‍​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌ ‌ ​ ‌ ‌ ​ ​ ​ ‌ ‌ ​ ​ ‌ ‌ ​ ‌ ​ ‌ ​ ​ ​ ‌ ​ ‌ ‌‍Глава 21. Роли

— Как ты меня вычислил? Как узнал о Марко? — спросила я, пока автомобиль катил по залитому осенним солнцем мегаполису.

Я сидела сзади. Между Джорданом и одним из «шкафов». Еще двое накаченных парней ехали впереди.

— Озаботился твоими последними передвижениями. Мои люди всё перепроверили, и меня заинтересовало страхование жизни. Учитывая, что ты пропала, подставляя меня. А уж когда увидел фото агента, с которым ты работала… У меня хорошая память на лица, Адель. Особенно, на лица мертвецов, которым на полагается расхаживать по нашей земле. Еще мои люди проверили твоё прошлое. Прошлое Сирены Йорк. Вроде и не подкопаешься, на первый взгляд. Но в старых фотографиях кое-что было не так. Глаза. Они отличались. Зато я посмотрел на фото жены того агента. На фото мёртвой женщины, почившей в психушке. И вот сюрприз, да? Всё сложилось в единую картину.

Я закусила губу. Что тут скажешь, сама дура. Надо было не жизнь страховать, а что-то иное. Глядишь, Джордан не заострил бы внимание на поездке в страховую компанию. Впрочем, мне вообще не следовало туда ездить. Не следовало встречаться с Марко. Это не привело бы нас к краху. К смертельной опасности.

— Вот мне интересно, ты, правда, была готова похоронить Сирену? — поинтересовался Джордан. — Ты сделала успешную карьеру. Зачем вообще всё это? Могла бы жить себе спокойно. С муженьком.

— Когда всё началось, я еще не знала, что Марко жив. Что до Сирены, почему нет? Она — искусственно созданная личность. Для определенных целей. Ее не жалко.

— Наживка для меня? — спросил Джордан ледяным тоном.

Я предпочла не отвечать. И так всё понятно. Разве нет?

— Дрянь, — он взял меня за подбородок и повернул лицо к себе. — А ведь играла бесподобно. Надо же. Прежде ты казалась мне простушкой. Красивой, умной в определенной области, но не столь предприимчивой и смелой. Это Картрайт так с тобой поработал?

Я продолжала молчать. Просто смотрела на него. Холодным взглядом.

А он… Проклятье! Я видела, что он всё ещё меня хочет. Ненавидит за то, что сделала. Но не может избавиться от чувства, что я Сирена. Женщина, которую жаждет. Он не мог проститься с «мечтой».

Джордан не выдержал. Резким движением обхватил ладонью мою шею сзади и жадно поцеловал в губы. Я вырвалась, ударив его кулаком в живот. Джордан взвыл, а «шкаф» с грязным ругательством приставил к голове пистолет.

— Не рыпайся, — процедил сквозь зубы.

— Ты не выстрелишь, — ответила я в тон.

— Но могу позвонить нашим парням, что остались с твоим мужем. Они выстрелят. В колено, например. Как тебе такой расклад?

Джордан, тем временем, выдохнул, потер место, в которое пришелся прицельный удар и снова полез целоваться. Одной рукой он обнял меня, притягивая ближе, а вторая полезла под блузку. Меня накрыла волна отвращения, но я больше не сопротивлялась, понимая, что ЭТО нужно просто перетерпеть. Далеко дело всё равно не зайдет. Не здесь. Не сейчас. Джордан просто хочет поиграться, доказать превосходство. А Марко может пострадать, коли начну артачиться. Лучше смириться. Скоро всё закончится.

— Приехали, босс, — оповестил «шкаф», сидевший за рулём.

Но Джордан среагировал не сразу. Продолжил самозабвенно лапать меня. По-хозяйки. И лишь минут через десять, наконец, отстранился. Внимательно посмотрел в глаза, пытаясь прочесть реакцию. Но мой взгляд оставался просто холодным. Пусть я сто раз чувствовала себя униженной, показывать это подонку не собиралась. Пошел к дьяволу!

— Ну что, Адель, ты готова сыграть очередную роль? — спросил он и вновь коснулся моей щеки. — Ты же у нас прирожденная актриса.

— Что мне сказать в полиции? — спросила я почти безразличным тоном. — Боюсь, никто не поверит, что я тебя подставляла. Решат, ты заставляешь меня в этом признаться.

Джордан скривился.

— Просто скажи, что больше не считаешь меня угрозой. А скрывалась по собственной глупости.

— Так и сказать «по глупости»?

— Проклятье! — он скрежетал зубами от злости. — Лучше вообще молчи. Главное, чтобы тебя увидели живой и здоровой. Остальное объясню я. Ты просто поддакивай. Или кивай. На это ты способна? Не слышу ответа, Адель!

— Вообще-то я кивнула.

— Не умничай, — он яростно открыл дверцу и выбрался наружу. — Вылезай. И только посмей что-нибудь выкинуть. Ты знаешь, чьё здоровье на кону.

Я вышла из машины и огляделась беглым взглядом. Ни намека на подмогу. А впрочем, даже окажись они рядом, не стали бы устраивать бой за меня возле полицейского участка. Теперь всё только в моих руках. Но кроме себя винить некого. Сама напросилась. И именно по глупости. Не зря говорят, любовь затмевает разум. В моем случае это была любовь к Марко, со встречами с которым я не сумела повременить.

Мы вошли внутрь, и Джордан поинтересовался у дежурного:

— Где детектив Джонс? Он ведет дело об исчезновении Сирены Йорк. Скажите ему, что так называемая жертва объявилась.

А дальше… Дальше началось представление.

Детектив с округлившимися при виде меня глазами спросил:

— Вы в порядке, Сирена? Вам не угрожали? — он покосился в сторону Джордана. — В смысле, вы пришли сюда по собственной воле?

Настал момент истины. Я это прекрасно понимала. Следовало либо рубить правду-матку, либо играть роль.

— Разумеется, Сирена пришла сюда по собственной воле, — ответил Джордан. — И, как видите, живая. Я ее пальцем не трогал.

— Я не вас спрашивал, — детектив нетерпеливо глядел на меня.

— Ну… — протянула я.

Да, я могла сказать, что мне и Марко (точнее Патрику Лоусону) угрожали. Но НЕ могла.

Почему?

Всё очень просто.

Марко Деларо приговорили к многолетнему тюремному сроку за убийство. Да-да, за убийство, которое он не совершал. И всё же приговорили. Его невиновность нужно еще доказать, что практически нереально. Поэтому внимание полиции никак нельзя привлекать к Патрику Лоусону. Не дай бог признают в нем мертвого заключенного, и тогда… тогда мой муж снова окажется за решеткой. Разумеется, я понимала, что Джордан способен причинить ему вред. Прямо сегодня. Но он точно также был способен добраться до Марко и в тюрьме, чтобы отомстить мне. В любой момент.

— Особого выбора мне не предлагали, — я старалась не смотреть на Джордана, лицо которого сильнее перекашивалось с каждым моим словом. — Я не уверена, что моя жизнь вне опасности. Поэтому если со мной что-то случится…

— Ничего с тобой не случится! — прорычал Джордан.

— Да? Как не случилось с Ванессой? Я смотрела видео в сети.

Он застонал, но этот стон больше напоминал рык раненного зверя.

— Оставайтесь здесь, — велел детектив Джордану. — А мы с Сиреной поговорим наедине.

— Но…

— Наедине! — повторил тот с яростью. — Что вам неясно?

Джордан выставил ладони вперед. Мол, ему всё ясно. Но по лицу прошла тень. Гад опасался того, что я могла сказать детективу Джонсу. Особенно учитывая то, что я уже сказала.

Пока мы шли в комнату для допросов и устраивались за столом, моя голова лихорадочно работала. Мысли неслись вихрем в тщетной попытке выстроиться в стройный ряд.

— Расскажите, что случилось в вашей квартире, Сирена, — попросил детектив.

Он смотрел на меня участливо, будучи явно невысокого мнения о Джордане.

— Не хочу подавать заявление, — я потерла лоб нервным движением. Больше наигранным, чем настоящим, но выглядело это убедительно.

— Потому что боитесь Джордана Холливелла?

— Потому что хочу, чтобы всё это закончилось. Хочу спокойной жизни.

— Он напал на вас?

— Нет. То есть, да. То есть… Он хотел большего. А я нет.

— Но вы с ним встречались.

— Не совсем. Я… я просто не знала, что делать. О Джордане Холливелле ходят разные слухи. Я много слышала о том, как он ломает жизни тех, кто ему не уступает. Он увидел меня на мероприятии, куда я приходила с моим… хм… другом. С Уильямом Картрайтом. И захотел заполучить. Но ничего не мог поделать, пока рядом был Уильям. Вот только всё изменилось. Уильям попал в аварию и я… Я оказалась беззащитной. Я не хотела встречаться с Джорданом. Но пришлось уступить, чтобы… он не причинил больший вред. Джордан не давал прохода, намекал, что начнутся проблемы, если буду упрямиться. Это всё равно, что идти против танка.

— Вы впустили его в свою квартиру, — взгляд детектива стал невероятно цепким.

— Не впускала. В том-то и дело. Я застала его там, когда вернулась домой. Он умудрился попасть внутрь, не повредив замок. У меня чуть инфаркт не случился, когда Джордан заговорил со мной в темноте.

Вот здесь даже играть не пришлось. Впечатлений тем вечером мне хватило сполна.

— И что произошло?

Я откинулась на спинку стула, запустила пальцы в спутанные волосы.

— Накануне в комнате я резала фрукты, когда смотрела кино. Нож так и остался на столике. Я схватила его, грозила Джордану, требовала уйти. Он не испугался, полез ко мне, я попыталась дать отпор. Всё произошло слишком быстро. Джордан вырвал у меня нож, но я порезала ладонь. Вот, — я показала заживающую рану. — А потом мы упали. Он ударился головой. Сильно. Я схватила его за волосы и ударила еще раз. Об пол. Кажется, он потерял сознание. Или его просто оглушило. Не знаю. Я схватила сумочку и убежала. Так что, еще вопрос, — я закрыла лицо ладонями, — кто кому в тот вечер причинил больший вред.

— И вы решили скрываться? Сирена? Ответьте на вопрос.

Я отняла руки от лица и тяжело вздохнула.

— Я боялась. Того, что Джордан мог сделать. Он был зол, когда пытался… получить меня. А после моего побега должен был прийти в настоящую ярость. А тут еще и это видео всплыло в интеренете. С Ванессой. Я видела, что он с ней сделал и… и… Я понимаю, надо было самой прийти в полицию, когда СМИ начали делать репортажи обо мне. Но я…. У меня не хватало смелости. Простите.

Я всхлипнула. Вполне убедительно. Детектив даже кашлянул, явно опасаясь, что разревусь всерьез.

— Конечно, это не хорошо, что вы не пришли к нам сразу, — пожурил он. — Но мы не будем предъявлять вам обвинений. Что до Джордана Холивелла… Не думаю, что сейчас он для вас опасен. Он под колпаком. Из-за случившегося с Ванессой Хартли. Последнее, что ему нужно, это причинять вред другой женщине. Особенно той, в убийстве которой его подозревали. Можете спокойно возвращаться домой. Вам ничего не угрожает.

— То есть, я могу идти?

— Да. Можете. А я пока побеседую с Холливеллом. Послушаю, что расскажет он.

…Разумеется, Джордан не обрадовался перспективе. Он-то надеялся покинуть участок вместе со мной. Но детектив не собирался давать ему такой возможности. А я… Мне было совершенно наплевать, что гад ползучий будет говорить о памятном вечере. Какая разница? Что бы он ни сказал, не важно. Поверят всё равно мне. Сейчас волновал лишь Марко. Его судьба. А он оставался в руках «шкафов» Джордана.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Я вышла из участка с щемящей болью в груди, плохо понимая, что делать дальше. Троица, что осталась ждать в машине поодаль, оживилась при виде меня. Двое вышли наружу. Но в тот же миг передо мной с визгом затормозил другой автомобиль. Из окна высунулся один из парней шефа. Его звали Кайл. Он не раз охранял меня, чередуясь с Алексом.

— Садись. Живо. Приказ Стивена.

Я помедлила мгновенье, думая о Марко. Но подчинилась. После всех моих глупостей, следовало признать, что Стивен куда умнее, и слушаться его приказов.

— Хвост сейчас сброшу, — пообещал Кайл, делая резкий поворот. — И кстати, твоего знакомого, с которым ты встречалась в доме, наши парни отбили.

— Он в безопасности? — я провела ладонью по мокрому от напряжения лбу.

— Да. Стивен велел привезти тебя к ним, как выйдешь из участка. Раньше сказал не вмешиваться. Мол, Холливелл тебя не тронет. Нужна живая.

— Ясно, — прошептала.

Значит, решил не вмешивать до поры, до времени. Возможно, верное решение. Я же не постарадала. Не считая тисканья на заднем сиденье. Впрочем, всё это неважно. Главное, Марко цел.

…Как и было обещано, хвост быстро потерял нас из виду. Спасибо умению Кайла лихо водить машину, проскакивать на желтый и создавать позади себя заторы. Еще через десять минут он высадил меня посреди пустыной улицы, чтобы пересела в другое авто, за рулем которого ждал Алекс.

— Цела? — поинтересовался тот, окидывая меня внимательным взглядом. И добавил: — Стивен жутко на тебя зол.

— Знаю…

Я бы не его месте тоже злилась. Создала проблемы и себе, и другим. И весь план пошел коту под хвост. Второй раз моё убийство не подстроишь, а полиция теперь в курсе, что я жива и невредима. Против Джордана осталось только нападение на Ванессу, а этого может оказаться мало для тюремного срока.

«Заказать Джордана к чертовой матери и дело с концом», — пронеслось в голове.

Странная мысль для той, кто не хотел доводить до подобного. Но я так устала, что хотела одного — чтобы Джордан исчез. Навсегда. Любыми средствами…

Алекс не произнес по дороге не единого слова и через двадцать минут высадил у дома Стивена, который я бездумно покинула несколько часов назад. Я поднялась на лифте и позвонила в дверь. Сумка с ключами осталась дома у Марко. Открыл сам хозяин. Смерил ледяным взглядом с головы до ног.

— Доигралась? — поинтересовался с издёвкой.

Я не ответила. Задала свой вопрос.

— Где Марко?

— В гостиной. И тоже злой. На тебя.

— Догадываюсь.

Стивен ухмыльнулся.

— Догадывается она. Какая умная.

— Не ерничай, — попросила я. — Это не поможет всё исправить.

— А исправлять нечего, Сирена. Это конец.

Но я отмахнулась, давая понять, что разговор продолжится позже. Сейчас следовало встретиться с мужем. Я боялась посмотреть ему в глаза. Чертовски боялась. Ибо даже представить не могла, что там увижу. Ничего хорошего, скорее всего.

Я вошла в гостиную на негнущихся ногах. Марко поднялся с дивана и покачал головой.

— Как всё это может быть правдой? — спросил глухим голосом, непохожим на свой собственный. — Как это можешь быть ты, Адель?

Я тяжело вздохнула, борясь с искушением кинуться ему на шею. Я не смела, потому что до смерти боялась, что он меня оттолкнет. Ибо в глазах сквозил холод.

— Марко, прости меня.

А он вглядывался и вглядывался в моё лицо, ища знакомые черты. Но не находил.

Я шагнула ближе.

— Глаза всё те же, — проговорила с надрывом. — Но, боюсь, только они.

— И правда, только они, — повторил Марко эхом.

Он определенно имел в виду не только внешность.

— Мне очень жаль. Я не хотела причинять тебе боль. Но… Когда всё началось, я не знала, что ты еще существуешь на этом свете. Я хотела, чтобы Джордан заплатил за то, что сделал. С нами. Мне нечего было терять. Имела значение только месть. Ты сам знаешь, каково это. Ты ходил за ним тенью, рискуя собой и ничего не боясь.

— Не смей нас сравнивать.

— Почему? Ты готов был умереть. Ничего не имело значения.

— Потому что я ничего не ведал. О тебе! А ты знала. Ты выяснила, что я жив. Но ничего — абсолютно ничего — не сделала.

— Сначала я думала, что ты ничего не помнишь. Не помнишь меня. А потом… Я не могла сказать. Потому что ты бы вмешался. Ты бы не позволил…

— Продолжать игру и рисковать собой? Однозначно!

— Но пути назад не было. Джордан должен был заплатить.

— Боже! — Марко схватился за голову. — Ты сама себя слышишь?! Джордан, Джордан, Джордан! Да какая разница, если мы оба живы?! Я бы выбрал нас. Нас! А не треклятую месть!

На глаза наворачивались слёзы, и я держалась из последних сил.

— Джордан был одержим Сиреной и… Он бы не позволил…

Я замолчала не в силах продолжать. И сделала то, чего так боялась. Кинулась к мужу. Прижалась к нему всем телом, обвив шею руками. Слёзы побежали по щекам ручьем, словно прорвало дамбу.

— Я люблю тебя, Марко. Очень люблю. Я думала, что потеряла тебя. Что это конец. Это были страшные три года. Кошмарные. Я и представить не могла, что снова тебя увижу. Что это возможно.

Я говорила, отмечая в уме, что муж не обнял меня в ответ. И даже не коснулся. Он стоял, опустив руки. Не шевелился.

— Марко…

Он взял меня за плечи и отстранил. Внимательно посмотрел в глаза. В единственное, что осталось от женщины, которую когда-то полюбил.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Ты лгала. Приходила ко мне и лгала. Играла роль.

— Марко…

— Сейчас ты тоже играешь? Пытаешься разжалобить?

— Что? Нет, я… Я не…

Я нервным движением вытерла мокрые щеки.

— Не играю. Клянусь. Никаких ролей.

Но, кажется, любимый человек мне не верил.

— Однажды ты сказала, что Уильям Картрайт здорово тебя выручил.

— Так и есть.

— Он инсценировал твою смерть и помог изменить внешность? — Марко убрал руки и отступил на шаг.

— Да. Пришел в клинику, когда… Когда я думала, что умру там. Сделал предложение, которое я приняла. Не могла не принять. Точнее, он предожил мне разные варианты. Мог просто помочь выбратся и устроиться под новым именем. Но я выбрала месть. Понадобилось три года, чтобы начать реализовывать план. И когда мы приступили к делу, начались сюрпризы. Сначала шеф оказался в коме, потом я узнала о тебе и о… о… Господи!

Я снова заплакала.

Изабелла! Марко не знает о ней. Нужно сказать. И тогда… Он меня точно не простит.

Но скрывать я больше не могла. Не имела права.

— Что? — спросил муж, видя, что я смотрю на него затравленно.

— Есть еще кое-что важное. То, чего ты не знаешь, — я глядела на него еще секунд десять, а затем просто выпалила: — Изабелла жива!

Марко качнулся. Неосознанным движением выставил руку вперед, будто пытался защититься от того, что мои слова окажутся неправдой, бредом.

— Это невоз…

— Возможно! Наша дочь жива. Ей уже четырнадцать. Я сама выяснила недавно. Клянусь! Я бы ни за что во всё это не ввязалась, если бы знала о ней. Я была бы рядом с нашей дочкой. Ей не пришлось бы три года жить без нас обоих.

Я плакала. Почти навзрыд. Но продолжала говорить через рыдания.

— В той аварии погибла другая девочка. Она украла у Изабеллы рюкзак и куртку. А опознание прошло по вещам. Сотрудница центра не захотела смотреть на мертвого ребёнка. А наша дочь… Она столкнулась с Джеффом Стиллом — моим бывшим боссом. Нас обоих уже считали мертвыми, и Джефф ее спрятал. Подальше от Джордана. Нашел семью. Изабелала живет здесь, в этом самом городе. Под новым именем. Я увидела ее на своей выставке и чуть не сошла с ума. Джефф выдает её за свою крестницу. Она… она такая взрослая. Вздорная, как все подростки. Сбегает из школы. Но решительная и потрясающая.

Марко протянул ко мне руки, желая схватить и хорошенько встряхнуть. Но остановился.

— Черт тебя подери, Адель!

— Прости…

— Где она? Где Изабелла?

— Не скажу.

— Что-о-о?!

— Мы сейчас не имеем права к ней приближаться. Ни ты, ни я. Джоржан будет начеку. Он не должен о ней узнать.

— Адель!

— Это вынужденная мера. Мне жаль!

— Но она… Изабелла имеет право знать.

— Обо мне она знает. Мне пришлось рассказать ей. Изабелла знает, кто я. Знает, что когда всё закончится, мы снова будем вместе.

— А меня, по-прежнему, считает мертвым? О! Только не говори, что тебе жаль! Я это уже слышал. Боже! — он сжал кулаки от бессильной ярости.

— Хочешь ударить меня? Вперед. Я не буду защищаться.

Марко застонал.

— За кого ты меня принимаешь, Адель? За Джордана? По-твоему я способен причинить тебе вред? — он отмахнулся усталым движением и пошел к выходу. — С меня хватит. Я возвращаюсь домой.

— Что? Но тебе нельзя. Джордан…

— Не хочу больше слышать об этом подонке. Не произноси его имя.

— Марко, стой! Да остановись же! Тебе нельзя возвращаться домой! Это опасно!

— Она права. Вам не следует покидать укрытие, — перед моим мужем, будто из-под земли, вырос Стивен и преградил дорогу.

— Отойдите! — потребовал тот.

Он явно не думал о последствиях. Наше с дочкой воскрешение выбило почву из-под ног. А еще он так злился на меня, что был готов подставиться под удар лишь бы досадить мне.

Безумное желание. Но эмоции… такие эмоции.

— Я не стану удерживать вас силой, Марко, — проговорил Стивен, продолжая стоять у него на пути. — Хотите подписать себе смертный приговор, вперед. Но подумайте вот о чем. Уйдете отсюда, вернетесь к обычной жизни, точно умрете. Джордан не может тронуть Адель, но жаждет ее наказать. Ваша гибель — идеальный способ этого добиться. Вам плевать на Адель? Ладно. Но как же Изабелла? Хотите остаться для дочери мертвым? Да, сейчас вам нельзя к ней приближаться. Но так будет не всегда. Однажды вы сможете снова быть рядом с ней. Быть ее отцом.

Упоминание дочери охладило пыл Марко. Он поглядел на Стивена зверем, а потом тяжело вздохнул, смиряясь. Но объявил:

— Я останусь в вашем «убежище» при условии, что Адель уйдет.

Я будто получила удар по лицу. Мой муж не хотел находиться рядом со мной. Требовал, чтобы я исчезла. А впрочем, чего я ждала? Улыбок и объятий? Признаний в любви?

Глупо было расчитывать на понимание и прощение.

— Не проблема, — согласился Стивен. — Ей больше нет смысла прятаться. Полиция, наверняка, успела сделать заявление, что Сирена Йорк жива и здорова. Значит, твоя бедовая жена опять во всех новостях. Так что, милая, — он выразительно изогнул брови, — можешь смело топать домой и жить жизнью популярного фотографа Сирены. Джордан пока тебя пальцем не тронет. Главное, не приближайся ни к нам, ни к дочери. Следить за тобой он точно не перестанет.

Я передернула плечами.

— Ладно. Буду Сиреной. Но что потом?

Стивен многозначительно промолчал. У него не было ответа.