90

Короткое лето уже вступило на севере в свои права, а здесь, у скалистой стены Северо-Западного моря было не так жарко. День выдался ясным. Но все компаньоны, и те, кто мог непосредственно нежиться под солнышком, и те, кто прятался от него в пещере, после вчерашних скачек проснулись очень поздно, после полудня. Солнце на них не обижалось, но кое-кому, с красным мехом и пышным трижды полосатым хвостом, было не всё равно.

— Тришка! Что за фокусы? Кто укусил меня на палец? Ты нарушил уговор, зверь! — спросонок возмутился Шакли. Открыв глаза, удивленно обнаружил, что половину пещеры ближе к выходу, где он лежит, заливает яркий свет. Тришанций сидел рядом и ворчал, нетерпеливо переступая передними лапами.

— Чего тебе? — зевнул Шакли. — Уже утро? И что? У тебя полно еды, вода рядом… Тень на страже и тебе просто скучно? Маленький зубастый бандит… а где девочки?

— Уау, — ехидно мяукнул медлис. Что означало: «Вот-вот, так ты всё проспишь», — если шакал его правильно понял.

Зевая и от души потягиваясь, Шакли вышел из пещеры на узкую тропу, змеящуюся в скалах. Вчера даже он, хотя бродил здесь больше всех, подыскивая временное жильё, не успел проверить, ведёт ли тропа к морю и какой там спуск? Но сейчас снизу поднимались две красавицы, в одинаковых светло-зеленых платьях, сияющие свежестью и весельем. Юбки обеих были высоко заткнуты за пояс, открывая стройные босые ножки. Светлые и черные волосы, одинаково мокрые от моря, полоскались на ветру.

— С добрым утром! — засмеялись они.

— Как вы прекрасны, — Шакли смотрел сквозь растопыренные пальцы, смягчая сияние великолепного видения. — Даже не сразу узнаю, кто вы? Морские феи? Сирены? Мы знакомы?

Девицы по очереди сделали изящный реверанс:

— Халиса. Амита.

— И вы одни плескались в море? Это опасно. Вода, небось, холодная?

— Прекрасная! — весело заверила Бабочка. Избавившись от метки, она полностью вернула себе силы и чувствовала особую радостную легкость. — Мы этого уже наслушались от твоего приятеля! Я думала, медлисы умеют плавать, но, видимо, не в море. Да-да, вода слишком мокрая и солёная, волны высокие, камни острые, а море… слишком огромное. Сам проверь!

— Не его медвежество, а строгая тётушка, — добавила Аванта.

Шакли нагнулся и погладил между ушами медлиса, сидящего у его ноги, как сторожевой пёс.

— Прости, друг Тришанций. Ты звал меня на помощь, а я не понял. Это не считается.

Тришка, как обычно запричитал, что люди — эгоисты, не ценят и не понимают его заботы. Это всем было ясно без перевода.

— Ну что опять бур-бур-бур? Ох, любишь ты ворчать, дорогой друг мой, действительно, как строгая тётушка. Я же извинился! Что ж, пойду и правда сам проверю, хороша ли морская водичка? Ты со мной? — Шакли развязно двинулся по тропинке, отвесив учтивый поклон барышням, когда разминулся с ними. Медлис, ворча, поплёлся за ним.