты.

Несколько секунд Кара молчала, раздумывая, пока мне не донеслось в спину:

— Хорошо. Я согласна.

Хорошая девочка. Так бы сразу.

— И да, в библиотеку ходим вместе, — я обернулся у дверей и подмигнул, наслаждаясь неподдельным удивлением на милом личике.

Кара

Все еще не отойдя от шока, я встала с кровати и попыталась прийти в себя. Гильдрен разрешил! Правда разрешил посещать библиотеку. До сих пор не верилось. Счастью не было предела.

Об условии я старалась не думать. Ну не буду теперь перечить магу, и что? Харрисон перестанет злиться по пустякам, что определенно плюс. Как для него, так и для меня.

А его приказы я как-нибудь перетерплю. Главное — путь к книгам открыт. Осталось дело за малым.

Спустя несколько дней Харрисон неожиданно вежливо постучался в дверь и предельно спокойно спросил, не хочу ли я сходить с ним в библиотеку.

Округлив в удивлении глаза, я молча кивнула и последовала за сильнейшим. Гильдрен весь путь был хмурым и несговорчивым, и на меня практически не смотрел. Меня это не особо волновало, поэтому я не стала расспрашивать, в чем дело.

— Комната в твоем распоряжении, — тихо и слегка недовольно произнес Харрисон, пропуская вперед.

Я огляделась и заметила, что в помещении появилось второе кресло, чего прежде здесь не было. Интересно, то есть Харрисон заранее подготовился к тому, чтобы привести меня в свою читальню?

Маг отошел в сторону и переключился на книги, сделав вид будто меня не существует.

Первым делом я хотела походить среди стеллажей, чтобы найти какую-нибудь информацию о магах, что была сокрыта от многих, ведь неспроста Харрисон не разрешал мне заходить сюда. Но, не смотря на свои планы, я села в одно из кресел.

— Можно задать один вопрос?

Мужчина еще больше нахмурился и ворчливо пробормотал: «Удалось же ввязаться», — а потом повернулся ко мне в пол-оборота и громче сказал:

— Спрашивай.

Я сжала кулаки и все же осмелилась нарушить молчание.

— Как проводится вручение столь высокой должности, как правитель? Кроме дара есть еще какие-нибудь важные факторы, которые нужны для достижения должности властителя? И почему должность передают не по наследству, а по дару, ведь логичней было бы, если б трон доставался наследникам, будущему поколению. И положение среди магов тоже улучшилось бы. Никто бы не пытался вступить в конфликт с себе подобным, зная, что в любом случае не получит желаемого.

Встретившись взглядом с магом, я заметила на его губах улыбку и замолчала. Харрисон же напротив стал приближаться медленной походкой, от чего я невольно вздрогнула.

— Мышонок, это не один вопрос, а три, — преодолев расстояние, он встал позади меня.

Я почувствовала его дыхание, касающееся правого виска, и услышала тихий шепот:

— И информация, которую ты хочешь узнать, — он сделала паузу, — не для человеческих ушек. За такие познания можно и убить. Не боишься?

Я промолчала.

Гильдрена тоже мало волновал ответ. Он обошел мое кресло, сел в соседние и всё с той же загадочной улыбкой продолжил, а я сидела не шевелясь, и боясь сделать хоть малейшее движение.

— Видишь ли, Кара, здесь не все так просто. Ты хочешь знать ответы? Хорошо, я отвечу. Вручение должности правителя называется «тонгдоу». Среди магов принято говорить только так. Теперь по порядку. На самом деле тонгдоу проходит весьма скучно.

Когда я округлила в удивлении глаза, маг лишь тихо рассмеялся, а потом подался ко мне ближе и заговорщицким шепотом продолжил:

— Если что, ты ничего не слышала. Сама понимаешь, репутация и все такое, — и сделал такое серьезное выражение лица, что я не сдержалась и тоже рассмеялась. Маг застыл и взглянул на меня так, будто пытался запомнить этот момент. К щекам прилил румянец, и я смущенно отвела взгляд. — Так вот, на тонгдоу собираются высшие маги, то есть Совет, правитель, будущий властитель, его родители, а также те, кто отвечают за те или иные территории. Последние же в основном распространяют информацию о новом правителе. Предыдущий властитель отдает свои знания новому магу, которому досталась такая должность и все. Ну и подписываются некоторые бумаги, оповещающие о том, что, скажем так, на троне новый глава.

Любопытно, то есть, в принципе, но с должностью правителя маги не сильно заморачиваются. Надо будет еще что-нибудь о Совете узнать.

— Факторов для достижения должности немного. Да, все зависит от дара, но ещё играет важную роль образ жизни мага, его образование и достижения. Не каждый маг с сильным даром сможет взять на себя такую ответственность. Ну и что касается передачи должности по наследству, — мужчина сделал паузу, — это невозможно. Магов сей факт не остановит и, более того, конфликтов тогда точно не миновать.

Пока слушала мужчину и усваивала полученную информацию, я поймала себя на одном моменте: я не сводила глаз с Харрисона. Смотрела на его расслабленное тело, как он говорил своим тихим голосом, который окутывал и дарил спокойствие и, в котором не было привычного раздражения или ворчания, улыбку, еле заметную, но такую искреннюю. В какой-то момент я поняла, что Харрисон откровенен со мной, несмотря на все, но это так. Да, до этого он не вел себя подобным образом. Кричал, рычал, грозился выпороть, но только не разговаривал с таким видом, будто доверял мне. Я была растеряна.

Самым удивительным было, что Гильдрен не строил из себя вечно невозмутимого и серьезного мага. Нет, передо мной был почти обыкновенный мужчина. Это настолько потрясло, что в голову пришла неожиданная мысль: а ведь если продолжать общение в подобном духе, то в будущем мне удастся переманить мужчину на свою сторону. Он отменит эти жестокие правила, люди перестанут страдать и тогда все встанет на свои места.

Оставшийся вечер прошел в спокойствии. Я иногда разговаривала с Харрисоном, иногда читала. Гильдрен даже показал мне, где какие книги находятся.

В конце дня, засыпая, я раздумывала над тем, какова же вероятность того, что мой план не провалится. Есть ли у меня шанс достучаться до сильнейшего? Я не знала. В большинстве случаев Харрисон вел себя вполне разумно. Не рычал, не показывал своих желаний. Хотя может ли ложь быть правильной? Ответ напрашивался сам. Тогда как объяснить последние две встречи? Поведение мужчины?

В любом случае я могу попытаться. И если все получится, Харрисон начнет мне доверять и открываться. А это как раз то, что мне надо.

С этими мыслями я провалилась в сон.

Вечером следующего дня я прогуливалась во дворе особняка, беспокоясь о семье, ведь если мой план все же провалится, значит, пострадать придется не только мне, но и родным. Этого я не могла допустить, но и сидеть сложа руки, тоже не буду. Хватило.

Вынырнув из мрачных мыслей, я решила вернуться в комнату, как в коридоре заметила, что постоянно веселые слуги, неожиданно хмурые. Мне это не понравилось. Но благо по пути встретилась Мэри, и я смогла спросить у нее, в чем дело.

— Харрисон был отравлен, — грустно ответила она и слегка сгорбилась.

— Его уже вылечили? — осторожно спросила я, стараясь не поддаваться панике.

Женщина на мгновение отпустила глаза и отрицательно помотала головой.

— Он сказал, что никого не хочет видеть.

Он в своем уме?! Мало того, что отравлен, так еще запретил заходить в комнату! Ведет себя как ребенок, ей богу.

— Хорошо. Спасибо, — я постаралась придать своему голосу больше спокойствия. И ведь удается же гаду испортить все в один момент!

И вот что мне сейчас делать? Если пойду, Гильдрен явно будет недоволен, а если — нет… Впрочем, какая разница? Здоровье всегда важнее, и, если маг этого не хочет понимать, значит я сделаю по-своему. И плевать, что мне следовало бы остаться у себя. Я не настолько жестока, как Гильдрен, чтобы проходить мимо, когда кто-то нуждается в помощи. Даже, если она не высказана.

Тем более это отличный шанс, чтобы сделать шаг в наших непростых отношениях, которым я намерена воспользоваться.

Харрисон

— Я надеюсь, ты не просто так улыбаешься и у тебя хорошие новости, — устало сказал Карлу, недавно переместившемуся в мой кабинет. Выглядел он, кстати, в отличие от меня, веселым, от чего я не мог не поделиться своими мыслями.

— Хорошие, — согласно кивнул он и довольным голосом добавил. — Мы нашли одного мага. Он назначил тебе встречу. Можешь не переживать, сегодня вечером мои ребята выбьют из него всю правду.

Я нахмурился. Нет, Карл, конечно, молодец, но все же намного лучше будет, если я соглашусь на встречу. Поделившись мнением, я увидел недовольное лицо друга. Ему явно не понравилось мое предложение.

— Ты же понимаешь, что это ловушка, — он прищурился, но меня это не остановило.

— Понимаю, — я спокойно, но решительно согласился. — Поэтому ты со мной пойдешь, но об этом никто не узнает.

Карл усмехнулся, понимая, что меня не остановить.

Спустя какое-то время мы разработали план: ближе к вечеру я должен прийти в назначенное место, как я понял по названию, в бар, где придется встретиться с магом. Карл будет сидеть за другим столиком в углу, чтобы не привлекать внимания. Останется заставить мага рассказать все, что ему известно, а потом скрутить, чтобы не получилось сюрприза.

Все шло по плану. Мужчина, который назначил встречу, оказался лысым с голубыми глазами и более широкими плечами, чем у меня. Одет он был непримечательно, как и я: футболка и джинсы.

Присев за столик, я заметил, что бар не пользовался особой популярностью. Теперь понятно почему. Барная стойка, находившаяся с левой стороны от входа, была вся в грязи. На полу валялся какой-то мелкий мусор. Благо столы, выполненные из дерева, как и остальная мебель, оказались более-менее чистые. Хорошее местечко, ничего не скажешь. Мало посетителей, грязно… Прекрасно подготовились.

— И что же вы хотели мне рассказать? — я вежливо начал разговор, заметив, как маг буравил меня взглядом.

Но не успел он ответить, как подошла официантка. Мы заказали по напитку, и я вопросительно уставился на незнакомца.

— А ты и вправду глуп, раз согласился прийти, — он усмехнулся. — Любой другой правитель на твоём месте нашел бы меня, и выпытал информацию, но не ты.

Мда, а маги совсем обнаглели. Забыли, как надо обращаться к правителю.

— Не я, — спокойно согласился. — Ты слишком предсказуемый, если считаешь, что я должен был поступить подобным образом. В этом вся суть: я не любой другой правитель, так что можешь оставить своё глупое мнение при себе. Я сюда за информацией пришел.

Наш разговор снова прервала официантка, принесшая виски.

— Хорошо, я скажу. У него есть план, — тихо произнёс мужик, а я повторил за ним и отпил из бокала.

— Что за план? — требовательно спросил после паузы, но тот лишь усмехнулся и помотал головой.

— У него все продумано, Гильдрен. А ты как всегда проиграл.

С этими словами он встал, намереваясь уйти. Я нахмурился, не понимая действий мага. Неужели рассчитывает на то, что удастся сбежать? Тогда он еще тупее, чем я думал.

Я, было, усмехнулся, но начал задыхаться. Кислорода катастрофически не хватало. Схватившись за шею, я насколько это было возможно, отдал приказ поймать ублюдка. Как-то я не предвидел, что у него хватит смелости открыто меня отравить. Всё остальное размылось, смешалось в кашу. Прежде чем потерять сознание, я успел заметить, как ко мне подбежал Карл, отдавая своим ребятам распоряжения.

Пробуждение оказалось болезненным. Яд все ещё был во мне, я чувствовал его. Болела голова, было больно глотать и, кажется, у меня был жар.

Рядом слышались голоса, и прислушавшись, я понял, что они принадлежали Мэри и Карлу.

Стоило открыть глаза, как я поморщился от света.

— Предоставь ему врача, — отдал приказ Карл.

Какого он здесь, а не с остальными магами?

Привыкнув к свету, огляделся. Это была моя комната. Я лежал на кровати, а у входа стояли мрачный Вильхер и взволнованная Мэри.

— Никакого врача, — хрипло пробормотал я и попробовал встать, но ничего не получилось. Слабость была неимоверная.

Черт! Теперь придется целый день провести в постели.

Услышав мой голос, друг подошёл, сверля недовольным взглядом.

— Харрисон, ты был отправлен смертельным ядом. На тебя покушались, черт возьми, — начал он, но я его раздражительно перебил.

— Вильхер, заткнись. Просто заткнись, — простонал я от головной боли. — Со мной всё будет в порядке. Иди. Мне ты сейчас все равно не сможешь помочь, а ублюдка надо задержать немедленно.

Не подействовало. Карл остался на своём месте и сложил на груди руки. Вот же упертый!

— Карл, у меня иммунитет к любому яду. Завтра я буду живей всех живых, — заверил его. — Иди. Позже встретимся.

Он прищурился, испепеляя своим взглядом. Я молчал, прикрыв глаза и, ожидая, когда друг соизволит уйти. Боль внутри съедала меня, от чего было неприятно дышать и двигаться.

— Мэри, сообщишь мне потом о его состоянии, — беспристрастно поговорил Вильхер и переместился. Понятно, обиделся.

— Харрисон, у тебя будут какие-нибудь распоряжения? — спросила женщина, уже не выглядевшая такой встревоженной.

Мне бы сейчас поспать и никого не видеть. Это единственное, что мне можно и хочется в сложившейся ситуации. Морду тому подонку я потом набью.

— Скажи, чтобы никто не заходил в мою комнату. Это приказ.

— Может лучше…

— Мэри, я сам знаю, что для меня лучше, а что — нет. В данном случае это покой. Поэтому я прошу тебя, — я выделил последнее слово и продолжил, — сделай так, как я сказал.

— Хорошо, — тихо ответила она. Взглянув ей в лицо, заметил, что она слегка расстроилась, но молча ушла. Да что это за день-то такой?! Все так и норовят то обидеться, то убить! Ни минуты покоя! С этими мыслями я провалился в тревожный сон.