Глава 13. Шаги

Три дня прошли без Джордана. Почти без Джордана. Он звонил. Каждый вечер, чтобы «услышать мой голос». А не противилась, отчитывалась, как прошел день. Тем более мои дни были насыщенными. В последнее время я занималась больше личными делами, нежели непосредственными обязанностями, переносила съемки. Теперь приходилось нагонять. Так что я каталась по городу с одной фотоссесии на другую, а потом до мелькающих пятен перед глазами разбирала и обрататывала снимки. Телефон тоже не замолкал. Звонили то заказчики, то модели, то посредники. В общем, жизнь била ключом.

Дважды мой тайный номер набрала дочь. Изабелла с горечью поведала, что приемный отец слышать не захотел о домашнем обучении до перехода в другую школу в следующем семестре. Впрочем, и сам переход Рон не рассматривал.

— Он не понимает, — дочь чуть не плакала в трубку. — Он НИЧЕГО не понимает. Накричал на дядю Джеффа, когда тот пытался всё с ним обсудить. Правильно! У него самого в школе не было проблем. Учился себе спокойно, с травлей не сталкивался. Считает, что я всё преувеличиваю. Ненавижу его!

— Мне так жаль, — я ощущала себя беспомощной и бесполезной. Ребёнку плохо, а я ничего не могу предпринять. Только посочувствовать, а этого мало. — Иногда взрослые, правда, не понимают. Не потому что не хотят. Просто мыслят узко. Не умеют поставить себя на место ребёнка и…

Я не знала, что сказать. Мне не хотелось, чтобы она ненавидела Рона. Не хватало ухудшения отношений между ними. Не дай бог, дочь еще сбежит из дома, чтобы снова жить на улице.

— Знаешь, говорят, что капля камень точит, — попыталась я зайти с другой стороны. — Лучше сейчас не настаивать. А выждать. Затем снова поговорить. А тебе стоит постараться быть незаметной в школе. Главное, с уроков больше не сбегай. Иначе начнутся проблемы с педагогами. А это ни к чему.

Изабелла всхлипнула. И я спросила, чтобы ее отвлечь:

— Ты ездила у Люку?

— Да, — призналась она плаксиво. — Мы рисовали в доме престарелых. Было круто.

— Отдушина?

— Ага. Я словно в другой мир попадаю. А потом приходится возвращаться к моей унылой реальной жизни, — она тяжело вздохнула. — Простите, что ною. Вы не обязаны всё это слушать.

— Эй, я же сама предложила побыть союзником и жилеткой.

— Верно. Просто вы такая красивая и успешная, у вас очень клевая работа, и не хочу выглядеть занудой и истеричкой.

— Ты не зануда, поверь. Зануды не рисуют граффити.

— Пожалуй, — согласилась дочь.

На следующий день она позвонила, чтобы рассказать, что снова ездила к Люку и его банде, а в школе день прошел сносно. Принцессы опять цеплялись, но Изабелла сдержалась, и не усугубила без того непростую ситуацию. Девицы не дождавшись ответной реакции, отстали. Скучно «пинать» того, кто притворяется «мертвым».

— Отличная тактика, — похвалила я. — Глядишь, совсем надоест приставать.

— Я надеюсь, — дочь немного помолчала, а потом выпалила: — Можно побывать у вас на съемках? Очень хочется посмотреть, как всё происходит. Дядя Джефф рассказывал, что ему очень понравилось работать с вами.

Я опешила. Этого точно не следовало допускать, пока за мной таскается приставленный Джорданом хвост. Они мигом заметят Изабеллу. Сфотографируеют. Снимок ляжет перед хозяином. Снимок девочки, похожей на меня настоящую. А дальше… Нет, я даже думать не хотела, что произойдет дальше.

— Давай попробуем организовать это в следующем месяце. Сейчас жуткая запарка и…

— Я буду мешать? — спросила Изабелла разочарованно.

— Нет. Но я не смогу уделить тебе внимание. В следующем месяце график будет другим, и съемки поспокойнее. Я смогу тебе всё рассказать и показать. Позволю даже попробовать себя в качестве фотографа. Или модели. Согласна?

Дочь помолчала, а потом проворчала:

— Ладно. В следующем, так в следующем.

В общем, наши отношения развивались. Я не знала, хорошо это или плохо. С одной стороны, я была в курсе, что происходит в жизни моего ребёнка, плюс эти разговоры были отдушиной, как для Изабеллы работа с Люком. Но в то же время сближение было опасным, и я это отлично понимала. Хорошо хоть ее отец больше не проявлялся. Эти три дня я то и дело оглядывалась, боясь увидеть Марко неподалеку, наблюдающим за мной. Однако этого не происходило. По телефону он меня тоже не тревожил. Это не то, что бы успокаивало. Но надежда, что он внял моей просьбе, сохранялась.

Зато мы развели бурную деятельность вместе со Стивеном. Благо счет в банке, оставленный на мое имя шефом, давал просторы для маневров. Джордан подал-таки в суд. На журналиста и электронное издание, опубликовавших статью об Эллисон. Видно, рассчитывал, что его влияние и деньги сделают своё дело, и доказательства не будут ничего значить. А еще он устроил короткую пресс-конференцию. Вышел к журналистам с женой и сыном. Объявил о будущем судебном разбирательстве, заверил, что намерен очистить доброе имя семьи. Правда, на вопросы отвечать отказался. Стоял там деловой и уверенный, непробиваемый, как скала. Эллисон смотрела в камеры кротко, просто сама добродетель. Майкл копировал отца, выглядя вполне благопристойным юношей.

Меня всё это дико взбесило, и я решила предпринять кое-какие шаги.

Во-первых, мы (точнее, не мы, а нанятый ушлый спец) установили парочку скрытых камер в квартире любовницы Джордана Ванессы. Это был мой план, но Стивен его полностью одобрил. Камеры позволяли узнавать в режиме реального времени, что происходит в этой части тайной жизни нашего «героя». Тем более, учитывая интересное положение девушки, события могли развиваться по какому угодно сценарию. И нам стоило быть в курсе. Новости не заставили себя ждать. Ванесса поведала по телефону подруге, что намерена оставить ребёнка, хочет того биологический отец или нет. Мол, когда станет очевидно, прерывать беременность будет поздно. Что до Джордана, он успел аж дважды посетить квартиру любовницы после публикации статьи. Ему требовалась разрядка, а раз доступ к моему телу отсутствовал, оставалась Ванесса. О ребёнке он, разумеется, пока не ведал.

Во-вторых, мы со Стивеном обсудили следующий прицельный удар. По сыну Джордана — Майклу. Благо «оружие» против мерзавца номер два у нас тоже имелись. Спасибо шефу.

— Не хочу ждать, — объявила я. — Нужно бить, пока гад не отошел от предыдущих ударов.

Однако Стивен не согласился.

— Не стоит торопиться. Обещаю, организую всё в лучшем виде. Но чуть позже.

— Но…

— Поверь, так надо, — отрезал он, и я, пусть и нехотя, смирилась.

В конце концов, жизнь семейства Холливелл сейчас не сахар.

В-третьих, я поделилась со Стивеном одной идеей, которую пока считала немного безумной и сложно выполнимой без Картрайта. Деньги деньгами, но главным гением у нас был шеф. Плюс именно он обладал нужными связями. Стивен тоже многое мог, но значительно уступал Картрайту по многим параметрам. И по возможностям, само собой.

— А если перестать прятаться? И выходить с Джорданом в свет? — огорошила я Стивена.

— После скандала? — изумился он. — Под прицел камер?

— Да. Пусть нас видят вместе, а потом… Плохо представляю, как это провенуть. Но что если инсценировать мою смерть, а виновным сделать Джордана? Сирене Йорк, по-любому, после завершения работы лучше исчезнуть с горизонта. Ты сам недавно предлагал мне этот вариант. Но может пойти дальше? Повесить мою смерть на Джордана? Он поступил так с моим мужем. Марко обвинили в преступлении, которого тот не совершал, и посадили. Эффект бумеранга — отличная вещь.

Стивен на том конце задумался. Надолго. А потом изрек:

— Идея заслуживает внимания. Но над исполнением придется подумать. Понадобится труп. И придется доказать, что он твой.

— Необязательно. Я могу просто исчезнуть при странных обстоятельствах.

— Тоже мысль, — согласился Стивен. — Ладно, в целом мне нравится идея. Я всё обмозгую, а потом поделюсь, к чему пришел.

— Хорошо, — я улыбнулась, ощущая прилив вдохновения.

Да, меня устраивала Сирена. Ее работа, карьерный рост. Но у Сирены не было будущего рядом с мужем и ребёнком. А у новой меня, которая появится после ее смерти, оставался шанс начать всё с нуля. Как минимум, с Изабеллой. А, может, и с Марко.

Я понимала, что это пока просто планы. Причем, отдаленные и неконкретные. Но мне нравилось думать о жизни после Сирены. После Джордана.

****

Джордан не выдержал на четвертый день. Позвонил и объявил:

— Нам нужно встретиться, Сирена. Я больше не могу ждать.

— Хм… Где?

— У меня есть… как бы это сказать… «консперактивная квартира».

— Квартира, — протянула я многозначительно, намекая на нашу договоренность.

— Просто ужин, руки буду держать при себе, — пообещал Джордан поспешно. — Главное, увидеться лично. Мне необходимо побыть с вами рядом. Вы для меня, как глоток свежего воздуха, Сирена. Особенно сейчас, когда забот столько, что хоть вой.

Я сделала вид, что задумалась, хотя прекрасно понимала, что придется согласиться.

— Хорошо. У меня сегодня поздняя съемка. В девять вечера. Но перед этим вполне можно поужинать.

— Олично. Я пришлю за вами машину. В шесть.

— Договорились. Но учтите, нарушите обещание, еще одного шанса не получите.

— Не нарушу, — заверил Джордан и отключил связь.

Я собиралась на рандеву, как никогда, долго. Раздумывала, во что облачитьсся, несколько раз переодевалась. А потом плюнула, и выбрала самый простой вариант: джинсы, темную футболку и пиджачок. У меня же съемка, где самое важное — моё удобство. Не в узком же платье мне прыгать с фотокамерой. А брать с собой сменную одежду не хотелось.

…Машина заехала ровно в шесть и отвезла меня в тихий район — к неприметному шестиэтажному дому, где жили небогатые, но и не бедные люди. Этакие середнечки. Джордан встретил в дверях квартиры в белой рубашке. Без пиджака и галстука. Протянул бокал с красным вином.

— Безумно рад, что вы приехали, Сирена. Отлично выгля… хм…

Он запнулся, растерянно взирая на мой прикид.

— У меня потом съемка, не забыли? Считайте, что я в униформе.

— Хорошо. Пусть будет униформа. Впрочем, хоть в мешок облачитесь, я не возражаю. Главное, вы здесь.

— Как поживает ваша супруга? — поинтересовалась я, изображая вежливость.

Джордана аж перекосило. Видно, зол на Эллисон он был основательно. С другой стороны, сам виноват. Надо было держать безумную жену на коротком поводке, раз склонна ошпаривать горничных и давить водителей.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Эллисон сейчас непросто. Её имя опорочили. Все друзьям мигом исчезли с горизонта. Опасаются за собственную репутацию, будто могут испачкаться. Но мы докажем, что та статейка лживая, а все «докозательства» поддельные. Видите ли, в чем дело, Сирена. Охранник, который записал видео, был неравнодушен к моей жене. Проявлял неуместные знаки внимания. Потому мы его и уволили. Он оказался злопамятным. А тут еще и болезнь. Видно, решил отомстить напоследок. Хотя разве это месть? Он возжелал чужую женщину. А это неправильно.

Я едва удержалась, чтобы не расхохотаться истерически.

Серьезно? Он ЭТО серьезно?

Возжелать чужую женщину неправильно?!

А как же я? Обе версии меня? Сирена была женщиной Картрайта, а Адель женой Марко. Но разве Джордана это остановило?

Чертов лицемер!

— А так называемый журналист давно пытался найти на меня компромат, — продолжал оправдываться передо мной Джордан. — Но ничего естественно не находил. Я чист. Вот он и решил навредить моей жене. И, кстати, репортеришка не сам раздобыл всю эту макулатуру. Ему помог некто, решивший остаться неизвестным. Но я выясню, кто это. И ему не поздоровится. Основательно не поздоровится.

— У вас много врагов?

— Я богат и влиятелен, Сирена. У таких, как я, всегда есть завистники. Многие не прочь меня подвинуть и занять место под солнцем. Но это ничтожество выбрало мерзкий способ. Низкий. Ранить близких — последнее дело. И я этого так не оставлю.

— Удачи, — проговорила я тихо, изображая сочувствие, и добавила: — Надеюсь, все виновные получат по заслугам.

— Я тоже надеюсь, — Джордан улыбнулся. — Давайте забудем обо всем дурном и просто поужинаем. Время с вами для меня отдушина, и я хочу получать положительные эмоции.

— Хорошо, — согласилась я.

Стол в гостиной был уже накрыт на двух человек. Оставалось погреть в микроволновке еду, которую явно приготовила горничная, успевшая уйти до моего прихода. Еда точно была домашней, не заказанной в ресторане: отлично прожаренный стейк с рисом и овощами в качестве гарнира. Плюс пара холодных закусок.

Джордан попытался подлить мне еще вина, но я закрыла бокал ладонью.

— У меня работа. Я должна оставаться в ясном уме. Да и камере дрожать в руках не следует.

— Ваша правда, — признал он и плеснул вина себе. — А я, пожалуй, еще выпью. Напряжение в эти дни колоссальное. Но тссс. Мы договорились. Только позитив.

Он заговорил о моей работе. Я поддержала разговор. Обсуждала разные съемки. Вспоминала забавные моменты или капризы некоторых моделей, считающих себя цетром вселенной. Джордан слушал очень внимательно. Впрочем, я подозревала, что сейчас было совершенно неважно, о чем я говорю. Он просто ловил кайф от моего присутствия. Похоже, действительно, увлекся, как мальчишка, и наслаждался каждой минутой наших платонических отношений. Он держал обещание, не переходил грань. И всё же я радовалась, что у него есть Ванесса. Женщина, с которой он может спать (помимо Эллисон, если у них вообще сохранились интимные отношения). С Ванессой он получал разрядку, и это позволяло сдерживаться рядом со мной. Пока позволяло. Ведь интересное положение Ванессы в скором времени могло сильно изменить ситуацию.

Лишь когда ужин закончился, и мы прощались, Джордан не выдержал. Взял мою руку и поднес к губам. А потом задержал ее в ладонях.

Я посмотрела с легким укором.

— Это просто галантность, Сирена. Не более.

— Хорошо. Я верю.

— Завтра здесь же?

— Возможно. Не будем загадывать.

А сама подумала, что лучше бы Стивену поспешить с публикацией компромата на Майкла Холливелла. Это прибавит папеньке забот. И убавит времени на тайные ужины. Хотя учитывая его прыть, он свособен успеть всё на свете. Найдет возможность и к Ванессе наведаться, и со мной побыть в «консперактивной» квартире.

Из дома я вышла первая. Начала спускаться с крыльца и чуть не пересчитала ступени. Заметила фигуру на другой стороне улицы. Мужчина стоял далеко от фонаря и позаботился о том, чтобы остаться неузнанным: надел кепку, и козырек скрывал большую часть лица. Но когда живешь с человеком почти полтора десятка лет, а общаешься еще дольше, узнаешь его в любом обличье. По фигуре, позе, повороту голову или другому движению.

И я узнала.

«Проклятье, Марко!» — выругалась мысленно.

Принесла-таки нелегкая!

И о чем только думает? О даме в беде! И об общем палаче!

Разумеется, я не подала виду, что заметила его. Села в машину и велела водителю отвезти меня домой. Мимоходом отметила, что за нами тронулось другое авто. Мой чертов хвост. А Марко остался стоять в темноте тихой улицы неприметной тенью.

Однако дома я не выдержала. Набрала его номер со второй сим-карты.

— Патрик, вы с ума сошли? — спросила прямо. И довольно жестко.

— Вы о чем? — прикинулся он дурачком.

— Вы прекрасно знаете, о чем. Я фотограф, у меня профессиональная черта подмечать то, на что другие не обращают внимание. Я видела вас. На другой стороне улицы. Зачем вы шпионите за мной? Я же говорила, что не нуждаюсь в защите.

На том конце устало вздохнули.

— Не за вами. За ним. И честно говоря, я был крайне огорчен, увидев, что вы приехали к нему на рандеву, Сирена.

— О! А вы теперь боюститель морали?

— Я не о том. Вы сами говорили, что нынешнее положение Джордана сыграет вам на руку, и не придется с ним встречаться.

— Это мое дело, с кем и когда встречаться. А вы ведете себя безрассудно и…

— Сирена, вы в курсе, что к вам приставлен хвост? — перебил Марко.

— Да. Я в курсе. И это еще одна причина не появляться рядом. Ни со мной. Ни с Джорданом. Вас же заметят рано или поздно.

— Это моя проблема.

Я чуть не рычала. Черта с два! Это и МОЯ проблема! И не только моя.

— А как же ваша девушка? Вы говорили при первой встрече, что не одиноки, — решила я зайти с другой стороны. — После выхода статьи Джордан роет землю носом, пытаясь выяснить, кто ему вредит. Кто стоит за журналистом. Если он решит, что это вы, пострадаете не только сами, но и ваша подруга. Она подписывалась на такое, когда связана с вами судьбу?

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Марко молчал. Кажется, Сибил он в расчет не брал, когда таскался за Джорданом.

— Остановитесь. Пока не стало поздно, — взмолилась я.

Но добилась совершенно иного эффекта.

— Я взрослый человек, Сирена, — отчеканил муж. — И вправе сам решать, что делать. А не слушать советы женщины, добровольно встречающейся с таким подонком, как Джордан Холливелл. И, да, я очень рад, что у них с женой сейчас проблемы. Жалею только об одном, что не я этому поспособствовал.

— Патрик!

— Спокойной ночи, Сирена, — отчеканил он и оборвал связь, оставив меня злой и крайне обеспокоенной.