Глава 13. Связь. Зависимость. Любовь

Даниэлиус Миравиан Логре

Михель появилась в поле зрения так же внезапно, как и исчезла. Она шла, огибая столики с напитками и закусками, но выглядела при этом заметно растерянной.

– Где ты была? – у Дана в груди кольнуло то ли беспокойство, то ли ревность.

– Его Величество вызвал меня на разговор. И это было очень странно... – ответила Михель.

Пришлось увести её с праздника и расспросить:

– Он тебе угрожал?

– Нет-нет, напротив... – замотала она головой. – Он говорил, что я единственная в своём роде, уникальное явление, и что во многом твоё будущее зависит от меня. Что есть два варианта твоей судьбы: либо ты до старости живёшь со мной, но при этом у нас не будет полноценной семьи; либо мы ищем способ разорвать нашу связь, и ты женишься на ком-то... живом. Его Величество спросил, какой жизни желаю тебе я?

– Михель, Искорка моя... Обещаю, я найду способ оживить тебя, чтобы в твоих жилах пульсировала тёплая кровь, – он соврал. Уже тогда знал: нет, не найдёт. Знал, но отчаянно не хотел в это верить. Смерть нельзя обмануть.

– Но король прав: нам придётся что-то решить.

– Я уже всё решил. Доверься мне, хорошо? – Дан посмотрел возлюбленной в глаза, чтобы выдержать борьбу взглядов, если вдруг Михель надумает упрямиться его воле. Но она и не думала спорить, её мысли потекли в другом направлении:

– Так странно... С остальными ты пугающе суровый, а со мной будто другой человек, – хрупкая Михель, уютно утонувшая в его объятиях, как всегда, умело выдернула его из мрачных дум.

Действительно: Дану никогда не хотелось упрекнуть Михель в неуклюжести или деревенской манере речи. Нет, он не был слеп, но удивительно легко принял условные недостатки своей половинки. Наверное, это и называют любовью.

Дан был непоколебимо уверен, что, какой бы идеальной ни была кандидатка в его невесты, ему она не подойдёт по одной очевидной причине: она не Михель. Когда уже нашёл всё, что искал, зачем искать кого-то ещё?

– Потому что я отношусь к своей единственной любимой женщине, как к богине, – он маняще поцеловал любимую. – Такой ответ тебя устроит?

Михель погрустнела.

– Я не заслуживаю тебя. Вот бы я была живой... Это несправедливо. Я как монолитная стена, которая преграждает тебе путь в настоящую жизнь. Из-за помешательства на мне у тебя нет ни жены, ни наследников. Разве я имею право так поступать с тобой?

– Перестань винить себя. Быть с тобой – это мой осознанный выбор.

– Что, если потом ты пожалеешь о нём?

– Не пожалею, Михель. Давай хотя бы ты не будешь толкать меня туда, куда я не хочу идти?

– Ладно...

– Люблю тебя.

– А я сильнее, – она могла и не говорить этого. В её глазах и без слов горел огонь.

Его Михель, его Искорка. С виду такая скромная и тихая, а наедине с ним – горячее огня, обжигающе сексуальная, доводящая до экстаза.

Удивительно, но Дана возбуждают даже самые, казалось бы, невинные движения Михель: вот она опустила взгляд, явно утаивая какие-то мысли, вот поджала губы и оправила подол платья... Этого достаточно, чтобы пробудить голод, жажду любви.

Раз в неделю она съедает порцию концентрированной магии и каждый вечер выпивает стакан воды, и от неё сладко и пряно пахнет мёдом. Этот аромат превратился в наркотик для Дана. Стоит ему уехать из замка на пару-тройку дней, как он начинает сходить с ума. Но, нет, от этой зависимости не хочется избавиться – даже напротив!

Неважно, сколько времени они проведут вместе, Михель для Дана важнее еды, воды и воздуха. Без неё жизнь теряет смысл.

И это ответ на все вопросы.