Глава 7. Недосягаемый идеал

8,5 лет назад

Миха

Впервые я увидела его, когда он в составе конной процессии осматривал нашу деревню: работает ли мельница и швейное производство, как дела на ферме.

Стояла адская жара, аномальная для сентября, и я заметила, как молодой господин едва держится в седле и вот-вот потеряет сознание. Не знаю, как отважилась, но я подбежала к его лошади и протянула Его Светлости ковшик с колодезной водой.

Прекрасный, как ангел, молодой господин не успел взять посудину, как ту вышибли у меня из рук, а сама я оказалась скручена и поставлена на колени.

– Не велите казнить, велите миловать! – запищала я. – Я всего лишь хотела напоить Его Светлость прохладной водой. Клянусь, у меня не было дурного умысла!

– Как ты смеешь открывать свой рот, грязная девка?! – охранник юного герцога ещё сильнее выкрутил мне руку, да так, что из глаз у меня брызнули слёзы.

– Сурон, хватит! Отпусти её, – у Его Светлости оказался умопомрачительно приятный голос, поэтому я тотчас же забыла о боли, которую испытывала пару секунд назад. А когда прекрасный ангел заговорил со мной, я сама чуть не хлопнулась в обморок: – Как тебя зовут?

– А... Э... – от волнения в голове у меня образовался ступор, а в горле ком.

– Отвечать! – снова гаркнул на меня стражник.

Страшный он, этот, как там его... Сурон. Вроде молодой, но уже седой. Высокий, но худой, как вешалка для одежды. Похож на живого мертвеца или на палача. И выглядит он жутко: в свинцового цвета одежде, вооружённый. Ну, чисто нежить!

– Ну! – меня ткнули в бок ножнами от сабли.

– Миха из прядчих... – наконец, выдавила я, поникнув головой.

Да-да, фамилии у меня нет. Лишь принадлежность к роду деятельности моей семьи. Самое низшее положение, какое только может иметь человек. Почти животное. Вот, назвалась и поняла, что Его Светлость Даниэлиус Миравиан Логре отныне навсегда останется моим недосягаемым идеалом. Возможно, я больше никогда в жизни не увижу его и буду вспоминать этот день как самый счастливый в моей никчёмной жизни.

– Принеси мне воды из колодца, Миха, – неожиданно обратился ко мне молодой господин.

А я... От радости даже подпрыгнула! А затем стрелой понеслась к колодцу.

«Что, если он ещё и голодный? – промелькнула в моей голове мысль. – У меня в узелке есть витушка с маком, свежая, утренняя. Угощу его!»

Булочка оказалась в форме сердца. Именно сегодня у меня было мечтательное настроение, и я решила излить свою непрожитую юношескую любовь в выпечку.

Ну, разве это не судьба?

Его Светлость взял и питьё, и витушку. Откусил на глазах у всего отряда.

– Вкусно, благодарю, – он улыбнулся мне.

Улыбнулся!!!

А я расплакалась.

«Боженька, я уже лью слёзы по этому моменту, зная, что он вот-вот закончится...»

Спустя минуту, стоя с пустым ковшиком в руке, я, не скрывая чувств, ревела навзрыд.

– Чаво, влюбилась штоле? – из-за спины послышался издевательский голос сына мельника.

– Да иди ты! – я небрежно вытерла лицо подолом платья. Не хватало ещё прослыть на всю деревню влюблённой дурочкой.

– Ишь, Миха, на герцога позарилась! – хохотнули мне на ухо.

Увы, скрыть очевидное мне не удалось. Как же глупо я попалась...

С тех пор деревенская молодёжь начала меня задирать. В основном это были ложные вопли о том, что мимо едет отряд из дворца с юным герцогом во главе. Я, окрылённая надеждой, сначала велась, а потом перестала. В конце концов, это унизительно даже для меня.

Спустя полгода на открытие сезона охоты деревенских предупредили, чтобы не совались в лес. А я вдруг поняла, что это мой шанс снова увидеть своего идола. И никто из деревенских задир об этом не узнает!

Хоть одним глазком, мельком увидеть Его Светлость Даниэлиуса Логре...

Мечта погнала меня вперёд, не давая ни есть, ни спать.

Я ушла из дома ещё ночью, затемно, чтобы взобраться на дерево на холме, с которого видно герцогский замок. Специально облачилась в коричневый походный костюм, чтобы не пестреть на фоне листвы и быть максимально незаметной.

Поглазею тихонечко, и никто меня не заметит.

Когда я увидела вдали пыль от конских копыт, сердце у меня сорвалось на бешеный ритм.

«Не стучи, милое, а то загонишься, – мысленно успокаивала я себя. – Я и так чувствую себя глупой... Мне уже почти семнадцать, девки в моём возрасте уже замужем да детей нянчат, а я грежу лишь юным герцогом... Глупая. Совсем глупая...»

Процессия тем временем добралась до леса, а я слезла со своей смотровой площадки на дереве и начала тихонько, прячась за кустами, подбираться к отряду.

К счастью, собаки убежали далеко вперёд, опытные охотники умчались следом, а Даниэлиус с охраной ехали неспеша, будто не собираясь участвовать в охоте.

Однако зря я так подумала.

Стоило мне подкрасться поближе, как сердце заколотилось с новой силой, а я оступилась, зашуршала кустами и захрустела ветками под ногами.

Меня заметили.

Дальше всё случилось молниеносно: юный герцог вскинул арбалет, прицелился и, не успела я закричать, как мне в грудь врезался болт.

Падая на прошлогоднюю листву, я ругала себя: до чего же глупая! Надо было приникнуть к земле! Тогда бы всё обошлось...

Но уже поздно.